Тамбовское восстание 1920–1921 годов одни историки называли последней крестьянской войной в истории России, ставя его в один ряд с восстаниями Ивана Болотникова, Степана Разина, Кондратия Булавина и Емельяна Пугачева. Другие же считали «российской Вандеей», сравнивая с известным крестьянским восстанием в революционной Франции конца XVIII века. Однако эти события имели отличительные черты, выделявшие их на фоне других войн подобного рода.
От французской Вандеи Тамбовское восстание отличается уже тем, что повстанцы не имели никакой помощи из-за границы, а вынуждены были рассчитывать только на свои силы. Да и по своему характеру эта война не была, в отличие от Вандеи, промонархической.
От предшествующих русских крестьянских войн тамбовские события отличает уже то, что на Тамбовщине никакой роли не играло казачество — все предыдущие крестьянские войны в действительности были казацко-крестьянскими.
Долгое время при упоминаниях Тамбовского восстания употреблялся презрительный термин «антоновщина», а сами повстанцы в официальной советской пропаганде имели клеймо «бандитов». Только в последние десятилетия начали появляться объективные научные работы, показывающие всю трагичность тех событий.
Тамбовщина накануне восстания
Тамбовская губерния издавна славилась как один из самых плодородных регионов Центральной России. Урожаи здесь всегда были высокими, и поэтому перед Первой мировой войной по общероссийским меркам губернию можно было назвать богатой.
Население Тамбовской губернии к 1918 году составляло 3,7 миллиона человек, причём лишь 268 тысяч из них жили в городах, остальные — в сёлах. Всего в губернии насчитывалось 12 городов и 7809 сёл и деревень, не считая хуторов и отдельных поместий.
После прихода к власти большевиков их влиянию долгое время были подвержены лишь города Тамбовщины, в то время как сёла продолжали жить привычной жизнью.
Впервые все «прелести» новой власти тамбовским крестьянам довелось испытать на себе лишь во второй половине 1918 года. Помимо печально известной продразвёрстки, которая отнимала у крестьян большую часть собранного урожая, был издан указ о всеобщей воинской повинности. Всем тамбовским мужчинам в возрасте от 21 до 25 лет было приказано явиться на пункты сбора новобранцев. Несмотря на то что желающих идти на братоубийственную гражданскую войну было немного, часть из них всё же прибыла на сборочные пункты.
Однако сбор новобранцев проводился настолько непрофессионально, что их не обеспечили даже подобающим питанием. В результате до половины из прибывших на пункты сбора парней бежали в леса или домой, после чего были объявлены дезертирами. Всё это не прибавляло популярности советской власти.
Стоит отметить, что помимо юных «дезертиров», которые в общем-то не представляли большой опасности для советской власти, в губернии имелись также и те, у кого был богатый боевой или революционный опыт. После подписания в марте 1918 года Брест-Литовского мира тысячи бывших солдат и офицеров вернулись домой, а годом раньше, сразу после Февральской революции, получили свободу и все политзаключённые. Одним из таких получивших свободу политзаключённых был и 28-летний эсер Александр Антонов.
Ещё в 19 лет Антонов был осуждён за подготовку покушения на генерала Александра Сандецкого, которого эсеры приговорили к смерти за жестокость при подавлении крестьянских бунтов. Хотя покушение не удалось, Антонов получил пожизненную каторгу. Вернувшись после амнистии домой, он устроился работать младшим помощником начальника тамбовской городской милиции. В ноябре того же 1917 года Антонов был повышен до начальника милиции Кирсановского уезда. Тогда же и женился, надеясь теперь начать тихую и спокойную жизнь. Но лихие времена только начинались.
Однажды весной 1918 года через Кирсановский уезд проходил эшелон вооружнных до зубов чехословаков, бывших военнопленных, которые теперь восстали и решили вернуться домой. Антонов остановил их эшелон и уговорами убедил сдать всё оружие. После этого Антонов стал местной знаменитостью, был награждён начальством, и никто даже не поинтересовался, а куда же делось всё конфискованное у чехов оружие? Между тем Антонов надёжно спрятал его в лесных схронах, как бы предчувствуя, что в скором времени это оружие может понадобиться. И не ошибся.
В середине августа того же года местные чекисты нашли портфель с перепиской, свидетельствующей, что тамбовские эсеры в сговоре с местной милицией готовят антисоветское восстание. Подлинной была эта переписка или же сочинена самими чекистами — выяснить уже невозможно, так как сами письма вскоре куда-то исчезли.
