В начале века империю накрыла волна социальной нестабильности. В 1904 году началась война с Японией, которая, несмотря на проявленный героизм солдат и моряков, оказалась отмечена неудачами на фронте. Военные поражения и кризис экономики внутри страны спровоцировали волну массового недовольства.
Негодование вылилось в Первую русскую революцию: в крупных городах проводились митинги, устраивались теракты. Череда восстаний прокатилась даже по рядам вооружённых сил. В настоящее время VATNIKSTAN готовит документальный фильм об уличных столкновениях декабря 1905 года в Москве, оказавшихся кульминационной точкой революционных событий.
За переменами внутри России, а также за успехами и неудачами империи на фронте пристально следила европейская пресса. Мы предлагаем взглянуть на события 1904–1906 годов глазами одного из влиятельнейших журналов эпохи Третьей Французской республики Le Petit Parisien. Представляем вашему вниманию красочные обложки французского издания с переводом подписей к иллюстрациям на русский язык.
В Корее. Французские и русские войска на главной улице Сеула. 7 февраля 1904 годаРусско-японская война. Героическая смерть командира «Енисея»: «Прощайте, дети мои!». 6 марта 1904 годаРусско-японская война. Четыре японских корабля пошли ко дну у Порт-Артура. 13 марта 1904 годаРусско-японская война. Казачьи патрули охраняют Транссибирскую магистраль и телеграфные соединения от тунгусов. 20 марта 1904 годаРусско-японская война. В Санкт-Петербурге. Отъезд генерала Куропаткина. 27 марта 1904 годаБелые и жёлтые. 3 апреля 1904 годаРусско-японская война. В Санкт-Петербурге. Царь принимает моряков «Варяга» и «Корейца». 17 апреля 1904 годаДрама в Чемульпо. Моряки с крейсера «Варяг» неистовым «ура!» приветствуют объявление о сражении. 24 апреля 1904 годаРусско-японская война. Катастрофа «Петропавловска». Смерть генерала Макарова. 600 утонувших моряков. 1 мая 1904 годаТюренченский бой. Вторая и третья батарея шестой бригады ломает свои пушки. 22 мая 1904 годаКораблекрушение подводной лодки «Дельфин» в порту Кронштадта. 7 июля 1904 годаСотрудник Петербургского управления на английском транспортном корабле «Малакка». 7 августа 1904 годаГероическая оборона Порт-Артура. Русские закидали камнями наступающие войска. 28 августа 1904 годаОсада Порт-Артура. Японский парламентёр вручает требование о сдаче крепости. 4 сентября 1904 годаВ Порт-Артуре. Японский шпион в рюкзаке с капустой. 18 сентября 1904 годаЮные герои Порт-Артура. 2 октября 1904 годаВ Порт-Артуре. Героическая гибель лейтенанта казаков Петрова. 9 октября 1904 годаСмелое поползновение на флот Порт-Артура. 16 октября 1904 годаВ Порт-Артуре. Русские офицеры в плену на воздушном шаре во время бомбардировки. 28 ноября 1904 годаГенерал Куропаткин на автомобиле объезжает траншеи. 18 декабря 1904 годаПоследние дни обороны Порт-Артура. Взятие форта Элрунг-Чан. 15 января 1905 годаВ Порт-Артуре. Подписание капитуляции крепости. 22 января 1905 годаВыступление в Санкт-Петербурге. Войска оттесняют бунтовщиков, ведомых священником Гапоном. 5 февраля 1905 годаВ Москве. Убийство великого князя Сергея (Александровича). 5 марта 1905 годаЖена великого князя Сергея (Александровича) в камере убийцы её мужа. 12 марта 1905 годаВ Санкт-Петербурге. Неизвестный анархист погиб, замешивая взрывчатку. 26 марта 1905 годаВ Санкт-Петербурге. Толпа читает и обсуждает манифест императора. 19 ноября 1905 годаБеспорядки в России. Восставшая эскадра в Чёрном море бомбит Севастополь. 17 декабря 1905 годаРеволюция в России. В Саратове. Убийство генерала Сахарова. 24 декабря 1905 годаРеволюция в России. В Москве. Глава тайной полиции расстрелян повстанцами. 14 января 1906 годаВ Санкт-Петербурге. Две бомбы в кабаре. Двое убито, множество ранено. 25 февраля 1906 годаВосстание солдат в Финляндии. В Свеаборге. Флотилия торпедных катеров обстреливает форты, занятые повстанцами. 19 августа 1906 годаРеволюция в России. Атакованный и ограбленный революционерами поезд. 25 ноября 1906 года
Среди находок из Успенского собора Тулы был обнаружен фрагмент верблюда. Предположительно, он относится к началу XVI века.
Останки верблюда были найдены в 2019 году в ходе исследований фундамента Успенского собора, который является старейшим в Туле. Среди почти четырёх тысяч костных фрагментов по крайней мере один — часть правой задней верблюжьей ноги. Из-за плохого состояния находки и её малого размера пока невозможно до конца уверенно говорить, какой конкретно верблюд, дромадер или бактриан, был найден в Туле.
«Для Тулы и её округи находки останков верблюда уникальны (если учитывать общую археологическую изученность региона), но вполне предсказуемы. Через город пролегал один из путей, по которому происходила торговля Москвы с южными землями, в том числе с Крымом и Османской империей. Верблюды использовались как вьючные животные в составе караванов с товарами и не являлись для русских большой диковинкой.
<…>
В то же время в повседневной жизни верблюды были редкостью, что и отражает крайне малое количество находок, фиксирующих их пребывание в древнерусских городах, в основном заокских. Об этом свидетельствует и находка останков этого животного в тульской крепости.».
При упоминании словосочетания «русские народные инструменты» большинство назовёт гармошку или балалайку, что весьма справедливо. Про последнюю даже есть поговорка: «Балалайка, три струны — сердце русской старины». Безусловно, это символ народной музыки, так же как в Шотландии волынка, а в Испании гитара. Но если углубиться в историю инструментов, то мы увидим, что гармонь стала поистине народной только к середине XIX века. Балалайка же в том виде, в котором мы её знаем и которая звучит в многочисленных оркестрах народных инструментов, появилась в 1885 году стараниями музыканта Василия Андреева, то есть ещё позже.
Встаёт логичный вопрос: как же выглядели, а самое главное, как звучали древние русские народные инструменты, которым больше чем 200 лет? Об этом мы и постараемся рассказать. Речь пойдёт о необычном и на долгое время забытом инструменте — о колёсной лире.
За свою почти тысячелетнюю историю лира под разными названиями прошла путь из средневековых монастырей и храмов — к нищим, слепцам и калекам разных стран. Успела побывать модной игрушкой высшего света, а в ХХ веке пережить репрессии и массовые уничтожения. В наши же дни лиру можно услышать во многих популярных музыкальных жанрах.
Техника игры
Прежде чем мы окунёмся в историю уникального инструмента, стоит сказать пару слов о том, как выглядит лира и как на ней играют.
Колёсная лира. Фото автора
Корпус колёсной лиры чаще всего похож на гитарный или скрипичный. В его передней части закреплена коробка с клавишным механизмом. Обычно это 9–12 деревянных клавиш. Колесо соединено с ручкой, при вращении которой оно, как бесконечный смычок, заставляет звучать несколько струн. Их количество варьируется от двух до десятка. В русских колёсных лирах обычно использовали две-три струны. Несколько струн звучат низко и дают постоянный тон — бурдон, бас или подбасок, а одна, две или три струны — мелодические. Высота их звучания изменяется за счёт нажатия клавиш.
Звук получается гнусавый, он одновременно напоминает и скрипку, и волынку. Чтобы как-то его смягчить, струны в месте соприкосновения с колесом обматывали льняными или шерстяными нитями. Видимо, нечто подобное слышали жители русских городов и сёл в конце XIX — начале XX веков от бродячих музыкантов-лирников.
«Бедные птицы». Песня брянского лирника. Этот духовный стих записан в Брянской области в 1953 году от Клемента Шматова — носителя традиции игры на колёсной лире
Долгое время струны на лирах были жильные или кишечные (из вытянутых кишок животных). Иногда в ход шёл скрученный конский волос. Позднее струны стали металлическими, что значительно увеличило громкость инструмента, а как следствие, и его популярность в народе.
