«Жить не по лжи». Версия Лимонова

Эду­ард Лимо­нов появ­ля­ет­ся у нас в руб­ри­ке уже не пер­вый раз. Пред­ла­га­ем вам озна­ко­мить­ся со ста­тьёй ещё моло­до­го 32-лет­не­го Лимо­но­ва, вышед­шей в рус­ско­языч­ной нью-йорк­ской газе­те «Новое рус­ское сло­во» в 1975 году. Хотя назва­ние этой замет­ки отсы­ла­ет к лозун­гу дру­гой мону­мен­таль­ной фигу­ры Рус­ско­го зару­бе­жья ХХ века, ста­тья Эдич­ки посвя­ще­на не Сол­же­ни­цы­ну, а излюб­лен­ной теме Лимо­но­ва — кри­ти­ке тре­тьей эми­гра­ции и её шкур­но­го анти­ком­му­низ­ма на ново­об­ре­тён­ной родине.

Неслож­но согла­сить­ся с Лимо­но­вым. Быва­ли в тре­тьей эми­гра­ции и свои герои, но в целом это были пред­ста­ви­те­ли совет­ско­го middle или даже upper middle клас­сов, кото­рые были сами плоть от пло­ти пред­ста­ви­те­ля­ми того «кро­ва­во­го режи­ма» и вели вполне себе достой­ную жизнь в Совет­ском Союзе.

При чте­нии их мему­а­ров или интер­вью лег­ко замет­на заве­до­мая ложь про жизнь в СССР. Так, в кни­ге «From Moscow to Main Street» Вик­то­ра Рип­па, состо­я­щей из бесед рус­ско-еврей­ско­го эми­гран­та пер­вой вол­ны Вик­то­ра c пред­ста­ви­те­ля­ми тре­тьей эми­гра­ции, мож­но най­ти момент, когда один из геро­ев утвер­жда­ет, что в СССР гораз­до боль­шие про­бле­мы с улич­ной пре­ступ­но­стью и вооб­ще без­опас­но­стью на ули­цах, чем в США. И это гово­рит­ся в Аме­ри­ке кон­ца 1970‑х и нача­ла 1980‑х годов, когда циф­ры убийств, воору­жён­ных гра­бе­жей, ограб­ле­ний, изна­си­ло­ва­ний взле­та­ют до небес, а белые аме­ри­кан­цы сред­не­го клас­са мас­со­во пере­ез­жа­ют из горо­дов в при­го­ро­ды, что­бы толь­ко укрыть­ся от это­го хао­са. В СССР про­бле­мы с пре­ступ­но­стью в таком мас­шта­бе, если и были, то толь­ко в самом нача­ле далё­ких 1920‑х.

Эду­ард Лимо­нов с дру­ги­ми пред­ста­ви­те­ля­ми «выс­ше­го све­та» тре­тьей вол­ны эми­гра­ции на Madison Avenue. New York, 1975 год.
Madison Avenue — это, кста­ти, центр аме­ри­кан­ской реклам­ной инду­стрии, что-то типа лон­дон­ской Fleet Street.

Из-за исто­рий, что в СССР был один сплош­ной ГУЛАГ, сред­ний запад­ный обы­ва­тель (или хуже того — интел­ли­гент) уже не зна­ет, что Совет­ская Рос­сия была вполне себе успеш­ной и раз­ви­той дер­жа­вой с серьёз­ны­ми успе­ха­ми в искус­стве, эко­но­ми­ке, соци­аль­ной поли­ти­ке, и дума­ет, что запад­ный капи­та­лизм — это един­ствен­но вер­ный путь раз­ви­тия. Впро­чем, это не пер­вый слу­чай, когда Запад не хочет обра­щать вни­ма­ние на то, «как мож­но по-дру­го­му». Мно­гим извест­но, как пред­взя­то отно­сят­ся запад­ные исто­ри­ки к Визан­тии отно­си­тель­но Рима.

Впро­чем, что же думал Лимо­нов по это­му поводу?..


Жить не по лжи

Я наме­рен­но оза­гла­вил свою ста­тью при­зы­вом Сол­же­ни­цы­на к совет­ской интел­ли­ген­ции, пото­му что речь в ней пой­дет имен­но о слу­ча­ях лжи. Не так дав­но здесь в Нью-Йор­ке я и несколь­ко моих дру­зей были в гостях у «почёт­но­го» про­фес­со­ра И.

