Юрий Никулин: жизнь и любовь глазами клоуна. Часть II

Юрий Вла­ди­ми­ро­вич Нику­лин, втайне от род­ных, в тес­ном товар­ном вагоне ехал в Моск­ву и любо­вал­ся про­сто­ра­ми Поле­сья. Он был одним из тех, бла­го­да­ря кому про­дол­жа­лась жизнь на Зем­ле, и он думал о том, как будет про­дол­жать свою жизнь. Впе­ре­ди его жда­ла бла­го­дар­ная Москва, люби­мые матуш­ка и отец, девуш­ки из шко­лы и дру­зья, учё­ба и путь к Мечте… Начи­на­лась новая жизнь!

В пер­вой части цик­ла о Юрии Нику­лине речь шла о дет­стве и воен­ной служ­бе буду­ще­го актё­ра. Во вто­рой части ста­тьи мы рас­ска­жем вам о том, как сло­жи­лась вто­рая жизнь Юрия Нику­ли­на, вер­нув­ше­го­ся с Побе­дой. Вас ждёт про­дол­же­ние уди­ви­тель­ной исто­рии ста­нов­ле­ния одно­го из вели­ких арти­стов XX века, доб­ро­го и чест­но­го человека.


Послевоенное время и поиск профессии

«— Что, зна­ко­мые места? — Да, нет. На огни смот­рю. Отвык. Я неде­лю в деревне про­жил. И всё гля­дел, как окош­ки светятся.

— Да, даёт по мозгам».

«— Вы же стре­ля­ли в нем­цев, уби­ва­ли их. — Стре­лял. В нача­ле вой­ны из вин­тов­ки, раза два-три. И в этом году из пуле­мё­та один раз. А уби­вал? Навряд ли. Во-пер­вых, не один я стре­лял, а во-вто­рых, они дале­ко, а я пло­хо вижу»*.

Нику­лин с одно­пол­ча­на­ми. Источ­ник: Мос­ков­ский цирк Юрия Никулина

Юрий Вла­ди­ми­ро­вич воз­вра­щал­ся домой с чув­ством рас­те­рян­но­сти и в сомне­ни­ях, но глав­ное, что он ощу­щал, несмот­ря на окру­жа­ю­щую дей­стви­тель­ность, была радость. Он остал­ся жив, его ждут дома род­ные, люби­мая девуш­ка и друзья.

«Всё обра­зу­ет­ся. Если пере­жил эту страш­ную вой­ну, то всё осталь­ное как-нибудь пре­одо­лею»*.

Юрий вспом­нил, как осе­нью 1944 года в осво­бож­дён­ной Риге они с Ефи­мом Лей­бо­ви­чем нашли в под­ва­ле раз­ру­шен­но­го сна­ря­дом дома роман Ремар­ка «Обрат­ный путь» — о судь­бе сол­дат Пер­вой миро­вой вой­ны. Пара­док­саль­но, но кни­га, напи­сан­ная рука­ми тех, с кем сра­жал­ся Юрий, потряс­ла его и запа­ла ему в душу:

«Часть моей жиз­ни была отда­на делу раз­ру­ше­ния, отда­на нена­ви­сти, враж­де, убий­ству. Но я остал­ся жив. В одном этом уже зада­ча и путь. Я хочу совер­шен­ство­вать­ся и быть ко все­му гото­вым. Я хочу, что­бы руки мои тру­ди­лись и мысль не засы­па­ла. Мне мно­го­го не надо. Я хочу все­гда идти впе­рёд, даже если иной раз и яви­лось бы жела­ние оста­но­вить­ся. Надо мно­гое вос­ста­но­вить и испра­вить, надо, не жалея сил, рас­ко­пать то, что было засы­па­но в годы пушек и пуле­мё­тов. Не всем быть пио­не­ра­ми, нуж­ны и более сла­бые руки, нуж­ны и малые силы. Сре­ди них я буду искать своё место. Тогда мёрт­вые замол­чат, и про­шлое не пре­сле­до­вать меня, а помо­гать мне будет…»*.