При этом в плане настройки лира весьма капризный инструмент. Малейшее изменение температуры или влажности воздуха сказывается и на тембре звучания, и на самом строе. Самый тонкий и сложный момент — соприкосновение мелодических струн с колесом. Прижать чуть сильнее, чем нужно, и на высоких нотах инструмент будет хрипеть. Чуть недожать — будет слишком тихо, а некоторые ноты будут проваливаться. Поэтому в ход идут самые разные ухищрения — от подложенных под порожки кусочков бумаг до вкрученных в них болтов, чтобы небольшими поворотами регулировать высоту положения струн.
В настоящее время изготовленные инструменты могут похвалиться высоким уровнем качества. Для их производства используют современное оборудование, в том числе резку лазером. С помощью новых технологий стало проще точно центрировать колесо, благодаря чему звук стал более чистым и ровным. Изменилось звучание инструмента, появилась возможность более тонкой и лёгкой настройки. Исполнять на лирах теперь можно музыкальные произведения любой сложности.
Андрей Виноградов. Reverse Dance. Medieval Dance. Hurdy-Gurdy, Organ & Drum
Экскурс в историю
В разных странах на протяжении своей долгой истории лира имела множество названий. В Англии — hurdy-gurdy (название «хёди-гёди» встречается сейчас и в русском языке), в Италии — lyra tedesca, в Белоруссии — «колавая лiра», в Украине — «реля» или «рыля». В России встречаются названия «рылей» и «колёсная лира».
Органиструм. Барельеф собора св. Иакова в Сантьяго-де Компостела. 1188 год
Прототипом лиры можно считать средневековый органиструм. Он появился в Европе примерно в Х—XII веках и был весьма громоздким. Играть на нём приходилось вдвоём. Один из музыкантов крутил ручку, а второй приподнимал рычажки, исполняя аккомпанемент. Именно приподнимал, а не нажимал. Тогда конструкция органиструма отличалась от колёсной лиры. Инструмент нашёл применение в духовной музыке — в монастырях и церквях на нём исполняли религиозные песнопения, его звучанием сопровождали мессы.
ORGANISTRUM (Symphonia coelestis) XII century sacred music
Просуществовав в таком виде почти три столетия, органиструм постепенно утратил популярность (его место в духовной музыке занял орган), уменьшился в размерах и стал инструментом нищих, слепцов, калек и бродяг. К XV веку основной репертуар теперь уже колёсной лиры — народные песни, духовные стихи и танцевальные мелодии.
В XVII–XVIII веках на лиру обратили внимание европейские аристократы. Тогда в моду вошло увлечение бытом простого народа, что сказалось на популярности инструмента. Для лиры было написано даже несколько классических произведений, таких как Il Pastor Fido Антонио Вивальди. Знаменитый «Шарманщик» Франца Шуберта в оригинале Leiermann — лирник.
Царские времена
В России колёсная лира появилась примерно в XVII веке и, вероятно, попала в Московское государство вместе с польскими интервентами. Звучала она и при царском дворе, но наиболее популярной стала, как и в Европе, среди профессиональных нищих, зачастую слепых, живущих только за счёт своего музыкального таланта и подаяний.
Слепой мужчина с колёсной лирой за спиной в сопровождении мальчика-поводыря переходил от села к селу, из города в город. Он исполнял грустные песни на ярмарках либо у церквей и получал за это несколько монет или немного еды. Это типичный портрет бродячего нищего музыканта, которых теперь стали называть лирниками.
Лирник и поводырь. Из материалов Калужского краеведческого музея
Лирник — это далеко не уважаемое занятие. Исследователь народной культуры Климент Квитка в статье «Об изучении быта лирников» упоминает, что сыновья певцов-нищих не хотели делиться сведениями о своих отцах, стыдясь их профессии.
Стать полноправным лирником, чтобы ходить по сёлам, зарабатывать себе на хлеб и брать учеников было не так просто. Во-первых, нужно было отучиться у старшего лирника хотя бы год, а во-вторых, выдержать «экзамен», или «визвiлку», перед другими опытными музыкантами.
Учитель кандидата в лирники на свои средства покупал два ведра водки, закуску и накрывал стол для «комиссии». По свидетельствам, собранным Квиткой, закуска обычно представляла собой «рыбу постную жареную, телятины пуда три». Ученик же читал молитвы, рассказывал, как должен себя вести, а после исполнял отрывки из песен. Если экзамен проходил успешно, то слепой музыкант мог работать уже самостоятельно, а также брать себе собственных учеников.
Слепой нищий с провожатыми. 1913 год
Чтобы хоть как-то достойно существовать и кормить семью, работать приходилось каждый день круглый год. Отдыхали только пару дней в сильную метель или другую непогоду. Заработать можно было не только песнями — музыканты сами делали лиры. За инструмент, изготовленный на заказ, платили три рубля.
У лирников существовал даже собственный тайный язык. Его, видимо, придумали для того, чтобы непосвящённый человек не выведал секреты мастерства, а сами лирники могли отличить «своего» среди незнакомцев. К примеру, «Манько знахтить по лебiйськi» обозначало «я умею говорить на тайном языке».
В XIX — начале XX века лира появлялась на картинах и иллюстрациях русских, украинских и польских художников. Внимание инструменту оказали Василий Навозов, Юстин Пигуляк, Казимир Похвальский.
Лирник. Казимир Похвальский
Создатель первой русской открытки художник-баталист Николай Каразин в иллюстрации к книге «Русские богатыри. Избранные былины в пересказе для детей» снабдил колёсной лирой былинного гусляра Садко.
Садко. Иллюстрация Н. Н. Каразина из книги «Русские богатыри». Избранные былины в пересказе для детей. 1912 год
Советский период
Ранние советские годы оказались для лирников тяжёлыми. Советская власть старалась всячески контролировать народных музыкантов. В Украине, где лира была наиболее распространена, ЦК ВКП (б) выпускает сразу четыре постановления, которые касались лирников: «О запрещении попрошайничества», «Об обязательной регистрации музыкальных инструментов в отделах милиции и НКВД», «Об утверждении репертуара в учреждениях НКО» (народного комиссариата образования) и «Положение об индивидуальной музыкально-исполнительской деятельности». К сожалению, обнаружить тексты этих постановлений не удалось.
Инструменты массово уничтожаются, а музыканты-исполнители подвергаются всяческим гонениям. В лире и кобзе большевики видели украинский «неисправимый националистический элемент».
Один из самых трагичных эпизодов этого периода получил название «Съезд кобзарей». По разным данным, он состоялся в январе — феврале 1931, 1933 или 1934 года. «Был ли он на самом деле и что именно там произошло — неизвестно, — говорит руководитель Харьковского кобзарского цеха Кость Черемский. — Мы пять лет провели в архивах СБУ, но так ничего и не нашли. Хотя и не теряем надежды, что правда всплывёт рано или поздно».
Есть предположение, что главные документы об этом событии находятся в архиве КГБ в Москве. Также предполагают, что история о съезде — миф, возникший в 1980‑е годы, когда стали рассекречивать документы времён репрессий. Тогда среди многочисленных протоколов допросов были найдены и допросы кобзарей.
Вот как описывает съезд человек с фамилией Шостакович (в разных источниках считают по-разному: некоторые авторы говорят, что это советский композитор Дмитрий Шостакович, другие пишут про белого эмигранта, чья книга вышла в Лондоне в 1939 году):
«В середине 1930‑х годов Первый всеукраинский конгресс лирников и бандуристов был провозглашён, и все народные певцы вынуждены были вместе собираться и обсуждать своё будущее. „Жизнь стала лучше, стало веселее“, — говорил Сталин. Эти слепые ему поверили. Они приехали на конгресс со всей Украины, из маленьких забытых деревень. Это живой музей, живая история Украины, все её песни, её музыка, её поэзия. И вот почти всех их расстреляли, почти все эти несчастные певцы были убиты».
