«Дикий» футбол Российской империи

Все­го лишь сто­ле­тие назад попу­ляр­ный ныне фут­бол был дале­ко не самым извест­ным видом спор­та. По край­ней мере, в Рос­сии толь­ко в нача­ле XX века он про­бил себе доро­гу, и, что уди­ви­тель­но, вопло­тил­ся в жизнь и как спорт для «выс­ших кру­гов» обще­ства, и как раз­вле­че­ние для про­ле­та­ри­ев — так назы­ва­е­мый «дикий» футбол.

О том, как по-раз­но­му вос­при­ни­ма­ли фут­бол раз­ные сосло­вия и как игра­ла в него бри­тан­ская диас­по­ра в Рос­сии, мож­но узнать из кни­ги Сер­гея Арка­дье­ва «Дру­гой фут­бол воз­мо­жен». VATNIKSTAN пуб­ли­ку­ет отры­вок из его рабо­ты, вышед­шей в про­шлом году в изда­тель­стве «Кри­ми­наль­ное чтиво».

«Пока­зал Каш­нин фут­бол. Игру в мяч нога­ми. Раз­би­лись на два лаге­ря. Каж­дый лагерь имел воро­та. У ворот сто­ро­жа. Суть игры: про­бить­ся с мячом в воро­та про­тив­ни­ка. И отнюдь не тро­гать мяч рука­ми. Но боль­шой соблазн схва­тить мяч, бро­сить и побе­дить! А это­го нель­зя!» (Газе­та «Откли­ки Кав­ка­за», г. Арма­вир, № 5, 3 октяб­ря 1909 года)

Когда на тер­ри­то­рии совре­мен­ной Рос­сии впер­вые нача­ли играть в фут­бол, сего­дня мож­но толь­ко дога­ды­вать­ся. Рос­сий­ский Фут­боль­ный Союз исполь­зу­ет в каче­стве точ­ки отсчё­та 24 октяб­ря 1897 года — день, когда в Петер­бур­ге состо­ял­ся матч меж­ду коман­да­ми Васи­ле­ост­ров­ско­го обще­ства фут­бо­ли­стов и Круж­ка люби­те­лей спор­та. Встре­ча попа­ла в поле зре­ния тогдаш­ней прес­сы. Осо­бен­ную изю­мин­ку ей при­да­ва­ло то, что состав васи­ле­ост­ров­цев, побе­див­ших со счё­том 6–0, пол­но­стью состо­ял из бри­тан­цев, в то вре­мя как в соста­ве КЛС (или про­сто — «Спорт») игра­ли и русские.


Заморская забава

Евро­пей­цы, в осо­бен­но­сти англи­чане, игра­ли веду­щие роли в рос­сий­ском фут­бо­ле и в сле­ду­ю­щем деся­ти­ле­тии. В пер­вом неофи­ци­аль­ном куб­ко­вом тур­ни­ре Петер­бур­га, про­шед­шем в 1901 году, в фина­ле бились англий­ская и шот­ланд­ская коман­ды. В Москве же гос­под­ство­вал не знав­ший пора­же­ний Бри­тан­ский клуб спор­та. Его пред­се­да­те­лем был дирек­тор сте­а­ри­но­во­го заво­да в Лефор­то­во Год­фр­эй, а в участ­ни­ки бра­ли толь­ко бри­тан­ских под­дан­ных, при­чем отбоя от них не было. К 1910 году чис­ло чле­нов клу­ба насчи­ты­ва­ло аж 180 человек.

Моло­дой рос­сий­ский капи­та­лизм нуж­дал­ся в энер­гич­ных ино­стран­ных управ­лен­цах. Посты дирек­то­ров толь­ко-толь­ко откры­вав­ших­ся пред­при­я­тий зани­ма­ли гости из Запад­ной Евро­пы. Вме­сте с ними при­ез­жа­ли спе­ци­а­ли­сты, инже­не­ры, бух­гал­те­ры, кон­тор­щи­ки, слу­жив­шие на тех же пред­при­я­ти­ях, а после рабо­ты играв­шие в попу­ляр­ную на родине игру футбол.