Юра с Ефи­мом при­ме­ри­ва­ли чув­ства геро­ев на себя. Безыс­ход­но­сти и опу­сто­шён­но­сти не было, но ребя­та пони­ма­ли, что пере­стра­и­вать­ся будет трудно.

«— Воло­дя, это Юра, Воло­дя… — услы­шал я, как мама радост­но и взвол­но­ван­но зва­ла отца к теле­фо­ну. А отец вдруг, как буд­то я и не уез­жал на семь лет из дому, сказал:
— Как жал­ко, что поезд позд­но при­шёл. Сего­дня твои на „Дина­мо“ игра­ют со „Спар­та­ком“».

Юра почув­ство­вал в голо­се отца нот­ки сожа­ле­ния. Он собрал­ся идти на матч и, види­мо, огор­чил­ся, что при­дёт­ся изме­нить пла­ны и остать­ся дома. Тогда сын ска­зал, что­бы он ехал на ста­ди­он, а сам обе­щал при­е­хать на вто­рой тайм.

«Сижу с отцом и Шур­кой Ска­лы­гой (школь­ный друг Юрия) на Южной три­буне ста­ди­о­на „Дина­мо“, смот­рю на зелё­ное поле, по кото­ро­му бега­ют игро­ки, слы­шу кри­ки и свист болель­щи­ков и думаю: „Вот это и есть, навер­ное, насто­я­щее счастье“».

Хотя Юрий весе­ло и душев­но про­во­дил вре­мя с отцом, но на часы посмат­ри­вал — гре­ло пред­вку­ше­ние от ско­рой встре­чи с Ниной. И после неза­бы­ва­е­мо­го ужи­на с мамой и отцом, Нику­лин уже ждал Нину у Ело­хов­ско­го собора.

«Юрка, ты совсем стал взрос­лый», — ска­за­ла она. В тот же вечер он впер­вые её поце­ло­вал. Моло­дые ста­ли встре­чать­ся, гулять по Москве, ходить в теат­ры и в кино. Дядя Ганя даже помог с жильём, предо­ста­вив свою комнату.

И Юрий решил­ся — сде­лал Нине пред­ло­же­ние руки и сердца.

На сле­ду­ю­щий день, на буль­ва­ре, Нина дала ответ не нахо­див­ше­му себе места Юре, что любит его по-дру­же­ски, а через неде­лю выхо­дит замуж за лёт­чи­ка. Так, они оста­лись дру­зья­ми. Юра силь­но пере­жи­вал, всю ночь бро­дил по Москве.

«Ты, глав­ное, не гру­сти. Нашёл о ком гру­стить. Не сто­ит она тво­их слёз, Мух­тар. Ей Богу, не сто­ит. Ты луч­ше поешь, и тос­ка прой­дёт»*.

Вско­ре Нику­лин уже гото­вил­ся ко поступ­ле­нию во ВГИК, на актёр­ский факуль­тет. Для выступ­ле­ния Юрий выбрал бас­ню Кры­ло­ва «Кот и повар», а из сти­хо­тво­ре­ний — пуш­кин­ско­го «Гуса­ра». Выучил Юрий и отры­вок из «Дво­рян­ско­го гнез­да» Тур­ге­не­ва. Но вер­дикт экза­ме­на­то­ров был неумолим:

«Зна­е­те, това­рищ Нику­лин, в вас что-то есть, но для кино вы не годи­тесь. Не тот у вас про­филь, кото­рый нам нужен. Ска­жем вам пря­мо: Вас вряд ли будут сни­мать в кино. Это мне­ние всей комис­сии. Если Вы дей­стви­тель­но люби­те искус­ство, то сове­ту­ем Вам пой­ти в теат­раль­ный институт…».

