Сего­дня, 30 мар­та, на ютуб-кана­ле «Кол­лек­тив» состо­ит­ся онлайн-пре­мье­ра доку­мен­таль­ной коме­дии «Без­дом­ный с кино­ап­па­ра­том». Выход филь­ма при­уро­чен ко Дню без­дом­но­го чело­ве­ка в Рос­сии — еже­год­ной обще­ствен­ной акции, кото­рая про­во­дит­ся с 2017 года по ини­ци­а­ти­ве фон­да «Нуж­на помощь», изда­ния «Такие дела» и бла­го­тво­ри­тель­ной орга­ни­за­ции «Ноч­леж­ка».

Глав­ный герой — режис­сёр Игорь Коно­ва­лов — про­дал свою мос­ков­скую квар­ти­ру, боль­шую часть выру­чен­ных денег он потра­тил на съём­ки филь­мов, но про­го­рел и стал без­дом­ным. Теперь Игорь ночу­ет в авто­бу­се, кор­мит­ся на бес­плат­ных раз­да­чах еды и пыта­ет­ся выжить в боль­шом горо­де. Но сни­мать кино не пре­кра­ща­ет: несмот­ря на обсто­я­тель­ства, он всё вре­мя ищет спо­со­бы зани­мать­ся люби­мым делом.

Спе­ци­аль­но для VATNIKSTAN на вопро­сы Алек­сея Кире­ен­ко отве­ча­ли режис­сё­ры «Без­дом­но­го с кино­ап­па­ра­том» — выпуск­ни­ки ВГИ­Ка Влад Баха­но­вич и Мак­сим Лукьянец.

Смот­ри­те трей­лер на Юту­бе

— В нача­ле ваше­го филь­ма даёт­ся неболь­шая авто­био­гра­фи­че­ская справ­ка. Пред­ла­гаю и наш раз­го­вор начать таким же образом.

Влад: Меня зовут Влад, я опе­ра­тор по вги­ков­ско­му обра­зо­ва­нию, потом стал режис­сё­ром. Сни­маю как доку­мен­таль­ное, так и игро­вое кино. После выпус­ка кро­ме «Без­дом­но­го с кино­ап­па­ра­том» я сни­мал мок­ью­мен­та­ри-сери­ал (псев­до­до­ку­мен­таль­ный) «Вы ино­пла­не­тя­нин?», кото­рый тоже ско­ро дол­жен выйти.

Мак­сим: Я закон­чил ВГИК парал­лель­но с Вла­дом, учил­ся на режис­сё­ра. Сей­час сни­маю теле­ви­зи­он­ные про­ек­ты в основ­ном, зани­ма­юсь мон­та­жом. После ВГИ­Ка я рабо­тал режис­сё­ром мон­та­жа на ком­мер­че­ских про­ек­тах — рекла­ма, раз­ные роли­ки, репор­та­жи, инди­ви­ду­аль­но пре­по­да­вал мон­таж. А потом мы с Вла­дом нача­ли делать «Без­дом­но­го с кино­ап­па­ра­том» — это мож­но назвать нашим дебют­ным фильмом.

— Обра­зо­ва­ние в твор­че­ском вузе — про­цесс неиз­вест­ный для мно­гих людей не из сфе­ры кино. Рас­ска­жи­те, чему и как учат во ВГИКе?

Мак­сим: Режис­сёр­ское обра­зо­ва­ние во ВГИ­Ке мож­но назвать общим сло­вом «кино­об­ра­зо­ва­ние». Пять лет мы учим­ся в мастер­ских у име­ни­тых авто­ров — у меня масте­ра­ми были Сер­гей Мирош­ни­чен­ко и Свет­ла­на Музы­чен­ко, два документалиста.

