На-На – Эскимос и папуас

На зака­те СССР моло­дые попу­ляр­ные арти­сты пре­одо­ле­ва­ли послед­ние издерж­ки «желез­но­го зана­ве­са» и актив­но погру­жа­лись в меж­ду­на­род­ный кон­текст. Ино­гда, впро­чем, музы­кан­ты отно­си­лись к иде­а­лам откры­то­го мира весь­ма скеп­ти­че­ски и попро­сту не вери­ли в воз­мож­ность пол­но­цен­но­го диалога.

Спе­ци­аль­но для VATNIKSTAN музы­каль­ный кри­тик Алек­сандр Мор­син рас­ска­зы­ва­ет о самых замет­ных образ­цах позд­не­со­вет­ской поп-музы­ки, съе­хав­шей с кату­шек не без потерь. Сего­дня — о коло­ни­аль­ном син­ти-попе «Эски­мос и папуас» луч­ше­го бойз-бэн­да оте­че­ства «На-На».


Как это было

Перед тем, как пре­вра­тить­ся в сен­са­цию и «откры­тие года» по вер­сии газе­ты «Вечер­няя Москва», шоу-груп­пе Бари Али­ба­со­ва «На-На» при­шлось подо­ждать — до «Фаи­ны» и «Шля­пы» оста­ва­лось два дол­гих года. В 1989 году состав быв­ше­го дуэ­та попол­нил­ся пев­ца­ми, тан­цо­ра­ми и бэк-вока­лист­ка­ми. В какой-то момент в груп­пу вхо­ди­ла Мари­на Хлеб­ни­ко­ва, а над хорео­гра­фи­ей рабо­та­ли арти­сты Теат­ра Рома­на Вик­тю­ка. Из-за неопре­де­лён­но­сти в репер­ту­а­ре и сти­ле груп­пы дебют­ный аль­бом «Не женись» напо­ми­нал плац­карт­ный вагон с тор­ча­щи­ми ото­всю­ду ступ­ня­ми — все­го в запи­си отме­ти­лись око­ло 30 человек.

«На-На» тогда нахо­ди­лись в актив­ном поис­ке под­хо­дя­ще­го мате­ри­а­ла и пели обо всём под­ряд — люб­ви, брат­ских узах, пля­же и мухо­мо­рах. Пес­ня «Эски­мос и папуас» выде­ля­лась даже на этом пёст­ром фоне: в ней к кустар­но­му дис­ко и син­ти-попу «На-На» доба­ви­лись рит­мы жар­ких стран и недву­смыс­лен­ная экзо­ти­за­ция мало­чис­лен­ных народов.

Участ­ник «На-На» Вла­ди­мир Лёвкин

Имен­но с этой пес­ней «На-На» ста­ли лау­ре­а­та­ми теле­кон­кур­са «Пес­ня-90», где устро­и­ли по тогдаш­ним мер­кам фор­мен­ную вак­ха­на­лию. Часть шоу-груп­пы (на сце­ну вышли восемь арти­стов!) была в огром­ных пес­цо­вых шубах, часть — в вечер­них фра­ках. Через год кол­лек­тив уси­лил номер отка­зом от одеж­ды и рва­нул на сце­ну ГЦКЗ «Рос­сия» в чём мать роди­ла — едва при­крыв­шись повяз­ка­ми в духе пер­во­быт­ных тузем­цев. В какой-то момент к ним при­со­еди­ни­лись мед­ведь и змея.


Что происходит

«Эски­мос и папуас» начи­на­ет­ся как клас­си­че­ский анек­дот про встре­чу рус­ско­го с аме­ри­кан­цем. В каком-то сфе­ри­че­ском ваку­у­ме рядом ока­за­лись эски­мос и папуас и попы­та­лись опи­сать друг дру­гу род­ной кли­мат. Выяс­ни­лось, что для папуа­са зима — это сезон, при кото­ром в +30 уже холод­но. Для эски­мо­са всё ров­но наобо­рот: в ‑30 все раду­ют­ся жаре и едят эски­мо. По вер­сии «На-На» имен­но отсю­да само назва­ние народ­но­сти «эски­мос». К сожа­ле­нию, лик­без двух стран­ни­ков ока­зал­ся пустой тра­той вре­ме­ни: «Гово­рят, что до сих пор не окон­чен этот спор».

Совет­ская эст­ра­да регу­ляр­но загля­ды­ва­ла в отда­лён­ные угол­ки наци­о­наль­ных окра­ин («Уве­зу тебя я в Тунд­ру», «Учку­дук, три колод­ца»), но пес­ня «Эски­мос и папуас» откро­вен­но экзо­ти­зи­ро­ва­ла сво­их пер­со­на­жей. Их отно­ше­ние к пого­де и, каза­лось бы, пара­док­саль­ное вос­при­я­тие экс­тре­маль­ных усло­вий выжи­ва­ния явля­ют­ся, по сути, их един­ствен­ной харак­те­ри­сти­кой. Она же даёт повод гово­рить об их реак­ции на тем­пе­ра­ту­ру окру­жа­ю­щей сре­ды как о неадек­ват­ной. Более того, оде­тые в яко­бы наци­о­наль­ные костю­мы участ­ни­ки «На-На» тем самым при­сво­и­ли, пусть и в игро­вой фор­ме, чуж­дую им куль­ту­ру. Воз­мож­но, это был послед­ний хит коло­ни­аль­ной совет­ской поп-музыки.


Как жить дальше

Шарж «На-На» опи­сы­вал эски­мо­сов и папуа­сов как две край­но­сти, две полю­са — и в то же вре­мя как вза­им­ное отра­же­ние. Дру­ги­ми сло­ва­ми, шоу-груп­па Али­ба­со­ва поло­жи­ла двух хариз­ма­тич­ных геро­ев вале­том, чем, соб­ствен­но, и про­го­во­ри­лась: ника­ких надежд на вза­им­ное про­ник­но­ве­ние куль­тур у «На-На» не было. Две циви­ли­за­ции, — пели они меж­ду строк, — навсе­гда оста­нут­ся непо­сти­жи­мы­ми друг для дру­га. Али­ба­сов вооб­ще был пев­цом эниг­мы. Вспом­нить хотя бы зна­ме­ни­тое «Ши-на-най-да-опа, ши-на-ши-на-най». Что это, если не забла­го­вре­мен­ный при­го­вор буду­щей поли­ти­ке мультикультурализма?

Позд­нее в 1990‑х анек­до­тич­ные обра­зы «чук­чей» всех мастей ста­ли неотъ­ем­ле­мой частью новой поп-куль­ту­ры: один толь­ко Лео­нид Агу­тин спел сна­ча­ла о босо­но­гом маль­чи­ке, а затем о чер­но­ко­жем парне. «На-На» к тому вре­ме­ни пере­шли на более сер­деч­ный и сен­ти­мен­таль­ный репер­ту­ар, кото­рый наглу­хо захлоп­нул ста­рую дверь в хоро­шо зна­ко­мый им мир этни­че­ских кон­флик­тов и расо­во­го дис­кур­са. К сча­стью, в 2000‑х «Эски­мос и папуас» вновь вер­ну­лись на сце­ну, даром что в дру­гом соста­ве «На-На».


Постсоветский поп-трэш-обзор от Александра Морсина
Богдан Титомир — Ёжики
Ласковый бык — Америка

Поделиться