Нику­лин решил попы­тать сча­стья в Теат­раль­ном учи­ли­ще име­ни Щеп­ки­на при Малом теат­ре. Высту­пал с теми же про­из­ве­де­ни­я­ми, и тут полу­чил отказ. Ска­за­ли, что высту­па­ет с наиг­ры­шем. Затем Юрий про­бу­ет посту­пить в ГИТИС, где при­ни­ма­ет Семён Гушан­ский, зна­ко­мый ещё с дет­ства артист, кото­ро­го Юра про­во­жал вос­тор­жен­ным взгля­дом. Гушан­ско­му выступ­ле­ние Юры понра­ви­лось, а при чте­нии «Гуса­ра» в комис­сии даже засме­я­лись. Но в спис­ке актё­ров-счаст­лив­чи­ков Нику­лин сво­ей фами­лии не увидел.

«Из всех зачис­лен­ных хотят соста­вить как бы актёр­скую труп­пу, из кото­рой впо­след­ствии может полу­чить­ся новый театр. И вот в этой труп­пе для Вас не нашлось амплуа…».

Это объ­яс­не­ние Гушан­ско­го мало уте­ша­ло Юрия, кото­рый уже устал «оби­вать поро­ги». Раз­ве­се­ли­ла исто­рия, услы­шан­ная в кори­до­ре. Про­ва­лил экза­мен один юно­ша. На сле­ду­ю­щий день к рек­то­ру при­шла пожи­лая жен­щи­на — тёт­ка это­го пар­ня — и дол­го упра­ши­ва­ла при­нять род­но­го пле­мян­ни­ка, кото­рый спит и видит, как бы стать арти­стом. Вско­ре она настоль­ко надо­е­ла всей комис­сии, что её уже ста­ли силой выпро­ва­жи­вать из инсти­ту­та, кри­чать и злить­ся. Вне­зап­но жен­щи­на сорва­ла с себя пла­ток, очки и все уви­де­ли, что это был тот самый юно­ша. Вся комис­сия заап­ло­ди­ро­ва­ла и при­ня­ла наход­чи­во­го юно­шу в актёры.

Неожи­дан­но к Юрию подо­шёл сим­па­тич­ный чер­но­гла­зый моло­дой чело­век. Его зва­ли Ана­то­лий Эфрос.

Ана­то­лий Эфрос

«Вы не рас­стра­и­вай­тесь. Мы хотим Вас попро­бо­вать в нашу сту­дию… В Ногин­ске есть театр. Им руко­во­дит режис­сёр Кон­стан­тин Вои­нов. Талант­ли­вый, инте­рес­ный чело­век… В даль­ней­шем из нашей сту­дии дол­жен родить­ся театр».

Нику­лин из веж­ли­во­сти взял бумаж­ку с теле­фо­ном, но для себя решил, что ни в какие сту­дии запи­сы­вать­ся не будет. Юрий попро­бо­вал подать доку­мен­ты в сту­дию Камер­но­го теат­ра и в Театр им. Мос­со­ве­та. В послед­нем Юра так­же про­ва­лил всту­пи­тель­ный, а когда до экза­ме­нов в Камер­ный театр оста­вал­ся месяц, всё же решил пой­ти к Эфро­су. Всё-таки это было един­ствен­ное «реаль­ное» пред­ло­же­ние, впро­чем, реаль­ное ли? Сту­дия Вои­но­ва не толь­ко не счи­та­лась местом рабо­ты, но даже не мог­ла выдать справ­ки о том, что Нику­лин рабо­та­ет, не гово­ря уже о про­дук­то­вой кар­точ­ке, а вопрос пита­ния сто­ял тогда остро.

Шёл 1946 год. Боль­шин­ство доволь­ство­ва­лись 500 грам­ма­ми хле­ба в день, и ещё столь­ко же — кар­то­фе­ля. Обыч­ный костюм сто­ил три целых зар­пла­ты, а с каж­дой семьи заби­ра­ли, мини­мум, по зар­пла­те на обли­га­ции гос­зай­ма. Вой­на вызва­ла в стране жесто­чай­ший эко­но­ми­че­ский кри­зис, мно­гие рабо­чие жили в зем­лян­ках, а рабо­та­ли на ста­ром изно­шен­ном оборудовании.