Матч сбор­ных команд Санкт-Петер­бур­га и Сток­голь­ма. Санкт-Петер­бург, апрель-май 1913 года

Гово­рят, что некий жур­нал «Само­кат» писал о таких играх коло­ни­стов ещё в 1868 году. Нико­лай Трав­кин в сво­ей «Анто­ло­гии фут­бо­ла Рос­сий­ской Импе­рии» ссы­ла­ет­ся на «Еже­год­ник Все­рос­сий­ско­го Фут­боль­но­го Сою­за за 1912 г.», где гово­ри­лось о том, что в 1878 году в Одес­се про­хо­ди­ли мат­чи меж­ду коман­дой Одес­ско­го Бри­тан­ско­го Атле­ти­че­ско­го Клу­ба с коман­да­ми бри­тан­ских судов, пор­то­вы­ми слу­жа­щи­ми и румын­ским клу­бом «Галац». В 1879 году были изда­ны «Устав и пра­ви­ла англий­ско­го Санкт-Петер­бург­ско­го фут­бол-клу­ба». Упо­ми­на­ния о «солид­ных на вид» англи­ча­нах, играв­ших в фут­бол на поле у маши­но­стро­и­тель­но­го заво­да «В.Я. Гоп­пер и Ко», встре­ча­ют­ся в мос­ков­ской прес­се за 1895 год. Но всё это были пуб­ли­ка­ции из серии «их нра­вы». Англий­ские и немец­кие коло­ни­сты жили в Рос­сии обособ­лен­но, а пото­му и игра оста­ва­лась попу­ляр­ной толь­ко в их кругах.

Чет­вёр­тым, после Моск­вы, Петер­бур­га и Одес­сы, цен­тром зарож­де­ния фут­бо­ла в Рос­сии ста­ло село Оре­хо­во и его окрест­но­сти (тер­ри­то­рия совре­мен­но­го горо­да Оре­хо­во-Зуе­во), отно­сив­ше­е­ся в кон­це XIX века к Вла­ди­мир­ской губер­нии. В селе с силь­ны­ми ста­ро­об­ряд­че­ски­ми тра­ди­ци­я­ми откры­лись ману­фак­ту­ры семей­ства Моро­зо­вых. Управ­ля­ю­щий пред­при­я­ти­я­ми — англи­ча­нин Джеймс Чар­нок, быв­ший член ФК «Блэк­берн Роверс», и его брат Гар­ри пыта­лись орга­ни­зо­вать в Оре­хо­во фут­боль­ный клуб ещё в 1887 году. Одна­ко офи­ци­аль­но клуб спор­та «Оре­хо­во» офор­мил­ся гораз­до позд­нее — в 1908 году. К тому вре­ме­ни в Рос­сии суще­ство­ва­ло уже несколь­ко десят­ков заре­ги­стри­ро­ван­ных команд. В фут­бол игра­ли в Хер­соне, Нико­ла­е­ве, Харь­ко­ве, Риге, Тве­ри, Сара­то­ве, Аст­ра­ха­ни, Бла­го­ве­щен­ске и Порт-Артуре.

Первые шаги

Пер­вый жур­на­лист­ский обзор фут­боль­но­го мат­ча, как уже было ска­за­но выше, был опуб­ли­ко­ван в сто­лич­ной прес­се в 1897 году. Автор «Петер­бург­ской газе­ты», оправ­ды­вая рус­ских игро­ков, писал, что их сопер­ни­ки — англий­ская коман­да «васи­ле­ост­ров­цев» — игра­ют вме­сте уже 6 лет. На рубе­же веков фут­бол в горо­де на Неве полу­чил силь­ное раз­ви­тие. С 1901 года в Петер­бур­ге нача­ла дей­ство­вать лига, осно­ван­ная англи­ча­ни­ном Ива­ном Ричардсоном.

