Трёхмерные пионеры и рыболовный водевиль: «неизвестные» фильмы сказочника Роу

По слу­чаю 120-летия вели­ко­го оте­че­ствен­но­го кино­ска­зоч­ни­ка Алек­сандра Арту­ро­ви­ча Роу навер­ня­ка будут мно­го гово­рить о его глав­ных филь­мах — «Васи­ли­се Пре­крас­ной» (1939), «Кащее Бес­смерт­ном» (1944), «Мороз­ко» (1964) и т. д. Но вы ведь уже хоро­шо их зна­е­те, прав­да? Если так, пред­ла­га­ем вме­сте с нами иссле­до­вать под­за­бы­тые эпи­зо­ды филь­мо­гра­фии масте­ра: воен­ную дра­му о чеш­ском радио, армян­ское «анти­ф­эн­те­зи» и сте­рео­ско­пи­че­скую доку­мен­тал­ку об арте­ков­ских пионерах.

«О странностях любви» (1936)

Перед тем, как снять пер­вый само­сто­я­тель­ный фильм-сказ­ку «По щучье­му веле­нью» (1938), Роу сотруд­ни­чал с клас­си­ком доре­во­лю­ци­он­но­го и совет­ско­го кино Яко­вом Про­та­за­но­вым в каче­стве асси­стен­та режис­сё­ра. Вме­сте «стар и млад» пред­ста­ви­ли на суд зри­те­ля пять кар­тин, из кото­рых две в 1936 году: супер­хит «Бес­при­дан­ни­ца» по Ост­ров­ско­му и ром­ком с цита­той из «Гав­ри­ли­а­ды» Пуш­ки­на в заголовке.

В своё вре­мя «О стран­но­стях люб­ви» за «безы­дей­ность, пош­лость и отрыв от дей­стви­тель­но­сти» запре­ти­ли, да так осно­ва­тель­но, что годы спу­стя авто­ру кни­ги «Про­та­за­нов» (1973) Миха­и­лу Арла­зо­ро­ву при­шлось днём с огнём выяс­нять о нём хоть какую-то инфор­ма­цию. А уж о том, что­бы уви­деть полоч­ный фильм, речи и вовсе не шло — Арла­зо­ров пере­ска­зы­ва­ет сюжет, опи­ра­ясь на ста­тью Алек­сандра Роу, кото­рая вышла в сен­тяб­ре 1934 года в газе­те «Рот-фильм».

Зато теперь «безы­дей­ную» коме­дию из жиз­ни моло­дё­жи 1930‑х каж­дый может посмот­реть онлайн и убе­дить­ся, что ниче­го тако­го уж кра­моль­но­го в ней нет. Раз­ве что пол­ное отсут­ствие идео­ло­гии: герои и геро­и­ни пред­по­чи­та­ют стро­ить отно­ше­ния, а не ком­му­низм. Ну а чем ещё зани­мать­ся летом в сол­неч­ном Крыму?

Но самое глав­ное для нас здесь в том, что в «О стран­но­стях люб­ви» мож­но уви­деть и услы­шать само­го Роу. Он игра­ет неболь­шую роль веду­ще­го кон­цер­та, кото­рый посе­ща­ют пер­со­на­жи, и дела­ет это очень даже обаятельно.

«Боевой киносборник № 7» (1941)

Так назы­ва­е­мые «Бое­вые кино­сбор­ни­ки» демон­стри­ро­ва­лись в СССР в 1941–1942 годах. В каж­дый аль­ма­нах вхо­ди­ло несколь­ко корот­ко­мет­ра­жек, кото­рые зача­стую обрам­ля­лись сквоз­ной сюжет­ной линией.