Не дожидаясь следствия, Антонов вместе с женой бежал в Самару. Тамбовские коммунисты заочно приговорили его к смерти. Узнав об этом, Антонов решил вернуться и отомстить тем, кто собирался его убить. Сколотив из своих друзей отряд в 10–15 человек, уже в декабре 1918 года Антонов вернулся и убил своих наиболее непримиримых врагов. После этого начал нападения на ненавидимые народом продотряды.
Местное население теперь видело в Антонове нового Робина Гуда.
К лету 1919 года отряд антоновцев, скрывавшийся в лесах и время от времени делавший вылазки, вырос до 150 человек. Гражданская война в это время уже была в самом разгаре, поэтому выделить достаточное количество войск для ликвидации антоновцев большевики просто не могли.
Лишь осенью, когда количество убитых антоновцами коммунистов перевалило за сотню, против него был выслан отряд в 200 пехотинцев и 50 кавалеристов. После нескольких боёв, понеся потери, повстанцы вновь скрылись в лесах.
К следующей весне активность антоновцев снизилась, однако это было затишье перед бурей.
Полномасштабное восстание
Летом 1920 года Тамбовскую губернию поразила засуха, в результате чего было собрано лишь 12 млн пудов хлеба — необычайно мало для этой чернозёмной губернии. Несмотря на это, цифры продразвёрстки сокращены не были, а они составляли для Тамбовщины 11,5 млн пудов. Всем было очевидно, что выполнение этого абсурдного плана приведёт крестьян к голодной смерти. Тем не менее в августе вооружённые продотряды начали изымать хлеб у крестьян.
Первым взбунтовалось село Хитрово, где 15 августа крестьяне разоружили прибывший к ним продотряд. Вслед за этим поднялись и крестьяне других сёл, где вместе с продотрядами уничтожали прибывавших с ними чекистов.
Уже 21 августа в губернии введено осадное положение. Против восставших крестьян власти выслали карательный отряд, однако вскоре он был разбит и бежал в Тамбов. Восстание охватило всю Тамбовскую губернию, а также перекинулось на соседние уезды Воронежской, Пензенской и Саратовской губерний, охватив таким образом огромную территорию.
25 августа Антонов заявил, что принял на себя руководство восстанием, однако фактически он командовал, как и раньше, лишь своим отрядом, в то время как по губернии стихийно возникали сотни других крестьянских отрядов, каждый со своим командиром.
Лишь в ноябре был создан «Главный оперативный штаб» во главе с Антоновым, который подчинил себе остальных крестьянских командиров, фактически создав таким образом единое командование. Непосредственное руководство формируемой армией взял на себя соратник Антонова Пётр Токмаков, бывший поручик царской армии, имевший большой боевой опыт и прошедший русско-японскую и Первую мировую войну.
Политическое управление на освобождённой от большевиков территории взял на себя «Союз Трудового Крестьянства», возглавленный Токмаковым и состоявший преимущественно из эсеров. СТК выдвинул основные лозунги восстания: свержение власти большевиков, созыв Учредительного собрания, политические и экономические свободы, разрешение всех партий, кроме большевиков и монархистов.
В декабре командование всеми советскими войсками в Тамбовской губернии принял Александр Павлов, под началом которого находилось до 12 тысяч человек при 136 пулемётах и 18 орудиях. Однако этого было явно мало, поскольку армия повстанцев уже достигла численности в 50 тысяч человек.
Восставшие нанесли Павлову ряд поражений. Они вполне могли бы пойти и на Москву, ведь основная масса советских войск в это время находилась либо на польском фронте, либо в Крыму, откуда недавно изгнали Врангеля. Однако поход на Москву осуществлён так и не был, что дало большевикам возможность стянуть в Тамбовщину больше сил.
К началу февраля 1921 года восстание достигло пика. В этой критической ситуации Ленин пошёл на уступки — отменил продразвёрстку на территории Тамбовской губернии. Это было сделано за месяц до её отмены по всей стране.
Крестьяне ликовали. Такое развитие событий казалось им победой, ведь основная проблема, из-за которой и вспыхнуло восстание, была теперь решена в их пользу. В этой обстановке Антонов говорил соратникам:
«Да, мужики победили. Хотя и временно, конечно. А вот нам, отцы-командиры, теперь крышка».
