Памирский герой Великой Отечественной

В кни­ге 1981 года «Очер­ки по исто­рии Совет­ско­го Бадах­ша­на» есть цита­та из извест­но­го заяв­ле­ния Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва (1909–1970):

«Про­шу отпра­вить меня на фронт сра­жать­ся для борь­бы про­тив гер­ма­но-фашист­ской бан­ды, посяг­нув­шей на нашу Роди­ну. <…> Готов драть­ся до послед­ней кап­ли крови».

Жите­ли Пами­ра, или Гор­но-Бадах­шан­ской авто­ном­ной обла­сти, участ­во­ва­ли в боях с пер­вых часов вой­ны. К 1941 году в рядах Крас­ной армии было мно­го памир­цев — они слу­жи­ли в запад­ных воен­ных окру­гах и в погра­нич­ных частях. С нача­лом вой­ны в Таджик­ской ССР появ­ля­лись новые армей­ские соеди­не­ния — гор­цы часто запи­сы­ва­лись туда доб­ро­воль­ца­ми. Один из них, Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев, про­шёл бое­вую выуч­ку в 104‑й гор­но-кава­ле­рий­ской диви­зии. На войне он сра­жал­ся в рядах 49‑й меха­ни­зи­ро­ван­ной бри­га­ды, участ­во­вал в реша­ю­щих про­ры­вах, окру­же­ни­ях и раз­гро­мах фашистов.

За бое­вые заслу­ги гвар­дии стар­ший лей­те­нант Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев был награж­дён меда­ля­ми «За взя­тие Бер­ли­на», «За осво­бож­де­ние Пра­ги», «За побе­ду над Гер­ма­ни­ей в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне 1941–1945 гг.». Полу­чил орде­на Крас­но­го Зна­ме­ни и Крас­ной Звез­ды (оба — два­жды), Оте­че­ствен­ной вой­ны I сте­пе­ни. «За захват с груп­пой раз­вед­чи­ков стра­те­ги­че­ски важ­но­го моста (через реку Ней­се), что обес­пе­чи­ло даль­ней­шее про­дви­же­ние войск» фрон­то­вик был удо­сто­ен выс­шей награ­ды — зва­ния Героя Совет­ско­го Союза.

Мате­ри­ал под­го­то­вил Хур­шед Худо­ё­ро­вич Юсуф­бе­ков — автор более 50 исто­ри­че­ских ста­тей в рус­ско­языч­ной «Вики­пе­дии». Спе­ци­аль­но для VATNIKSTAN он про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать о Пами­ре и его геро­ях. Ранее мы узна­ли об исто­рии отно­ше­ний Пами­ра с Рос­сий­ской импе­ри­ей в кон­це XIX века, о мир­ных подви­гах рус­ских вое­на­чаль­ни­ков, о науч­ных иссле­до­ва­ни­ях при­ро­ды Пами­ра, об офи­це­ре и учё­ном Андрее Ста­ни­шев­ском. В этот раз рас­ска­жем о герое Вели­кой Оте­че­ствен­ной Гуль­ма­ма­де Гулямшаеве.

Наград­ной лист с опи­са­ни­ем бое­во­го подви­га Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва. За про­яв­лен­ное муже­ство коман­дир 49‑й бри­га­ды, гвар­дии пол­ков­ник Нико­лай Яко­вле­вич Сели­ван­чик пред­ста­вил памир­ца к зва­нию Героя Совет­ско­го Сою­за. 21 фев­ра­ля 1945 года

Краткая биография памирского героя

Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев родил­ся в 1909 году в кишла­ке Хорог Фер­ган­ской обла­сти Рос­сий­ской импе­рии. Его отец Гулям­шо Ашур­ма­ма­дов (18??—19??) слу­жил пред­се­да­те­лем Хорог­ско­го рев­ко­ма в 1920‑е, мать Назар­бахт Шами­ро­ва (18??—194?) была родом из афган­ско­го Бадах­ша­на. В их семье роди­лись 11 детей: сыно­вья Нур­ма­мад (1895–19??), Дуст­ма­мад, Ашур­ма­мад, Нисор­ма­мад, Оди­на­ма­мад (1899–1957), Бек­ма­мад, Гуль­ма­мад, Ёрма­мад (1914–19??), Назри­ма­мад, доче­ри Захро­бе­гим и Тазарф (1915–1973).

Доче­ри Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва, сле­ва напра­во: Озо­да­мо (1932–1996), Зеби­да­мо (1935–2007) и его пер­вая жена — Ёра­се­но­ва Муми­на­мо (1914–2008)
Сле­ва напра­во в пер­вом ряду: Клав­дия Арсен­тьев­на с мужем Гуль­ма­ма­дом Гулям­ша­е­вым (во вто­ром бра­ке), его бра­тья Нур­ма­мад и Бек­ма­мад. Во вто­ром: их пле­мян­ник Давлат Ашур­ма­ма­дов, Захро­бе­гим, Оди­на­ма­мад, их сест­ра Тазарф и вто­рая жена Бек­ма­ма­да — Мой­ра­мо Шакармадова

В 1916 году Гуль­ма­мад посту­пил в первую свет­скую рус­скую шко­лу, создан­ную для корен­ных гор­цев Памир­ским отря­дом со штаб-квар­ти­рой на Хорог­ском посту. После побе­ды совет­ской вла­сти гла­ва семьи Гулям­шо Ашур­ма­ма­дов отдал сына в Хорог­ский интер­нат — первую госу­дар­ствен­ную шко­лу на Пами­ре. Он наде­ял­ся, что сын ста­нет обра­зо­ван­ным чело­ве­ком. В 1926 году Гуль­ма­мад посту­пил в Инсти­тут про­све­ще­ния в Таш­кен­те и всту­пил в ком­со­мол, а в 1930‑м окон­чил учёбу.

