Фильм Любови Мульменко «Дунай» был показан на основном конкурсе 32-го кинофестиваля «Кинотавр», а сейчас его можно посмотреть онлайн на сервисах Okko, Start и Kion.
Этот фильм был задуман как признание в любви Сербии и Белграду: режиссёр бережно сохраняет уголки старого города, страдающего от вездесущей джентрификации, и предлагает научиться слышать его язык.
Рассказываем о кинодебюте Мульменко в мире режиссуры, переосмыслении ею жанра курортного романа и оммаже в адрес Софии Копполы.
Любовь Мульменко в режиссёрских кругах знают прежде всего как опытного сценариста. Она специализируется на драме и сотрудничает с признанными мастерами российского кино. Её имя мы видели в титрах «Верности» Нигины Сайфуллаевой, «Ещё одного года» Оксаны Бычковой, «Гипнозе» Валерия Тодоровского.
Из недавних работ — соавторство в картине Киры Коваленко «Разжимая кулаки», номинированной на премию «Оскар», а также в ленте «Купе номер 6» Юхо Куосманена, удостоенной гран-при Каннского кинофестиваля. В «Дунае» Любовь открывает себя зрителю с ранее неизвестной стороны: это её режиссёрский дебют.
![](https://vatnikstan.ru/wp-content/uploads/2022/02/dunaj-7.jpg)
Для нового фильма Мульменко тоже написала сценарий — 100 страниц оригинальной истории о курортных отношениях между сербским мужчиной (Ненад Васич) и россиянкой (Надежда Лумпова), приехавшей в Белград на отдых.
Кажется, именно из любви к сербской столице фильм и появился. Мульменко хорошо знает Белград и часто приезжает сюда. По её собственному признанию, снять что-то о Сербии режиссёр задумала ещё четыре года назад. К осуществлению задуманного её в итоге подтолкнули начавшиеся в Белграде изменения и перестройки, постепенно стирающие его прежнюю индивидуальность.
![](https://vatnikstan.ru/wp-content/uploads/2022/02/dunaj-1.jpg)
Поэтому в картине так много андеграундных заведений, превратившихся благодаря фильму в пунктирные точки городской памяти. Одно из таких местечек — бывшая типография BIGZ, куда герои картины приходят послушать концерт. Сейчас это здание с уникальным архитектурным обликом уже продано, а на его месте скоро появятся безликие офисные здания. Режиссёр уверена:
«Я думаю, что сербы будут плакать, глядя в „Дунае“ на BIGZ, который они потеряли».
Даже самих сербов, включая главного героя, в «Дунае» играют местные друзья Мульменко. Всё это в совокупности даёт возможность совершить полноценный вояж в Белград всем, кто посмотрит фильм, — что в период коронавирусных ограничений ощущается как подарок. Но это на поверхности. А что внутри?
«Дунай» открывается живым и эмоциональным кадром: в автобусе водитель с аппетитом ест бургер, а мимо него проносятся пейзажи сентябрьского, ещё солнечно-зелёного города. Внутри едет Надя. Зритель сразу заметит её отчуждённость, некое равнодушие к тому, что творится за окном. В автобусе россиянку принимают за другую девушку (скорее всего, местную), но та отнекивается и вообще старается побыстрее завершить разговор. Словно Белград протягивает ей руку, а она презрительно отворачивается.
![](https://vatnikstan.ru/wp-content/uploads/2022/02/dunaj-3-scaled.jpg)
Многим может показаться, что мир Нади серый и одинокий, в то время как у окружающих её сербов — яркий, весёлый и расслабленный. Познакомится с ним девушка в тот же вечер: она пойдёт в бар и встретит там Нешу, с которым впервые за долгое время начнёт улыбаться. Они будут пить пиво, гулять по городу, валяться на скамейках, постоянно разговаривать на русском — Неша его учил — и закончат ночь у Нади в квартире. Разве не прекрасное начало для фильма о любви? Но лента Мульменко не совсем об этом.
Режиссёр «Дуная», задумывая картину, во многом ориентировалась на известную работу Софии Копполы «Трудности перевода». В интервью о своём фильме Коппола говорила: «Вы можете встретить кого-то, провести с ним два дня, и он может быть так же важен, как тот, кого вы знаете годами». Мульменко заимствует и развивает идею случайной встречи, которая не получит продолжения, но будет очень значимой по своим последствиям. Это точка отсчёта, где начинается личная трансформация каждого из героев.