Однако восстание продолжалось. 11 апреля повстанцы разгромили советский гарнизон в Рассказово, при этом в плен попал целый батальон красноармейцев.
Давали о себе знать и новые потери. В одном из боёв был смертельно ранен главнокомандующий повстанцев Пётр Токмаков. Противостоять большевикам становилось всё труднее.
27 апреля большевики сменили, наконец, неудачливого Павлова на более перспективного военачальника — Тухачевского.
«Подвиги» командарма Тухачевского
Михаил Тухачевский был самым нетипичным красным командиром. Выходец из дворянской семьи, он окончил военное училище и стал офицером. Участвовал в начальном этапе Первой мировой войны, но уже в феврале 1915 года попал в немецкий плен, откуда смог бежать лишь спустя 2,5 года. Познакомившийся с Тухачевским в плену один французский офицер так впоследствии отзывался о нём:
«Не то чтобы он был жестоким — просто он не имел жалости».
С марта 1918 года Тухачевский служил в Красной армии, воевал с белыми, анархистами, повстанцами и быстро продвигался по карьерной лестнице. Летом 1920 года его войска потерпели полный разгром от поляков на подступах к Варшаве, в результате чего до 100 тысяч красноармейцев погибли или попали в плен, а Польша на следующие 19 лет заняла территории Западной Украины и Западной Белоруссии. Частично реабилитировать репутацию Тухачевский смог лишь в марте следующего года, подавив Кронштадтское восстание.
Таким образом, можно сделать вывод, что Тухачевский всегда успешно воевал против своих соотечественников и всегда неудачно — против иностранных армий.
Помимо Тухачевского в Тамбовскую губернию прибыли также такие известные военачальники, как Иероним Уборевич, Николай Какурин, а также прославившийся на полях Гражданской войны Григорий Котовский, ещё в недавнем прошлом известный уголовник.
Став командующим войсками на Тамбовщине, Тухачевский получил приказ за месяц подавить восстание и приступил к активным действиям.
К этому времени советские войска в районах восстания уже превышали 60 тысяч человек, и к ним продолжали подходить подкрепления. Помимо пулемётов и артиллерии у них были бронепоезда, броневики и авиация.
В двадцатых числах мая возобновились активные бои. 25 мая бригада Котовского нанесла первое ощутимое поражение повстанцам, почти уничтожив два полка. В непрерывных боях у станции Инжавино 28 мая — 7 июня войска Уборевича разгромили основные силы Антонова, после чего повстанцы рассеялись на мелкие отряды и отступили в лес.
Против гражданского населения, поддерживавшего повстанцев, были приняты самые жестокие меры. 11 июня в Тамбове был издан приказ № 171 «О начале проведения репрессивных мер против отдельных бандитов и укрывающих их семей», в котором говорилось:
«Дабы окончательно искоренить эсеро-бандитские корни и в дополнение к ранее отданным распоряжениям Полномочная комиссия ВЦИК приказывает:
1. Граждан, отказывающихся называть своё имя, расстреливать на месте без суда.
2. Селениям, в которых скрывается оружие, властью уполиткомиссии или райполиткомиссии объявлять приговор об изъятии заложников и расстреливать таковых в случае несдачи оружия.
3. В случае нахождения спрятанного оружия расстреливать на месте без суда старшего работника в семье.
4. Семья, в доме которой укрылся бандит, подлежит аресту и высылке из губернии, имущество её конфискуется, старший работник в этой семье расстреливается без суда.
5. Семьи, укрывающие членов семьи или имущество бандитов, рассматривать как бандитов, и старшего работника этой семьи расстреливать на месте без суда.
6. В случае бегства семьи бандита имущество таковой распределять между верными Советской власти крестьянами, а оставленные дома сжигать или разбирать.
7. Настоящий приказ проводить в жизнь сурово и беспощадно.Председатель Полномочной комиссии ВЦИК Антонов-Овсеенко Командующий войсками Тухачевский».
А уже на следующий день, 12 июня, Тухачевский подписывает приказ № 0116 о применении против повстанцев химического оружия:
«Для немедленной очистки лесов ПРИКАЗЫВАЮ:
1. Леса, где прячутся бандиты, очистить ядовитыми газами, точно рассчитывать, чтобы облако удушливых газов распространялось полностью по всему лесу, уничтожая всё, что в нём пряталось.