С дет­ства он дру­жил с Кам­ба­ром Шаб­до­ло­вым — начи­ная с тех пор, когда в малень­ком Хоро­ге было все­го семь домов. Гуль­ма­мад и Кам­бар будут вме­сте учить­ся в Таш­кен­те и оста­нут­ся дру­зья­ми на всю жизнь. С пер­вой поло­ви­ны 1930‑х Шаб­до­лов слу­жил в СВР СССР. Совет­ский раз­вед­чик-неле­гал (псев­до­ним Витас) выпол­нял зада­ния Цен­тра в Коро­лев­стве Афга­ни­стан, пре­се­кал под­рыв­ные акции на южных рубе­жах Совет­ско­го Сою­за в Вели­кую Оте­че­ствен­ную и после неё. В даль­ней­шем он стал спец­со­труд­ни­ком Коми­те­та инфор­ма­ции при МИД СССР. В граж­дан­ской жиз­ни Шаб­до­лов про­явил себя как неза­у­ряд­ный хозяй­ствен­ный и госу­дар­ствен­ный дея­тель. Он геро­и­че­ски погиб за гра­ни­цей в 1951 году, выпол­няя зада­чи, воз­ло­жен­ные родиной.

Сле­ва напра­во: стар­ший брат Нур­ма­мад, Кам­бар Шаб­до­лов и Гуль­ма­мад в нача­ле 1930‑х годов

Гуль­ма­мад же сна­ча­ла рабо­тал в сфе­ре обра­зо­ва­ния, а потом в ком­со­мо­ле. Он отлич­но вла­дел рус­ским язы­ком, луч­ше мно­гих памир­цев. Зна­ние язы­ка и орга­ни­за­тор­ские спо­соб­но­сти силь­но помог­ли ему в карье­ре. Уже в 1932‑м Гулям­ша­е­ву пред­ло­жат рабо­ту в сто­ли­це Таджик­ской ССР Ста­ли­на­ба­де (с 1961-го город вер­нул назва­ние Душан­бе). Его назна­ча­ют зам­сек­ре­та­ря ком­со­моль­ско­го гор­ко­ма, потом он тру­дил­ся в аппа­ра­те ЦК ком­со­мо­ла Таджи­ки­ста­на и в сфе­ре народ­но­го про­све­ще­ния. С 1951 года Гулям­ша­ев рабо­тал в Управ­ле­нии дела­ми Сове­та Мини­стров Таджик­ской ССР, затем изби­рал­ся чле­ном Вер­хов­но­го Сове­та Таджик­ской ССР (5‑го созы­ва, 1959–1962 годы). В 1962 году по состо­я­нию здо­ро­вья вышел на пенсию.

Один из близ­ких дру­зей Гуль­ма­ма­да, извест­ный таджик­ский жур­на­лист, глав­ный редак­тор «Вечер­не­го Душан­бе», а поз­же писа­тель Яков Иса­а­ко­вич Наль­ский оста­вил о Гулям­ша­е­ве вос­по­ми­на­ния. В 1985 году они будут опуб­ли­ко­ва­ны жур­на­лом ЦК Таджик­ской ком­пар­тии «Аги­та­тор Таджи­ки­ста­на» — в ста­тье «Раз­вед­чик Гулям­шо­ев». Наль­ский пишет:

«С Гуль­ма­ма­дом Гулям­ша­е­вым мы были зна­ко­мы с 1933 года. Тогда он толь­ко что при­е­хал с Пами­ра в Душан­бе (в те годы Ста­ли­на­бад) и был избран заме­сти­те­лем сек­ре­та­ря сто­лич­но­го гор­ко­ма ком­со­мо­ла. У меня сохра­нил­ся в памя­ти Гуль­ма­мад <…> [на] серьёз­ном моло­дом лице выде­ля­лись про­ни­ца­тель­ные голу­бые гла­за. По-рус­ски гово­рил он почти без акцен­та <…> сре­ди таджи­ков это было ред­ко­стью. Пред­став­ле­ние о нём, как о застен­чи­вом чело­ве­ке, изме­ни­лось, когда я услы­шал его <…> пол­ную стра­сти речь, при­зы­вав­шую моло­дёжь взять­ся за озе­ле­не­ние и бла­го­устрой­ство сто­ли­цы. <…> Он вме­сте с моло­дё­жью выса­жи­вал дере­вья по про­спек­ту име­ни Лени­на и в пер­вом город­ском парке».


Призыв и участие в отправке и управлении эшелонами на фронт

О нача­ле вой­ны Гулям­ша­ев услы­шал, когда гулял в пар­ке име­ни Лени­на в Ста­ли­на­ба­де. Он тогда задер­жал­ся у топо­ля, кото­рый счи­тал «сво­им» — пото­му что сам при­нёс его из питом­ни­ка. Неожи­дан­но раз­дал­ся голос из репро­дук­то­ра, пере­дав­ший тре­вож­ное сооб­ще­ние: «Вни­ма­ние, гово­рит Москва!.. От Совет­ско­го информ­бю­ро… Рабо­та­ют все радио­стан­ции Совет­ско­го Сою­за! Сего­дня, 22 июня, в четы­ре часа утра…»

Гулям­ша­ев сра­зу идёт в город­ской воен­ко­мат, но ему отве­ча­ют: насту­пит вре­мя — при­зо­вём. Так при­дёт­ся ходить несколь­ко раз. Нако­нец, Ста­ли­на­бад­ский город­ской воен­ный комис­са­ри­ат при­звал Гуль­ма­ма­да на служ­бу — после подан­но­го заяв­ле­ния, о кото­ром мы гово­ри­ли выше. В доку­мен­тах воен­ко­ма­та отме­че­но, что жил Гулям­ша­ев на ули­це Шота Руста­ве­ли, дом 3, квар­ти­ра 5: «Место при­зы­ва: Ста­ли­на­бад­ский ГВК, Таджик­ская ССР, Ста­ли­на­бад­ская область, город Ста­ли­на­бад».

Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев перед отправ­кой на фронт

В нача­ле Вели­кой Оте­че­ствен­ной в Таджик­ской ССР созда­ва­лись новые вой­ско­вые части и диви­зии — по рас­по­ря­же­нию Народ­но­го комис­са­ри­а­та обо­ро­ны СССР. Сре­ди них ока­за­лись четы­ре наци­о­наль­ных гор­но-кава­ле­рий­ских диви­зии — 20‑я, 61‑я, 63‑я и 104‑я. Послед­нюю из них Совет народ­ных комис­са­ров Таджик­ской ССР сфор­ми­ро­вал в авгу­сте 1941 года. В ряды 104‑й диви­зии всту­па­ли тру­дя­щи­е­ся доб­ро­воль­цы рес­пуб­ли­ки — поз­же она участ­во­ва­ла в обо­роне горо­дов-геро­ев Моск­вы и Сталинграда.

Лей­те­нан­та Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва назна­чи­ли коман­ди­ром 1‑го эскад­ро­на 286-го пол­ка. Несколь­ко меся­цев он про­хо­дил воен­ную под­го­тов­ку. В нача­ле авгу­ста пер­вый эше­лон 104‑й кав­ди­ви­зии под коман­до­ва­ни­ем Гулям­ша­е­ва выехал из Ста­ли­на­ба­да. Месяц спу­стя Гуль­ма­мад при­был на фронт в Сара­тов вме­сте с диви­зи­он­ным штабом.

В 2015 году вышел сбор­ник «Вели­кая Оте­че­ствен­ная вой­на. 1941–1945. Доку­мен­ты и мате­ри­а­лы. Т. III. Наци­о­наль­ные фор­ми­ро­ва­ния Крас­ной армии. Под общей редак­ци­ей Героя Рос­сии гене­ра­ла армии С. К. Шой­гу». Там пред­став­ле­ны рас­сек­ре­чен­ные мате­ри­а­лы о судь­бе таджик­ских частей:

«Фор­ми­ро­ва­ние наци­о­наль­ных частей и соеди­не­ний <…> ста­ло одним из круп­ных и зна­чи­мых <…> воен­но-моби­ли­за­ци­он­ных меро­при­я­тий совет­ско­го госу­дар­ствен­но-поли­ти­че­ско­го руко­вод­ства. <…> Осу­ще­ствить допол­ни­тель­ную моби­ли­за­цию люд­ских и мате­ри­аль­ных ресур­сов <…> в крайне тяжё­лое для стра­ны вре­мя. Мно­гие наци­о­наль­ные части и соеди­не­ния внес­ли свой достой­ный вклад в дости­же­ние вели­кой Побе­ды над фашиз­мом. <…> Кава­ле­рий­ские диви­зии <…> были сфор­ми­ро­ва­ны в Таджик­ской ССР. Это 20‑я гор­но-кава­ле­рий­ская диви­зия <…> награж­де­на орде­на­ми Лени­на и Крас­но­го Зна­ме­ни. Впо­след­ствии <…> пре­об­ра­зо­ва­на в 17‑ю гвар­дей­скую <…> к двум имев­шим­ся орде­нам были при­креп­ле­ны ещё два — орде­на Суво­ро­ва и Куту­зо­ва. <…> Созда­на так­же 104‑я кава­ле­рий­ская дивизия…»


На фронтах Великой Отечественной войны

В бое­вых дей­стви­ях Гулям­ша­ев участ­во­вал с 1942 года. Из Сара­то­ва лей­те­нан­та отпра­ви­ли на Брян­ский фронт в новой долж­но­сти — коман­ди­ра взво­да авто­мат­чи­ков 49‑й меха­ни­зи­ро­ван­ной бри­га­ды. Она тоже при­бы­ла из Таджик­ской ССР. С 1 нояб­ря 1942 года бри­га­да попа­ла в состав 5‑го меха­ни­зи­ро­ван­но­го кор­пу­са Брян­ско­го фрон­та. Какое-то вре­мя она нахо­ди­лась в резер­ве, а с 26 нояб­ря высту­па­ет на Юго-Запад­ном фрон­те, где Гулям­ша­ев участ­ву­ет в контр­на­ступ­ле­нии под Сталинградом.

В ско­ром вре­ме­ни он опять в новой долж­но­сти — Гуль­ма­ма­да назна­чи­ли коман­ди­ром взво­да раз­вед­ки в тан­ко­вом под­раз­де­ле­нии 49‑й бри­га­ды. Сама же бри­га­да с апре­ля 1943 года вошла в состав 6‑го гвар­дей­ско­го мех­кор­пу­са 4‑й тан­ко­вой армии. Она будет участ­во­вать в боях на Кур­ской дуге в июле—августе 1943 года.