Информации по описанным событиям крайне мало. Так, статью Николая Литвина «Расстрелянный съезд кобзарей», опубликованную в украинском издании «Зеркало недели», удалось найти только в веб-архиве. Важно, что в ней приведены свидетельства некоторых современников событий:
В. Вовк, пенсионерка, в прошлом учительница:
«Кобзарей я любила с детства. Их можно было частенько видеть в Харькове. А в середине 30‑х совсем не стало. Ходили слухи о каком-то кобзарском съезде, на который как будто бы свезли кобзарей со всей Украины, а потом поубивали».
А. Парфиненко, харьковский кобзарь:
«По сталинскому приказу забирали всех. Устраивали облавы на базарах и забирали многих инвалидов, были среди них и кобзари. Была одна семья — Прокоп Маловичко, жена Мотря и трое детей, все очень хорошо пели. Жили они в посёлке Амур под Днепропетровском. Ночью их забрали, даже не сказали, что им брать с собой — то ли пищу, то ли какую-то одежду, повезли и погрузили в эшелон, где много уже было погружено кобзарей из других городов и сёл Украины. (…) По некоторым подсчётам, было их 337. Доехали кобзари (…) до Москвы, потом их направили в Сибирь. Довезли до какого-то неизвестного, необжитого места. Милиция сбросила их с состава в поле.
С одной стороны стали проводники, а с другой — милиция, и так никто и не смог попасть обратно в поезд. Остались они там и почти все погибли. Но Мотря Маловичиха не погибла. У неё живым остался младший сын. Они как-то добрались до деревни, ходили от хаты к хате, просили подаяние. Так они возвратились в Украину. Но к своему родному дому подойти боялись, потому что если бы они домой пришли — всё равно их бы убили».
Памятник репрессированным кобзарям в Харькове
Доподлинно не известно, произошли ли эти события на самом деле или нет. Однако из-за ограничительной политики в отношении народных музыкантов на украинский Первый Республиканский совет, который состоялся в Киеве 15 апреля 1939 году, действительно удалось собрать лишь 37 народных певцов.
В 2014 году в Украине вышел фильм «Поводырь», который представляет свою версию Съезда кобзарей.
Фильм «Поводырь». Украина. 2014 год
Всё же в советское время, правда, уже в 1960‑е годы, колёсную лиру можно было увидеть на киноэкранах. В 1962 году состоялась премьера фильма-сказки «Вечера на хуторе близ Диканьки» режиссёра Александра Роу. Ближе к концу фильма есть эпизод, где слепой музыкант, сидя под деревом, исполняет песню «Ой, нема, нема правдоньки на свити» как раз под аккомпанемент колёсной лиры. Бродягу, как и полагается, сопровождает мальчик-поводырь.
Ой нема нема правдоньки
В следующем десятилетии колёсная лира уже звучала с виниловых пластинок и появлялась в телевизионных эфирах. Белорусский ВИА «Песняры», созданный в 1969 году, включил этот инструмент в свой состав. Она звучит на альбоме «Песняры I», выпущенном в 1971 году и во многом построенном на белорусских народных песнях. Одна из них «Ой, рана на Івана» стала весьма популярной, её исполняли даже на «Голубом огоньке» к 7 ноября.
Голубой огонёк. Праздничная программа к 7 ноября, 1970 год. Песняры «Ой, рана на Івана»
Лира в современной музыке
В настоящее время интерес к лире набирает обороты. Мастера-самоучки по крупицам восстанавливают облик и звучание старинных инструментов. Среди них особо стоит отметить Василия Евхимовича, который сейчас живёт и работает в селе Пушкино Тверской области. Инженер-авиаконструктор по образованию, с середины двухтысячных Василий занимается русской традицией, в том числе и изготовлением колёсных лир разных конструкций. Увидеть его можно даже в клипе Нейромонаха Феофана. Конечно же, вместе с любимым инструментом.
Василий — далеко не единственный мастер. Среди них можно отметить Сергея Плотникова (Воронеж), Валерия Нарышкина (Красноярск), Михаила Ефремова (Тверь), мастерскую «Балалайкеръ» (Ульяновск) и других.
Колёсную лиру можно услышать в самых разных жанрах: от традиционного аутентичного фольклора («Веданъ Колодъ», «Русичи», «Вороново крыло»), через фолк-рок («Разнотравiе») и неофолк (Moon Far Away) к металу (ярославцы «Крик Вильгельма», швейцарцы Eluveitie). Среди сольных исполнителей выделяется москвич Андрей Виноградов, который сочетает современные музыкальные возможности с традиционным звучанием инструмента.
Западные музыканты также обращались к колёсной лире. Она звучит в песнях Ричи Блэкмора и инструменталах Metallica. В Беларуси же лира как исконный инструмент входит в состав Государственного оркестра.
Последние десятилетия отмечены возрождением интереса музыкантов к старинным инструментам и традиционной культуре. Проекты, удачно сочетающие в себе древнюю традицию с современными музыкальными жанрами и новаторскими аранжировками, обретают особый успех у публики.
В издательстве Academic Studies Press в серии «Библиороссика» вышла книга профессора русской и советской истории Университетского колледжа Лондона Дайан Коенкер. Она называется «SPAсибо партии» и посвящена советскому отдыху и потреблению.
В этой монографии исследовательница освещает все 70 лет советского отдыха, анализирует, как менялось восприятие отдыха советскими гражданами и советским государством с изменением ситуации в СССР. Отдельный раздел книги посвящён наследию советской культуры отдыха и её перспективам в современном мире.
Вот некоторые вопросы, которые освящает монография:
«Советский отдых — какой он? Это тяжелое восхождение в неведомые горы под мужественные песни Высоцкого, беззаботные прогулки по тропам здоровья со стаканчиком минералки в руке, томление на забитом жарком пляже Анапы или курортный роман в ночной Ялте? Как государство и граждане взаимодействовали между собой в попытке выработать идеологически приемлемые формы досуга — и почему советский отдых из формы поощрения лояльных подданных превратился в инструмент для развития личного благополучия?»
Генетики из Южного Федерального университета определили имена двух женщин, похороненных в Вознесенском соборе Московского Кремля. Ими оказались великая княжна Евдокия Ивановна и Анастасия Петровна, умершие в первой половине XVI века.
Вознесенский собор с XV по XVIII век местом погребения московских княгинь и цариц. Однако он несколько раз подвергался разрушениям, а часть захоронений и по сей день остаются безымянными. Теперь два саркофага обрели имя: в ходе сравнения их генетического материала с генетическим материалом Софьи Палеолог, жены князя Ивана III, выяснилось, что они принадлежат её дочери Евдокии Ивановне и внучке Анастасии Петровне.
«Сначала учёным научной лаборатории „Идентификация объектов биологического происхождения“ Академии биологии и биотехнологии ЮФУ удалось выяснить, что захороненные в безымянных саркофагах с вероятностью в 99.994% имеют родство типа „мать-дочь“. Затем в ходе комплексного анализа выяснилось, что все три скелета принадлежат к одной материнской линии с вероятностью в 98.79%. Сопоставив полученные данные с летописями и иными историческими документами, ученые пришли к выводу, что в безымянных саркофагах захоронены дочь Ивана III великая княжна Евдокия Ивановна и племянница Василия III Анастасия Петровна».
19 февраля 2022 года в Государственном музее А. С. Пушкина открывается выставка «Друзья Пушкина». Она расскажет о круге общения поэта и продлится до 31 июля 2022 года.
Выставка представляет собой портретную галерею друзей и близких знакомых Александра Пушкина, всех тех, кто был ему близок в разные годы. Среди них — друзья лицейского времени, например поэт Вильгельм Кюхельбекер, товарищи по литературному олимпу писатель Александр Бестужев-Марлинский и князь Пётр Вяземский, родственники и неизменная няня.
Судьба военнопленных советской армии в нацистских лагерях — одна из наиболее трагических страниц в летописи Второй мировой. Согласно данным немецких источников, более пяти с половиной миллионов военнослужащих СССР оказались в плену Третьего рейха. Из них более трёх миллионов за время войны погибли от болезней, голода и издевательств.