При этом на все прось­бы о помо­щи со сто­ро­ны Англии, Восточ­ной Евро­пы, Китая (там шла граж­дан­ская вой­на) Москва отве­ча­ла согла­си­ем. И поля­кам, и вен­грам, и румы­нам шли щед­рые постав­ки про­до­воль­ствия из СССР — сот­ни тысяч тонн зер­на, десят­ки тысяч тонн мяса и ово­щей. Совет­ские же граж­дане полу­ча­ли мини­маль­ный паёк, что­бы выжить и сохра­нять рабо­то­спо­соб­ность. Мно­гим едва хва­та­ло зар­пла­ты, что­бы выку­пить про­дук­ты по кар­точ­кам, доро­жа­ли обе­ды в рабо­чих столовых.

Про­дук­то­вые кар­точ­ки. 1947 год

Юра Нику­лин пони­мал, что нуж­но идти рабо­тать, но куда идти без спе­ци­аль­но­сти? В один пре­крас­ный день его вызва­ли в мили­цию, где пожи­лой капи­тан мили­ции стро­го отчи­тал арти­ста за тунеядство:

«Вы же фрон­то­вик! Как Вам не стыдно?».

Спу­стя 14 лет, в 1961 году, Юрий сни­мет­ся в кар­тине Льва Кули­джа­но­ва «Когда дере­вья были боль­шие», где в обра­зе Кузь­мы Иор­да­но­ва обыг­ра­ет тот самый разговор:

— Поло­са такая. Жизнь-то идёт полосами.
— А поче­му не хоти­те работать?
— Не могу устро­ить­ся по специальности.
— Вы же сле­сарь, верно?
— Когда я сле­са­рем был? Руки уже не те. В послед­нее вре­мя был склад­ским дея­те­лем, аген­том по снаб­же­нию. Вот это моя специальность.
— Уво­лен за растрату…
— Интриги.
— Эх, Иор­да­нов! Был рабо­чим чело­ве­ком, вое­вал, награ­ды име­ешь, и вот, дока­тил­ся. Махи­на­ци­я­ми зани­ма­ешь­ся, пьян­ству­ешь, на база­ре цве­точ­ка­ми тор­гу­ешь. Ну что это — под­хо­дя­щее заня­тие для тако­го человека?

«Когда дере­вья были боль­ши­ми». 1961 год

Этот тро­га­тель­ный и жиз­нен­ный фильм ста­нет одной из жем­чу­жин в актёр­ской карье­ре Нику­ли­на, кото­рый про­явил себя не в коми­че­ском, а в дра­ма­ти­че­ском обра­зе чело­ве­ка, меч­та­ю­ще­го стать отцом.

Одна­ко, в реаль­ной жиз­ни капи­тан мили­ции при­гла­сил Нику­ли­на пой­ти на служ­бу в мили­цию. Юрий даже заду­мал­ся об этом предложении.

«Что поде­ла­ешь? Он дей­стви­тель­но слег­ка схал­ту­рил. Заду­мал­ся при испол­не­нии слу­жеб­ных обя­зан­но­стей. Соба­кам ведь тоже есть о чём поду­мать»*.

Но тут судь­ба вывер­ну­ла ещё один фор­тель, на этот раз, судь­бо­нос­ный — через отца Юрия и его любовь к кросс­вор­дам в газе­те «Вечер­няя Москва»! Под одним из таких кросс­вор­дов Юрий уви­дел объ­яв­ле­ние: «Мос­ков­ский орде­на Лени­на госу­дар­ствен­ный цирк на Цвет­ном буль­ва­ре объ­яв­ля­ет набор в сту­дию кло­у­на­ды. При­ни­ма­ют­ся лица со сред­ним обра­зо­ва­ни­ем, в воз­расте до 35 лет». Юрий заду­мал­ся вновь. Мас­ла в огонь сомне­ний под­ли­ла и мама Лидия Ива­нов­на: «Театр бла­го­род­нее цирка!».