Про­фес­сор ока­зал­ся чело­ве­ком умным, тон­ким. Пред­ста­ви­тель 1‑ой эми­гра­ции, он дол­гое вре­мя жил в Пари­же, пре­крас­но раз­би­ра­ет­ся в совре­мен­ном искус­стве, гово­рить с ним было инте­рес­но. Мне было при­ят­но обна­ру­жить, что по мно­гим вопро­сам наши мне­ния схо­дят­ся. Про­фес­со­ра инте­ре­со­ва­ла жизнь в СССР. Сра­зу же сле­ду­ет ого­во­рить­ся, что он извест­ный убеж­дён­ный анти­ком­му­нист, и вре­мя от вре­ме­ни «Лит. газе­та» или «Неде­ля» скло­ня­ет его имя по пово­ду выхо­да оче­ред­ной его книги.

Газе­та «Новое рус­ское сло­во» — одна из самых дол­го­жи­ву­щих рус­ских газет в мире. Изда­ва­лась в Нью-Йор­ке рус­ски­ми эми­гран­та­ми с 1910 по 2010 годы. Это — номер 1949 года с отзы­ва­ми на испы­та­ние совет­ской атом­ной бомбы

Как-то посте­пен­но мы пере­шли на эми­грант­ские темы. «Тре­тья эми­гра­ция, — ска­зал про­фес­сор, — про­из­во­дит на меня сме­шан­ное впе­чат­ле­ние. Вот вам кон­крет­ный слу­чай. Был у меня в гостях недав­ний эми­грант, поэт, пишу­щий на идиш. Увле­чён­но гово­рил, читал сти­хи, сре­ди них было мно­го рез­ких анти­со­вет­ских сти­хо­тво­ре­ний. А я сидел и вспо­ми­нал, отку­да-то он мне изве­стен. Мучи­тель­но вспо­ми­нал и вдруг вспом­нил! Сти­хо­тво­ре­ние это­го поэта о „вожде и учи­те­ле“ было напе­ча­та­но в „Сове­ти­ше гейм­ланд“, — газет­ке, выхо­дя­щей на идиш в СССР. Я ска­зал ему об этом и вышел в свой каби­нет, что­бы най­ти нуж­ный номер „Сове­ти­ше гейм­ланд“. Когда я вер­нул­ся, поэт и его жена уже сто­я­ли, соби­ра­ясь ухо­дить. Нерв­но про­сти­лись и ушли». Как это может быть, обра­тил­ся про­фес­сор ко мне.

Как? К сожа­ле­нию, одно­слож­но отве­тить на этот вопрос нель­зя. Без­услов­но, поэт, о кото­ром рас­ска­зал про­фес­сор, лич­ность бес­прин­цип­ная, пред­ста­ви­тель веч­но­су­ще­ству­ю­щей поро­ды людей, кото­рые все­гда при­мы­ка­ют к офи­ци­аль­ной пози­ции. Им вез­де хоро­шо. Оправ­да­ние сво­им поступ­кам такие люди все­гда нахо­дят. «Нуж­но было кор­мить семью». «Я заблуж­дал­ся, теперь у меня откры­лись гла­за» и т. д. (Впро­чем, их обыч­но никто ни о чём и не спрашивает).

Порой мне кажет­ся, что гла­за у таких людей откры­ва­ют­ся в само­лё­те, летя­щем в Вену. При­спо­соб­лен­че­ство, пыта­ю­ще­е­ся сыг­рать на анти­ком­му­низ­ме, не менее про­тив­но, чем при­спо­соб­лен­че­ство советское.

Насущ­но необ­хо­ди­мо нам всем при­ве­сти в поря­док своё виде­ние СССР. Созда­ёт­ся впе­чат­ле­ние, на осно­ва­нии неко­то­рых писа­ний, что совет­ская власть — это исклю­чи­тель­но Бреж­нев и КГБ. Если бы было так! Страш­нее совет­ская власть внут­ри человека.

Тот, кто зна­ет сего­дняш­нюю совет­скую дей­стви­тель­ность, зна­ет и то, что никто худож­ни­ков не застав­ля­ет рисо­вать порт­ре­ты пар­тий­ных бос­сов. Есть мно­же­ство чле­нов Сою­за худож­ни­ков, кто пишет пей­за­жи или натюр­мор­ты или порт­ре­ты «нор­маль­ных» юно­шей и деву­шек, ста­ри­ков, детей. Если худож­ник пишет Лени­на, то дела­ет он это по соб­ствен­ной ини­ци­а­ти­ве, этим, без­услов­но, обес­пе­чи­вая себе более тёп­лое и исклю­чи­тель­ное место, чем пишу­щий натюр­мор­ты или ста­ле­ва­ров. В доб­ро­воль­цах недо­стат­ка, увы, нет.