Так, в седь­мой части «сери­а­ла» цен­траль­ным геро­ем-рас­сказ­чи­ком стал глав­ный герой рома­на Яро­сла­ва Гаше­ка «Похож­де­ния бра­во­го сол­да­та Швей­ка», ока­зав­ший­ся в немец­ком конц­ла­ге­ре. Под­бад­ри­вая това­ри­щей по несча­стью, Швейк делит­ся с ними пат­ри­о­ти­че­ски­ми исто­ри­я­ми, одну из кото­рых, «Ров­но в семь», поста­ви­ли Аль­берт Ген­дель­ш­тейн и Алек­сандр Роу. У режис­сёр­ско­го дуэ­та полу­чил­ся почти что нуар, дра­ма­ти­че­ский трил­лер с ноч­ны­ми пого­ня­ми и перестрелками.

В захва­чен­ной Пра­ге фаши­сты ведут борь­бу с под­поль­щи­ка­ми, умуд­ря­ю­щи­ми­ся еже­днев­но в пря­мом эфи­ре при­зы­вать народ к сопро­тив­ле­нию. Когда окку­пан­там кажет­ся, что побе­да у них в руках, «радий­щи­ки» остав­ля­ют их с носом. В бес­силь­ной зло­бе вра­ги откры­ва­ют паль­бу по радио­при­ём­ни­ку, но тот мисти­че­ским обра­зом про­дол­жа­ет функ­ци­о­ни­ро­вать, про­кли­ная захватчиков.

«День чудесных впечатлений» (1949)

Пора­бо­тав в Кры­му на съём­ках «О стран­но­стях люб­ви», Роу в даль­ней­шие годы неод­но­крат­но воз­вра­щал­ся на полу­ост­ров, сни­мая филь­мы на Ялтин­ской кино­сту­дии. Здесь же созда­ва­лись корот­ко­мет­раж­ки Алек­сандра Арту­ро­ви­ча, посвя­щён­ные пио­нер­ско­му лаге­рю «Артек».

«День чудес­ных впе­чат­ле­ний» (1949) — не толь­ко ред­кий при­мер доку­мен­та­ли­сти­ки Роу, но и (если мы ниче­го не упус­ка­ем) его пер­вый опыт в сте­рео­ки­но. Подроб­нее о совет­ском «3D без очков» от созда­те­ля «Мороз­ко» в 2023 году рас­ска­зы­вал кино­вед Алек­сандр Майоров:

«Не раз к сте­рео­ки­но обра­щал­ся наш вели­кий Алек­сандр Роу. С ним был свя­зан один уни­каль­ный слу­чай: он смог снять два филь­ма парал­лель­но. Не про­сто одну и ту же лен­ту в сте­рео- и обыч­ном вари­ан­те (так дела­ли повсе­мест­но), а две совер­шен­но раз­ные кар­ти­ны на одном мате­ри­а­ле. Это были сня­тые в соци­а­ли­сти­че­ском раю под назва­ни­ем «дет­ский лагерь Артек» кар­ти­ны «День чудес­ных впе­чат­ле­ний» и «Артек», вышед­шие в 1949 году. При­чем «„День чудес­ных впе­чат­ле­ний“ кажет­ся мне одним из луч­ших доку­мен­таль­ных филь­мов в сво­ём роде, несмот­ря на то, что кро­ме видо­вых кад­ров там почти все поста­но­воч­ное, но про­из­во­дя­щее впе­чат­ле­ние доку­мен­таль­но­го. На пре­мье­ре вос­ста­нов­лен­но­го филь­ма в Ялте мест­ные Арте­ков­цы тех лет гово­ри­ли мне, что там всё правда. <…>

Очень часто на пока­зах „Май­ской ночи“ (1952) Алек­сандра Роу в сте­рео­ва­ри­ан­те зри­те­ли — при­чем даже под­ко­ван­ные! — гово­ри­ли про запах яблонь. Ответ­ствен­но заяв­ляю: ни на одном из пока­зов мы не исполь­зо­ва­ли аро­ма­ти­за­то­ры, это все сила изображения!»