Пер­вым офи­ци­аль­ным мос­ков­ским клу­бом стал «Соколь­ни­че­ский клуб спор­та», орга­ни­зо­ван­ный в 1905 году. Несколь­ки­ми года­ми рань­ше интер­на­ци­о­наль­ная груп­па энту­зи­а­стов во гла­ве с Рома­ном Фуль­дой нача­ла соби­рать­ся на даче Торн­то­на в Соколь­ни­ках, что­бы отта­чи­вать мастер­ство игры в мяч. Вплоть до сво­ей эми­гра­ции в Гер­ма­нию в 1922 году Фуль­да сыг­рал колос­саль­ную роль в исто­рии раз­ви­тия фут­бо­ла в Рос­сии, пер­вым пере­вёл пра­ви­ла игры на рус­ский язык, пожерт­во­вал свои день­ги на кубок для чем­пи­о­на­та Моск­вы, даже являл­ся вто­рым тре­не­ром сбор­ной на Олим­пий­ских играх в 1912 году. Фуль­да вме­сте со сво­и­ми сорат­ни­ка­ми вошёл в состав комис­сии по устрой­ству подвиж­ных игр при Мос­ков­ском гиги­е­ни­че­ском обще­стве и выпро­сил воз­мож­ность про­во­дить мат­чи в Сокольниках.

Вско­ре игры пере­ме­сти­лись на сосед­нее Ширя­е­во поле, дав­шее коман­де вто­рое неофи­ци­аль­ное назва­ние. Эки­пи­ров­ки ни у кого не было. Фут­боль­ные мячи зака­зы­ва­лись из Вели­ко­бри­та­нии. Андрей Савин в сво­ей кни­ге «Москва фут­боль­ная: Люди. Собы­тия. Фак­ты» при­во­дит вос­по­ми­на­ния одно­го из пио­не­ров рос­сий­ско­го фут­бо­ла Лео­ни­да Смир­но­ва о том, как всё начи­на­лось: «Ника­ко­го поня­тия о спор­тив­ных тру­си­ках, май­ках и бут­сах мы, пер­вые фут­бо­ли­сты, не име­ли. Игра­ли в сво­ем обы­ден­ном костю­ме: длин­ных брю­ках, в про­стых ботин­ках, а неко­то­рые даже в сапо­гах… Мно­го лет про­шло, пока мы дошли до тру­си­ков, бутс и маек. Никто из нас дол­го не решал­ся обна­жить коле­ни. Такое было тогда вре­мя, нра­вы были совер­шен­но другие!»

Любо­пыт­но, что пер­вой коман­дой, одев­шей­ся в фут­боль­ную фор­му, стал дет­ский клуб «Быко­во», со вре­ме­нем став­ший, гово­ря совре­мен­ным язы­ком, фарм-клу­бом для «Соколь­ни­ков». Коман­да «Быко­во» полу­чи­ла свое назва­ние бла­го­да­ря дач­ной мест­но­сти, в кото­рой она нахо­ди­лась. Игро­ки «Ширя­е­ва поля» при­ез­жа­ли сюда отды­хать на лето, про­дол­жая тре­ни­ров­ки. Для того, что­бы было с кем прак­ти­ко­вать­ся, ширя­ев­цы обу­ча­ли игре мест­ную моло­дёжь. Роди­те­ли юных фут­бо­ли­стов, посчи­тав­шие, что слиш­ком наклад­но поку­пать для детей ещё один ком­плект брюк для игры в фут­бол, реши­ли само­сто­я­тель­но сшить им корот­кую (что­бы не порва­лась) форму.

