«Чем гуще сумрак — тем светлей в бою». Творчество Летова в лихих девяностых

На про­тя­же­нии все­го пери­о­да суще­ство­ва­ния «Граж­дан­ской обо­ро­ны» тема­ти­ка и смыс­ло­вая струк­ту­ра песен меня­лись. В основ­ном на это вли­ял общий фон, поли­ти­че­ская обста­нов­ка в стране. Если в пере­строй­ку Егор Летов борол­ся с совет­ской вла­стью, скры­вал­ся от сотруд­ни­ков КГБ, то в девя­но­стые он начи­на­ет вой­ну про­тив неспра­вед­ли­во­сти новой системы.

В 1990‑е годы в Рос­сии про­ис­хо­ди­ли боль­шие пере­ме­ны, вызван­ные ради­каль­ны­ми поли­ти­че­ски­ми и эко­но­ми­че­ски­ми рефор­ма­ми. В обще­ствен­ной жиз­ни царил хаос. На фоне все­го это­го в 1993 году, после дли­тель­но­го пере­ры­ва, Егор Летов соби­ра­ет «Граж­дан­скую обо­ро­ну», что­бы воз­ро­дить твор­че­ство зна­ме­ни­той груп­пы. Через новые пес­ни Летов хотел выра­зить мне­ние о сло­жив­шей­ся обста­нов­ке в стране — рас­ска­зы­ва­ем, какие обра­зы он исполь­зо­вал и где чер­пал вдохновение.


Смена идеологии и сотрудничество с НБП

Источ­ни­ком новых обра­зов для Его­ра Лето­ва ста­но­вит­ся носталь­гия по ушед­шей совет­ской эпохе:

«Роди­на для меня — Совет­ский Союз. Я здесь родил­ся… Ощу­ще­ние Роди­ны — это язык, ланд­шафт, это идея, опре­де­лён­ная идео­ло­гия, сим­во­ли­ка, тра­ди­ция, эсте­ти­ка и мораль. Сей­час эсте­ти­ка наше­го госу­дар­ства рос­сий­ско­го — дру­гая, мораль — дру­гая, вооб­ще ника­кой нет, тер­ри­то­рия — и та уже не та… рас­пад пол­ный. Смер­дит кругом».

Музы­кант все­гда был про­тив суще­ству­ю­ще­го режи­ма. Он нико­гда не согла­шал­ся с мне­ни­ем боль­шин­ства, ему необ­хо­ди­ма ярая борь­ба, дви­же­ние, что­бы посто­ян­но нахо­дить­ся в дина­ми­ке. В одном из интер­вью он сказал:

«Ком­му­низм — это цар­ство божие на земле».

В 1994 году Егор Летов актив­но сотруд­ни­ча­ет с Эду­ар­дом Лимо­но­вым и Алек­сан­дром Дуги­ным, всту­па­ет в Наци­о­нал-боль­ше­вист­скую пар­тию (запре­ще­на в РФ). Сохра­ни­лась видео­хро­ни­ка май­ской демон­стра­ции 1994 года. В вос­по­ми­на­ни­ях «Некро­ло­ги. Кни­га мёртвых‑2» Эду­ард Лимо­нов так опи­сы­ва­ет это событие:

«От неё (демон­стра­ции) оста­лась бли­ста­тель­ная фото­гра­фия, достой­ная быть аги­та­ци­он­ной открыт­кой. Раб­ко, Летов и я идём, выбра­сы­вая впе­рёд сжа­тые кула­ки — рот-фрон­тов­ское при­вет­ствие. Мой и летов­ский кула­ки сли­лись в один. Мы даже ещё не име­ли сво­е­го фла­га. У нас обще­ком­му­ни­сти­че­ский флаг с жёл­ты­ми звез­да­ми и серп-и-моло­том в углу. Мы ведём с собой доволь­но вну­ши­тель­ную тол­пу моло­дё­жи. Как левой, так и пра­вой, а ещё более моло­дё­жи неза­ря­жен­ной, летов­ские пан­ки, про­слы­шав, что „Егоруш­ка“ будет петь вжи­вую на Воро­бьё­вых горах на митин­ге Анпи­ло­ва, стек­лись со все­го горо­да. Они идут плот­ной сте­ной за нами, выбе­га­ют со всех сто­рон, что­бы бла­го­го­вей­но хотя бы взгля­нуть на сво­е­го идо­ла, неко­то­рые про­тя­ги­ва­ют ему „фенеч­ки“. „Егоруш­ка, на фенеч­ку!“ — поту­пясь про­тя­ги­ва­ет аму­лет юная квё­лая особь. И, крас­нея, убегает».

