Отечественное фотоискусство в лицах. Валерий Щеколдин

Недав­но мы запу­сти­ли цикл, в кото­ром гово­рим о самых зна­ко­вых и само­быт­ных фото­гра­фах позд­не­го СССР и новой Рос­сии. Ранее VATNIKSTAN уже рас­ска­зал об извест­ном доку­мен­та­ли­сте Бори­се Михай­ло­ве. Сего­дня мы про­дол­жа­ем серию мате­ри­а­лом о вто­ром по оче­ре­ди, но не по зна­чи­мо­сти фото­жур­на­ли­сте оте­че­ствен­ной совре­мен­но­сти. Пред­став­ля­ем ваше­му вни­ма­нию Вале­рия Щекол­ди­на, чьи чёр­но-белые сним­ки до сих пор шоки­ру­ют и вол­ну­ют общественность.

Вале­рий Щекол­дин сего­дня изве­стен как один из мэтров рос­сий­ской доку­мен­таль­ной фото­гра­фии. Герои его сним­ков — обыч­ные люди: жите­ли Совет­ско­го Сою­за и новой Рос­сии, взрос­лые и дети, оби­та­те­ли домов пре­ста­ре­лых и дет­ских домов, паци­ен­ты пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ских дис­пан­се­ров и слу­чай­ные прохожие.


Рутина — ключ ко всему

Буду­щий мастер родил­ся в 1946 году в горо­де Горь­кий (Ниж­ний Нов­го­род). Уже будучи под­рост­ком, Вале­рий живо заин­те­ре­со­вал­ся фото­гра­фи­ей. Одна­ко обра­зо­ва­ние пона­ча­лу отпра­вил­ся полу­чать совсем в дру­гой области.

В 1964 году моло­дой чело­век окон­чил Улья­нов­ский авто­ме­ха­ни­че­ский тех­ни­кум, затем семь лет рабо­тал кон­струк­то­ром на мест­ном авто­за­во­де. В 1972 году Щекол­дин полу­чил диплом Улья­нов­ско­го поли­тех­ни­че­ско­го инсти­ту­та*, после чего отслу­жил в совет­ской армии.

В кон­це 1960‑х годов Щекол­дин начи­на­ет свой твор­че­ский путь в фото­гра­фии. В 1974 году, по воз­вра­ще­нию с армей­ской служ­бы, он устро­ил­ся вне­штат­ным фото­кор­ре­спон­ден­том в мест­ную газе­ту — «Улья­нов­ский ком­со­мо­лец». Он дела­ет сним­ки заво­да, начи­на­ет пуб­ли­ко­вать­ся в жур­на­лах «Совет­ская жен­щи­на», «Ого­нёк», «Работ­ни­ца», «Кре­стьян­ка», «Семья и шко­ла» и дру­гих. Вале­рий Пет­ро­вич мно­го рабо­та­ет, отра­жая на сним­ках буд­нич­ную рути­ну рядо­вых жите­лей Ульяновска.

Девуш­ка на вок­за­ле стан­ции Новый Ургал. 1976 год
Похо­ро­ны в Бары­ше (Улья­нов­ская область). 1974 год

В этой газет­ной лабо­ра­то­рии выра­бо­тал­ся свое­об­раз­ный твор­че­ский метод Щекол­ди­на — пере­дать взгляд оче­вид­ца, нерав­но­душ­но­го к про­ис­хо­дя­ще­му. Актив­ный пери­од твор­че­ства авто­ра охва­ты­ва­ет почти три деся­ти­ле­тия: с кон­ца 1960‑х до кон­ца 1990‑х годов. Но сам автор никак не делит для себя рабо­ты совет­ско­го и пост­со­вет­ско­го вре­ме­ни. В них нет про­ти­во­по­став­ле­ния, ведь рути­на нико­гда не меняется.

У памят­ни­ка-усы­паль­ни­цы на Крас­ной пло­ща­ди у Крем­лёв­ской сте­ны в Москве. 1970 год
Москва. 1981 год

«Эпо­хи воз­дей­ству­ют вро­де бы на всех оди­на­ко­во, но у всех раз­ная сопро­тив­ля­е­мость и измен­чи­вость к ним. И поэто­му чело­век — инте­рес­ней эпо­хи. Инте­рес­но, конеч­но, как обсто­я­тель­ства вли­я­ют на чело­ве­ка. Инте­рес­но, как чело­век про­ти­во­сто­ит этим обстоятельствам».