После неудав­ше­го­ся наступ­ле­ния немец­кие части под сокру­ши­тель­ны­ми уда­ра­ми Крас­ной армии отка­ты­ва­лись на запад. Враг огры­зал­ся, остав­ляя силь­ные засло­ны, а быва­ло, и закреп­лял­ся на зара­нее обо­ру­до­ван­ных позициях:

«…на одном из участ­ков наступ­ле­ние при­оста­но­ви­лось. Враг упор­но обо­ро­нял­ся. Нуж­ны были дан­ные о его дис­ло­ка­ции, резер­вах, а это мог дать толь­ко «язык». <…> Захват пору­чи­ли взво­ду Гулям­ша­е­ва. <…> Коман­дир ото­брал груп­пу надёж­ных бой­цов, <…> они изу­чи­ли под­хо­ды к вра­же­ским пози­ци­ям, отра­бо­та­ли вза­и­мо­дей­ствие, сиг­на­лы. <…> Что­бы пере­пра­вить­ся через реч­ку, нужен был плот. Изго­то­вить его пору­чи­ли бой­цу Фили­мо­но­ву. Тот, недол­го думая, начал рубить дерево.

Гулям­ша­ев оста­но­вил его.

— Зачем ого­лять зем­лю, если в том нет нуж­ды. Вон сколь­ко брё­вен и досок, — ука­зал офи­цер на раз­ва­ли­ну блиндажа.

<…> Вече­ром Гулям­ша­ев рас­ска­зы­вал бой­цам, как на его родине (на Пами­ре) обе­ре­га­ют зелень. Сру­бить дере­во — зна­чит окру­жить себя нена­ви­стью односельчан.

<…> дере­во, <…> глав­ное — оно укра­ша­ет нашу жизнь…

В пол­ночь бой­цы отпра­ви­лись на зада­ние. <…> что­бы не обна­ру­жить себя, им при­шлось полз­ти по-пла­стун­ски, <…> нако­нец, и про­во­лоч­ное заграж­де­ние. Сапё­ры быст­ро про­де­ла­ли про­ход. Гуль­ма­мад с груп­пой обес­пе­че­ния занял пози­цию <…> а груп­па захва­та, мино­вав про­во­лоч­ное заграж­де­ние <…> вдоль перед­ней тран­шеи про­ха­жи­ва­ет­ся один часо­вой. <…> Сер­жант Б. Шепи­лов желез­ной хват­кой сда­вил его гор­ло и сбил с ног. А Фили­мо­нов воткнул кляп фаши­сту в рот. Раз­вед­чи­ки свя­за­ли «язы­ка», выта­щи­ли за колю­чую про­во­ло­ку. <…> Враг, обна­ру­жив исчез­но­ве­ние часо­во­го, открыл огонь. <…> С «язы­ком» были уже у сво­их. Плен­ный ефрей­тор дал цен­ные пока­за­ния. Исполь­зуя их, коман­до­ва­ние напра­ви­ло в обход вра­же­ской обо­ро­ны тан­ки и с тыла раз­гро­ми­ло груп­пи­ров­ку вра­га. И так быва­ло не раз. Гулям­ша­ев со сво­и­ми раз­вед­чи­ка­ми часто ходил в тыл про­тив­ни­ка, при­во­дил «язы­ков», добы­вал цен­ную информацию.

<…> Осень на Укра­ине всту­пи­ла в свои пра­ва. От про­лив­ных дождей доро­ги развезло.

<…> Тяже­ло в пехо­те. Толь­ко тан­ки насту­па­ют вра­гу на пят­ки. На пути наших войск раз­ру­шен­ные горо­да и сёла. Враг, отсту­пая, в сле­пой яро­сти уни­что­жа­ет всё.
— Мно­го я читал книг о звер­ствах Чин­гис­ха­на, Батыя и дру­гие заво­е­ва­те­лей… Но то, что дела­ют фаши­сты, — уму непо­сти­жи­мо, — не раз гова­ри­вал лей­те­нант сво­им бой­цам. Вои­ны люби­ли сво­е­го отваж­но­го, спра­вед­ли­во­го коман­ди­ра. <…> Радо­ва­лись, когда за бои на Кур­ской дуге он был награж­дён орде­ном Крас­но­го знамени».

Гвар­дии стар­ший лей­те­нант Гуль­ма­мад Гулямшаев

В соста­ве 4‑й тан­ко­вой армии Гулям­ша­ев участ­во­вал в жесто­ких боях за осво­бож­де­ние Бол­хо­ва в июле и Орла в авгу­сте 1943 года (и здесь же всту­пил в ком­пар­тию). Эти собы­тия извест­ны как Орлов­ская насту­па­тель­ная опе­ра­ция с кодо­вым назва­ни­ем «Куту­зов»:

«В свя­зи с осво­бож­де­ни­ем горо­дов Орёл и Бел­го­род в Москве 5 авгу­ста 1943 года был про­из­ве­дён пер­вый в исто­рии Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны артил­ле­рий­ский салют в честь доб­лест­ных вои­нов Брян­ско­го, Запад­но­го, Цен­траль­но­го, Степ­но­го и Воро­неж­ско­го фрон­тов. С тех пор тор­же­ствен­ные салю­ты в честь наших побед ста­ли тра­ди­ци­ей до кон­ца войны».

Поз­же 49‑я мех­бри­га­да Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва участ­во­ва­ла в опе­ра­ци­ях 1‑го Укра­ин­ско­го фрон­та. Осо­бен­но отли­чи­лись тан­ки­сты в Проску­ров­ско-Чер­но­виц­кой опе­ра­ции, кото­рая шла с 4 мар­та по 17 апре­ля 1944 года. 49‑я бри­га­да вме­сте с дру­ги­ми частя­ми осво­бо­ди­ла горо­да Ска­лат и Каме­нец-Подоль­ский (21 и 26 марта).