Любое событие прошлого, даже самое жуткое и катастрофическое, поднимает вопросы для историков. Насколько хорошо мы знакомы со структурой немецких, а также финских, румынских и других концентрационных лагерей для военнопленных? Как на пребывании советских солдат в плену отражался национальный вопрос? Каковы были особенности положения женщин-красноармеек, оказавшихся во вражеских концлагерях? И каким образом в местах содержания пленных был налажен быт и служба медицинской помощи?
Арон Шнеер в своём новом исследовании, выпущенном в издательстве «Пятый Рим», пытается ответить на эти и многие другие вопросы, малоизученные в отечественной историографии. Приобрести книгу можно на сайте издательства. VATNIKSTAN публикует фрагмент монографии, проливающей свет на самые тяжёлые эпизоды истории Великой Отечественной войны.
Массовая смертность в результате эпидемий тифа в 1941–1942 годах
Там будет плач и скрежет зубовный.
Матфей 8:12
Массовую смерть советских военнопленных вызвала эпидемия сыпного тифа, предопределённая условиями содержания, на которые советские военнопленные были обречены политикой германского нацистского и военного руководства. Эпидемия разразилась в октябре 1941 года и свирепствовала до лета 1942 года. Предшествовало тифу повальное заболевание дизентерией, вспыхнувшей в условиях абсолютной антисанитарии, царившей в лагерях.
Первые лагеря, созданные на территории Германии и Польши и тем более на оккупированной территории Советского Союза, не были подготовлены к приёму пленных. По свидетельству немецкого чиновника Дорша, в начале июля 1941 года посетившего лагерь в Минске, более 100 тысяч советских военнопленных находились на такой ограниченной территории, что едва могли шевелиться, и вынуждены были отправлять естественные надобности там, где стояли или сидели. Но даже примитивные уборные не могли удовлетворить потребности тысяч людей, находившихся в лагерях. Одной из причин антисанитарного состояния лагерных бараков являлось истощение многих пленных до такой степени, что они «были не в состоянии выйти из бараков по естественным надобностям, оправлялись под себя».
Наказание за подобное нарушение следовало незамедлительно. В Гомельском лагере, если полицейские и немцы находили того, кто оправился в бараке, его подвергали изощрённым издевательствам. «Виновника» привязывали к столбу, а к лицу подвешивали банку с испражнениями. Так он должен был простоять 12 часов, а иногда и больше. Причём одни полицейские наносили удары палкой, другие резиновой плёткой или же проволокой. Многие, и без того потерявшие всякие силы, не выдерживали — умирали.
С. Ф. Шумский был свидетелем того, как в декабре 1941 года один из военнопленных оправился около забора лагеря. Это увидели проходивший немецкий офицер и русский комендант лагеря Кардаков. По приказу немца и Кардакова, полицейский до пояса раздел пленного, привязал его к столбу и начал избивать палкой. «Я насчитал 35 ударов, которые нанёс полицейский по обнаженному телу этого человека. Измученный, потерявший силы, он не мог стоять на ногах, повис на поясе, которым он был привязан к столбу. Этого военнопленного забили до смерти».
Интересное неожиданное наблюдение и вывод ещё об одной причине антисанитарного состояния в лагерях сделал Б. Н. Соколов. Он говорит о различии в национальном характере и образе жизни. «Немцам, с их педантичной любовью к санитарии, кажется, что пренебрежение чистотой уборных граничит с бунтом и потрясением основ. Но мы на это смотрим по-другому. Известно, что у нас общественные уборные чистотой не блещут, и это не только никого не возмущает, а просто этого и не видят».
В некоторых лагерях было много пленных из среднеазиатских республик. По словам Б. Н. Соколова, «некоторым военнослужащим Красной Армии Коран прямо предписывает справлять свои надобности на землю, вытирать соответствующее место, если нет воды, землёй, а голову при этом накрывать халатом. Вместо халата, вероятно, можно использовать шинель… Поэтому так велико бывало удивление последователей Магомета, когда за соблюдение заповеди иногда следовал увесистый удар дубиной». В некоторых лагерях, например в Дрогобычском, не было даже примитивных уборных, поэтому военнопленные оправлялись в бараках в специальные кадушки, которые не выносились сутками. Вонь в бараках стояла невыносимая.
Военнопленные «Шталага 352» (Белоруссия) на дорожно-строительных работах. Октябрь 1941 года. Источник: russiaphoto.ru
В лагерях для советских военнопленных не было никаких подтирочных средств. Как свидетельствуют бывшие пленные, для этой цели использовались трава, тряпки, пальцы, редко газеты и тому подобное. Однако даже до плена с бумагой на фронте были проблемы, и часто для гигиенических целей использовались немецкие листовки.
Почти во всех лагерях на оккупированной территории СССР до конца 1942 года смена одежды, белья не производилась, поэтому большинство пленных донашивали то, в чём попали в плен. Они ходили в почерневшем от грязи и полуистлевшем на них белье, на ногах рваная обувь, а некоторые босиком. Правда, порой немцы находили «оригинальное решение» этой проблемы. Из отчёта о деятельности Мариупольской гарнизонной комендатуры 1/853 от 29.10.1941 года мы узнаём, что «в лагере военнопленных в настоящее время содержится восемь тысяч русских пленных. Восемь тысяч евреев были экзекутированы службой безопасности СД. Еврейская одежда, бельё и так далее было собрано гарнизонной комендатурой и после чистки передано в военный госпиталь, лагерь для военнопленных и роздано фольксдойчам». Можно с уверенностью сказать, что после тщательного отбора лучшее забрали немцы, а некоторые военнопленные получили одежду расстрелянных евреев. Таким образом, мёртвые, как неоднократно случалось в лагерях, спасали или продлевали жизнь живым.
Зимой в некоторых лагерях военнопленные напоминали «уродливые шарообразные фигуры». Это военнопленные, у которых не было шинелей, чтобы не мёрзнуть, обматывали себя соломой, засовывая её под гимнастёрку и брюки; другие делали иначе: обматывали себя соломой поверх надетых на них лохмотьев и обвязывались шпагатом или проволокой.
Все бывшие военнопленные вспоминают, что в лагерных бараках было трудно дышать от смрада гноящихся ран ещё живых, а также и неубранных мёртвых, и просто от массы немытых тел и мокрой, грязной одежды. До конца 1942 года в большинстве лагерей на оккупированной территории СССР не было даже примитивных умывальников. Военнопленные не мылись месяцами. По словам Б. Н. Соколова: не только потому, что мыться негде, но и «нет потребности. На истощённый организм вода, даже на лицо, действует как болезненный шок». «Страх перед холодной водой, вынесенный оттуда, сохранился у меня и потом», — пишет Соколов.
Бань в лагерях на оккупированной территории СССР, а также в большинстве лагерей на территории Польши и Германии в 1941–1942 годов не было, поэтому все без исключения военнопленные были завшивлены.
Ф. Я. Черон рассказывает, как уже в августе 1941 года развелось такое количество вшей, что утром с выходивших из земляных убежищ вши сыпались на землю, и весь песок двигался. «Трудно поверить, что это не песок шевелится, а сплошная пелена вшей на песке. Они ходили как бы волнами. Кто днём освобождался от вшей хоть в какой-то мере, тот не хотел идти в убежища, не хотел захватить лишнюю сотню заедавших насмерть вшей».
Массовые случаи смерти от эпидемий зафиксированы уже летом 1941 года. Практически невозможно отделить смертность от голода от смертности от дизентерии, тифа и других заболеваний. Все факторы существовали и взаимодействовали одновременно, усугубляя друг друга.
Заключённых «Шталага 325» (Рава-Русская, Украина) выводят на работы. Источник: wikipedia.org
В Дулаге № 131, в Бобруйске, только в ноябре из 158 тысяч военнопленных умерли 14 777 человек, более 9%.
В Гомельском лагере в декабре 1941 года — январе—феврале 1942 года смертность доходила до тысячи человек в сутки. Умерших было так много, что из них стали образовываться горы трупов.