2. Инспектору артиллерии немедленно подать на места потребное количество баллонов с ядовитыми газами и нужных специалистов.
3. Начальникам боевых участков настойчиво и энергично выполнять настоящий приказ.
4. О принятых мерах донести.Командующий войсками Тухачевский
Начальник штаба войск Какурин».
Этот приказ сразу был приведён в исполнение, став таким образом первым в истории применением химического оружия против гражданского населения. О последствиях одной из химических атак спустя многие годы рассказала её свидетельница Акулина Ивановна (фамилия неизвестна), в то время 12-летняя девочка:
«Сунулись было они (красные — авт.) в лес, но им там задали такую трёпку, что и половины назад не вернулось. На нас начали срывать зло, да слава богу, сняли их, и ушли они все в другое место. Приехали на смену не русские какие-то, может, латыши, а может, ещё кто — не знаю. А на другой день пришёл обоз с баллонами и большой охраной. Расставили они все эти телеги вдоль дороги у кромки леса, а ветер туда дул уже с неделю. Надели маски на себя и вскрыли баллоны, а сами ушли к нам в деревню… На следующей неделе мы, ребятишки, решили пойти в лес и набрать там орехов и дикушек яблок, так как после красных у нас в деревне с едой было плохо… Войдя в лес, мы увидели, что листва и трава имеют какой-то красноватый оттенок, до этого мы такого никогда не видели. Не болтая, вышли на небольшую поляну, где всегда было много земляники. То, что мы там увидели, было ужасно — кругом лежали трупы людей, лошадей, коров в страшных позах, некоторые висели на кустах, другие лежали на траве, с набитым землёю ртом и все в очень неестественных позах. Ни пулевых, ни колотых ран на их телах не было. Один мужчина стоял, обхватив руками дерево. Кроме взрослых, среди мёртвых были и дети. Мы смотрели на это с ужасом, на трупы, которые были вздуты, и чувствовали запах разложения. Затем мы как по команде развернулись и побежали обратно. А в деревню, куда китайцы пригнали заложников, ходили по домам активисты новой власти — алкоголики и шаромыги, изымая лопаты у населения. Набрав достаточно их, китайцы погнали в лес с ними заложников, закапывать трупы, которые мы видели час тому назад. Это были жертвы газовой атаки».
Очень примечательно в этом свидетельстве то, что грязную работу большевики поручали интернациональным частям Красной армии — латышам, китайцам и другим. Видимо, боялись, что русские подобные приказы выполнять не станут.
Получила широкое применение и практика взятия заложников из местного населения, которых расстреливали в случае, если те не предоставляли информацию о повстанцах. Приказ Полномочной Комиссии ВЦИК № 116 от 23 июня 1921 года чётко указывал, как следует поступать со взятыми в заложники мирными жителями:
«Опыт первого боевого участка показывает большую пригодность для быстрого очищения от бандитизма известных районов по следующему способу чистки.
По прибытии на место волость оцепляется, берутся 60–100 наиболее видных лиц в качестве заложников и вводится осадное положение. <…> После этого собирается полный волостной сход, на коем прочитываются приказы Полномочной Комиссии ВЦИК № 130 и 171 и написанный приговор для этой волости. Жителям даётся два часа на выдачу бандитов и оружия, а также бандитских семей, и население ставится в известность, что в случае отказа дать упомянутые сведения заложники будут расстреляны через два часа. Если население бандитов и оружия не указало по истечении двухчасового срока, сход собирается вторично и взятые заложники на глазах у населения расстреливаются, после чего берутся новые заложники и собравшимся на сход вторично предлагается выдать бандитов и оружие. <…> В случае упорства проводятся новые расстрелы и т. д.
Настоящее Полномочная Комиссия ВЦИК приказывает принять к неуклонному исполнению.Председатель Полномочной Комиссии Антонов-Овсеенко
Командующий войсками Тухачевский».
Тут следует добавить, что поскольку подавляющее большинство трудоспособных мужчин от 18 до 50 лет находились в рядах повстанцев, то в заложники чаще всего брали женщин и подростков от 13 до 16 лет. Сохранившиеся расстрельные списки свидетельствуют, что таковых среди казнённых было большинство. Вот как выглядел один из многих расстрельных списков:
«Нечаевская волость
1. Кочеркин Георгий Васильевич. 15 лет.
2. Беляев Василий Яковлевич. 16 лет.
3. Кирилов Тимофей Васильевич. 13 лет.