За пери­од обу­че­ния мы с нуля сня­ли поряд­ка пяти пол­но­цен­ных работ. Были и твор­че­ские упраж­не­ния с раз­ны­ми худо­же­ствен­ны­ми акцен­та­ми, кото­рые мы осва­и­ва­ли: нуж­но было снять фильм-порт­рет, где глав­ным геро­ем будет один-един­ствен­ный чело­век; либо под­го­то­вить фильм без слов, где все свои замыс­лы ты дол­жен вопло­тить с помо­щью визу­аль­но­го язы­ка; или снять фильм с закад­ро­вым тек­стом, где ты как автор ком­мен­ти­ру­ешь про­ис­хо­дя­щее в тво­ей доку­мен­таль­ной работе.

— Быту­ет мне­ние, что ВГИК — это «клас­си­че­ское» во всех смыс­лах обра­зо­ва­ние. Ста­тус­ное учеб­ное заве­де­ние с бога­той исто­ри­ей часто быва­ет очень кон­сер­ва­тив­но. Стал­ки­ва­лись ли вы с этим во вре­мя обучения?

Влад: Про опе­ра­тор­ское обра­зо­ва­ние могу ска­зать сме­ло — оно во ВГИ­Ке одно из луч­ших в Рос­сии. Зна­ния, кото­рые я смог полу­чить за вре­мя обу­че­ния, мне при­го­жда­лись каж­дый съё­моч­ный день, кото­рых у меня за десять лет карье­ры было немало.

Эта про­фес­сия отча­сти тех­ни­че­ская — опе­ра­то­ров не учат кон­крет­но на доку­мен­таль­ное кино или на игро­вое. В этом отли­чие от режис­сёр­ско­го искус­ства, кото­рое в первую оче­редь свя­за­но с творчеством.

Если срав­ни­вать с дру­ги­ми про­филь­ны­ми вуза­ми, то выпуск­ни­ки ВГИ­Ка ред­ко оста­ют­ся в про­фес­сии. Напри­мер, после окон­ча­ния ГИТ­Ра (Госу­дар­ствен­ный инсти­тут теле­ви­де­ния и кино. — Прим. ред.), в кото­ром я тоже учил­ся, мно­гие идут рабо­тать на теле­ви­де­ние. Остать­ся в кино — само­от­вер­жен­ный выбор.

Из мастер­ской игро­во­го кино в про­фес­сии оста­ют­ся чело­ве­ка два-три. Из опе­ра­тор­ской же идут рабо­тать сра­зу почти все. Свя­за­но ли это с кос­но­стью ВГИ­Ка? Навер­ное. Нас не учи­ли, как суще­ство­вать в совре­мен­ной инду­стрии. Ты раз­би­ра­ешь­ся в кино, зна­ешь твор­че­ство режис­сё­ров, но как вой­ти в круг про­фес­си­о­на­лов, как добрать­ся от под­но­жия горы к самой вер­шине, не все­гда понятно.

— Рас­ска­жи­те, в вашем твор­че­ском тан­де­ме есть место кон­ку­рен­ции? Всё-таки на съё­моч­ной пло­щад­ке опе­ра­тор и режис­сёр ино­гда видят сце­ну по-сво­е­му. Это не меша­ет вашей дружбе?

Мак­сим: Пово­дом для наше­го с Вла­дом зна­ком­ства ста­ла моя учеб­ная рабо­та, где по зада­нию надо было погру­зить­ся в жизнь юту­бе­ров, кото­рые зани­ма­ют­ся пран­ка­ми и розыг­ры­ша­ми. Кажет­ся, это был 2014 год. С тех пор все­гда, когда была воз­мож­ность сов­мест­но пора­бо­тать, что-то где-то посни­мать и под­за­ра­бо­тать, я при­гла­шаю Вла­да. Выгля­дит так, как буд­то мы сей­час на сеан­се у семей­но­го пси­хо­ло­га (сме­ёт­ся).