В после­ду­ю­щие годы актив­но идёт пар­тий­ная рабо­та. На созван­ной пресс-кон­фе­рен­ции Егор Летов выска­зы­ва­ет своё отно­ше­ние к совре­мен­ной Рос­сии 1990‑х гг. На «Юту­бе» опуб­ли­ко­ва­ны отрыв­ки из его выступ­ле­ний и интер­вью. Парал­лель­но это­му было созда­но рок-дви­же­ние «Рус­ский про­рыв», кото­рое внед­ря­ло идеи пар­тии в массы.

Во вре­мя акций и аги­та­ци­он­ной рабо­ты рож­да­ют­ся све­жие обра­зы. Они свя­за­ны с воз­ве­ли­чи­ва­ни­ем новой рево­лю­ци­он­ной борь­бы про­тив безум­ной ель­цин­ской демо­кра­тии. В напи­сан­ных пес­нях ощу­ща­ет­ся пом­пез­ность, кото­рая напо­ми­на­ет бое­вые годы граж­дан­ской вой­ны крас­ных и белых.

Теперь для Его­ра Лето­ва крас­ный цвет ста­но­вит­ся сим­во­лом кро­ва­вой борь­бы, вос­пе­ва­ни­ем большевиков.

Любо­пы­тен факт: когда созда­ва­лась газе­та «Лимон­ка» при редак­ти­ро­ва­нии мате­ри­а­ла и про­грам­мы пар­тии Егор Летов насто­я­тель­но требовал:

«Боль­ше красного!».


Рождение новых песен

На кон­цер­те в Москве на ста­ди­оне «Кры­лья Сове­тов» зву­чат новые пес­ни «Новый день», «Роди­на» и кавер «И вновь про­дол­жа­ет­ся бой». Все они впо­след­ствии вошли в аль­бом «Солн­це­во­рот», за исклю­че­ни­ем каве­ра. Эти ком­по­зи­ции были созда­ны под впе­чат­ле­ни­ем собы­тий 3 и 4 октяб­ря 1993 года. В этот момент совет­ской вла­сти окон­ча­тель­но при­шёл конец. Вер­хов­ный Совет был упразд­нён, а Борис Ель­цин стал пол­но­прав­ным пре­зи­ден­том страны.

Пес­ня «Новый день» посвя­ща­ет­ся геро­и­че­ским защит­ни­кам Дома Сове­тов. В ней Егор Летов ассо­ци­и­ру­ет новую демо­кра­ти­че­скую Рос­сию с раем, в кото­ром герою тес­но, а впо­след­ствии гряз­но, душ­но и тош­но, пото­му что власть ока­за­лось краденой:

«Сла­дост­ная месть, бро­шен­ная кость, кра­де­ная власть
Алые ручьи, палые гра­чи, стоп­тан­ная грязь
Запрет­ная быль, бетон­ная пыль, про­дан­ная даль…»

Сла­дост­ная месть совер­ши­лась. Крас­ные кост­ры и звёз­ды соот­вет­ствен­но «вымок­ли дотла». Весь центр Моск­вы в алых ручьях кро­ви, погиб­ших при столк­но­ве­нии. Впо­след­ствии ули­ца затоп­та­на гря­зью. Егор Летов поёт, что на его зем­ле пах­нет горе­чью, одна­ко про­ти­во­сто­я­ние ново­го и ста­ро­го продолжается:

«Чем гуще сумрак — тем свет­лей в бою
Чем тем­нее ночь — тем ско­рей рассвет».