В окрестностях Риги за 1941 год умерли 28 тысяч советских военнопленных, а в 1942 году — 51 500 человек.
В лагере Рава-Русская с июня 1941 года по апрель 1942 года из 18 тысяч человек умерли 15 тысяч.
В Польше неподалёку от города Остров-Мазовецкий в лагере у деревни Гронды с июня по декабрь 1941 года погибли 41 592 человека из общего числа 80–100 тысяч.
В Германии в Шталагах Витцендорф, Эрбке и Берген-Бельзен в декабре ежедневно умирали сотни людей. К февралю 1942 года 90% пленных умерли: «из 20 тысяч умерло 18 тысяч в Берген-Бельзене, 14 тысяч в Витцендорфе, 12 тысяч в Эрбке».
К началу 1942 года от голода и тифа погибло около 47% общего числа советских военнопленных, находившихся в Германии. А сколько на оккупированной территории СССР за тот же период — неизвестно. Не было лагеря, в котором не свирепствовали бы болезни. В бараках больные и здоровые лежали вместе, были дни, когда умирало по 100–150 человек военнопленных. И трупы лежали вместе с живыми до разложения.
Из лагеря Замостье в Польше тифозных больных в начале эпидемии отправляли в лагерь «Норд», где умирающие оказывались в бараках, куда не заходили ни врачи, ни санитары, а только могильщики, чтобы вытащить трупы. Никакого медобслуживания не существовало, даже воды никто не подавал. Все были вычеркнуты из списков живых.
Неоднократно единственным способом «лечения» этих болезней у немцев являлся расстрел. В лагере военнопленных Наумисте, неподалёку от Шауляя, в Литве в 1942 году вспыхнула эпидемия сыпного тифа. Заболело 1500–2000 человек. Немцы вывезли всех больных в лес и расстреляли.
Часто вместе с больными в целях пресечения эпидемии расстреливали и здоровых. Так было в Шталаге № 347 в Даугавпилсе, в лагерях Витебска, Полоцка, Лиды и других.
Эпидемия не обходила никого. Заболевали даже немцы, работавшие в лагерях. Так, в лагере военнопленных в Борисполе от тифа умер немец — главврач лазарета Эрдхольд.
Погребением умерших занимались специальные команды могильщиков, организованные из военнопленных. Они собирали трупы по всему лагерю. На повозке, в которую вместо лошадей впрягались военнопленные, тела вывозились ко рвам, выкопанным на территории лагеря или неподалёку от него.
Осенью 1941 года в Саласпилсском лагере трупы собирали в специально отведённый для этого сарай, а затем, так как сарай быстро наполнялся, три раза в день вывозили за лагерь в выкопанные рвы. В лагере была сложена песня:
«Мертвецов по утрам таскали
В тот холодный без двери сарай,
Как обойму в порядок складали,
Для отправки готовили в рай.
Грабарям там работы хватало.
В день два раза, а часто и три
С мертвецами повозку возили
Туда, где рылись глубокие рвы».
Вначале тела погребали в одежде, затем стали раздевать. Одежда и обувь мёртвых использовалась живыми. Чаще всего сами пленные раздевали как мёртвых, так и полуживых соседей. Причём многие присматривались заранее к возможному мертвецу, чтобы опередить многочисленных желающих захватить обноски. Часть одежды и обуви немцы собирали на складах и после дезинфекции вновь передавали в пользование пленным. Погребение погибших в лагерях советских военнопленных носило издевательский характер. Это было надругательство даже после смерти. Так, в Гомеле, в тот же ров, куда сбрасывали тела военнопленных, вывозились испражнения. С ноября 1941 года по апрель 1942 года толпы немецких офицеров и солдат собирались у рва, куда сваливались трупы военнопленных, весело смеялись и ради продления удовольствия фотографировали изуродованные побоями, истощённые голодом тела. Такие «экскурсии» немцев ко рвам с трупами были почти ежедневно, как только в город прибывали новые немецкие части.
Мемориальный знак на месте лагеря в Гомеле. Источник: wikipedia.org
В местечке Гнивань Винницкой области пристреленных на территории лагеря военнопленных бросали в уборные, после чего ночью вывозили в лес, в ямы, вырытые для нечистот.
В лагере на территории совхоза «Красная стрела» в посёлке Стрелка Краснодарского края умерших военнопленных сбрасывали в котлован, а сверху засыпали навозом. Подобные случаи надругательства над телами погибших были и в других лагерях.
Правда, в приказе Рейнеке «Об обращении с советскими военнопленными» от 24 марта 1942 года определён порядок похорон советских военнопленных в лагерях. Однако он был вызван стремлением скрыть правду о происходящем и откровенно циничен:
«Похороны должны проводиться скромно и просто.
Сообщения по радио и в печати о похоронах запрещаются.
Фотографирование и киносъёмка похорон запрещаются.
Участие немецких военнослужащих в похоронах запрещается.
Отдание воинских почестей запрещается.
В похоронах разрешается участвовать товарищам умершего и тем, кто непосредственно участвует в погребении. Присутствие гражданских лиц запрещается.
Советские военнопленные могут возлагать венки, украшенные только чёрными и белыми лентами.
В погребении могут участвовать священнослужители или их помощники, если они есть в лагере; в случае погребения мусульман, мулла или имам также могут участвовать…
Гробы используются; однако каждый труп (без одежды, если она ещё пригодна к употреблению) должен быть обёрнут в жёсткую бумагу или другой подобный материал.
В массовых могилах трупы должны быть уложены ровными рядами… На каждом трупе должна быть бирка идентификации (лагерный номер военнопленного. — А. Ш.)
На кладбищах могилы должны располагаться отдельно, не нарушая последовательность могил других военнопленных.
Если это возможно, кремация разрешается. В этом случае лагерь должен иметь списки кремированных».
Сотни тысяч советских военнопленных находились в лагерях на территории самой Германии. Напуганное возможным распространением эпидемий среди немецкого населения, санитарное управление распорядилось проводить санитарную обработку военнопленных, прибывающих на территорию Германии из других лагерей. Впервые эта процедура стала проводиться в конце августа — начале сентября 1941 года.
Однако, как свидетельствует в своём рапорте 9 декабря 1941 года зондерфюрер Е. Кумминг, «методы борьбы со вшами не на высоте. Пленные жалуются, что и после санобработки вши остаются. Из-за опасности сыпного тифа (в Люблине в середине ноября было закрыто 26 улиц, в Замосце в данный момент сыпной тиф, то же в Шталаге Влодзимеж) это представляет угрозу и для служащих вермахта.
Предложение: полное обривание волос по всему телу, аккуратная чистка одежды. Трофейные русские дезинсекционные агрегаты (butschilny apparat — агрегат в грузовике, производящий дезинфекцию с помощью горячего воздуха) должны быть переданы в Офлаги и Шталаги. Так как весной сыпной тиф в России принимает характер эпидемии, это вопрос должен быть объявлен первоочередным уже сейчас».
Первые дезинсекционные установки для уничтожения вшей — главных переносчиков сыпного тифа, появились в лагерях в начале 1942 года, в частности в Берген-Бельзене. Вот как описывает процедуру дезинфекции Ф. Я. Черон:
«…Приказали готовиться к санитарной чистке всей одежды от вшей, дезинфекции тела, стрижке и мытью. Для большинства это было первое мытьё тёплой водой с момента попадания в плен. Для обработки использовались специально выстроенные здания со своим штатом обслуживающих. В данном случае обслуживающими были солдаты. Группами в 75–100 человек, в зависимости от помещения, вводили в барак и приказывали раздеться догола и положить свои вещи в общую кучу. Потом подкатывали тележки, грузили всю одежду на них и увозили. Обслуживающий персонал был в спецформе. Обувь не всегда забирали, но в этот первый раз забрали и обувь для дезинфекции. Нас группами уводили принимать душ и давали по маленькому кусочку мыла. Первым группам доставалась ещё горячая вода, но последним пришлось мыться чуть тёплой. Перед уводом в душ всех стригли под машинку, удаляя волосы на всём теле. После душа отводили в другую комнату, чтобы не смешивать „вшивых“ с „безвшивыми“. Барачные комнаты не отапливались, и мокрое тело высыхало, дрожа на холоде. Страшно было смотреть на живые трупы, у которых остались кожа и кости, а живот прирос к позвоночнику. Процедура вошебойки продолжалась, по крайней мере, три—четыре часа. Вшей убивали одновременно температурой и газом. Мне кажется, хлорным, потому что он резал глаза до слёз. Перед тем как допустить до одежды, обсыпали все вшивые места тела каким-то порошком, а иногда какой-то жидкостью, которая, казалась, сжигала всё тело. Голову тоже посыпали. Потом вводили в жаровню, где прокалённое обмундирование лежало кучами, было ещё горячим. Санобработка с прокаливанием одежды продолжалась во всех последующих лагерях и в рабочих командах до тех пор, пока вши не были уничтожены. Прошло не меньше года, а в некоторых случаях и дольше, пока избавились от вшей. Последний раз ходил на эту обработку в начале 1943 года. Обыкновенно всю команду выстраивали, приказывали раздеться до пояса, и охранники осматривали под мышками и в рубцах одежды. Если находили одну вошь, то всю команду вели на санобработку».