Вооб­ще у режис­сё­ров быва­ет такая сно­бист­ская пози­ция: «Вот опе­ра­тор, ну что он, каме­ру ста­вит, кру­тит фокус» и допус­кать его до обсуж­де­ний замыс­лов филь­ма не сто­ит. В нашей же ситу­а­ции, когда мы с само­го нача­ла были на одном уровне и любая зада­ча нам тогда каза­лось крайне слож­ной, наше вза­и­мо­дей­ствие было рав­ным. Кон­флик­та не воз­ник­ло и когда мы дела­ли «Без­дом­но­го с кино­ап­па­ра­том», пото­му что сов­мест­ное и рав­но­цен­ное обсуж­де­ние твор­че­ских момен­тов нам толь­ко помогает.

Влад: Отме­чу, что имен­но зна­ком­ство с Мак­си­мом откры­ло мне гла­за на доку­мен­таль­ное кино, я позна­ко­мил­ся с его мастер­ской и этим делом увлёк­ся профессионально.

— Здо­ро­во, что ваш твор­че­ский союз мож­но назвать исклю­чи­тель­ным ещё и пото­му, что вы рабо­та­е­те на рав­ных. Ска­жи­те, как к вам при­шла идея ваше­го пер­во­го боль­шо­го доку­мен­таль­но­го про­ек­та «Без­дом­ный с киноаппаратом»?

Влад: Моя жена Настя несколь­ко лет назад, когда она ещё была моей девуш­кой, ходи­ла помо­гать на раз­да­чу еды для без­дом­ных. В общем зале кру­ти­ли филь­мы Иго­ря Коно­ва­ло­ва. Она поин­те­ре­со­ва­лась, что это за кино­кар­ти­ны, на что волон­тё­ры ей отве­ти­ли: вот, мол, это один из наших под­опеч­ных, он режис­сёр и сни­ма­ет фильмы.

Дома Настя пока­за­ла мне эти филь­мы на Юту­бе. На тот момент они были выло­же­ны на кана­ле мон­та­жё­ра. Это уже потом мы попро­си­ли филь­мы отту­да убрать и выло­жи­ли их уже у себя на кана­ле «Без­дом­ный с кино­ап­па­ра­том».

Филь­мы Иго­ря меня момен­таль­но заце­пи­ли. Я мно­го сме­ял­ся. Настоль­ко это было искренне, неле­по и абсурд­но, что я почув­ство­вал, насколь­ко бли­зок мне этот герой сво­им стрем­ле­ни­ем к искусству.

Отры­вок из пол­но­мет­раж­но­го филь­ма «Андже­ли­на Джо­ли, где Брэд Питт?»

Теле­фон Иго­ря най­ти было неслож­но. Встре­ти­лись мы с ним в «Мак­до­нал­дсе», пого­во­ри­ли. Идее снять про него само­го фильм Игорь обра­до­вал­ся — он любит сни­мать­ся. Потом я позво­нил Мак­си­му и пред­ло­жил ему рабо­ту над про­ек­том, пото­му что «в одно­го» рабо­та бы не получилась.

— Когда ты впер­вые уви­дел филь­мы Иго­ря, о чём ты в первую оче­редь поду­мал? Ты вос­при­ни­мал это как guilty pleasure («постыд­ное удо­воль­ствие», нечто стран­ное и необыч­ное, чем не при­ня­то вос­хи­щать­ся. — Прим. ред.)?

Влад: Моё чув­ство очень слож­но объ­яс­нить. Я знаю изнут­ри, как сде­ла­ны филь­мы. Я могу преду­га­ды­вать, как пой­дёт дра­ма­тур­гия филь­ма, какие будут кад­ры и сце­ны. Из-за это­го, когда по рабо­те смот­ришь очень мно­го филь­мов, ино­гда не очень инте­рес­но — сра­зу видишь штампы.

Филь­мы Иго­ря абсо­лют­но не штам­по­ван­ные. Ника­кой логи­ки, по кото­рой сни­ма­ют­ся обыч­ные жан­ро­вые кар­ти­ны, не было. Гени­аль­ные филь­мы как раз-таки чаще все­го инту­и­тив­ны и не под­хо­дят под шаб­ло­ны. Это было так пло­хо, что выгля­де­ло уди­ви­тель­но хорошо.