Но не фор­ма и не эки­пи­ров­ка были самым доро­гим. Огром­ных денег сто­ил член­ский билет фут­боль­но­го клу­ба. К при­ме­ру, в СКС разо­вый всту­пи­тель­ный взнос рав­нял­ся 20 руб­лям, а еже­год­ный член­ский взнос — 30 руб­лям. Для срав­не­ния, 20 руб­лей в то вре­мя состав­ля­ли сред­нюю зар­пла­ту работ­ни­ка фаб­ри­ки или слу­жа­ще­го мел­ких чинов. Фут­боль­ные клу­бы объ­еди­ня­ли эли­ту обще­ства, детей состо­я­тель­ных семей. Мно­гие коман­ды прин­ци­пи­аль­но отка­зы­ва­лись попол­нять свои ряды про­сто­лю­ди­на­ми. Клуб «Оре­хо­во» стал фак­ти­че­ски пер­вой коман­дой, играв­шей для рабо­чих: чума­зые оре­хов­ские мужи­ки, зани­мав­шие места на домаш­нем ста­ди­оне коман­ды, силь­но отли­ча­лись от бла­го­вид­ных гос­под, посе­щав­ших фут­боль­ные «пар­тии» в сто­ли­цах. Но и либе­раль­ные хозя­е­ва Николь­ской ману­фак­ту­ры пред­по­чи­та­ли искать игро­ков на сто­роне, даже дава­ли объ­яв­ле­ние в англий­скую газе­ту «Таймс» о том, что пред­при­я­тию нуж­ны работ­ни­ки, уме­ю­щие хоро­шо играть в фут­бол. При­е­хав­ших ино­стран­цев, кста­ти, тогда хва­ти­ло на две коман­ды. Но рус­ские рабо­тя­ги ста­ли «зара­жать­ся» фут­бо­лом доста­точ­но быст­ро и со вре­ме­нем нача­ли про­би­вать­ся в команды.

Летом мно­гие игро­ки отправ­ля­лись на дачи, где про­дол­жа­ли заня­тия фут­бо­лом, вре­мя от вре­ме­ни совер­шая воя­жи в дру­гие дач­ные участ­ки: Быко­во — в Тара­сов­ку, или Лоси­ный ост­ров — в Мамон­тов­ку. Игро­ков часто не хва­та­ло, и фут­бо­ли­сты подыс­ки­ва­ли креп­ких ребят из мест­ных селян, ремес­лен­ни­ков и рабо­чих. Лето закан­чи­ва­лось, дач­ни­ки разъ­ез­жа­лись, а полу­чив­шие опыт мест­ные при­уча­ли к новой игре дру­гих сво­их зем­ля­ков, мно­гие из кото­рых затем отправ­ля­лись на зара­бот­ки в города.


Зов народа

С года­ми фут­бол ста­но­вил­ся всё более мас­со­вым и попу­ляр­ным. В Рос­сии про­хо­ди­ли меж­ду­го­род­ние и меж­ду­на­род­ные това­ри­ще­ские мат­чи. Игра­ли не толь­ко на боль­ших фут­боль­ных полях, кото­рых в двух сто­ли­цах откры­ва­лось всё боль­ше, но и во дво­рах учеб­ных заве­де­ний, и у фаб­рич­ных стен.

«Юный» фут­бол был жёст­ким видом спор­та. «Игра про­шла без вся­ких недо­ра­зу­ме­ний, что слу­ча­ет­ся крайне ред­ко на мат­чах в фут­бол», — писал один из репор­тё­ров того вре­ме­ни. Быва­ли дра­ки меж­ду сопер­ни­ка­ми, меж­ду зри­те­ля­ми и игро­ка­ми, изби­е­ния судей, напа­де­ния на фут­бо­ли­стов вне фут­боль­ных полей. О вза­и­мо­от­но­ше­ни­ях пред­ста­ви­те­лей рабо­че­го клас­са, попав­ших в соста­вы офи­ци­аль­ных команд, со знат­ны­ми осо­ба­ми, состав­ляв­ши­ми осно­ву клу­бов, мож­но судить хотя бы по тому, что в повест­ке учре­ди­тель­но­го собра­ния Мос­ков­ской фут­боль­ной лиги, про­шед­ше­го 12 июня 1910 года в ресто­ране «Эрми­таж», один из пунк­тов затра­ги­вал про­бле­мы нрав­ствен­но­сти в футболе.