За этим наста­нет новый день, кото­рый будет свет­лым, дол­гим и ясным — при побе­де крас­ных сил.

Пес­ня «Роди­на» явля­ет­ся тра­гич­ным про­дол­же­ни­ем. Егор Летов гово­рил о созда­нии её:

«Пом­ню, семь меся­цев вына­ши­вал пес­ню, а потом вдруг как-то само собой зазву­ча­ло: „Вижу, под­ни­ма­ет­ся с колен моя Роди­на… Моя Совет­ская Родина…“».

В дру­гом из интер­вью музы­кант сам и рас­крыл смысл этих строк:

«Пес­ня про то, как под­ни­ма­ет­ся с колен роди­на, кото­рой, соб­ствен­но гово­ря, и нет, кото­рая не то, что под­ни­ма­ет­ся с колен, а увя­за­ет в неви­дан­ной <…> всё глуб­же, и туже, и безыс­ход­нее. И при этом петь о том, как роди­на поды­ма­ет­ся, — это очень мощно».

Это слыш­но и в самих стро­ках пес­ни: былин­ный и могу­чий народ, кото­рый заря­жен гнев­ной и мощ­ной энер­ги­ей, от дыха­нья кото­ро­го «тает пла­вит­ся лёд», отправ­ля­ет­ся за сол­ныш­ком впе­рёд в поход. Одна­ко такой путь ведёт «на гибель­ную сту­жу, на кро­меш­ную ночь». И тем не менее глав­ный герой, сви­де­тель собы­тия, видит в этом, как его роди­на под­ни­ма­ет­ся с колен. Дей­стви­тель­но, это зву­чит очень мощ­но и убедительно!


Появление «красных» альбомов. «Маятник качнулся в правильную сторону»

Годы сотруд­ни­че­ства Лето­ва с пар­ти­ей Лимо­но­ва были пло­до­твор­ны­ми. Ито­гом такой аги­та­ци­он­ной, вдох­нов­ля­ю­щей актив­но­сти ста­ли аль­бо­мы «Солн­це­во­рот» (1997) и «Невы­но­си­мая лёг­кость бытия» (1997), кото­рые тес­но вза­и­мо­свя­за­ны друг с дру­гом зву­ча­ни­ем и стилем.

Облож­ка аль­бо­ма «Солн­це­во­рот» сим­во­ли­зи­ру­ет про­тест наро­да про­тив ОМОНа

В пер­вой ком­по­зи­ции наме­ча­ет­ся настро­е­ние гря­ду­щих пере­мен. Вид­ны отсыл­ки к сла­вян­ской тра­ди­ции. В язы­че­ской Руси празд­ник Солн­це­во­ро­та сим­во­ли­зи­ро­вал пово­рот от зимы к лету. В строч­ках «Маят­ник кач­нёт­ся в пра­виль­ную сторону/И вре­ме­ни боль­ше не будет» замет­на отсыл­ка к Откро­ве­нию Иоан­на Бого­сло­ва и вооб­ще пра­во­слав­ным веру­ю­щим. Соглас­но биб­лей­ской тра­ди­ции, к Суд­но­му Дню, Вто­ро­му при­ше­ствию Иису­са Хри­ста вре­мя навсе­гда оста­но­вит­ся в про­стран­стве и не будет про­те­кать, тем самым сим­во­ли­зи­руя веч­ное небы­тие Кон­ца Све­та. На фоне пред­сто­я­щих собы­тий лири­че­ский герой вос­пе­ва­ет своё дви­же­ние за пра­вое дело, кото­рое при­ве­дёт к состо­я­нию солн­це­во­ро­та. Исполь­зу­ют­ся яркие, силь­ные срав­не­ния, при­да­ю­щие пом­пез­ность происходящему:

«Hаше дело послед­нее, слов­но патрон
Слов­но веч­но послед­ний подвиг
Слов­но вся­кий послед­ний раз
Слов­но пер­вый вдох
Слов­но пер­вый шаг…»

Пес­ня «Про зёр­на, факел и песок» выра­жа­ет бое­вое настро­е­ние Лето­ва. Буд­нич­ная суе­та, борь­ба за спра­вед­ли­вость выма­ты­ва­ет лири­че­ско­го героя. Он хочет обре­сти душев­ное спо­кой­ствие, вер­нуть­ся в своё тихое при­ста­ни­ще. Поэто­му сквозь слож­ные обра­зы-пре­гра­ды про­сле­жи­ва­ет­ся путь лири­че­ско­го героя домой. При­род­ные усло­вия вся­че­ски пре­пят­ству­ют это­му: «Злоб­но хлоп­нет вете­рок став­нем», «Вновь ста­нет алый снег ядом». Эта доро­га сквозь калё­ный лёд, сквозь кро­меш­ный пол­день ока­зы­ва­ет­ся очень тяжё­лой, жар­кой и дол­гой. Как и в «Родине», она безыс­ход­ная и гибельная.

В про­иг­ран­ной борь­бе про­па­да­ет ощу­ще­ние цен­но­сти соб­ствен­ной жиз­ни, кото­рой все­гда нече­го терять, а наобо­рот, хочет­ся при­об­ре­сти что-то суще­ствен­ное. Для отча­ян­ных людей глав­ное — это готов­ность к дей­ствию вне зави­си­мо­сти от того, в каком поло­же­нии они нахо­дят­ся. Лири­че­ско­му герою же в песне «Нече­го терять» абсо­лют­но без раз­ни­цы, он рав­но­ду­шен ко все­му. В куп­ле­тах про­сле­жи­ва­ет­ся пес­си­ми­стич­ное настро­е­ние, тупи­ко­вый путь:

«Скольз­ким узел­ком дорога
затя­ну­лась, сорвалась
Лето, тош­но­та, тревога
раз­ра­зи­лась, улеглась».

Музы­кант не видит смыс­ла в про­ис­хо­дя­щем. К при­ня­тию реше­ний он абсо­лют­но без­уча­стен, так как ему всё рав­но нече­го терять:

«Слиш­ком рано, что­бы просыпаться
Слиш­ком позд­но, что­бы спать».

В песне «Мёрт­вые» про­сле­жи­ва­ет­ся мотив зако­но­мер­но­сти жиз­ни. Смерть сме­ня­ет­ся новым рож­де­ни­ем, про­ис­хо­дит реин­кар­на­ция — всё про­изой­дёт «опять сна­ча­ла». В то же вре­мя Егор Летов ино­ска­за­тель­но назы­ва­ет мёрт­вы­ми людь­ми — рав­но­душ­ных, кото­рые, как и покой­ни­ки «не спо­рят, не хотят» и «не стре­ля­ют, не шумят». Необыч­ное срав­не­ние — про­ти­во­по­став­ля­ют­ся актив­ные живые и пас­сив­ные мёрт­вые в сво­ём пове­де­ние люди.

«Дале­ко бежит доро­га (впе­ре­ди весе­лья мно­го)» по пра­ву явля­ет­ся пес­ней дру­го­го испол­ни­те­ля — «Чёр­но­го Луки­ча», кото­рую Егор Летов решил пере­петь. Появ­ле­ние её в «Солн­це­во­ро­те» под­чёр­ки­ва­ет, что про­ис­хо­дя­щие в исто­рии явле­ния, про­цес­сы и собы­тия сме­ня­ют­ся друг дру­гом, а чело­век дол­жен идти сво­ей доро­гой к замыс­ло­ва­той цели, несмот­ря ни на что.

«Мы о жиз­ни не раз­мыш­ля­ем. Мы — живём. „Мы идём в тишине по уби­той весне…“. Вот. А дру­гие там слу­ша­ют, раз­мыш­ля­ют об этом — хоро­шо ли это или пло­хо? А мы идём там по этим очкам, знач­кам и т. д.».