Когда в СССР соби­ра­ют­ся в узком кру­гу интел­ли­ген­ты, то ред­ко обхо­дит­ся без бра­ни по адре­су совет­ской вла­сти. Одна­жды мне при­ве­лось услы­шать, как ругал её… зам­ми­ни­стра! Даль­ше уже ехать неку­да. (Может и Бреж­нев, а?).

Но те, кто вече­ром в дру­же­ской ком­па­нии совет­скую власть гро­мит, утром исправ­но отправ­ля­ют­ся на служ­бу и там эту самую власть сво­им тру­дом укреп­ля­ют, под­дер­жи­ва­ют. Счаст­лив ещё рабо­чий или тех­ник, док­тор, инженер.

А вот самая вре­до­нос­ная служ­ба — лите­ра­тур­ная, жур­на­лист­ская, худож­ни­че­ская. Рома­ны, рас­ска­зы, пес­ни, кар­ти­ны, еже­днев­но раз­ру­ша­ют душу народ­ную. Для писа­те­ля часто — это «хал­ту­ра», сред­ство запла­тить за коопе­ра­тив, купить авто­мо­биль и т. д. Про­стой же совет­ский чело­век, хотя и не верит, как сей­час гово­рят, ком­му­ни­сти­че­ской про­па­ган­де, а кни­ги эти чита­ет, отно­сит­ся к ним серьёз­но. Испод­воль яд в него про­ни­ка­ет. И то, что его оглуп­ля­ют, вина совет­ских писа­те­лей. На дан­ном эта­пе совет­ские писа­те­ли уси­лен­но под­со­вы­ва­ют наро­ду эта­ко­го рус­ско­го, про­сто­го, не без малень­ко­го греш­ка, но сво­е­го же, «наше­го» пар­ня, в герои. И это тоже уста­нов­ка свер­ху. Это зна­чит, что про­па­ган­ду, слиш­ком уж при­ми­тив­ную до сего вре­ме­ни, реши­ли усложнить.

Газе­та «Новое рус­ское сло­во». Дизайн номе­ра за 1980 год

Вот вам при­мер Шук­ши­на. В жур­на­ле «Сатер­дей ревью», за 19 апре­ля напе­ча­та­на неболь­шая ста­тей­ка, где сре­ди про­че­го ска­за­но: «Васи­лий Шук­шин, одна­ко, не был дис­си­ден­том. Он был даже чле­ном ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии. Но он выра­жа­ет глу­би­ну духа…». Питер Оснос, автор ста­тьи, судя по все­му, очень рад, обна­ру­жив, как ему кажет­ся, чело­ве­че­скую чёр­точ­ку на мор­де совет­ской лите­ра­ту­ры. Мне же Шук­шин виден совсем дру­гим. Созда­тель раз­ве­си­стой клюк­вы, кино­филь­ма «Кали­на крас­ная», писа­тель, актёр и кино­ре­жис­сёр, «про­стой чело­век из наро­да», Шук­шин для уме­лых идео­ло­гов наход­ка. Из него теперь пыта­ют­ся сде­лать имедж. Такой имедж СССР очень и очень нужен. Кино­фильм Шук­ши­на так и кри­чит изо всех сии: «Что ещё нуж­но — берёз­ки, баба, про­стая жизнь… В кон­це кон­цов мы же все русские…».

Может быть, чест­ные, но при­ми­тив­ные схе­мы так­же нано­сят ущерб Рос­сии и её куль­ту­ре. Чест­ные, но упро­щён­ные, неда­ле­кие худож­ни­ки, такие как Шук­шин, Соло­ухин, Быков и др., вред­ны не менее откро­вен­но лжи­вых творцов.