Ты смот­ришь не на сюжет филь­ма, а на авто­ра, кото­ро­го ты чита­ешь за эти­ми собы­ти­я­ми. Мало того, что Игорь сам сни­мал­ся в сво­их рабо­тах. Ино­гда в кад­ре пря­мо ты слы­шишь репли­ки: «Стоп, так, теперь с этой сто­ро­ны сни­мем», кото­рые про­пу­стил мон­та­жёр. Созда­ёт­ся напря­же­ние, пото­му что ты не зна­ешь, что сей­час будет — фильм с тобой посто­ян­но играет.

Мно­гим извест­ный фильм «Ком­на­та» Том­ми Вай­со — из этой же серии бук­валь­но очень пло­хо­го кино. Или, напри­мер, вспо­ми­на­ет­ся исто­рия аме­ри­кан­ско­го режис­сё­ра Эда Вуда, при­знан­но­го худ­шим режис­сё­ром за всю исто­рию Гол­ли­ву­да. Про него Игорь, кста­ти, даже где-то читал.

Мак­сим: Как толь­ко я узнал про Иго­ря, я стал вос­при­ни­мать его как чело­ве­ка, про кото­ро­го мож­но снять кино. Мно­гие филь­мы он сни­мал уже будучи без­дом­ным чело­ве­ком. Он там так и выгля­дит. Это ужас­но заинтриговало.

Я люби­тель абсурд­но­го юмо­ра, мне пока­за­лось необыч­ным это чув­ство — мы как буд­то сно­ва сидим на пока­зах сту­ден­че­ских работ, где сра­зу вид­но про­фес­си­о­наль­ные ошиб­ки. Рас­кры­ва­ет­ся поле для кинош­ных шуто­чек «как это сделано».

— Как про­хо­ди­ла ваша под­го­тов­ка к съём­кам с Игорем?

Влад: Тут не было ника­кой под­го­тов­ки. Когда мы встре­ти­лись с ним в кафе, мы сра­зу пред­ло­жи­ли ему две вещи. Пер­вое — мы помо­га­ем ему снять его новый фильм. Вто­рое — мы дела­ем про него и про про­цесс съём­ки свой доку­мен­таль­ный про­ект. Игорь достал бумаж­ку, ту, кото­рую кла­дут на под­нос в «Мак­до­нал­дс». На ней был напи­сан сце­на­рий его новой кино­лен­ты «Восемь дней топ-мене­дже­ра Паши в сти­ле тан­ца зук».

Мак­сим: Вооб­ще к доку­мен­таль­ным филь­мам луч­ше гото­вить­ся зара­нее. Удоб­но, когда это фильм про собы­тие и мож­но преду­га­дать какие-то важ­ные момен­ты — напри­мер, если это Олим­пи­а­да. Собы­тие гер­ме­тич­но, мы зна­ем, что в какой день будет происходить.

Здесь же, по сути, порт­рет. Есть чело­век, мы с ним позна­ко­ми­лись. Что он дела­ет? Зага­доч­но. Надо было всё это изу­чить и подснять.

Была сюжет­ная кан­ва — Игорь сни­ма­ет свой юби­лей­ный, 80‑й пол­но­мет­раж­ный, худо­же­ствен­ный, новый и абсо­лют­но оте­че­ствен­ный фильм «Восемь дней топ-мене­дже­ра Паши в сти­ле тан­ца зук».

Мы реши­ли встре­чать­ся тогда, когда он сни­ма­ет. Мы смот­ре­ли за этим про­цес­сом, ста­ра­лись погру­жать­ся в собы­тия. У Иго­ря было мно­го сво­бод­но­го вре­ме­ни — в любой день, когда мы пред­ла­га­ли ему снять­ся, он был готов.

Влад: Игорь откла­ды­вал домаш­ние дела и рабо­ту и шёл с нами (улы­ба­ет­ся).

— Я чув­ствую в ваших сло­вах иро­нию. Насколь­ко иро­нич­но вы обща­лись с Иго­рем на лич­ных встречах?