Одно­вре­мен­но дви­же­нию лири­че­ско­го героя при­да­ёт­ся пом­пез­ность, пото­му что он идёт на подвиг:

«Но мы идём в тишине
По уби­той весне
По раз­би­тым домам
По седым головам
По зелё­ной земле
Почер­нев­шей траве
По упав­шим телам
По вели­ким делам».

Пес­ня «Про дурач­ка» при­над­ле­жит дру­го­му про­ек­ту — «Егор и Опиз­де­нев­шие». В дан­ном аль­бо­ме она закреп­ля­ет­ся за лири­че­ским геро­ем и ука­зы­ва­ет, что в этом мире «добе­жит сле­пой, побе­дит ничтож­ный» и ниче­го изме­нить нель­зя. В «Прыг-Ско­ке» она наве­я­на шаман­ским моти­вом, кото­рый дол­жен уба­ю­кать слу­ша­те­ля. Нахо­дят­ся явные отсыл­ки к язы­че­ству и христианству.

В песне «Позд­но» рас­ска­зы­ва­ет­ся, что энер­гия и буй­ная кровь, кото­рая про­сит­ся нару­жу, запоз­да­ла, так как глав­ное собы­тие уже про­изо­шло. И все упря­мые скуч­ные речи теперь луч­ше заме­нить на живые и бод­рые пес­ни, что­бы вдох­нов­лять дру­гое поколение.

«Забо­та у нас такая» отсы­ла­ет к строч­ке совет­ской «Пес­ни о тре­вож­ной моло­до­сти». Об этой ком­по­зи­ции Егор Летов поз­же гово­рит в интер­вью, что его армия радуж­ная, раз­но­цвет­ная, кото­рая посто­ян­но ведёт бой с чёр­но-белым злом.

«Может, конеч­но, мы и мрач­ные люди, но, преж­де все­го, мы сол­да­ты — ска­жем так, те бесы, кото­рые охра­ня­ют Рай. Хотя я и не видел, что там, внутри…».

Бес­ко­неч­ный апрель вос­при­ни­ма­ет­ся как пик весен­не­го рас­цве­та, жиз­не­ра­дост­но­сти, подъ­ёма. Раду­га же явля­ет­ся местом сра­же­ния добра и зла, понят­ное дело, что всё это про­ис­хо­дит на мета­фи­зи­че­ском уровне, кото­рый под­креп­ля­ет­ся худо­же­ствен­ны­ми обра­за­ми и отсылками.

Сле­ду­ю­щая пес­ня «Жить», бес­спор­но, отсы­ла­ет к зна­ме­ни­той поэ­ме Нико­лая Некра­со­ва «Кому на Руси жить хоро­шо?» Этим веч­ным вопро­сом зада­ёт­ся и Егор Летов, огля­ды­ва­ясь на рос­сий­скую совре­мен­ность. Одна­ко отве­та не после­ду­ет, так как он для каж­до­го чело­ве­ка свой.

Завер­ша­ю­щая «Дем­бель­ская» пес­ня отправ­ля­ет слу­ша­те­лей в спо­кой­ствие после дол­гой служ­бы и про­дол­жи­тель­ной вой­ны. Память застав­ля­ет вспом­нить, через что про­шли вой­ска, что­бы дой­ти до конца:

«Память моя память, рас­ска­жи о том
Как мы поми­ра­ли в небе голубом
Как мы дожи­да­лись, как не дождались
Как мы не сда­ва­лись, как мы не сдались».

Живые сим­во­лы, такие как дож­дик поут­ру, раду­га над полем, зна­мя на вет­ру пока­зы­ва­ют всю крас­ку борь­бы за пра­вое дело. Таки­ми лирич­ны­ми стро­ка­ми закан­чи­ва­ет­ся «Солн­це­во­рот».