Немно­го предыс­то­рии. Каме­нец-Подоль­ский был важ­ной опор­ной точ­кой в обо­роне фаши­стов на Дне­стре. 11 мар­та 1944 года Став­ка уточ­ни­ла зада­чу 1‑му Укра­ин­ско­му фрон­ту — нуж­но было глав­ны­ми сила­ми с ходу фор­си­ро­вать Днестр, овла­деть Чер­нов­ца­ми и вый­ти на госу­дар­ствен­ную гра­ни­цу СССР. Левое кры­ло армии долж­но было насту­пать на Каме­нец-Подоль­ский. В ходе это­го наступ­ле­ния раз­вед­ро­та Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва обес­пе­чи­ва­ла коман­до­ва­ние инфор­ма­ци­ей, достав­ля­ла «язы­ков». Раз­вед­чи­ки и сами всту­па­ли в сра­же­ния. Так, бой­цы роты подо­жгли боль­шую колон­ну немец­ких машин с бое­при­па­са­ми, что еха­ла в Каменец-Подольский.

За уча­стие в опе­ра­ции гвар­дии лей­те­нант Гулям­ша­ев был награж­дён орде­ном Крас­ной Звез­ды. Об этом сви­де­тель­ству­ет рас­сек­ре­чен­ный доку­мент из архи­ва Крас­ной армии и Воен­но-мор­ско­го фло­та. Его фото­ко­пия пред­став­ле­на ниже.

При­каз по 49‑й меха­ни­зи­ро­ван­ной Каме­нец-Подоль­ской бри­га­де 6‑го гвар­дей­ско­го меха­ни­зи­ро­ван­но­го Крас­но­зна­мен­но­го кор­пу­са 1‑го Укра­ин­ско­го фрон­та от 6 мая 1944 года, № 08/н

По ито­гам насту­па­тель­ной опе­ра­ции бри­га­да, где слу­жил Гулям­ша­ев, полу­чи­ла почёт­ное назва­ние «49‑я меха­ни­зи­ро­ван­ная Каме­нец-Подоль­ская орде­нов Бог­да­на Хмель­ниц­ко­го и Куту­зо­ва бри­га­да». 17 мар­та 1945 года её пре­об­ра­зу­ют в гвардейскую.

«26 мар­та 1944 года город (Каме­нец-Подоль­ский) был осво­бож­дён, и 49‑я меха­ни­зи­ро­ван­ная бри­га­да полу­чи­ла почёт­ное наиме­но­ва­ние „Каме­нец-Подоль­ской“, и в этот 1009‑й день вой­ны вой­ска 2‑го Укра­ин­ско­го фрон­та вышли на реке Прут на госу­дар­ствен­ную гра­ни­цу СССР с Румы­ни­ей. С это­го дня Крас­ная Армия при­сту­пи­ла к выпол­не­нию сво­ей исто­ри­че­ской мис­сии — осво­бож­де­нию наро­дов Юго-Восточ­ной и Южной Евро­пы от гит­ле­ров­ских оккупантов».

Рота раз­вед­ки Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва так­же участ­во­ва­ла в Львов­ско-Сан­до­мир­ской опе­ра­ции июля 1944 года, пока­за­ла себя в боях за осво­бож­де­ние Льво­ва. Тан­ки­сты, уме­ло манев­ри­руя, обхо­ди­ли круп­ные узлы обо­ро­ны про­тив­ни­ка, уни­что­жа­ли мел­кие вра­же­ские груп­пы, упор­но про­дви­га­лись к горо­ду с юга. Их гла­за­ми и уша­ми были раз­вед­чи­ки Гулям­ша­е­ва, без­упреч­но выпол­няв­шие зада­чи командования:

«Стар­шие коман­ди­ры, ста­вя зада­ние на раз­вед­ку, напут­ство­ва­ли Гулямшаева:

— Наде­ем­ся на тебя, пами­рец, уверены…»

Львов был осво­бож­дён от фаши­стов 27 июля 1944 года. Затем Крас­ная армия раз­вер­ну­ла бои в Силе­зии. Так начи­на­лось пол­ное осво­бож­де­ние Польши.


Освобождение польских земель

И вот новое зада­ние Гулям­ша­е­ва. Совет­ские вой­ска, фор­си­руя реку Сан, оста­но­ви­лись. Нем­цы зани­ма­ли гос­под­ству­ю­щую высо­ту, про­стре­ли­вая все под­хо­ды. Левый склон реки был огра­ни­чен топ­ки­ми боло­та­ми, а пра­вый — огром­ным лес­ным мас­си­вом, где сто­я­ли совет­ские тан­ки. Нуж­но было выявить огне­вую систе­му нем­цев, пода­вить её, оттес­нить про­тив­ни­ка с высо­ты, что­бы помочь совет­ской армии раз­вить наступ­ле­ние. Целью был город Санок, стра­те­ги­че­ски важ­ный для обо­ро­ны противника.

По хол­ми­стой мест­но­сти, то взби­ра­ясь на греб­ни высо­ток, то спус­ка­ясь в лощи­ны, шёл наш бро­не­транс­пор­тёр. Нем­цы откры­ли по нему необуз­дан­ный огонь, чего и ждал Гулям­ша­ев. Он засе­кал огне­вые точ­ки фаши­стов и нано­сил их на кар­ту. Это был рис­ко­ван­ный поеди­нок с отлич­но замас­ки­ро­ван­ным вра­гом. Сер­жант Зазу­ля мастер­ски вёл бое­вую маши­ну: она то зами­ра­ла на месте, то неожи­дан­но ска­ты­ва­лась в лощи­ну, лави­ро­ва­ла меж­ду раз­ры­ва­ми мин и сна­ря­дов. В ско­ром вре­ме­ни у коман­до­ва­ния была точ­ная схе­ма огне­вых средств нем­цев. Одна­ко ата­ка наше­го стрел­ко­во­го бата­льо­на, под­дер­жан­но­го тан­ка­ми и артил­ле­ри­ей, успе­ха не име­ла: про­тив­ник слиш­ком осно­ва­тель­но укрепился.