Влад: Спектр чувств очень боль­шой. В филь­ме у нас он про­сле­жи­ва­ет­ся. Игорь сам как чело­век очень неод­но­знач­ный. Есть у него и поло­жи­тель­ные чер­ты, и отри­ца­тель­ные, от кото­рых хочет­ся убе­жать и вооб­ще с этим чело­ве­ком не общаться.

Игорь ответ­ствен­ный — все­гда при­хо­дит вовре­мя, все­гда в тай­мин­ге. Если мы даём ему день­ги, он их обя­за­тель­но воз­вра­ща­ет. Напря­мую он нико­гда не обма­ны­ва­ет. Игорь может клян­чить день­ги, зво­нить, про­сить дать 500 руб­лей, давить на жалость. Но в то же вре­мя, если ты с ним о чём-то дого­во­рил­ся, он это сде­ла­ет. Ино­гда Иго­ря я даже вос­при­ни­маю как ребёнка.

Мак­сим: Точ­но! Пото­му что Игорь сам как ребё­нок. В доку­мен­таль­ном кино, когда у тебя есть герой, от кото­ро­го ты зави­сишь, ты погру­жа­ешь­ся в его исто­рию — появ­ля­ет­ся некое родство.

Про Иго­ря могу ска­зать, что это очень обра­зо­ван­ный чело­век, муж­чи­на с чув­ством юмо­ра. Он с боль­шой иро­ни­ей смот­рит на жизнь и на своё поло­же­ние. И когда мы шли зна­ко­мить­ся с ним, я немно­го опа­сал­ся, пото­му что мой набор зна­ний о без­дом­ных людях был доста­точ­но узок. Как я понял, это было лишним.

Игорь посто­ян­но фило­соф­ству­ет. И фило­со­фия у него жиз­не­ра­дост­ная. Гово­рит: «Вот я проснул­ся утром, ни чер­та у меня нет, но я всё рав­но счаст­лив». Когда это про­зву­ча­ло, было замет­но, что это не какая-то поза. Ред­ко встре­тишь чело­ве­ка, кото­рый, живя в Рос­сии, будет такое гово­рить. А Игорь дей­стви­тель­но так живёт и дума­ет. Это заражает.

Влад: Воль­но или неволь­но, но Игорь посто­ян­но про­во­ци­ру­ет. И эти про­во­ка­ции силь­но рас­ши­ря­ют твоё вос­при­я­тие мира.

— Это вам уда­лось пока­зать очень точ­но и чёт­ко. Фильм дей­стви­тель­но жиз­не­ра­дост­ный, хотя и неод­но­знач­ный — насто­я­щая провокация.

Влад: Вся жизнь Иго­ря — про­во­ка­ция. При­чём дела­ет он это неспециально.

Мак­сим: И в этом пра­ви­ла игры. Здесь нет ниче­го уни­каль­но­го. Когда ты сни­ма­ешь доку­мен­таль­ное кино, тебе при­хо­дит­ся при­ни­мать пра­ви­ла игры. Ты каж­дый раз не зна­ешь, что про­изой­дёт — всё по-чест­но­му. Никто ни о чём не дого­ва­ри­ва­ет­ся. Очень важ­но вклю­чать чув­ство инту­и­ции, что­бы в нуж­ный момент не выклю­чить каме­ру и доснять что-то неожиданное.

У нас было мно­го режис­сёр­ских удач, когда каме­ра вклю­че­на и перед ней раз­во­ра­чи­ва­ет­ся необыч­ная сце­на. Напри­мер, ситу­а­ция в гале­рее. В доста­точ­ной сте­пе­ни абсурд­но, но это схо­дит­ся с тем, как это долж­но выгля­деть. В такие момен­ты зами­ра­ешь и ста­ра­ешь­ся успеш­но под­стро­ить­ся что­бы всё пра­виль­но снять и пой­ти за героем.