«Лишь одна дорожка да на всей земле». Философское осознание героя

Сле­ду­ю­щий аль­бом «Невы­но­си­мая лёг­кость бытия» про­дол­жа­ет тему борь­бы, одна­ко вид­но в этом неко­то­рое осмыс­ле­ние и фило­соф­ство­ва­ние. На облож­ке кар­ти­на Иеро­ни­ма Бос­ха «Иску­ше­ние свя­то­го Анто­ния». Лицо сидя­ще­го на бере­гу реки чело­ве­ка выра­жа­ет спо­кой­ствие, без­мя­теж­ность, сми­рен­ность. Имен­но такие чув­ства про­сле­жи­ва­ют­ся в альбоме.

Назва­ние отсы­ла­ет к рома­ну Мила­на Кун­де­ры «Невы­но­си­мая лёг­кость бытия». Соглас­но писа­те­лю жизнь несёт в себе некую таин­ствен­ную слу­чай­ность, кото­рая не все­гда пред­опре­де­ля­ет наше буду­щее. В то же вре­мя любые дей­ствия ста­но­вят­ся невы­но­си­мы­ми, если заду­мы­вать­ся об их послед­стви­ях посто­ян­но. Этим и объ­яс­ня­ет­ся посыл, кото­рый хочет доне­си до слу­ша­те­лей Егор Летов.

Пер­вая пес­ня «Пой, рево­лю­ция!» под­ни­ма­ет пат­ри­о­ти­че­ский дух, кото­рый застав­ля­ет встать в послед­ний нерав­ный бой. При этом настро­е­ние, вызван­ное энер­гич­ной музы­кой и ярки­ми обра­за­ми в строч­ках, при­да­ёт новых сил для сокру­ше­ния вра­га. Вся при­ро­да чув­ству­ет энер­гию чело­ве­че­ской борь­бы и тем самым созда­ёт атмосферу:

«Дож­дик по миру брёл живой
За собой вёл свои войска
Вёл сквозь годы, сне­га и зной
Верил — побе­да близка.
Гори­зон­ты тес­ни­лись в груди
Уто­па­ли в кро­ва­вых слезах
И сия­ли звёз­ды в зем­ной грязи
И пья­ни­ла полынь в небесах».

«Ещё немно­го» про­дол­жа­ет настро­е­ние рево­лю­ци­он­ной борь­бы. Вос­пе­ва­ние рево­лю­ции в этой песне очень хоро­шо нахо­дит свою ретро­спек­ти­ву в исто­рии Граж­дан­ской и Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны. Это­му слу­жат отсыл­ки из строч­ки при­пе­ва «Ещё немно­го, ещё чуть-чуть», кото­рая была взя­та из пес­ни «Послед­ний бой» Миха­и­ла Нож­ки­на из филь­ма «Осво­бож­де­ние». Сло­ва «Лишь толь­ко б ноч­ку про­сто­ять / Да день про­дер­жать­ся…» были ска­за­ны крас­но­ар­мей­цем из сказ­ки о Маль­чи­ше-Кибаль­чи­ше, вклю­чён­ной в повесть Арка­дия Гай­да­ра «Воен­ная тай­на». В песне, несмот­ря на раны и пули, посто­ян­но про­ле­та­ю­щие над лири­че­ским геро­ем, бой с вра­гом при­об­ре­та­ет бод­рость и живое настроение:

«Нато­чу я шаш­ку поострей
Весе­лей, бра­тиш­ка, веселей!»

Здесь так­же при­ро­дой созда­ёт­ся атмо­сфе­ра бое­во­го духа, сопут­ствуя людям в их противостоянии:

«Гро­зо­вое небо, отворись
Ледя­ное солн­це, раскались —
Степ­ные тра­вы сте­лют нам постель
Сталь­ные звёз­ды метят в изголовье…»

«В Ленин­ских горах» явля­ет­ся так­же каве­ром на «Чёр­но­го Луки­ча» с изме­нён­ны­ми сточ­ка­ми во вто­ром куп­ле­те. С этой пес­ни в аль­бо­ме начи­на­ет­ся фило­соф­ское осмыс­ле­ние рево­лю­ци­он­ной борь­бы. Пока­за­ны исто­ри­че­ские похо­ро­ны Вла­ди­ми­ра Лени­на в 1924 году. После это­го опять долж­ны насту­пить тяжё­лые вре­ме­на для про­ле­та­ри­а­та, так как их вождь мёртв.