4. Житенев Фёдор Васильевич. 15 лет.
5. Татушкин Тимофей Павлович. 16 лет.
6. Мардвиков Владимир Иванович. 15 лет.
7. Ивановский Сергей Васильевич. 16 лет.
8. Борисов Архип Иванович. 16 лет.
9. Рассказов Егор Степанович. 15 лет.Деревня Коптево
10. Сотников Алексей. 16 лет.
11. Сотников Яков. 16 лет.
12. Степанов Алексей. 16 лет.
13. Стемхов Михаил. 14 лет».
Общие потери при подавлении Тамбовского восстания подсчитать довольно сложно, поскольку смерть многих повстанцев и мирных крестьян не была задокументирована. Более того, погибшие от газовых атак антоновцы долгое время даже не были захоронены. В источниках встречаются разные цифры, от 150 до 220 тысяч погибших, причём, не менее половины из них — мирное население.
Страх перед повторением Тамбовского восстания у большевиков был настолько велик, что вскоре была ликвидирована и Тамбовская губерния как административная единица. Существующая сейчас Тамбовская область была создана лишь в 1937 году, и была она уже втрое меньше прежней губернии.
Завершение восстания и гибель Антонова
К сентябрю-октябрю 1921 года на большей части Тамбовской губернии восстание было подавлено. Неподконтрольными большевикам оставались лишь леса, где ещё скрывались тысячи антоновцев.
Поскольку охота на скрывающихся в лесу повстанцев могла затянуться на долгие годы, большевики вскоре пообещали амнистию рядовым участникам восстания при условии, что те расскажут о местоположении своих командиров. Некоторые повстанцы после долгих месяцев скитания по лесам поверили этим обещаниям. Но на практике лишь немногие оказались прощены, большинство же либо было расстреляно, либо оказалось в тюрьмах.
Сам Александр Антонов вместе с братом Дмитрием и другими наиболее верными соратниками ещё около года скрывался от карательных отрядов. Давали о себе знать старые раны и отсутствие полноценной медицинской помощи. За время активных боёв Антонов был трижды ранен, простреленная правая рука почти не действовала. Вдобавок он заболел малярией.
Примечательно, что фактически уже потерпев поражение, Антонов всё равно не сдавался и отказывался от попыток бегства за границу. Теоретически он мог бы бежать, как это уже сделали белогвардейцы, Махно, Петриченко и другие лидеры повстанцев. Но Антонов, видимо, такой вариант для себя даже не рассматривал.
В конце концов, в июне 1922 года большевики вышли на его след.
К дому, где скрывались братья Антоновы, прибыл отряд чекистов и открыл огонь по окнам. Завязалась перестрелка.
Среди стрелявших Александр узнал бывших соратников и принялся стыдить их как предателей. Тем временем дом подожгли. Выпрыгнув из окна и направившись в сторону леса, до которого было меньше ста метров, братья продолжали отстреливаться из пистолетов. Однако меткие выстрелы перебежчика Михаила Ярцева настигли обоих Антоновых. Так закончилась долгая эпопея тамбовских повстанцев.
Дальнейшая судьба участников событий
Это можно считать кармой, судьбой, закономерностью или совпадением, но факт остаётся фактом: никто из советских военачальников, руководивших подавлением Тамбовского восстания, не умер своей смертью.
Тухачевский, Уборевич, Антонов-Овсеенко и Какурин погибли в застенках НКВД. Первых трёх расстреляли, Какурин же, согласно официальной версии, умер в тюрьме после шести лет заключения в 1936 году. Котовский был убит при невыясненных обстоятельствах в 1925 году. Документы следствия по делу о его убийстве засекречены до сих пор, поэтому существует множество версий, какие именно мотивы были у убийцы Котовского.
Разделил судьбу соратников и комдив Александр Павлов, который командовал войсками Тамбовской губернии на начальном этапе восстания. Его арестовали в июне 1937 года, обвинили в участии в заговоре военных и спустя два месяца расстреляли.
Примечательно, что хотя всех вышеперечисленных военачальников по современным (да и по тогдашним) меркам можно считать военными преступниками, никто из них не был осуждён именно за зверства при подавлении восстания. За это, напротив, все они были награждены. Но эти награды не помешали в итоге палачам разделить судьбу своих жертв.
Читайте также наш материал «Красный Крест в России. От зарождения до 1920‑х годов».