В пол­ночь раз­вед­чи­ки поки­ну­ли зем­лян­ку, бес­шум­но дви­га­ясь по дну овра­га. Дозо­ры, сле­до­вав­шие спра­ва и сле­ва от основ­ной груп­пы, докла­ды­ва­ли Гулям­ша­е­ву: всё спо­кой­но, враг не обна­ру­жен — и скрыт­но вышли в тыл фаши­стов. У опуш­ки леса бой­цы обна­ру­жи­ли замас­ки­ро­ван­ные бата­реи, и вдруг в несколь­ких шагах от Гулям­ша­е­ва из тем­но­ты пока­зал­ся чело­век. Уви­дев офи­це­ра, тот сра­зу не разо­брал­ся, кто это — свой или чужой. Раз­вед­чик опе­ре­дил и выстре­лил пер­вым: выпу­стив авто­мат из рук, фашист упал. Гря­нул друж­ный огонь раз­вед­ро­ты, уни­что­жа­ю­щей артил­ле­рию вра­га. Засев­шие на высо­те вспо­ло­ши­лись, у них в тылу шёл бой — нем­цы реши­ли, что их окру­жа­ют. Они спеш­но нача­ли поки­дать око­пы и отхо­дить, высо­та была взя­та. Тан­ки­сты с пехо­той на броне стре­ми­тель­но устре­ми­лись в про­рыв на Санок.


Боевые действия в районе города Острува

Настал январь 1945 года. Часто шёл снег, на доро­гах была непро­лаз­ная грязь. Тыло­вое обес­пе­че­ние отста­ва­ло, тан­ки порой оста­нав­ли­ва­лись. Но невзи­рая ни на что наступ­ле­ние продолжалось.

Гулям­ша­ев к тому вре­ме­ни воз­гла­вил свою раз­вед­ро­ту. Раз­вед­чи­ки теперь участ­во­ва­ли в оже­сто­чён­ных боях близ Остру­вы. При­шёл при­каз вый­ти в тыл вра­га и раз­ве­дать доро­ги, по кото­рым про­тив­ник под­бра­сы­вал резер­вы. Полу­чив танк Т‑34 и бро­не­транс­пор­тёр с девя­тью бой­ца­ми, Гулям­ша­ев дви­нул­ся в доро­гу. Сплош­ной обо­ро­ны у вра­га не было, раз­вед­чи­ки без тру­да вышли в тыл. Что­бы луч­ше видеть про­стран­ство, Гулям­ша­ев при­стро­ил­ся на броне танка.

«Гусак, коман­дир тан­ка, не раз кри­чал Гульмамаду:
— Смот­ри не замёрз­ни, южанин!
— Давай впе­рёд, — отве­чал коман­дир роты. — И на Пами­ре моро­зы бывают!»
[Жур­нал «Аги­та­тор Таджи­ки­ста­на» за 1985 год, № 3]

В ноч­ном небе гуде­ли само­лё­ты, изред­ка вспы­хи­ва­ли раке­ты, и сно­ва насту­па­ла густая тем­но­та. В это вре­мя бое­вые маши­ны подо­шли к неболь­шой дере­вуш­ке, где раз­вед­чи­ки шли по про­сё­лоч­ной доро­ге. Та сли­ва­лась с основ­ной трас­сой, по кото­рой обо­ро­няв­ши­е­ся в Остру­ве фаши­сты полу­ча­ли подкрепления.

Гуль­ма­мад, спрыг­нув с тан­ка, при­слу­шал­ся. Из тем­но­ты доно­сил­ся гул мото­ров, немец­кая колон­на при­бли­жа­лась к пере­крёст­ку. Впе­ре­ди авто­ма­шин шёл бро­не­транс­пор­тёр, про­пус­кая пешую колон­ну. Гулям­ша­ев про­сиг­на­лил кар­ман­ным фона­рём Гуса­ку, взре­вел мотор «трид­цать­чет­вёр­ки» — и танк вре­зал­ся в колон­ну гит­ле­ров­цев, давя гусе­ни­ца­ми и рас­стре­ли­вая вра­га из пуле­мё­та. В бой друж­но вклю­чи­лись сол­да­ты с бро­не­транс­пор­тё­ра, и фашист­ский бата­льон, шед­ший на под­мо­гу гар­ни­зо­ну Остру­ва, был разгромлен.

Вот как опи­са­ны фак­ты бое­вых подви­гов гвар­дии стар­ше­го лей­те­нан­та Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва в пред­став­ле­нии к награждению:

«В насту­па­тель­ных боях в январе—феврале 1945 года на 1‑м Укра­ин­ском фрон­те уме­ло и муже­ствен­но руко­во­дил раз­ве­ды­ва­тель­ной ротой, непре­рыв­но вёл раз­вед­ку про­тив­ни­ка, вскры­вал его груп­пи­ров­ки, про­ти­во­сто­я­щие бри­га­де, лич­ным наблю­де­ни­ем и захва­том плен­ных давал цен­ные све­де­ния коман­до­ва­нию о про­тив­ни­ке, бла­го­да­ря чему не было ни одно­го слу­чая вне­зап­но­го напа­де­ния про­тив­ни­ка и части бри­га­ды успеш­но про­дви­га­лись вперёд.