В некоторых лагерях на территории Германии были созданы бани, и военнопленные стали регулярно мыться. Причём если бани в лагере отсутствовали, то военнопленных водили или возили в баню ближайшего города в специально отведённый для этого день.
Все эти шаги были вынужденными мерами и вовсе не диктовались заботой о советских военнопленных, поставленных вне закона. Однако таким образом в 1943 году с вшивостью в лагерях для советских военнопленных на территории Германии было покончено.
Летом 1942 года санитарная обработка стала проводиться и в некоторых лагерях на оккупированной территории Советского Союза.
Проблемой в лагерях, особенно расположенных на оккупированной территории СССР, стали стрижка и бритьё. Причём бриться было особенно необходимо и потому что «бороды отпускать нельзя, так как бородатых немцы считают евреями». Все военнопленные вспоминают, что для бритья использовали любые режущие, острые предметы: обломки лезвий, ножей, куски бутылочного и другого стекла, которыми скребли себе щёки и подбородок. Нередко даже прибегали к опаливанию отросшей бороды головешкой. По словам военнопленных, бритва в лагере — это роскошь. Её пытались раздобыть разными способами, появление бритвы в лагере было праздником. С. М. Фишер рассказывает, что однажды немец-охранник принёс безопасную бритву с обломленной ручкой и пять уже использованных лезвий. Пленные их отточили в стакане, и они стали вполне пригодными. Затем лезвия выпрашивали у шофёров, привозивших грузы на строительную площадку. Они отдавали лезвия, которым «дорога была в мусорный ящик», за это пленные мыли шоферам машины. Оплачивалось в лагере и бытовое обслуживание. За бритьё «давали половинку сигареты, кусочек хлеба — на раз укусить, кусочек сахара, гривенник» . В конце 1942 года во всех лагерях появились официальные парикмахеры из числа военнопленных, которые были обязаны стричь и брить своих товарищей.
Национальный архив республики Карелия представил онлайн-проект, посвящённый канадским и американским финнам, вернувшимся в Карелию в 1920–1930‑е годы.
Проект основан на материалах Переселенческого управления при СНК АКССР, Совета народных комиссаров АКССР, архива карельских предприятий и ещё серии фондов. Он включает в себя две части: базу данных североамериканских финнов, где сейчас указано около восьми тысяч человек, и архив фотографий, документов и периодики по данной теме. Проект позволяет найти человека не только по имени, но и по стране выезда (Канада или США) и месту работы в Карелии.
Помимо этого, проект позволяет узнать больше об условиях жизни и работы иммигрантов:
«В Национальном архиве Республики Карелия хранится огромный массив документов о труде, быте, достижениях и проблемах иммигрантов. Электронный ресурс адресован исследователям данной темы, а также потомкам тех североамериканских финнов, которые в конце 1920–1930‑е гг. приехали в Советскую Карелию. Безусловно, в интернет-проект вошла только часть документов, которыми располагает архив, однако объём проделанной работы позволяет надеяться, что удалённый доступ к данным архивным материалам будет полезен тем, кто интересуется историей североамериканских финнов в Карелии».
Рассмотреть проект ближе и ознакомиться с материалами можно на его сайте.
Отношения России и Североатлантического военного блока — тема исторически и политически болезненная. Однако летопись противостояния Кремля и НАТО на деле гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд. В самом начале холодной войны СССР рассматривал НАТО отнюдь не только как вражеский блок. В сталинские годы в отношении западных стран Кремль чередовал демонстрацию силы с мирными инициативами. А вскоре после смерти Сталина советские руководители снова попытались снизить накал противостояния в Европе.
Одной из миротворческих инициатив стала попытка СССР вступить в Североатлантический альянс. Эта тема остаётся малоисследованной, несмотря на её колоссальное значение для истории международной политики. Какие скрытые мотивы прослеживаются за неожиданным ходом Кремля и почему новый союз Москвы и «коллективного Запада» так и не состоялся?
VATNIKSTAN рассказывает, чем идея вступления в НАТО привлекала кремлёвских вождей, а также раскрывает предысторию и последствия забытого дипломатического демарша.
У истоков холодной войны
Победа над Германией и Японией так и не возвестила эпоху мирного неба над головой, как мечтали солдаты и работники тыла. Наоборот, отношения между вчерашними союзниками накалялись: уже вскоре после окончания Второй мировой разразились два опасных конфликта, которые едва не привели к новой войне. Первый был связан с иранским кризисом 1946 года.
Советское руководство после войны взяло курс на интенсивное расширение сферы политического влияния Москвы. Некоторые специалисты высказывают мнение, что Сталин возродил основные направления колониальной политики царской России, стремился воссоздать былую империю. Эту точку зрения разделяют американский историк Терри Мартин и его российский коллега Борис Ананьич. СССР, как и Российская империя, стремился утвердить своё превосходство на Ближнем и Среднем Востоке, что создавало почву для конфликта с Западом.
После Второй мировой войны Советский Союз продолжал держать войска в Северном Иране, в то время как Британская империя выводила армии Англии и доминионов. Страна была оккупирована антигитлеровской коалицией в 1941 году, в ходе мировой войны: шахиншах Реза Пехлеви считался сторонником Гитлера, несмотря на заявленный им нейтралитет.
С введением союзных войск в Иран были налажены пути снабжения СССР по ленд-лизу, а советские и британские стратегические коммуникации (в районах Туркмении и Индии) оказались надёжно защищены. Кроме того, антигитлеровская коалиция стремилась предотвратить возможное экономическое сотрудничество шаха с Германией в области нефтяных поставок. 29 января 1942 года СССР и Великобритания заключили с местным правительством договор, согласно которому союзники обязались вывести свои вооружённые силы с иранской территории в течение шести месяцев после окончания боевых действий.
Однако Сталин и после войны намеревался сохранить влияние в Иране. На территориях, оказавшихся под контролем советской армии, возникли непризнанные и лояльные Москве государственные образования — Мехабадская республика в восточном Курдистане и Демократическая республика в Южном Азербайджане.
Сейид Хасан Тагизаде, посол Ирана в Великобритании в 1944–1947 годах
Грубое нарушение союзнических обязательств — СССР вместе с партнёрами по антигитлеровской коалиции в 1943 году подтвердил суверенитет и целостность Ирана на Тегеранской конференции — вызвало недовольство шаха. Делегация из Тегерана 19 января 1946 года поставила вопрос о действиях Кремля на заседании Генеральной ассамблеи ООН. Иранский дипломат Сеийд Тагизаде передал генеральному секретарю Глэдвину Джеббу письмо с требованием расследовать вмешательство Советского Союза во внутренние дела страны.
Кремль поначалу пообещал вывести войска из Ирана, однако 4 и 5 марта советские части внезапно развернули наступление на Тегеран. Лишь жёсткая реакция западных стран и местного правительства вынудила СССР согласиться на полную эвакуацию армии. Избежать конфликта удалось после согласия шаха предоставить Москве нефтяные концессии в Северном Иране.