Долж­но быть ясно, нако­нец, что меха­низм совет­ской печа­ти и Сою­за писа­те­лей рабо­та­ет так точ­но, за дол­гие годы так пре­крас­но отре­гу­ли­ро­ван, что ничто хоть сколь­ко-нибудь чуж­дое совет­ско­му миро­воз­зре­нию, не может появить­ся на стра­ни­цах совет­ских газет и жур­на­лов. Всё, что напе­ча­та­но, так или ина­че строю под­хо­дит. В этой свя­зи очень стран­но про­зву­ча­ло услы­шан­ное мною (здесь) на вече­ре одно­го быв­ше­го совет­ско­го писа­те­ля его соб­ствен­ное заяв­ле­ние, что он вклю­чил в выхо­дя­щее сей­час его собра­ние сочи­не­ний свои про­из­ве­де­ния, напе­ча­тан­ные в СССР. Я от этих про­из­ве­де­ний не отка­зы­ва­юсь — ска­зал писа­тель. Вме­сто того, что­бы хотя бы при­знать свою вину, писа­тель высо­ко­мер­но защи­ща­ет свои про­шлые совет­ские кни­ги, и свою, оче­вид­но абсо­лют­ную, без­греш­ность. Да, но в дан­ном слу­чае он ста­вит нас перед дилем­мой — либо совет­ская власть дале­ко не так пло­ха, как он сам в сво­их дру­гих кни­гах пишет, либо, — и это веро­ят­нее, — что в то вре­мя его твор­че­ство было при­ем­ле­мо для совет­ской вла­сти. Чест­ное или нечест­ное, оно как-то вла­сти под­хо­ди­ло, вот пото­му и печа­та­ли. Если бы мож­но было поло­жить на чашу весов вред, при­не­сён­ный теми «совет­ски­ми» кни­га­ми, а на дру­гую чашу весов поло­жить «анти­со­вет­ские» — ещё неиз­вест­но, что пере­ве­си­ло бы. «Сам­из­дат» рас­про­стра­ня­ет­ся почти исклю­чи­тель­но сре­ди интел­ли­ген­ции, в то вре­мя как един­ствен­ное чти­во про­сто­го чело­ве­ка — совет­ские книги.

Я верю людям, когда они гово­рят, что не любят совет­скую власть. За что её любить? Но какая-то дет­ская голу­би­ная про­сто­та, в непо­ни­ма­нии очень мно­ги­ми того, что рабо­тать на власть, если ты пони­ма­ешь её анти­гу­ма­низм — нель­зя, это грех, если не пре­ступ­ле­ние. Я не про­по­ве­дую оче­ред­ную нетер­пи­мость, выбрав её объ­ек­том «быв­ших», — упа­си Бог, — но и отно­сить­ся рав­но­душ­но к таким ско­ро­па­ли­тель­но сме­нив­шим ори­ен­та­цию людям, нель­зя. Нель­зя поз­во­лять им созна­тель­но или бес­со­зна­тель­но сеять ложь. Лгут не мно­гие, но страш­на и зара­зи­тель­на, атмо­сфе­ра лжи.

По моим наблю­де­ни­ям, здесь, на Запа­де гром­че всех кри­чат име­нию «быв­шие». Жили в СССР не очень-то храб­ро, но, пере­ле­тев гра­ни­цу, они вдруг пре­вра­ти­лись в могу­чих бор­цов. Им, имев­шим в СССР маши­ны и дачи, твор­че­ские дома и др. вся­че­ские льго­ты, при­хо­дит­ся нелег­ко. Эми­гра­ция — это труд, это тяжесть, духов­ный подвиг, а не лёг­кая добы­ча денег, отпу­щен­ных часто пре­зи­ра­е­мы­ми «денеж­ны­ми меш­ка­ми» за сомни­тель­но­го каче­ства мему­а­ры, или «исто­ри­че­ские» иссле­до­ва­ния. Пото­му-то столь­ко разочарований.

Почёт­ный про­фес­сор уди­вил­ся, как мно­го пишу­щих сре­ди тре­тьей эми­гра­ции. Мне же неволь­но вспом­ни­лись строч­ки Саши Чёрного:

«Все мозоль­ные операторы,
про­го­рев­шие рестораторы,
Шато-куп­ле­ти­сты и биллиард-оптимисты,
Валом пошли в юмористы,
Сторонись!».

Как тогда, после рево­лю­ции 1905 г. те пошли в юмо­ри­сты, сей­час тако­го же типа люди бро­си­лись в писа­тель­ство и напе­ре­бой кри­чат о том, чего не зна­ют. Мне ска­за­ли, что в Кали­фор­нии некий быв­ший круп­ный работ­ник марк­сист­ско­го инсти­ту­та пишет кни­гу о левых худож­ни­ках и их выстав­ках. О «Сам­из­да­те» рас­суж­да­ют люди, кото­рые его в гла­за не виде­ли. Повто­ряю, да, совет­ская власть пло­ха, но ещё страш­нее выве­зен­ный отту­да сове­тизм внут­ри чело­ве­ка. И это имен­но он застав­ля­ет без­обид­но­го обы­ва­те­ля, попав­ше­го на Запад, наду­вать­ся, кор­чить из себя бор­ца. Сце­на­ри­сты, песен­ни­ки, фелье­то­ни­сты, фото­гра­фы, пере­вод­чи­ки, стро­чат, забы­вая о том, что стыд­но после дра­ки (в кото­рой, кста­ти гово­ря, не участ­во­ва­ли) раз­ма­хи­вать кула­ка­ми. Стыдно!