Влад: Это жизнь Иго­ря. При­шла ему в голо­ву мысль: «А не про­ве­сти ли мне фести­валь пло­хо­го кино, а не при­гла­сить ли мне на него про­дю­се­ров и всем вру­чить при­зы?» — взял, сде­лал. И ведь это не пер­вый его фестиваль!

До это­го он орга­ни­зо­вал фести­валь «Фор­ту­на», позвал туда звёзд, пошёл и купил в под­зем­ном пере­хо­де ста­ту­эт­ки какие-то за 50 руб­лей, соба­ки, как я пом­ню, и назвал их «Золо­тые щен­ки Фор­ту­ны». На вру­че­нии пре­мии при­сут­ство­вал теат­раль­ный режис­сёр Андрей Житин­кин, кото­рый сей­час ста­вит во МХАТе.

В финаль­ный мон­таж мы это не вста­ви­ли, хотя это инте­рес­ный факт: у Иго­ря в одном из филь­мов сни­ма­лась звез­да коопе­ра­тив­но­го кино Алек­сандр Панкратов-Чёрный.

— На каком эта­пе рабо­ты у доку­мен­та­ли­ста появ­ля­ет­ся самое пол­ное пред­став­ле­ние о том, каким будет фильм?

Влад: На послед­нем и самом труд­ном эта­пе — на мон­та­же. Как собрать всё самое луч­шее так, что­бы полу­чил­ся хоро­ший пол­но­мет­раж­ный фильм? Мы сиде­ли в офи­се несколь­ко меся­цев, мон­ти­ро­ва­ли всё это.

Собра­ли мы сна­ча­ла сери­ал на четы­ре серии. Потом пере­со­бра­ли всё это в фильм. И ори­ен­ти­ро­ва­лись мы толь­ко на своё чутьё. Кста­ти, первую неде­лю у филь­ма было дру­гое рабо­чее назва­ние — «Дио­ген».

Мак­сим: Да, а потом Влад напи­сал мне, что хочет назвать фильм «Без­дом­ный с кино­ап­па­ра­том». Это очень узна­ва­е­мая отсыл­ка к одной из самых извест­ных доку­мен­таль­ных кино­лент — к «Чело­ве­ку с кино­ап­па­ра­том» Дзи­ги Вер­то­ва. Как мне кажет­ся, это про­сто фоне­ти­че­ская отсыл­ка. Понят­но, что Игорь у нас на посте­ре тоже с каме­рой, как и Дзи­га Вер­тов у себя на пла­ка­те. В осталь­ном сходств немно­го. Зву­чит пафос­но, конеч­но, но это в духе фильма.

— Не согла­сен. По-мое­му, это попа­да­ние в точ­ку. Как у Вер­то­ва — кино­глаз, кото­рый фик­си­ру­ет всё, что про­ис­хо­дит в боль­шом и шум­ном горо­де, так и у вас — Игорь, малень­кий чело­век, кото­рый ски­та­ет­ся по горо­ду со съё­моч­ной груп­пой, кото­рая сни­ма­ет всё, что его окружает.

Мак­сим: В какой-то сте­пе­ни так и мож­но опи­сать ход наших съёмок.

— Насколь­ко силь­но вам был важен резо­нанс вокруг вашей кар­ти­ны? Уди­ви­тель­но же, вот два моло­дых доку­мен­та­ли­ста, они откры­ва­ют широ­кой обще­ствен­но­сти без­дом­но­го режиссёра…

Влад: Любо­му авто­ру важ­но, что­бы о его рабо­те гово­ри­ли. Когда мы запус­ка­ли кра­уд­фандинг, мы спе­ци­аль­но пыта­лись его рас­кру­тить, даже созда­ли акка­унт в Тик-Токе, сей­час там почти 50 тысяч подписчиков.

Мак­сим: Актив­но­сти мы без­услов­но рады, что наше посла­ние о без­дом­ных людях нашло отклик. Тот, кто рань­ше нико­гда не обра­щал вни­ма­ния на эту про­бле­му, может быть, уви­дит упо­ми­на­ние о ней совсем с дру­гой сто­ро­ны. И со сто­ро­ны жиз­не­ра­дост­но­го героя эта тема его заин­те­ре­су­ет воз­мож­но намно­го больше.