Вячеслав Молотов в ГДР. 1950‑е годы. Источник: russiaphoto.ru
Иран отнюдь не был единственным примером неоколониальной политики Сталина. Так, генеральный секретарь проявлял большой интерес к странам Африки, где зарождались первые сполохи национально-освободительного движения. Глава советского МИДа Вячеслав Молотов в беседах с писателем Феликсом Чуевым вспоминал такой момент:
«— Понадобилась нам после войны Ливия. Сталин говорит: „Давай, нажимай!“
— А чем вы аргументировали?
— В том-то и дело, что аргументировать было трудно. На одном из заседаний совещания министров иностранных дел я заявил о том, что в Ливии возникло национально-освободительное движение. Но оно пока ещё слабенькое, мы хотим поддержать его и построить там свою военную базу. Бевину [Эрнест Бевин, министр иностранных дел Великобратании в 1945–1951 годах. Сторонник жёсткой внешней политики в отношении соперников Лондона. — Прим.] стало плохо. Ему даже укол делали. Пришлось отказаться. Бевин подскочил, кричит: „Это шок, шок! Никогда вас там не было!“»
Второй конфликт был связан с Берлинской блокадой 1948–1949 годов. Столица Германии после войны оказалась под военным управлением стран-победительниц, очень быстро город, как и вся страна, был поделён на оккупационные зоны. Советская сторона и западные страны быстро потеряли нить единой политики: так, денежные реформы в секторах Берлина оказались полностью рассогласованы.
В 1947–1948 годах западные страны без согласия СССР сливают собственные оккупационные зоны воедино, объединяя их экономически и политически. Москва расценила эти действия как нарушение Потсдамских соглашений о четырёхстороннем управлении Германией. Сталин желал надавить на союзников и заставить их считаться с его интересами в Центральной Европе, а также усилить идеологический и экономический контроль над Берлином.
В 1948 году советская сторона установила транспортную блокаду западной части немецкой столицы. Однако в ответ западные страны наладили знаменитый воздушный мост, одновременно развернув широкую кампанию по дискредитации действий Кремля в прессе.
Берлинцы во время блокады
Почти за год кризиса англо-американские самолёты доставили более 2,3 миллиона тонн грузов. Воздушная операция союзников стала убедительным примером единства Запада перед лицом их советских соперников. Тогда Сталин решил сменить тактику.
Пакт мира как альтернатива НАТО
Амбиции Москвы были восприняты западными державами как новая угроза международной безопасности. Так и возникла идея Североатлантического альянса — сам блок задумывался как чисто оборонительный. Риторика западных лидеров, сопровождавшая начало холодной войны, непременно делала акцент на ценностях мира и безопасности. Так, бывший премьер Великобритании Уинстон Черчилль в знаменитой Фултонской речи 1946 года подчёркивал, что Запад вынужденно защищается против новой опасности:
«Коммунистические партии и их пятые колонны во всех этих странах представляют собой огромную и, увы, растущую угрозу для христианской цивилизации, и исключением являются лишь Соединённые Штаты Америки и Британское Содружество наций, где коммунистические идеи пока что не получили широкого распространения».
Непосредственным предшественником НАТО стал Брюссельский пакт, подписанный Великобританией, Францией, Бельгией, Нидерландами и Люксембургом 17 марта 1948 года. Заключение новой конвенции диктовалось опасениями вероятной военной акции со стороны СССР в Европе. Центростремительные тенденции были поддержаны США, Канадой и Великобританией, которые открыли переговоры о создании новой военно-политической организации. Так 4 апреля 1949 года появился блок НАТО.
Руководство СССР, встревоженное появлением явно антисоветского блока, сделало всё возможное, чтобы в новый альянс вступило как можно меньше государств. Особую активность Москва проявила в Северной Европе: скандинавские страны вплотную подходили к советским границам.
Сталин сумел договориться с Финляндией о внеблоковом статусе. С Хельсинки в 1948 году был заключён Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, в котором было прописано условие финского нейтралитета. Успехом увенчались также переговоры со Швецией. С Норвегией советскую дипломатию постигла неудача: страна, имеющая небольшую общую границу с СССР в Заполярье, вступила в НАТО.
Иосиф Сталин
Наблюдая постепенное разрастание Североатлантического блока, Сталин решил перехватить инициативу и выдвинул собственный проект по поддержанию мира в Европе. Москва предложила западным странам Пакт мира, который виделся кремлёвскому руководству своеобразным аналогом НАТО. Однако в рамках пакта СССР вернул бы себе действенные рычаги влияния на европейскую политику, которые постепенно терял в результате распространения Североатлантического альянса.
Советский Союз снова прибегнул к риторике времён проекта коллективной безопасности 1930‑х годов, предлагая прописать в новом соглашении нормы отказа от применения военной силы в Европе, о решении споров исключительно мирными средствами. Свой план Сталин пытался донести до западных коллег через прессу.
Во время встречи с гендиректором европейского отдела «Интернейшнл ньюс сервис» Джозефом Кингсбери-Смитом советский лидер заявил:
«Правительство СССР могло бы сотрудничать с правительством Соединённых Штатов в проведении мероприятий, которые направлены на осуществление Пакта мира и ведут к постепенному разоружению. Я готов встретиться с президентом США Г. Трумэном для заключения такого пакта».
На сентябрьской сессии Генеральной ассамблеи ООН в 1949 году советская сторона вновь подняла этот вопрос, однако страны-участницы НАТО не поддержали предложение Москвы.
СССР идёт в НАТО
Смерть Иосифа Сталина в 1953 году изменила Советский Союз. Это касалось не только внутренней политики и постепенного отхода от сталинизма. Новые правители СССР попытались наладить отношения с западным блоком, так как отныне имели возможность проявить больше инициативы. Высказывались совершенно радикальные предложения: так, глава МВД СССР Лаврентий Берия выступил с проектом создания единой Германии без социалистического строя. Он же провозгласил концепцию мирного сосуществования с западными странами.
Попытки изменить вектор внешней политики во многом оказались связаны с тяжёлой внутренней ситуацией в СССР. Страна в 1946 году пережила голод, экономическое положение оставалось крайне неустойчивым. Схожие проблемы испытывали и новоявленные советские сателлиты в Европе. Так, попытки построения социализма в ГДР (включая стремительную коллективизацию), форсированного по требованию Сталина, сопровождались большими проблемами. Предложения Берии по нормализации носили радикальный характер:
«Отказаться в настоящее время от курса на строительство социализма в ГДР и создания колхозов в деревне».
«Пересмотреть проведённые в последнее время правительством ГДР мероприятия по вытеснению и ограничению капиталистических элементов в промышленности, торговле и сельском хозяйстве, имея в виду отменить в основном эти мероприятия».
Проект Берии встретил резкое сопротивление со стороны Вячеслава Молотова, склонного поддерживать дипломатию сталинского образца. Реформы Берии оказались свёрнуты, а он сам в декабре 1953 года был расстрелян.
Заседание НАТО. 1955 год
Однако даже глава советского МИДа понимал, что германский вопрос остаётся основным камнем преткновения в европейской политике. В январе — феврале 1954 года на встрече дипломатов в Берлине Молотов выступил с предложением объединить Восточную и Западную Германию в рамках новой системы коллективной безопасности. СССР стремился остановить распространение НАТО, а единая и нейтральная Германия могла стать буфером на пути дальнейшего роста западного альянса.
Советские представители на встрече предложили западным коллегам проект «Общеевропейского договора о коллективной безопасности в Европе». Он включал в себя следующие положения:
«1. Правительства Франции, Англии, США и СССР берут на себя обязательство продолжать усилия, направленные к удовлетворительному разрешению германского вопроса в соответствии с принципами сохранения мира и национальной свободы, а также к соблюдению прав всех других европейских государств, заинтересованных в том, чтобы каким-либо государством не было допущено нарушения их национальных интересов и безопасности.