К сожа­ле­нию, в откры­том досту­пе пол­ные вер­сии «Арте­ка» и «Дня чудес­ных впе­чат­ле­ний» най­ти не уда­лось. Извест­но, что вос­ста­нов­лен­ная вер­сия послед­не­го демон­стри­ро­ва­лась в 2016–2017 годах на кино­фе­сти­ва­лях. Кро­ме того, досту­пен неболь­шой фраг­мент «Дня…», вклю­ча­ю­щий тор­же­ствен­ный вынос зна­ме­ни и неко­то­рые дру­гие сце­ны из жиз­ни арте­ков­цев кон­ца 1940‑х годов.

«Тайна горного озера» (1954)

Обра­ща­ясь к фольк­ло­ру, Роу обыч­но делал выбор в поль­зу рус­ских народ­ных ска­зок. Но в 1954 году ему дове­лось экра­ни­зи­ро­вать при­клю­чен­че­скую повесть Вах­тан­га Ана­ня­на, вдох­нов­лён­ную армян­ской мифологией.

Ста­рей­ший житель безы­мян­но­го гор­но­го селе­ния дедуш­ка Аса­тур не реко­мен­ду­ет маль­чиш­кам и дев­чон­кам гулять вбли­зи пеще­ры с не слиш­ком опти­ми­стич­ным назва­ни­ем Вра­та ада. Он уве­рен, что где-то там оби­та­ет Дэв — злоб­ный камен­ный вели­кан. Имен­но про­дел­ка­ми вели­ка­на Аса­тур объ­яс­ня­ет мест­ные зага­доч­ные явле­ния при­ро­ды — гро­хот, доно­ся­щий­ся со дна озе­ра, и водя­ные стол­бы, вне­зап­но под­ни­ма­ю­щи­е­ся из водоёма.

Перед выхо­дом филь­ма на экран живо­пис­ный Дэвв был зако­но­мер­но поме­щён на афи­шу — так ска­зать, «кар­тин­ка для при­вле­че­ния вни­ма­ния». Но зри­те­лей, кото­рые рас­счи­ты­ва­ли, что гигант ста­нет глав­ным анта­го­ни­стом в ска­зоч­ной бит­ве добра и зла, жда­ло разо­ча­ро­ва­ние: вели­кан появ­ля­ет­ся в кад­ре все­го на пару минут. В каком-то смыс­ле «Тай­на гор­но­го озе­ра» — это «антис­каз­ка», посколь­ку вся дея­тель­ность геро­ев направ­ле­на на то, что­бы дока­зать, что ника­ких дэвов и про­чих мифи­че­ских существ в при­ро­де не суще­ству­ет. Так и ока­зы­ва­ет­ся (а жаль).

Прав­да, чудес в этой исто­рии и без Дэва доста­точ­но. По какой-то при­чине гео­ло­ги и все осталь­ные взрос­лые ока­зы­ва­ют­ся совер­шен­ны­ми лопу­ха­ми в срав­не­нии с пио­не­ра­ми, кото­рые совер­ша­ют одно науч­ное откры­тие за дру­гим, полу­чая бла­го­дар­ствен­ные пись­ма от мос­ков­ских ака­де­ми­ков. Полу­ча­ет­ся, про­па­ли бы совет­ские учё­ные без детей, кото­рые спо­соб­ны на всё: даже, доныр­нув до дна озе­ра, отпра­вить керо­син в путе­ше­ствие по зате­рян­ной под­зем­ной реке.

«Драгоценный подарок» (1956)

Сюжет этой милой, но, в общем, лег­ко­мыс­лен­ной воде­виль­ной кру­го­вер­ти немно­го напо­ми­на­ет рас­тя­ну­тый анек­дот на веч­ную тему — рыбо­лов и его недо­воль­ная жена. Мож­но понять кино­ве­да Киру Пара­мо­но­ву, кото­рая в кни­ге «Алек­сандр Роу» (1979) упре­ка­ла кар­ти­ну в «неор­га­нич­ной для кине­ма­то­гра­фа искус­ствен­но­сти» и сожа­ле­ла о «вынуж­ден­ном отступ­ле­нии» Роу от «основ­но­го направ­ле­ния его твор­че­ства — сказки».