Но отец посо­ве­то­вал всё же попро­бо­вать, аргу­мен­ти­руя это тем, что в цир­ке боль­ше сво­бо­ды твор­че­ства. И Юрий отпра­вил­ся в сту­дию цир­ка, где наби­рал кло­унов Алек­сандр Федорович.


Обучение на клоуна

Будучи опыт­ным и тре­бо­ва­тель­ным теат­раль­ным режис­сё­ром, Федо­ро­вич про­слу­шал в пер­вом туре мно­го­стра­даль­но­го «Гуса­ра» Юры, а затем спро­сил: «Моло­дой чело­век, Вы не сын ли Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча?». Когда узнал, то пре­об­ра­зил­ся, смяг­чил­ся и допу­стил сра­зу к тре­тье­му туру. Но кон­ку­рен­ция была жёст­кая и Юрий по-преж­не­му волновался.

Экза­мен про­хо­дил на мане­же, в при­сут­ствии все­го цир­ко­во­го бомон­да и дру­зей посту­па­ю­щих. Мно­гие аби­ту­ри­ен­ты каза­лись Юрию неве­ро­ят­но талант­ли­вы­ми и ярки­ми. Здесь были силь­ные акро­ба­ты, лов­кие жон­глё­ры, умо­ри­тель­ные клоуны.
Подо­шла оче­редь Юры. Про­чи­тав сти­хи и бас­ню, Юрий стал выпол­нять этюд — нуж­но было изоб­ра­зить поис­ки клю­ча от квар­ти­ры. Юрий поду­мал, что будет забав­но изоб­ра­зить поиск с зажи­га­ни­ем спич­ки в темноте.

Но никто не засмеялся.

Нако­нец, кло­ун нашёл что-то, попро­бо­вал подо­брать, но брезг­ли­во вытер руку о шта­ны — что-то мокрое и про­тив­ное… Эта наход­ка вызва­ла хохот в зале. Вече­ром к аби­ту­ри­ен­там вышел чело­век и буд­нич­ным голо­сом зачи­тал 18 фами­лий, кото­рые про­шли кон­курс из 368 аби­ту­ри­ен­тов. Сре­ди них про­зву­ча­ла фами­лия «Нику­лин»!

В тот же вечер Юрий узнал, что его при­ня­ли и в Камер­ный театр, и буду­щий артист сове­то­вал­ся с роди­те­ля­ми как быть. Отец насто­я­тель­но сове­то­вал оста­но­вить­ся на цир­ке, и Юрий согла­сил­ся с ним.

И вот кло­ун-Юрик уже сидит в цир­ко­вой гри­мёр­ке, лепит здо­ро­вый нос, белые губы, малю­ет вокруг глаз белые кру­ги. А один ста­рый артист говорит:

«Ну, чего ты гри­ми­ру­ешь­ся? Тебе без гри­ма нуж­но выхо­дить. У тебя и так глу­пое лицо!».

Режис­сёр Алек­сандр Алек­сан­дро­вич стре­мил­ся про­бу­дить в сво­их актё­рах энту­зи­азм в твор­че­стве и созда­нии новых обра­зов, обу­чал музы­ке, сце­ни­че­ско­му дви­же­нию, давал уро­ки по Ста­ни­слав­ско­му. «Ищи­те смеш­ное в повсе­днев­ной жиз­ни» — неустан­но повто­рял Федо­ро­вич. Юра искал вез­де — в мага­зине, трам­вае, пере­ул­ках, у себя под кро­ва­тью. Он воз­об­но­вил свою дет­скую тра­ди­цию розыг­ры­шей — взрос­лый дядя, вете­ран вой­ны, разыг­ры­вал сцен­ки пря­мо на улице!

Пре­по­да­ва­ли арти­сты, уже став­шие леген­да­ми в цир­ко­вом мире. Непо­вто­ри­мый шпрех­штал­мей­стер (инспек­тор мане­жа) Алек­сандр Буше, сло­мав­ший себе клю­чи­цы при поим­ке акро­бат­ки, падав­шей с боль­шой высо­ты. Импо­зант­ный и эле­гант­ный фрак сидел на нём как вли­той, а его под­чи­нён­ные рабо­та­ли слов­но дрес­си­ро­ван­ные звери.