«В коман­дах могут соби­рать­ся люди из раз­ных сосло­вий — бога­тые и бед­ные, дво­рян­ско­го роду и мещане, вла­дель­цы пред­при­я­тий и рабо­чие, интел­ли­ген­ты и про­сто­лю­ди­ны. Но при­хо­дя на тре­ни­ров­ку или игру, каж­дый дол­жен забыть о сво­ём про­ис­хож­де­нии. Забыть искренне, всей душой, что­бы не про­яви­лось это в мело­чах, в тоне, в мане­ре гово­рить», — вспо­ми­на­ет реше­ние функ­ци­о­не­ров МФЛ Миха­ил Суш­ков, извест­ный мос­ков­ский фут­бо­лист, при­сут­ство­вав­ший на том вечере.

Матч «Моро­зов­цы» — «Бри­тан­цы» 26 авгу­ста 1912 года

Тем не менее, бур­жу­а­зия и знать про­дол­жа­ли рев­ност­но охра­нять фут­бол, как «свою» игру. Немно­го­чис­лен­ных фут­бо­ли­стов-рабо­чих, как более раз­ви­тых физи­че­ски, даже пред­ла­га­ли счи­тать про­фес­си­о­на­ла­ми и на этом осно­ва­нии запре­щать им играть в фор­маль­но люби­тель­ских Мос­ков­ской и Петер­бург­ской лигах. А тем вре­ме­нем в горо­дах рас­цве­та­ло аль­тер­на­тив­ное дви­же­ние «диких» команд.

«В рабо­чих квар­та­лах город­ских окра­ин уже дав­но суще­ство­ва­ло мно­же­ство фут­боль­ных круж­ков, в кото­рые вхо­ди­ли рабо­чие, слу­жа­щие, сту­ден­ты, не спо­соб­ные опла­чи­вать доволь­но высо­кие член­ские и всту­пи­тель­ные взно­сы, преду­смот­рен­ные уста­ва­ми заре­ги­стри­ро­ван­ных клу­бов, при­об­ре­тать доро­го­сто­я­щую спор­тив­ную фор­му и инвен­тарь и у кото­рых не было вли­я­тель­ных зна­ко­мых, кото­рые мог­ли бы дать нуж­ные для вступ­ле­ния реко­мен­да­ции», — пишет Андрей Савин в кни­ге «Москва фут­боль­ная: Люди. Собы­тия. Факты».

«Дикие» зани­ма­ли пусты­ри, соору­жая штан­ги из палок или ском­кан­ных кар­ту­зов. Вме­сто фут­боль­ных мячей, зака­зы­ва­е­мых из Евро­пы, исполь­зо­ва­лось наби­тое бума­гой тря­пьё, ино­гда мячи шились из кожи, роль каме­ры в таком слу­чае выпол­нял бычий пузырь. Леген­дар­ный совет­ский фут­бо­лист и тре­нер Андрей Ста­ро­стин вспо­ми­нал, что сам начи­нал играть на Ходын­ском поле, быв­шем одним из цен­тров мос­ков­ско­го «нефор­маль­но­го» фут­бо­ла. «Все „звёз­ды“ ран­них поко­ле­ний наше­го фут­бо­ла про­шли шко­лу вос­пи­та­ния „диким“ фут­бо­лом», — писал игрок в сво­ей кни­ге «Флаг­ман футбола».

Посте­пен­но фор­ми­ро­ва­лись посто­ян­но дей­ству­ю­щие «дикие» коман­ды, со сво­ей фор­мой, сво­ей исто­ри­ей, сво­и­ми «звёз­да­ми». Коман­ды обра­зо­вы­ва­лись в основ­ном по тер­ри­то­ри­аль­но­му и про­фес­си­о­наль­но­му при­зна­ку. Чего сто­ит хотя бы назва­ние силь­ней­шей мос­ков­ской коман­ды 1912 года — «Дом № 44»! Назва­ния при­ду­мы­ва­лись без пафо­са и офи­ци­о­за «боль­ших» кол­лег. Так, напри­мер, в Харь­ко­ве суще­ство­ва­ла фут­боль­ная коман­да «Цап-Царап».