Моло­дой Эду­ард Лимо­нов. Нью-Йорк, 1981 год

И опять о Сою­зе писа­те­лей. У неко­то­рых авто­ров чита­ем: «Союз писа­те­лей — фили­ал КГБ». У дру­гих (их мно­го боль­ше): «Поэт был исклю­чен из Сою­за писа­те­лей… Вы исклю­чи­ли Сол­же­ни­цы­на, а теперь…». Послу­шай­те, давай­те уж выра­бо­та­ем одно мне­ние об ССП. Если это такая нехо­ро­шая орга­ни­за­ция, то к чему скор­беть во всех доку­мен­тах об исклю­че­нии из неё? Негодовать?

Сила инер­ции силь­нее разу­ма. И Запад, питая ува­же­ние к офи­ци­о­зу, к «паб­ли­си­ти», авто­ма­ти­че­ски пере­но­сит свои мер­ки и на СССР. Запад поч­та исклю­чи­тель­но инте­ре­су­ет­ся «быв­ши­ми», а охот­нее все­го быв­ши­ми чле­на­ми сою­зов, изред­ка делая исклю­че­ние для тех, кого поса­ди­ли в СССР (Брод­ский, и Гор­ба­чев­ская тому при­ме­ром). Знаю это на соб­ствен­ном опы­те, пото­му что я пыта­юсь напе­ча­тать в аме­ри­кан­ской прес­се инфор­ма­цию о тре­тьей лите­ра­ту­ре, имен­но о людях, кото­рые не слу­жат совет­ской вла­сти, идут в двор­ни­ки, сто­ро­жа, живут жиз­нью боге­мы, впро­го­лодь, но кри­чат мень­ше всех, в исте­ри­ку не вда­ют­ся, а дела­ют своё дело, и созда­ли свою куль­ту­ру, совре­мен­ную лите­ра­ту­ру, ниче­го обще­го с совет­ской не име­ю­щую, живо­пись не хуже совре­мен­ной запад­ной живо­пи­си. Пыта­юсь, но сде­лать это труд­но. Они неиз­вест­ны (за исклю­че­ни­ем послед­них выста­вок в Москве, где при­от­кры­лась малая часть это­го геро­и­че­ско­го, про­те­сту­ю­ще­го мира), пото­му что вокруг их имён скан­да­ла не было, исклю­чать их было неот­ку­да. Они, един­ствен­но они в СССР осу­ществ­ля­ют при­зыв Сол­же­ни­цы­на «Жить не по лжи!».

Пре­крас­но, что сре­ди моло­дых авто­ров неофи­ци­аль­ной куль­ту­ры ста­ло тра­ди­ци­ей неуча­стие в гряз­ном деле, име­ну­е­мом совет­ская лите­ра­ту­ра или живо­пись. Пара­док­саль­но, не прав­да ли, что нелю­бя­щий аван­гар­диз­ма Сол­же­ни­цын (о чём он сам пря­мо гово­рит в «Архи­пе­ла­ге ГУЛаг») полу­чил отклик на свой при­зыв имен­но у аван­гар­ди­стов. Впро­чем, мно­гие из них живут не по лжи уже по несколь­ку десят­ков лет, а при­зыв года два-три как обнародован.

Вовсю курит­ся фими­ам тем, кто осо­знал свои ошиб­ки, но недо­ста­ло фими­аму на тех, кто оши­бок не совер­шал, все­гда знал, что такое совет­ская власть, и к ней на лите­ра­тур­ную, самую нехо­ро­шую служ­бу, не шёл. Доста­нет ли когда фими­аму на свя­то­го, пат­ри­ар­ха 3‑й лите­ра­ту­ры, поэта, худож­ни­ка, учи­те­ля жиз­ни, муд­ре­ца, про­жив­ше­го всю жизнь с про­сты­ми людь­ми в бара­ке (там он живет и сей­час) Е. Л. Кро­пив­ниц­ко­го (Евге­ний Кро­пив­ниц­кий, участ­ник под­поль­но­го аван­гар­дист­ско­го Лиа­но­зов­ско­го круж­ка, дис­си­дент. — Ред.)? Засло­ни­ли его гром­ко кри­ча­щие. Так быть не долж­но. Так нельзя.

А по отно­си­тель­ной моей моло­до­сти, при­зна­юсь, хочет­ся мне порою крик­нуть неко­то­рым, дабы осту­дить их пыл: «А чем вы зани­ма­лись до тако­го-то года?».

Эду­ард Лимо­нов
6 июля 1975 года


Текст взят с сай­та Limonow.de.

Поделиться