Лич­но руко­во­дя раз­вед­груп­па­ми, неод­но­крат­но при­ни­мал бой с пере­до­вы­ми под­раз­де­ле­ни­я­ми про­тив­ни­ка, нано­ся им боль­шой урон в живой силе и технике.

15.1.45 года, руко­во­дя раз­вед­до­зо­ром в рай­оне села Дьминь (рай­он горо­да Кель­це), раз­вед­кой боем уста­но­вил груп­пи­ров­ку про­тив­ни­ка, уни­что­жив при этом 30 сол­дат и офи­це­ров про­тив­ни­ка, и десять — взял в плен, в том чис­ле май­о­ра, кото­рый дал цен­ные сведения.

16.1.45 года, нахо­дясь в заса­де с шестью тан­ка­ми, четырь­мя 76-мил­ли­мет­ро­вы­ми ору­ди­я­ми и одним бро­не­транс­пор­тё­ром в рай­оне дерев­ни Мнюв Келец­ко­го вое­вод­ства, лич­но с семью раз­вед­чи­ка­ми, нахо­дясь в раз­вед­ке в направ­ле­нии дерев­ни Гум­лер, обна­ру­жил колон­ну про­тив­ни­ка, пытав­шу­ю­ся про­рвать­ся из рай­о­на Кель­це в севе­ро-запад­ном направ­ле­нии, и, воз­гла­вив руко­вод­ство заса­дой, завя­зал бой, в резуль­та­те кото­ро­го уни­что­жил пять само­ход­ных ору­дий, три бро­не­транс­пор­тё­ра, 15 авто­ма­шин, более 100 сол­дат и офи­це­ров про­тив­ни­ка, захва­тил 30 пленных.

23.1.45 года в бою за город Острув (Поль­ша), нахо­дясь в раз­вед­до­зо­ре, в соста­ве двух тан­ков с десан­том авто­мат­чи­ков, одно­го бро­не­транс­пор­тё­ра, одной бро­не­ма­ши­ны, вне­зап­ным налё­том на колон­ну про­тив­ни­ка создал пани­ку, уни­что­жив при этом более

150 офи­це­ров и сол­дат про­тив­ни­ка, более 30 авто­ма­шин, вось­ми бро­не­транс­пор­тё­ров; захва­че­но 20 плен­ных, про­тив­ник оста­вил более 50 авто­ма­шин с гру­за­ми и бое­при­па­са­ми. Бла­го­да­ря успеш­ным дей­стви­ям раз­вед­до­зо­ра, части бри­га­ды успеш­но пошли впе­рёд и заня­ли город Острув. В этом бою това­рищ Гулям­ша­ев, несмот­ря на полу­чен­ное серьёз­ное ране­ние, кате­го­ри­че­ски отка­зал­ся от эва­ку­а­ции, про­дол­жал руко­во­дить боем.

За систе­ма­ти­че­скую раз­вед­ку про­тив­ни­ка, вскры­тие груп­пи­ро­вок и их намерений, …»

Про­дол­же­ние тек­ста было выре­за­но — види­мо, толь­ко этот фраг­мент пер­во­на­чаль­но при­ла­гал­ся к доку­мен­там о награж­де­нии Гулям­ша­е­ва звез­дой Героя Совет­ско­го Союза.
Оцен­ку коман­до­ва­ния, пред­ста­вив­ше­го Гуль­ма­ма­да к награ­де, под­твер­жда­ют рас­сек­ре­чен­ные архив­ные документы.

Опи­са­ние подви­га Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва. ЦАМО. Фонд 33. Опись 690306. Еди­ни­ца хра­не­ния 1775
При­каз № 09 от 1 мар­та 1945 года по 6‑му гвар­дей­ско­му меха­ни­зи­ро­ван­но­му Львов­ско­му Крас­но­зна­мён­но­му кор­пу­су 4‑й тан­ко­вой армии 1‑го Укра­ин­ско­го фронта

Участие в Нижнесилезской операции

Насту­па­тель­ная опе­ра­ция 1‑го Укра­ин­ско­го фрон­та про­хо­ди­ла в нача­ле фев­ра­ля 1945 года. Совет­ская армия нанес­ла мощ­ный удар с Одер­ско­го плац­дар­ма на город Котт­бус, про­рва­ла дол­го­вре­мен­ные укреп­ле­ния и окру­жи­ла круп­ные гар­ни­зо­ны про­тив­ни­ка. Был раз­гром­лен город-кре­пость Гло­гау (Гло­гув), где к 1 апре­ля 1945 года были уби­ты око­ло 18 тысяч вра­же­ских сол­дат. Так­же совет­ские вой­ска заня­ли город-кре­пость Лиг­ниц (Лег­ни­ца).

К 24 фев­ра­ля 1945 года 4‑я тан­ко­вая армия под коман­до­ва­ни­ем гене­ра­ла Дмит­рия Лелю­шен­ко вышла к на реке Ней­се, встав на одну линию с вой­ска­ми 1‑го Бело­рус­ско­го фрон­та. Были заня­ты выгод­ные пози­ции для завер­ша­ю­ще­го уда­ра по лого­ву фаши­стов в Бер­лине. Плац­дарм был удач­ным и для уда­ра по верх­не­си­лез­ской (оппельн­ской) груп­пи­ров­ке про­тив­ни­ка. С 17 мар­та 1945 года 4‑я тан­ко­вая армия, в кото­рой состо­ял Гуль­ма­мад, была пре­об­ра­зо­ва­на в гвардейскую.