Поли­ти­зи­ро­ван­ность этих люби­тель­ских объ­еди­не­ний — вопрос неизу­чен­ный. Иссле­до­ва­те­ли обыч­но под­чёр­ки­ва­ют апо­ли­тич­ность и неод­но­род­ность «диких» команд. Но насколь­ко апо­ли­тич­ны­ми мог­ли быть их участ­ни­ки в пери­од меж­ду рево­лю­ци­ей 1905 и стач­ка­ми 1910–1912 годов? Клас­со­вый анта­го­низм ощу­щал­ся даже в кон­тек­сте улич­ной игры. Все утвер­жда­ю­щие, что фут­бол спе­ци­аль­но при­ви­вал­ся про­ле­та­ри­а­ту, что­бы отвле­кать его от поли­ти­ки и борь­бы за свои пра­ва, долж­ны иметь в виду пару момен­тов. Неле­галь­ные игры на само­дель­ных полях не раз раз­го­ня­лись поли­ци­ей, насто­ро­жен­но отно­сив­шей­ся к любым собра­ни­ям про­ле­та­ри­ев во вне­ра­бо­чее вре­мя, а пред­ста­ви­те­ли офи­ци­аль­ных клу­бов из выс­ших сло­ёв обще­ства пыта­лись ста­вить пал­ки в колё­са «дика­рям», вся­че­ски мешая их раз­ви­тию. Судьям запре­ща­лось судить игры пле­бе­ев, а член­ские и всту­пи­тель­ные взно­сы лиг посто­ян­но завы­ша­лись, дабы не допу­стить пред­ста­ви­те­лей новой вол­ны в своё общество.


«Чесноковцы»

Но нахо­ди­лись энту­зи­а­сты, гото­вые вкла­ды­вать силы в раз­ви­тие рабо­че­го фут­бо­ла. В 1912 году в Москве появи­лась Замоск­во­рец­кая лига «диких» команд. Её орга­ни­зо­вал судья Алле­нов, а собы­тия чем­пи­о­на­та регу­ляр­но осве­ща­лись печат­ным изда­ни­ем «К Спор­ту», бла­го­да­ря рабо­тав­ше­му в нём игро­ку и хро­ни­ке­ру Бори­су Чес­но­ко­ву. Его крат­кая био­гра­фия пред­став­ле­на в вели­ко­леп­ной кни­ге аме­ри­кан­ско­го исто­ри­ка спор­та Робер­та Эдель­ма­на «Мос­ков­ский Спар­так. Исто­рия народ­ной коман­ды в стране рабочих».

Чес­но­ков родил­ся в семье слу­жа­ще­го желез­ной доро­ги. В дет­стве вме­сте с семьёй часто пере­ез­жал из горо­да в город из-за рабо­ты отца. Борис увле­кал­ся раз­ны­ми вида­ми спор­та и в совсем юном воз­расте, будучи уче­ни­ком мос­ков­ской 4‑й гим­на­зии, впер­вые попро­бо­вал себя на фут­боль­ном поле. Всем серд­цем полю­бив игру, он про­дол­жил играть с дру­зья­ми во дво­ре, а поз­же на рас­чи­щен­ных и обу­стро­ен­ных сво­и­ми сила­ми полях. Борис и два его бра­та — Иван и Сер­гей — орга­ни­зо­вы­ва­ли встре­чи люби­тель­ских рабо­чих команд, впо­след­ствии офор­мив воз­ник­шее обще­ство в Рогож­ский кру­жок спор­та (РКС). Так появил­ся пер­вый рабо­чий спор­тив­ный клуб России.