Из-за того, что Игорь в нашем филь­ме весё­лый, про­бле­ма не ста­но­вит­ся менее серьёз­ной. Она пода­на под таким углом пото­му, что наш герой осо­бен­ный. Это его жизнь.

— Фильм вый­дет на ютуб-кана­ле «Кол­лек­тив». Рас­ска­жи­те о сотруд­ни­че­стве с этой командой.

Влад: «Кол­лек­тив» — сооб­ще­ство моло­дых кине­ма­то­гра­фи­стов, кото­рые актив­но про­дви­га­ют доку­мен­таль­ное кино в интер­не­те. Это ред­кий при­мер, когда на Юту­бе кто-то начи­на­ет рабо­тать не в клас­си­че­ском сти­ле, где есть позна­ва­тель­ные интер­вью, где важ­ные вещи озву­чи­ва­ет гово­ря­щая голо­ва, а в гон­зо-сти­ле — авто­ры доку­мен­та­лок с раз­ной сте­пе­нью вовле­че­ния непо­сред­ствен­но участ­ву­ют в происходящем.

Как мне кажет­ся, доку­мен­таль­ное кино, кото­рое дол­гое вре­мя было уде­лом фести­ва­лей, сей­час выхо­дит на мас­со­во­го зри­те­ля. Во мно­гом бла­го­да­ря таким кана­лам, как «Кол­лек­тив», кото­рые ста­биль­но выда­ют высо­ко­ка­че­ствен­ные рабо­ты. Нет­фликс уже дав­но пока­зал, что хоро­шее доку­мен­таль­ное кино может быть попу­ляр­ным. В Рос­сии сто­ит дей­ство­вать в том же направлении.

Мак­сим: «Кол­лек­тив» — канал для люби­те­лей угол­ков реаль­но­сти, пото­му что авто­ры пока­зы­ва­ют скры­тые от боль­шин­ства взгля­дов миры. Жизнь этих уди­ви­тель­ных геро­ев нахо­дит­ся где-то под поверх­но­стью, на кото­рую ты обыч­но смот­ришь. Нуж­но погру­же­ние. Боль­шая заслу­га «Кол­лек­ти­ва», что они погру­жа­ют­ся и гото­вы нас при­гла­сить с собой.

— С каких филь­мов нуж­но захо­дить в доку­мен­таль­ное кино? Как про­сто­му зри­те­лю понять, что это ничуть не скуч­нее при­выч­ных худо­же­ствен­ных кинолент?

Мак­сим: Я все­гда реко­мен­дую свои люби­мые филь­мы: трил­лер «Зем­ля кар­те­лей», детек­тив «Руки прочь от коти­ков! Охо­та на интер­нет-убий­цу» и коме­дия «Тот, кто с пес­ней» — совет­ский доку­мен­таль­ный фильм про ком­по­зи­то­ра, кото­рый пишет гим­ны для заво­дов. Это доста­точ­но хито­вые лен­ты с захва­ты­ва­ю­щим сюжетом.

— Не могу обой­ти сто­ро­ной инфо­по­вод — доку­мен­таль­ные филь­мы, выдви­ну­тые на «Оскар» в этом году, име­ли «рус­ский след».

Влад: «Наваль­но­го» я не смот­рел, но там был фильм, кото­рый дол­жен был полу­чить «Оскар», — это «Выход» наше­го одно­курс­ни­ка. Мы, конеч­но, боле­ли за него. Это уди­ви­тель­ное кино. Реаль­ность там выгля­дит как гра­фи­ка в «Ава­та­ре». Посмот­ри­те обязательно.

«Выход» (2022)

— Поде­ли­тесь раз­мыш­ле­ни­я­ми о ком­мер­че­ской сто­роне рабо­ты документалиста?