«Соцкретинизм» — стиль и потенциал

Огля­ды­ва­ясь назад, Щекол­дин иро­нич­но назы­ва­ет свои ран­ние само­сто­я­тель­ные рабо­ты «соц­кре­ти­низ­мом». По сло­вам авто­ра, ему не нра­ви­лись про­па­ган­дист­ские и аги­та­ци­он­ные сним­ки, в том чис­ле те, кото­рые он сам и созда­вал. Поэто­му Щекол­дин при­ду­мал для себя осо­бое направ­ле­ние «соц­кре­ти­низм» (назва­ние, по-види­мо­му, ехид­но пере­ина­чи­ва­ет поня­тие «соц­ре­а­лизм»), где обли­чал абсурд совет­ской систе­мы и про­па­ган­ды. В отда­лён­ном буду­щем он даже пла­ни­ро­вал опуб­ли­ко­вать их сбор­ни­ком под назва­ни­ем «Искус­ство вырож­де­ния», но до пере­строй­ки вынуж­ден был сни­мать «в стол».

«Когда я делал свою серию сним­ков о „нена­гляд­ной“ нагляд­ной аги­та­ции и глу­по­ва­той поли­ти­че­ской про­па­ган­де, к кото­рой нель­зя было отно­сить­ся все­рьёз, но кото­рая, одна­ко, дела­ла своё дурац­кое дело, я понял, что отно­сить­ся к ней надо с юмором».

Пер­вые само­сто­я­тель­ные шаги Щекол­ди­на не были успеш­ны­ми: его серьёз­ные, зло­бо­днев­ные фото­гра­фии прак­ти­че­ски не пуб­ли­ко­ва­ли. Автор изоб­ра­жал дей­стви­тель­ность «без при­крас», зача­стую совер­шен­но без­ра­дост­ную. А для совет­ских СМИ тре­бо­ва­лись сним­ки более живые, под­цен­зур­ные, выхо­лен­ные, рабо­та­ю­щие на про­па­ган­ду с кра­си­вой картинкой.

Извест­ность и сла­ва при­дёт к масте­ру толь­ко после 1991 года. Тогда он всту­пит в Союз фото­ху­дож­ни­ков Рос­сии, став его почёт­ным чле­ном. Но это будет поз­же. А в нача­ле 1980‑х годов фото­гра­фу уда­лось сде­лать серию сним­ков там, где до это­го посто­рон­ние прак­ти­че­ски не появлялись.

Село Осо­ка, Улья­нов­ская область. 1998 год

Спрятанные от посторонних глаз

«Это же зада­ча искус­ства — в чело­ве­ке най­ти какую-то духов­ную жизнь, может быть, в некра­си­вом лице, но уви­деть просветление».

Щекол­ди­ну по счаст­ли­вой слу­чай­но­сти уда­лось попасть на тер­ри­то­рию дома ребён­ка в Улья­нов­ской обла­сти. Он сни­мал юных оби­та­те­лей дома и посчи­тал сво­им дол­гом рас­ска­зать о том, что уви­дел. Ведь осталь­но­му обще­ству не было ника­ко­го дела до усло­вий, в кото­рых те вынуж­де­ны жить:

«Мне было инте­рес­но, как там живут дети. И вот, будучи в то вре­мя вне­штат­ным кор­ре­спон­ден­том газе­ты „Улья­нов­ский ком­со­мо­лец“, я решил вос­поль­зо­вать­ся сво­им удо­сто­ве­ре­ни­ем, что­бы прой­ти в дом ребён­ка. Я понял, что нуж­но об этом боль­ше рас­ска­зы­вать людям, что [мне] стыд­но делать вид, что ниче­го не произошло».

Дом ребён­ка в Улья­нов­ской обла­сти. 1981 год

Эти фото­гра­фии ста­ли насто­я­щим экс­клю­зи­вом: подоб­ная тема прак­ти­че­ски не осве­ща­лась ранее. Щекол­дин одним из пер­вых про­лил свет на жизнь детей и под­рост­ков с осо­бен­но­стя­ми раз­ви­тия в дет­до­мах. На самом деле фото­граф не знал зара­нее, что в одной из палат дома ребён­ка, отдель­но ото всех, содер­жат­ся дети с инвалидностью.