Насту­па­ет лип­кий страх от того, что будет даль­ше. Бур­жуи вос­кре­са­ют, поэто­му нет вре­мя для поте­хи, так как обыч­ную счаст­ли­вую семью рас­топ­чут ради смеха.

Одна­ко Егор Летов говорит:

«Пес­ня, соб­ствен­но гово­ря, про что? Про то, что Ленин умер в октяб­ре 93-го. Так и надо было, в самом деле, назвать пес­ню, чтоб ника­ких вопро­сов не возникало».

Пес­ня «Про любовь», испол­нен­ная Кон­стан­ти­ном Ряби­но­вым, напол­не­на мно­же­ством обра­зов, кото­рые пока­зы­ва­ют буй­ную любовь во вре­мя вой­ны. Это нераз­бор­чи­вый хаос из вет­ра и дождя, кото­рые закру­жи­лись в вих­ри стра­сти под музы­ку люб­ви. Такое состо­я­ние пред­ла­га­ет­ся каж­до­му жела­ю­ще­му, кто оку­нёт­ся в этот мир.

Пес­ня «У вой­ны не жен­ское лицо», отсы­ла­ет к одно­имён­но­му про­из­ве­де­нию бело­рус­ской писа­тель­ни­цы Свет­ла­ны Алек­се­е­вич, в кото­ром собра­ны рас­ска­зы жен­щин, участ­во­вав­ших в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне. Егор Летов про­дол­жа­ет эту тему. В интер­вью Егор Летов утверждал:

«…иде­аль­ное состо­я­ние обще­ства — это вой­на. Вой­на в гло­баль­ном смыс­ле, в бер­дя­ев­ском состо­ит в пре­одо­ле­нии: в искус­стве, в идео­ло­гии, в лич­но­сти, соци­аль­ном — каком угод­но. Твор­че­ство — это вой­на. Жизнь — это вой­на. Вой­на не несёт раз­ру­ше­ния. Вой­на — глав­ная ось это­го мира, глав­ная сози­да­тель­ная сила. Это про­гресс, пре­одо­ле­ние кос­но­сти, инер­ции, преж­де все­го вой­на с самим собой, что­бы пре­одо­леть какой-нибудь недо­ста­ток или ком­плекс свой».

В песне «Наши» пока­за­но, как ни смот­ря ни на что рав­но­душ­ные люди живут назло всем про­цес­сам, кото­рые про­ти­во­сто­ят им в рево­лю­ци­он­ной войне. Таким и море по коле­но, и небо по плечу.

«Побе­да» под­во­дит про­ме­жу­точ­ный итог войне, в кото­рой сра­жал­ся Егор Летов. Пес­ня вза­и­мо­свя­за­на с ком­по­зи­ци­ей «Пой, рево­лю­ция!», так как при­ро­да здесь соот­вет­ству­ет чело­ве­че­ским процессам:

«Пиро­вал закат — выго­рал рассвет
Полы­хал в лицо пья­но­му врагу
От род­ной зем­ли до седь­мых небес
Ярост­но и звон­ко зву­ча­ло: „Побе­да!“».

Про­стран­ство сужа­ет­ся и оста­ёт­ся самое глав­ное в нём — это побе­да, кото­рая вос­при­ни­ма­ет­ся как чудо и финал все­му про­ис­хо­дя­ще­му во имя рево­лю­ции. Поэто­му чело­ве­че­ские дела так важ­ны, а бог умер, и его про­сто нет, как утвер­жда­ет­ся в сле­ду­ю­щей ком­по­зи­ции. Небе­са оста­ют­ся чисты­ми, они дале­ко, что­бы уви­деть зем­ной грех, поэто­му «и лег­ка вся как есть доб­ро­та», а люд­ская дея­тель­ность бес­ко­неч­на и без­гра­нич­на, кото­рой не наста­ёт пре­дел и конец.