Влад: Пока доку­мен­таль­ное кино не вый­дет за рам­ки узко­го комью­ни­ти, оно не будет доход­ным. Когда мы начи­на­ли рабо­ту над «Без­дом­ным с кино­ап­па­ра­том», у нас была зада­ча — сде­лать его если не ком­мер­че­ски при­быль­ным, то хотя бы в каких-то эко­но­ми­че­ских реа­ли­ях. Нам хоте­лось про­фи­нан­си­ро­вать его не из сво­е­го кар­ма­на. Поэто­му дела­ли кра­уд­фандинг, участ­во­ва­ли в пит­чин­гах и гран­тах. Нам уда­лось полу­чить грант на 500 тысяч руб­лей от Моло­дёж­но­го сою­за кине­ма­то­гра­фи­стов. Это­го хва­ти­ло, что­бы разо­брать­ся с пост­про­дакш­ном, кото­рый рас­тя­нул­ся кален­дар­но на два года, из кото­рых рабо­чих было восемь меся­цев с выход­ны­ми, если гру­бо считать.

Мак­сим: В пост­про­дакшн вхо­ди­ли раз­бор мате­ри­а­ла, мон­таж, рабо­та со зву­ком, цвет, звук и куча юри­ди­че­ских момен­тов. Напри­мер, не все филь­мы Иго­ря ему при­над­ле­жат. Пра­ва на кар­ти­ну «Лет­няя зве­руш­ка» при­шлось выку­пать у про­дю­се­ра, кото­рый когда-то при­об­рёл филь­мы Иго­ря. Уди­ви­тель­но, но эти кино­лен­ты тоже явля­ют­ся медиа­про­дук­том, у кото­ро­го есть пра­во­об­ла­да­те­ли. При­хо­ди­лось с этим как-то разбираться.

— Поды­то­жить хочу пря­мым вопро­сом: о чём «Без­дом­ный с киноаппаратом»?

Влад: Моё резю­ме для филь­ма меня­ет­ся каж­дый месяц. Сей­час поду­маю (пау­за). Жизнь раз­но­об­раз­нее, чем кажет­ся. И все люди живут в при­ду­ман­ном ими сами­ми мире, но из этой фан­та­зии в силу каких-то обсто­я­тельств не могут выбраться.
Мак­сим: Для меня это фильм про чело­ве­ка, кото­рый, несмот­ря ни на что, занят тем, чем он хотел бы зани­мать­ся, и явля­ет­ся тем, кем хотел бы быть.

Дата для выхо­да филь­ма выбра­на не слу­чай­но. Мы хотим ещё силь­нее обра­тить вни­ма­ние на про­бле­му без­дом­но­сти. Нуж­но бороть­ся и пре­одо­ле­вать в себе пред­взя­тое отно­ше­ние к чело­ве­ку, кото­рый сей­час ока­зал­ся в слож­ной ситу­а­ции. Да, в дан­ный момент он без­дом­ный, но он — пер­со­на. У него есть потреб­ность во вни­ма­нии, в теп­ле. Ино­гда это очень слож­но, не все это­го хотят.

Но когда ты осо­знан­но, пред­взя­то отно­сишь­ся к кому-то как к «нече­ло­ве­ку»… мне горь­ко это видеть. Я сам ста­рал­ся в себе это уни­что­жать, а обще­ние с Иго­рем, со мно­ги­ми волон­тё­ра­ми фон­дов, кото­рые зани­ма­ют­ся под­держ­кой без­дом­ных, меня научи­ла состраданию.

Влад: Доку­мен­таль­ное кино, в том чис­ле и наше, про­па­ган­ди­ру­ет непред­взя­тость и откры­тость взгля­дов. Во вре­мя про­смот­ра ты начи­на­ешь видеть в геро­ях не соци­аль­ную роль — мигрант, без­дом­ный, инва­лид, а то, что он из себя представляет…

Мак­сим: …живо­го чело­ве­ка, а не заярлыченного.

Читай­те так­же «Совет­ские плен­ные и рус­ские эми­гран­ты про­тив вер­мах­та: режис­сёр — о филь­ме „Голо­са Оле­ро­на“».