Кло­ун Дмит­рий Аль­пе­ров, рас­ска­зы­вав­ший бай­ки о ста­ром цир­ке, напри­мер, как кло­ун Рибо раз­ре­зал себе углы рта, что­бы мож­но было засо­вы­вать кулак в рот. Акро­бат Нико­лай Сте­па­нов, изну­ряв­ший высо­ко­го 25-лет­не­го Нику­ли­на упраж­не­ни­я­ми по акро­ба­ти­ке — куль­би­та­ми и фор­дерш-прун­га­ми. Вско­ре у Юрия окреп­ли руки, ста­ли шире пле­чи, а Сте­па­нов даже хва­лил и ста­вил его в при­мер: «Смот­ри, даже Нику­лин дела­ет это хоро­шо, а ты…». А Нику­лин тихой сапой даже научил­ся делать перед­ний и зад­ний сальто-мортале.

Иде­а­лом для Юрия был комик с серьёз­ным лицом Бастер Китон. От при­ро­ды смеш­ли­вый и весё­лый, Бастер полу­чил дело­вое пред­ло­же­ние меч­ты от кино­сту­дии Metro-Goldwyn-Mayer (MGM) с одним стран­ным усло­ви­ем — он не дол­жен был нико­гда сме­ять­ся и улы­бать­ся на людях. Так круп­ная кор­по­ра­ция сло­ма­ла жизнь и карье­ру вели­ко­го арти­ста и атле­та, кас­ка­дё­ра и цир­ка­ча, про­дол­жа­те­ля леген­дар­ной цир­ко­вой дина­стии. Китон стал для Юрия одним из эта­ло­нов, по кото­рым он созда­вал свой коми­че­ский образ.

Бастер-Китон — Юрий Никулин

Вско­ре Юрий понял, насколь­ко тра­гич­на жизнь кло­у­на, и сколь экс­тре­маль­ные нагруз­ки берут на себя арти­сты. Так, его пора­зил рас­сказ Дмит­рия Аль­пе­ро­ва о кло­уне Кис­со, кото­рый заво­дил всех зри­те­лей неисто­вой бурей сме­ха над тол­стым уни­фор­ми­стом, вновь и вновь нака­ты­вав­шей на всех вокруг. В фина­ле он про­из­но­сил про­тяж­ное «иии» и падал от сме­ха на носил­ки, а затем под­ни­мал на про­ща­ние голо­ву. Одна­жды, Кис­со не под­нял голо­вы — за кули­са­ми ста­ло ясно, что кло­ун умер.

Дмит­рий Аль­пе­ров и Арка­дий Бори­сов. Источ­ник: ruscircus.ru

«Бое­вое кре­ще­ние» Юрий про­хо­дил под руко­вод­ством кло­унов Дема­ша и Мозе­ля: он был под­сад­ным зри­те­лем, у кото­ро­го отби­ра­ют кеп­ку два руга­ю­щих­ся меж­ду собой кло­у­на и раз­ры­ва­ют на части у «шоки­ро­ван­но­го» Юрия на глазах.

Неза­мет­ная под­ме­на, и вот уже радост­ный, он полу­ча­ет кеп­ку назад. Так нача­лась карье­ра Нику­ли­на в каче­стве под­сад­но­го зри­те­ля. В напар­ни­ки дол­го­вя­зо­му Юрию достал­ся малень­кий Толя Бараш­кин. Каж­дая сцен­ка была про­ду­ма­на до мело­чей, а есте­ствен­ность, с кото­рой Нику­лин и Бараш­кин орга­нич­но игра­ли при­ез­жих, слу­чай­но попав­ших в пере­дел­ку, вос­хи­ща­ли не толь­ко зри­те­лей. Сам режис­сёр Юрий Завад­ский про­тя­нул руку Юре:

«Спа­си­бо вам за достав­лен­ное удо­воль­ствие! Мне вы понра­ви­лись. Дол­жен вам ска­зать — если вы буде­те рабо­тать над собой, из вас полу­чит­ся хоро­ший актёр».