Но есть в «Дра­го­цен­ном подар­ке» и свои важ­ные для твор­че­ства Алек­сандра Арту­ро­ви­ча осо­бен­но­сти. Режис­сёр не толь­ко про­дол­жа­ет экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать со сте­рео­ки­но, но и пус­ка­ет­ся в мета­и­ро­нию: воз­мож­но, впер­вые в исто­рии совет­ской сте­рео­ско­пии пер­со­на­жи трёх­мер­но­го филь­ма ведут бесе­ды о 3D, при­чём без вся­ко­го пие­те­та. Коми­че­ская геро­и­ня тётя Лёка (Мария Миро­но­ва), желая спро­ва­дить куда-нибудь надо­ед­ли­вую дом­ра­бот­ни­цу (Рина Зелё­ная), сове­ту­ет ей посе­тить трёх­мер­ный киносеанс:

«А вы, Настень­ка, в сте­рео­ки­но схо­ди­те. Может, уви­ди­те что. Мно­гие видют!»

Настя от пред­ло­же­ния не в вос­тор­ге — сомни­тель­ным раз­вле­че­ни­ям вро­де 3D она пред­по­чи­та­ет про­смотр телевизора.

Ещё одна любо­пыт­ная деталь: чуть ли един­ствен­ный раз за всё вре­мя сотруд­ни­че­ства с Геор­ги­ем Мил­ля­ром, кото­рый про­сла­вил­ся роля­ми Бабы Яги, Кащея Бес­смерт­но­го и про­чих «нечи­стых», Роу запе­чат­лел любим­ца вне ска­зоч­но­го кон­тек­ста — в обра­зе про­фес­со­ра, кото­рый ловит на удоч­ку «тара­ка­нов» (ока­зы­ва­ет­ся, так рыбо­ло­вы назы­ва­ют совсем малень­ких рыбок). Кро­ме того, «Дра­го­цен­ный пода­рок» сохра­нил для буду­щих поко­ле­ний и впрямь дра­го­цен­ные виды Моск­вы 1950‑х годов в цвете.

Эта кар­ти­на ста­ла послед­ним реа­ли­сти­че­ским филь­мом Алек­сандра Арту­ро­ви­ча Роу, о чём он сам вряд ли сожа­лел. Как сле­ду­ет из мате­ри­а­ла на сай­те «Культурология.РФ», зани­мать­ся доку­мен­та­ли­сти­кой и мело­дра­ма­ми ему при­шлось не от хоро­шей жизни:

«В кон­це 1940‑х гг. сказ­ка счи­та­лась слиш­ком лег­ким жан­ром, безы­дей­ным и не отра­жа­ю­щим жизнь совет­ско­го наро­да, и уход Роу от обще­ствен­но-поли­ти­че­ских тем вызы­вал недо­воль­ство кино­чи­нов­ни­ков. Какое-то вре­мя режис­сер сни­мал доку­мен­таль­ные филь­мы, рабо­тал на Ере­ван­ской кино­сту­дии, и толь­ко в 1955 г. он смог вер­нуть­ся в Моск­ву и сно­ва занять­ся сво­им люби­мым делом — дет­ским кинематографом».

Тут мож­но поспо­рить о тер­ми­но­ло­гии — вряд ли «ска­зоч­ный» рав­но «дет­ский». Но как бы то ни было, все мы от воз­вра­ще­ния Роу к «лёг­ко­му жан­ру» толь­ко выиграли.

Читай­те далее: Хор­рор про Сне­гу­роч­ку, Стру­гац­кие и паро­дия на Хру­щё­ва: семь совет­ских снеж­ных сказок