«Я сна­ча­ла про­сто наблю­дал, как вос­пи­та­те­ли зани­ма­ют­ся с детьми и поти­хонь­ку сни­мал. В этот момент ко мне подо­шла сани­тар­ка и спро­си­ла: „А вы не были в девя­той пала­те?“ Я гово­рю, что нет, а что там? Она так зага­доч­но посмот­ре­ла на меня и ска­за­ла: „А вы зай­ди­те туда“. И я зашёл».

Игро­вая ком­на­та в доме ребён­ка в Улья­нов­ской обла­сти. 1981 год

Щекол­дин про­дол­жал раз­ви­вать эту тему и в пост­со­вет­ское вре­мя. С 1990‑х по 2005 год он по мно­гу раз посе­щал пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ские интер­на­ты, где про­хо­ди­ли лече­ние не толь­ко дети, но и взрос­лые. Зача­стую усло­вия про­жи­ва­ния в интер­на­тах не соот­вет­ство­ва­ли про­пи­сан­ным на бума­ге стан­дар­там. И после того, как резуль­та­ты визи­тов авто­ра ока­зы­ва­лись в прес­се, руко­во­ди­те­ли ПНИ полу­ча­ли выго­во­ры и лиша­лись должностей.

С 2005 году жур­на­ли­сту боль­ше не дава­ли сни­мать в закры­тых учре­жде­ни­ях пси­хо­нев­ро­ло­гии. После пуб­ли­ка­ции работ Щекол­ди­на в немец­ком жур­на­ле Stern глав­врач пси­хо­нев­ро­ло­ги­че­ско­го отде­ле­ния одной из дере­вен­ских боль­ниц был уво­лен. В ито­ге фото­граф при­об­рёл дур­ную сла­ву сре­ди руко­вод­ства дис­пан­се­ров и интер­на­тов. Отныне ему про­сто не поз­во­ля­ли про­ник­нуть на их территорию.

Дет­ский ПНИ в Улья­нов­ской обла­сти. 1994 год
Дети в ПНИ Улья­нов­ской обла­сти. 1994 год

Репортаж из Беслана

В 2004 году Вале­рий Щекол­дин сни­мал в Беслане — сра­зу после тра­ги­че­ских сен­тябрь­ских собы­тий. От фото­жур­на­ли­ста, извест­но­го мрач­ны­ми, жесто­ки­ми и прав­ди­вы­ми сним­ка­ми, ожи­да­ли имен­но таких кад­ров. Одна­ко теле­ви­де­ние и новост­ные лен­ты уже были навод­не­ны сюже­та­ми, пол­но­стью отра­жа­ю­щи­ми весь ужас про­изо­шед­ше­го теракта.

Щекол­дин же снял совер­шен­но иную серию. На его фото­гра­фи­ях нет погиб­ших людей, но есть скор­бя­щие, на чьих лицах засты­ла непод­дель­ная печаль. При рабо­те над мате­ри­а­лом автор спе­ци­аль­но исполь­зо­вал мак­си­маль­но силь­ный объ­ек­тив. Он хотел иметь воз­мож­ность сни­мать круп­ные пла­ны изда­ле­ка, что­бы не тре­во­жить уби­тых горем людей.

Беслан. 2004 год
Беслан. 2004 год
Беслан. 2004 год

Пик сла­вы Вале­рия Щекол­ди­на, почёт­но­го чле­на Сою­за фото­ху­дож­ни­ков Рос­сии, при­шёл­ся на 1990‑е годы. В это вре­мя он полу­чил несколь­ко пре­стиж­ных пре­мий, в чис­ле кото­рых «Луч­шая фото­се­рия года» (1996), «Фото­граф года» (1998).

В насто­я­щее вре­мя автор живёт и рабо­та­ет в Под­мос­ко­вье. В одном из сво­их интер­вью он гово­рил, что фото­граф дол­жен брать на себя ответ­ствен­ность и, видя всю прав­ду, про­пус­кать её через себя. В этом вся соль и весь смысл.

«Гово­рят, что в порт­ре­те все­гда есть два порт­ре­та: его созда­те­ля и объ­ек­та. Все­гда если зна­ком лич­но с фото­гра­фом, пони­ма­ешь, поче­му геро­я­ми сним­ков он выбрал имен­но этих людей: ско­рее все­го, в них есть духов­ное какое-то сход­ство с ним, фото­гра­фу пока­за­лось, что он их „понял“».


Смот­ри­те так­же «Буд­ни совет­ской боль­ни­цы в фото­гра­фи­ях Вла­ди­ми­ра Соко­ла­е­ва»

Поделиться