На фоне это­го «гор­дое сло­во в остыв­шей золе» зату­ха­ет, так как огонь в кост­ре был пога­шен побе­дой. Изна­чаль­но в жар­кое пепе­ли­ще были бро­ше­ны все атри­бу­ты вой­ны, сим­во­ли­зи­руя то, что пре­да­лось забве­нию. Это вет­хие седи­ны, орде­на, име­на и отче­ства героев.

После это­го пока­зы­ва­ет­ся безыс­ход­ность, бед­ность про­шло­го, кото­рое при­да­ёт­ся носталь­гии в ком­по­зи­ции «Так»:

«…Как зар­пла­ту с тобой полу­ча­ли мы
Хохо­ча и рыдая
В горо­де приговорённом
К выс­шей мере безнаказанности
Как сре­ди све­то­фо­ров, дождей, магазинов
С тобою дели­ли мы деньги
Чест­но заработанные…».

Завер­ша­ет­ся аль­бом «Невы­но­си­мая лёг­кость бытия» одно­имён­ным тре­ком. Это мело­дич­ная ком­по­зи­ция пока­зы­ва­ет лёг­кость суще­ство­ва­ния от пока­зан­ной про­ис­хо­дя­щей жиз­ни в природе:

«Кро­ты гудят, кро­ты плы­вут в сырой земле
Теп­ло и солнечно
Лег­ко и солнечно
Звез­да чадит, звез­да поёт, звез­да горит —
Шаль­ная весточка
Сле­пая ласточка…».

Лири­че­ский герой тем самым абстра­ги­ру­ет­ся от реаль­ных дел в мире людей. Он вос­при­ни­ма­ет это всё с равнодушием:

«Сол­дат устал, сол­дат уснул, сол­дат остыл-
Горя­чий камешек
Баг­ря­ный колышек
Комy — медаль, комy— костыль, кому — постель
Колё­са вертятся
Колё­са катят­ся, катят­ся, катят­ся прочь…»

Колё­са циви­ли­за­ции наби­ра­ют обо­ро­ты и про­дол­жа­ют дви­гать­ся впе­рёд. И толь­ко един­ствен­ный путь дан чело­ве­ку, что­бы он про­шёл сквозь все зем­ные пре­гра­ды. Такая про­стая исти­на про­сле­жи­ва­ет­ся через слож­ные зна­ки-обра­зы, кото­рых очень мно­го в песни.

Аль­бо­мы «Солн­це­во­рот» и «Невы­но­си­мая лёг­кость бытия» име­ли боль­шой успех сре­ди фана­тов «Граж­дан­ской обо­ро­ны». Новый звук и бод­ря­щие сло­ва до сих пор вызы­ва­ют мураш­ки по коже, застав­ля­ют слу­ша­те­ля встать и начать тво­рить вели­кие дела. Сам же Егор Летов так отзы­вал­ся об этих альбомах:

«Аль­бо­мы — нечто совсем дру­гое. Возь­му широ­кий, немно­го неточ­ный сим­вол — сто­и­цизм. Это когда всё про­иг­ра­но, но всё рав­но надо про­дол­жать сопро­тив­лять­ся. „Солн­це­во­рот“ и „Невы­но­си­мая лёг­кость бытия“ — имен­но про это. Это выс­шая сте­пень экзи­стен­ци­а­лиз­ма — когда всё про­иг­рал, но посту­па­ешь так, как буд­то всё выиграл».

Неда­ром, впо­след­ствии в 2005 году вышло пере­из­да­ние этих аль­бо­мов под новы­ми пере­осмыс­лен­ны­ми назва­ни­я­ми — «Лун­ный пере­во­рот» и «Снос­ная тяжесть небытия».


Читай­те так­же «Капи­тан Сер­гей Курёхин». 

Поделиться