Когда же про под­сад­ки Нику­ли­на про­знал кино­ре­жис­сёр Кон­стан­тин Юдин, то он стал доби­вать­ся зна­ком­ства с моло­дым артистом.

Пер­вый кине­ма­то­гра­фи­че­ский опыт был сим­во­лич­ным. Юрию пред­ло­жи­ли сыг­рать роль трус­ли­во­го нем­ца в «Сме­лые люди».

Афи­ша «Сме­лых людей» в газе­те «Вечер­няя Москва» № 209 от 4 сен­тяб­ря 1950 года, стра­ни­ца 4

Вспом­нив, как он разыг­ры­вал това­ри­ща на фрон­те, пере­одев­шись в немец­кую фор­му, Нику­лин быст­ро вошёл в роль. Вско­ре Юрий узнал, что его эпи­зод не вошёл в фильм и он вновь скон­цен­три­ро­вал­ся на кло­ун­ском поприще.

Подо­шёл к кон­цу пер­вый учеб­ный год — вре­мя сда­вать экза­ме­ны. В комис­сии собра­лись веду­щие цир­ко­вые арти­сты: руко­во­ди­тель Мос­ков­ско­го цир­ка Юрский, дрес­си­ров­щик и кло­ун Дуров, сило­вой жон­глёр Херц, жон­глёр Жан­то, леген­дар­ный кло­ун «Каран­даш». Вол­не­ние у сту­дий­цев зашка­ли­ва­ло. Нику­лин с Геор­ги­ем Лебе­де­вым высту­пи­ли с отрыв­ком из «Женить­бы» Гого­ля, но никто не впе­чат­лил­ся. Дело шло «табак», но тут вто­рым номе­ром объ­яви­ли, что будет паро­дия, и Нику­лин радост­но потёр руки — это его «козыр­ная карта».

И вот Юрий, вме­сте с това­ри­ща­ми, изоб­ра­жа­ет лени­во­го и непо­слуш­но­го льва, кото­рый к тому же чешет­ся и зева­ет. Это вызва­ло смех в зале. Затем, корон­ный номер — Нику­лин выхо­дит в обра­зе сила­ча Хер­ца, кото­рый, слов­но с игруш­ка­ми, мог управ­лять­ся со штан­га­ми до 140 кило­грам­мов и выше.

Все­во­лод Геор­ги­е­вич Херц

Нику­лин выхо­дит в хала­те, с неимо­вер­но широ­ки­ми пле­ча­ми, пози­ру­ет, ору­дуя гиря­ми и напря­гая муску­лы. Но вдруг халат сни­ма­ют и перед все­ми худой, суту­лый кло­ун, а в пле­чи хала­та встав­ле­на пал­ка, а сами гири бута­фор­ские. Все хохо­та­ли до слёз, в осо­бен­но­сти, сам Все­во­лод Херц.


Легендарный Карандаш

Кло­уну Каран­да­шу выступ­ле­ние Юрия на экза­мене понра­ви­лось, и он при­гла­сил Нику­ли­на в кло­у­на­ду «Лей­ка». Так, сбы­лась меч­та Юрия — он стал клоуном.
И вот, Нику­лин, ослеп­лён­ный све­том софи­тов, вер­тит­ся в рас­те­рян­но­сти на месте. Пер­вый его номер вот-вот будет про­ва­лен — он забыл слова.

«Опыт­ный Буше сра­зу всё понял. Он бод­ро про­из­нёс: «Насколь­ко мне извест­но, вы соби­ра­е­тесь пока­зать нам фокус, но вам надо при­не­сти аппа­ра­ту­ру?». — «Да!» — «Ну, тогда иди­те и при­не­си­те»*.