Враг уси­ли­вал сопро­тив­ле­ние. В маре­ве зака­тов клу­бил­ся и под­ни­мал­ся стол­ба­ми к небу дым пожа­рищ и горя­щих тан­ков. Сто­ял несмол­ка­е­мый гро­хот боя. Рота раз­вед­чи­ков Гуль­ма­ма­да Гулям­ша­е­ва посто­ян­но была на бое­вых зада­ни­ях. Круг­лые сут­ки отдель­ные груп­пы и взво­ды раз­вед­чи­ков про­ни­ка­ли в тыл про­тив­ни­ка, наво­ди­ли штур­мо­вую авиа­цию на уни­что­же­ние огне­вых средств и живой силы вра­га, кор­рек­ти­ро­ва­ли огонь артил­ле­рии и бомбардировщиков.

Сви­де­тель­ство бое­вых заслуг Гуль­ма­ма­да в Ниж­не­си­лез­ской опе­ра­ции — рас­сек­ре­чен­ный фото­до­ку­мент из архи­ва Крас­ной армии и Воен­но-мор­ско­го фло­та: «При­каз вой­скам 4‑й тан­ко­вой армии от 14 мар­та 1945 года, за № 0106/н <…> Орде­ном Крас­но­го Зна­ме­ни <…> Гвар­дии стар­ше­го лей­те­нан­та Гулям­ша­е­ва Гуль­ма­ма­да <…> Коман­дир раз­ве­ды­ва­тель­ной роты (штат № 010/42649) меха­ни­зи­ро­ван­ной Каме­нец-Подоль­ской орде­на Суво­ро­ва Бог­да­на Хмель­ниц­ко­го бри­га­ды» (дата совер­шён­но­го подви­га — 14.02.1945–15.02.1945)».

При­каз вой­скам 4‑й тан­ко­вой армии от 14 мар­та 1945 года, № 0106/н

17 апре­ля 1945 года на линии 1‑го Укра­ин­ско­го фрон­та по узко­му кори­до­ру, про­би­то­му вой­ска­ми 3‑й, 5‑й и 13‑й гвар­дей­ских армий, на запад напра­ви­лись 3‑я и 4‑я тан­ко­вые армии. В кон­це апре­ля 1945 года рота Гулям­ша­е­ва подо­шла к Цос­сен­ско­му обо­ро­ни­тель­но­му рубе­жу, при­кры­вав­ше­му под­сту­пы к Бер­ли­ну. Завя­за­лись тяжё­лые бои. Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев, два­жды ранен­ный, всё рав­но оста­вал­ся в строю. Он участ­во­вал в штур­ме Бер­ли­на, а потом и Пра­ги. Бер­лин­ская опе­ра­ция была про­ве­де­на арми­я­ми 1‑го и 2‑го Бело­рус­ских и 1‑го Укра­ин­ско­го фрон­тов. Она при­ве­ла к пол­ной и без­ого­во­роч­ной капи­ту­ля­ции гит­ле­ров­ской Германии.

В ходе Праж­ской насту­па­тель­ной опе­ра­ции были лик­ви­ди­ро­ва­ны немец­кая груп­па армий «Центр» и часть сил груп­пы «Юг». Свой бое­вой путь в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев завер­шил в Чехословакии:

«Одним из тех совет­ских вои­нов, кото­рые с тан­ко­вы­ми арми­я­ми поспе­ши­ли в Пра­гу из-под Бер­ли­на, был и Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев. День Побе­ды он (посла­нец Пами­ра) встре­тил в чехо­сло­вац­ком селе Рахув­ник (неда­ле­ко от Кар­ло­вых Вар)».

В его харак­те­ри­сти­ке, выдан­ной коман­до­ва­ни­ем, записано:

«В боях смел и отва­жен. Быст­ро ори­ен­ти­ру­ет­ся в обста­нов­ке, при­ни­ма­ет гра­мот­ные реше­ния» [Жур­нал «Аги­та­тор Таджи­ки­ста­на» за 1985 год, № 3].


После Великой Отечественной войны и завершения службы в Вооружённых Силах СССР

Гуль­ма­мад Гулям­ша­ев завер­шил воен­ную служ­бу в зва­нии капи­та­на в 1946 году. После ухо­да из армии он вер­нул­ся домой в Ста­ли­на­бад, в мир­ную жизнь. Его пло­до­твор­ный труд был отме­чен орде­ном «Знак почё­та». Пра­ви­тель­ствен­ная награ­да за тру­до­вые дела — под­лин­ное сви­де­тель­ство тому, что и в мир­ные дни храб­рый воин все­гда шёл впереди:

«Гулям­шо­е­ва уже нет в живых. Но воз­ле дома, где он жил, сереб­рят­ся топо­ля. Их вырас­тил быв­ший тан­кист-раз­вед­чик. И каж­дый тополь носит имя одно­го из близ­ких ему това­ри­щей, погиб­ших в боях с немец­ки­ми захват­чи­ка­ми» [Жур­нал «Аги­та­тор Таджи­ки­ста­на» за 1985 год, № 3].


Автор посвя­ща­ет этот био­гра­фи­че­ский мате­ри­ал 77‑й годов­щине Вели­кой Побе­ды и под­креп­ля­ет им обра­ще­ние в Мини­стер­ство обо­ро­ны Рос­сий­ской Феде­ра­ции по вопро­су о при­суж­де­нии Гулям­ша­е­ву Гуль­ма­ма­ду зва­ния Героя Совет­ско­го Союза.


Читай­те так­же «Хубан­шо Кир­ман­шо­ев. Как герой рево­лю­ции на Пами­ре ока­зал­ся жерт­вой репрес­сий»

Поделиться