2. Впредь до заключения мирного договора с Германией и воссоединения Германии на демократических и миролюбивых началах, осуществляются следующие мероприятия:
a) С территории как Восточной, так и Западной Германии одновременно, в шестимесячный срок, выводятся оккупационные войска, за исключением ограниченных контингентов, оставляемых для выполнения охранных функций, вытекающих из контрольных задач четырёх держав: для СССР — в отношении Восточной Германии, для США, Англии и Франции — в отношении Западной Германии».
Западные страны отвергли этот проект. Вероятно, они опасались, что советская инициатива на самом деле подразумевает снижение влияния США в регионе в пользу Москвы. В тексте докладной записки, составленной по данному поводу, первый заместитель министра иностранных дел СССР Андрей Громыко признавал:
«В качестве главного аргумента против нашего предложения выдвигается тезис о том, что советский проект направлен на вытеснение США из Европы и на то, что СССР, заняв место США, стал бы доминирующей державой».
Вслед за провалом данного демарша Кремль выступил с новым предложением, ещё более неожиданным и радикальным. 31 марта 1954 года советская сторона направила ноту правительствам США, Британии и Франции, заявив о готовности вступить в Североатлантический блок.
Специалисты считают, что нота имела пропагандистский характер и наиболее вероятно, что руководство СССР больше желало отказа, чем согласия. По мнению историка Джона Робертса, предложение Москвы было продиктовано целями дипломатической риторики, позволяя создать благожелательный ореол вокруг Кремля в прессе:
«Это был не первый и не последний случай, когда СССР заявлял, что если НАТО является оборонительным союзом, то он хотел бы присоединиться к нему. На совещании заместителей министров иностранных дел в 1951 году Громыко говорил, что, если НАТО направлен против германской агрессии, СССР хотел бы стать его членом. Это высказывание было опубликовано в „Правде“. В августе 1952 года Сталин пошутил в разговоре с французским послом, что если НАТО — миролюбивый союз, то тогда Советскому Союзу следовало бы присоединиться к нему.
Само собой, Сталин и Громыко таким образом стремились „набрать очки“ в пропагандистских целях и мартовская нота 1954 года также имела пропагандистскую направленность. Но это было также серьёзным предложением, разработанным для того, чтобы сделать идею коллективной безопасности более приемлемой для Запада и открыть путь к переговорам, ведущим к общеевропейской разрядке».
В случае отказа СССР получал моральное право создать собственный блок в противовес НАТО и обвинить западные правительства в стремлении к новой войне. К тому времени на континенте действительно возник проект перевооружения в рамках Европейского оборонительного сообщества (ЕОС). Договор о его создании был подписан в 1952 году шестью европейскими государствами, включая Западную Германию. В итоге проект потерпел неудачу в 1954 году, так как французский парламент отказался от ратификации соглашения.
Из текста мартовской ноты советского правительства видно, как СССР пытался сыграть на страхе новой войны, пугая западное общество возрождением немецкого империализма:
«Также хорошо известно, что в свете планов создания Европейской Армии правящие круги Западной Германии открыто работают над ускорением повторной милитаризации Западной Германии и организацией регулярных вооружённых сил всех видов; они более не находят нужным скрывать свои агрессивные цели в отношении соседних стран.
По этой причине мирно настроенные государства Европы, в особенности соседи Западной Германии, испытывают закономерную тревогу за свою безопасность из-за угрозы, проистекающей из возрождающегося немецкого милитаризма и включения Западной Германии в Европейское Оборонительное Сообщество».
Никита Хрущёв
Представители НАТО отнеслись к советской идее как к заведомо абсурдной и нереалистичной, расценив её как попытку расколоть Североатлантический блок. Страны-участницы блока отметили, что принятие предложения от СССР фактически закрывает для ФРГ возможность участвовать в обороне западных стран. К тому же советская нота риторически описывала НАТО как заведомо агрессивную организацию, что вызывало недоумение у членов альянса.
Тем не менее в НАТО обсуждали возможное участие СССР. Неизбежно вставал вопрос о серьёзности намерений советской стороны выполнять свои обязательства в рамках блока и быть верным демократическим идеалам Европы. Западные политики сомневались, что СССР позволит провести свободные выборы в новой Германии. Датский представитель Вестбирк от имени своего правительства заявил:
«Правительство хотело бы знать, например, допускает ли СССР сплошной контроль своих оборонных планов, что он обязан был бы сделать, если бы действительно хотел стать членом НАТО; готов ли СССР согласиться со свободными выборами в Германии как с первым шагом на пути решения германской проблемы; готов ли он принять те же стандарты свободных демократических прав, которые соблюдаются в странах НАТО. Если СССР представит реальные доказательства своей готовности это сделать, тогда суть предложений может быть принята всерьёз. Его правительство не верит, что это возможно».
Предложения советских лидеров походили на попытку превратить НАТО в антинемецкий блок, что противоречило планам и ценностям западноевропейских стран. Для СССР наиболее предпочтительным вариантом оставалась единая и нейтральная Германия. Однако, согласно плану бундесканцлера ФРГ Конрада Аденауэра, Западная Германия призвана была сыграть ключевую роль в европейском военном альянсе.
Представители НАТО опасались, что вступление СССР в организацию дало бы возможность Москве внести разлад в работу западного блока. В заключении, которое выпустил Совет организации, содержались следующие выводы:
«Внимательное изучение причин подачи Заявки, похоже, подтверждает вывод о том, что СССР пытался: а) построить военное могущество на запрете атомного оружия, что позволило бы ему сохранить ведущую позицию в сфере обычных видов вооружения; б) помешать участию Германии в обороне Запада; в) дезорганизовать НАТО, став её членом».
Учитывая обстоятельства, западные страны приняли решение о неприемлемости членства Советского Союза в альянсе. Обсуждение вопроса шло в течение полутора месяцев, и в итоге 7 мая 1954 года СССР получил отказ.
Итогом неудачных переговоров стало присоединение правительства Аденауэра к блоку НАТО в соответствии с Парижскими соглашениями 23 октября 1954 года.
Одновременно оккупационный режим в Западной Германии прекращался, и ремилитаризация ФРГ окончательно стала свершившимся фактом. Это вызвало негативную реакцию со стороны СССР, который в 1955 году объявил о денонсации союзных договоров с Великобританией и с Францией, действовавших со времён Второй мировой войны.
В качестве симметричного ответа на упрочение позиций НАТО, СССР и часть соцстран Восточной Европы 14 мая 1955 года объединились в военный блок Организации Варшавского договора. Проекты создания новой системы коллективной безопасности в Европе, где Кремль намеревался играть ключевую роль, потерпели окончательный крах. Период первой «разрядки» в истории холодной войны завершился.
Что почитать по теме
Мари-Пьер Рэ. «Советская дипломатия и советские дипломаты в годы оттепели».
Феликс Чуев. «Сто сорок бесед с Молотовым».
Рудольф Пихоя. «Москва. Кремль. Власть.».
Анатолий Уткин. «Мировая холодная война».
Сергей Шенин. «История холодной войны».
Даниил Иванов. «История советской попытки вступления в НАТО в 1954 г.».
Джон Робертс. «Шанс для мира? Советская кампания в пользу завершения Холодной войны. 1953–1955 годы».
В 2022 году планируется завершить реставрацию дома купца Ганичева в селе Устье Усть-Кубинского района Вологодской области.
Дом был построен в середине XIX века и перед революцией принадлежал купцу Василию Ганичеву. С 1967 года там находится местная школа искусств. Кирпичный дом отличался богатством декора фасада. Именно его восстановление — одна из важных задач текущей реставрации. Также планируется ремонт кровли, кладки, фундамента, восстановление печных труб, окон, деревянных лестниц.
«Село Устье само по себе интересно, это любопытный осколок Русского Севера, где сохранилось много памятников архитектуры, которые сейчас начинают возрождать. Они не искажены, дошли до нас практически в первозданном виде. Здесь богатые и интересные ландшафты, набережная, которую сейчас тоже благоустраивают. Дом Ганичева выходит на площадь, с одной стороны это торговая площадь, с другой — соборный комплекс. Там есть несколько особняков, каменные двухэтажные здания, построенные купечеством, которые дошли до наших дней без особых изменений и утрат, что удивительно для сельского населённого пункта».