Одно из пер­вых выступ­ле­ний Нику­ли­на в цирке

За кули­са­ми его и руга­ли, и успо­ка­и­ва­ли одно­вре­мен­но. И вот, Юрий вновь на сцене и успеш­но реа­ли­зу­ет вто­рую часть сво­ей роли — выли­ва­ет вед­ро с водой на одно­го из кло­унов. За кули­са­ми Юрий чуть не полу­чил тума­ков от Каран­да­ша — выяс­ни­лось, что от вол­не­ния Нику­лин вылил вед­ро не на того кло­у­на. Так начи­на­лась его карье­ра в цирке…

Кло­ун Каран­даш, хотя и был строг, но раз­гля­дел в Юрии талант. К тому же Нику­лин имел ред­кий типаж и рост 179 сан­ти­мет­ров, на кон­тра­сте допол­ня­ю­щий мно­гие кло­ун­ские номе­ра с напар­ни­ка­ми малень­ко­го роста. Каран­даш пред­ло­жил отпра­вить­ся Нику­ли­ну и его одно­курс­ни­ку Полу­ба­ро­ву на пяти­днев­ные гастро­ли в Одессу.

«Нашу цыган­скую жизнь при­ня­то роман­ти­зи­ро­вать. Я мно­го воз­вы­шен­ных слов читал о ней, в сти­хах и про­зе… Я не люб­лю шапи­то — за неустро­ен­ность, за сквоз­ня­ки, за осен­нюю сырость и холод»*.

Тогда же, «Каран­даш» позна­ко­мил Нику­ли­на с кло­уном Миха­и­лом Шуй­ди­ным. Это была встре­ча века! Нику­лин и Шуй­дин орга­нич­но допол­ня­ли друг дру­га: флег­ма­тич­ный дол­го­вя­зый Юрий, тро­га­тель­ный и наив­ный, и весё­лый зади­ра Шуй­дин, пред­при­им­чи­вый мастер на все руки и затей­ник, кото­рый всё вре­мя норо­вит разыг­рать дру­га. Этот дуэт неиз­мен­но вызы­вал весе­лье и хохот, и быст­ро заво­е­вал попу­ляр­ность, сна­ча­ла в Совет­ском сою­зе, а впо­след­ствии и во всём мире.


Юрий Нику­лин и Миха­ил Шуй­дин. Репри­за «Лошад­ки» (1967)

Каран­даш так нерв­ни­чал перед выступ­ле­ни­ем, что даже раз­бил об пол оско­лок зер­ка­ла, через кото­рый Нику­лин гримировался.

Одес­си­ты очень высо­ко цени­ли цир­ко­вое искус­ство, поэто­му от успе­ха в этом горо­де зави­се­ла вся их даль­ней­шая карье­ра. К сча­стью, в Одес­се их при­ня­ли как род­ных. Биле­ты рас­хо­ди­лись как горя­чие пирож­ки, и все­го через неде­лю Нику­лин проснул­ся знаменитым.

«Каран­даш научил нас мно­го­му. Мы позна­ли пре­муд­ро­сти коче­вой цир­ко­вой жиз­ни. Мы научи­лись серьёз­но и береж­но отно­сить­ся к каж­до­му най­ден­но­му смеш­но­му трю­ку, уме­нию исполь­зо­вать его в нуж­ный момент»*.

Каран­даш ока­зал огром­ное вли­я­ние на судь­бу Юрия Нику­ли­на — он не толь­ко позна­ко­мил Юри­ка с Миха­и­лом Шуй­ди­ным, с кото­ры­ми они высту­па­ли дуэ­том всю жизнь, но и свёл с девуш­кой, кото­рая ста­ла глав­ной любо­вью всей его жизни.

Нику­лин и Карандаш

В сле­ду­ю­щей ста­тье мы рас­ска­жем о том, как сло­жи­лась даль­ней­шая судь­ба кло­у­на Юри­ка, как Нику­ли­ну уда­лось попасть на дру­гую сто­ро­ну кино­экра­на и, конеч­но же, исто­рию люб­ви вели­ко­го артиста.


Читай­те так­же «В гостях у сказ­ки. Совет­ское кино от былин до тём­но­го фэн­те­зи». 

Поделиться