![](https://vatnikstan.ru/wp-content/uploads/2022/02/dunaj-6.jpg)
Знакомство Неши и Нади — это внезапное смешение противоположностей. Она — воплощение самоорганизованности и поглощена постоянными рабочими звонками. Он — жонглёр без чёткого графика, зато с кучей знакомых. Её серьёзность и порядок сталкиваются с его принятием и откровенностью. При этом у всего есть обратная сторона: Надя закрыта, а Неша инфантилен. Им есть чему поучиться друг у друга. Именно в этом и кроется смысл их встречи, хотя поймут это герои далеко не сразу.
Судьба им улыбнулась, подарив шанс открыть новые грани жизни.
После первой совместной ночи девушка пойдёт к Дунаю и будет смотреть на него с надеждой — в голубом платье, прямо как в треке Depeche Mode. Текст песни, как и сюжет фильма, намекает на то, что жизнь может в корне измениться от столкновения с простыми, незначительными и тривиальными вещами — но именно они способны сделать нас счастливыми.
Для Нади роль катализатора изменений сыграют диалоги с Дунаем. Позднее, с развитием отношений, она вернётся и уже не сможет понять, что хочет сказать ей река. Надя оказалась в периоде трансформации, в поворотном моменте жизни. Характер внутреннего роста неизбежно влияет на её способность слышать и понимать язык города. Пройти все этапы развития Надя должна самостоятельно: Неша фразы Дуная переводить отказывается.
История курортного романа не предстаёт перед нами сладкой идиллией с глянцевой обложки. Съёмка по характеру близка к документальной (как и у Копполы): зритель вместе с героями приходит на вечеринки, убирается в квартире, гадает на картах и едет в такси. При просмотре ему вместе с персонажами становится и неудобно, и грустно, и забавно. От этой нарочитой реалистичности даже становится не по себе: в этой ситуации любой из нас будто третий лишний, обречённый подглядывать за чужими и, если честно, не самыми интересными отношениями.
![](https://vatnikstan.ru/wp-content/uploads/2022/02/dunaj-5.jpg)
Чем дальше, тем яснее приходит осознание того, что Надя явно оказалась не своей в компании: тут и язык другой, и темперамент неблизкий. Но Неша уже на неё повлиял: самолёт в Москву ею специально упущен — это первое проявление свободы, пока ещё импульсивной. Однако изменения начались и дальше будут только нарастать.
В какой-то момент зритель начнёт с нетерпением задаваться вопросом: сейчас-то, наверное, всё кончится и Надя улетит домой? Ведь нам, по ту сторону экрана, видно всё то, на что героиня некоторое время предпочитает закрывает глаза. Хотя в глубине души Надя и сама понимает: они с Нешей слишком разные и никак не сходятся жизненными ценностями и ориентирами. Увы, любви не получится.
Голосом разума выступает подруга, которая держит с Надей связь по телефону. Она настойчиво задаёт девушке вопросы, которые в классических ромкомах предпочитают обходить стороной: Уволишься? А где ты будешь жить? На улице? И как возможное будущее героини — эмигрантка Элли с разбитым сердцем, чувствующая себя в Белграде чужой.
![](https://vatnikstan.ru/wp-content/uploads/2022/02/dunaj-4.jpg)
И Надя, конечно, вернётся в Москву, поступив свободно, но в то же время обдуманно. А Неша? Этот мужчина-мальчик после её отъезда тоже посмотрит на себя и свою жизнь со стороны. Оказавшись в кругу друзей, он как-то пронзительно смотрит вперёд, уже не обращая внимания на повседневную болтовню знакомых. И тогда Неша уходит от привычно, прежде простой и удобной жизни. Он идёт по полю и начинает свой путь изменений.
Захочется ли пересматривать «Дунай»? Скорее всего, нет. Лента вышла жизненной — но именно что в значении обыденности. Скорее всего, она покажется зрителям довольно скучной — всё равно что посмотреть мокьюментари про давних знакомых, с которыми вас мало что связывает. Фильм достаточно ровный, без ярких моментов и душещипательных поворотов.
Хотя, возможно, дело всё-таки в нас: современный зритель, пожалуй, слишком привык к драме, ожидая, что его будут «щекотать за эмоции». Но фестивальное кино — не такое, оно тихое, лиричное и даже инертное. Пожалуй, его смысл как раз не в щекотке, а в том, чтобы помочь «заземлиться». И увидеть ценность повседневных моментов, которую мы упускаем в погоне за большими эмоциями и громкими историями.
Читайте также «„Молоко птицы“ Евгения Марьяна как путь взросления».