Он про­су­ще­ство­вал до 1915 года и был разо­гнан поли­ци­ей. Уни­что­жив сооб­ще­ство, репрес­сив­ные орга­ны не смог­ли уни­что­жить страсть к игре, кото­рая охва­ты­ва­ла всё боль­шие кру­ги рабо­тяг. Да и Чес­но­ков не опу­стил рук, про­дол­жив зани­мать­ся под­держ­кой рабо­че­го фут­бо­ла. В 1916 году он стал пред­се­да­те­лем обще­го­род­ской Мос­ков­ской фут­боль­ной лиги «диких» команд. Рабо­тая в редак­ции жур­на­ла «К Спор­ту», он не толь­ко осве­щал вести с полей непри­знан­ных чем­пи­о­на­тов, но и обра­щал­ся к офи­ци­аль­ным фут­боль­ным струк­ту­рам Моск­вы, при­зы­вая тех сде­лать шаг навстре­чу «диким». Бла­го­да­ря сво­им зна­ком­ствам, Чес­но­ков при­стро­ил в фут­боль­ный клуб «Ново­ги­ре­ево» основ­ных игро­ков РКС, вклю­чая себя само­го. После это­го клуб два­жды ста­но­вил­ся чем­пи­о­ном горо­да, более того, пер­вым чем­пи­о­ном, играв­шим без ино­стран­ных леги­о­не­ров. Поза­ди них оста­ва­лись даже гроз­ные «моро­зов­цы». В 1917 году Борис Чес­но­ков полу­чил трав­му ноги и был вынуж­ден завер­шить фут­боль­ную карье­ру. Он про­дол­жал писать свои спор­тив­ные замет­ки и со вре­ме­нем стал пер­вым спор­тив­ным обо­зре­ва­те­лем газе­ты «Прав­да».

Фут­боль­ная сбор­ная коман­да горо­да Пере­слав­ля-Залес­ско­го. 1913 год

Как вид­но из хро­но­ло­гии, ни в годы Пер­вой миро­вой вой­ны, ни в дни рево­лю­ции и Граж­дан­ской вой­ны в Рос­сии не пре­кра­ща­ли играть в фут­бол. Но вре­мя нано­си­ло свой отпе­ча­ток. В 1914 году все немец­кие игро­ки рос­сий­ских команд (на тот момент уже про­во­дил­ся чем­пи­о­нат Рос­сии) по зако­ну воен­но­го вре­ме­ни были сосла­ны в Вят­скую губер­нию. Англий­ские масте­ра вско­ре так­же пред­по­чли вер­нуть­ся на роди­ну, но на попу­ляр­но­сти игры это уже никак не мог­ло отра­зить­ся. Мат­чи наци­о­наль­ной сбор­ной пре­кра­ти­лись и им на сме­ну при­шли игры сол­дат с военнопленными.

В пер­вые после­ре­во­лю­ци­он­ные меся­цы про­изо­шёл насто­я­щий «бум» «дико­го» фут­бо­ла. Перед игро­ка­ми, неко­гда пинав­ши­ми само­дель­ные тря­пич­ные мячи, откры­лись небы­ва­лые воз­мож­но­сти и мно­гие из них ста­ли в буду­щем про­слав­лен­ны­ми фут­бо­ли­ста­ми. С 1918 года в Мос­ков­ской фут­боль­ной лиге ста­ли появ­лять­ся коман­ды, уча­стие кото­рых в чем­пи­о­на­те в цар­ские годы было про­сто невоз­мож­но, напри­мер, еврей­ский спор­тив­ный клуб «Мак­ка­би». Фут­бол выжил на раз­ва­ли­нах импе­рии, по-преж­не­му дер­жась на пле­чах энту­зи­а­стов. Но до его пол­но­го при­ня­тия новой совет­ской вла­стью оста­ва­лось ещё око­ло 10 лет.


Читай­те так­же «10 оте­че­ствен­ных филь­мов о фут­бо­ле»

Поделиться