VATNIKSTAN продолжает знакомить с интересными публикациями из периодической печати прошлого, связанными с Русским зарубежьем и историей церкви. На этот раз предлагаем прочесть найденную Андреем Диченко в журнале «Америка» за 1991 год статью — очерк Роберта Л. Тейлора, повествующий об истории и особенностях церковного устройства православия в США. Статья дополнена врезками из того же номера.
Русская Православная Церковь пришла в Америку с запада, с прибытием миссионеров, приехавших в 1790‑х годах просвещать коренных жителей Аляски. Позже она прибыла с востока с потоками иммигрантов из Европы и России, нахлынувших в Соединенные Штаты в течение второй половины XIX века и первой половине XX века.
История Православной Церкви в Америке была сложной и иногда даже бурной. В середине XVI века Россия стала продвигаться на восток через Сибирь. К 1640 году, всего лишь через 60 лет после похода Ермака за Урал, русские землепроходцы достигли Охотского моря. Вскоре последовало заселение новых краев русскими поселенцами и организация административного управления. В 1741 году, следуя указу из Санкт-Петербурга, Витус Беринг и Алексей Чириков отплыли на двух кораблях в Тихий океан. Они вернулись с известием о новой земле, называемой Аляска. Кроме того, Беринг привез несколько шкурок калана, или морской выдры, которые вскоре стали считаться самым ценным мехом.
Началось движение в Америку через Алеутские острова. Однако русские охотники обнаружили, что им нужна помощь местных алеутов и индейцев, умевших из своих каяков вылавливать быстрых и ловких каланов. Живя с алеутами, русские начали обращать их в православную веру. Один промышленник, по имени Григорий Иванович Шелихов, прибыл на остров Кадьяк в 1784 году и прожил там два года, в течение которых он, будучи мирянином, крестил 40 человек в православную веру.
Вернувшись в Россию, Шелихов переговорил с церковными и гражданскими властями о возможности направить миссионеров в Русскую Америку. В 1793 году Императрица Екатерина II предложила Митрополиту Петербургскому и Ладожскому Гавриилу найти желающих миссионеров. В декабре 1783 года восемь монахов Валаамского монастыря отправились из Петербурга на восток в Америку. Их долгое путешествие через весь континент закончилось коротким плаванием на корабле к острову Кадьяку. Они прибыли туда в сентябре 1794 года, пробыв в пути почти 300 дней и покрыв расстояние около 12 000 километров.
Через два месяца они основали на острове церковь Воскресения Христова и приступили к постройке храма. Оконченный в 1796 году, он стал первым православным храмом в Америке. Самым известным из валаамских монахов был старец Герман, который остался в Америке до самой смерти в 1837 году. В 1970 году он был канонизирован как первый православный святой в Америке.
Русские стали продвигаться вдоль побережья на юг и основали поселение Крепость Росс (Форт-Росс) примерно в 130 км к северу от Сан-Франциско. В 1812 году там была построена часовня в честь Св. Елены. Произведенный в 1819 году подсчет населения Русской Америки от Аляски до Калифорнии установил, что там проживали 391 русский, 244 креола (детей русских отцов и туземных матерей) и 8385 туземцев. Другой ранний миссионер, священник Иоанн Вениаминов, прибыл на остров Уналашка в 1824 году. В течение первого года он устроил там церковь, школу и метеорологическую станцию. Он своими руками выстроил церковь и дом для себя, попутно обучая алеутов плотницкому, столярному, кузнечному делу, обжиганию и кладке кирпича. Он быстро овладел наречием живших на острове алеутов, изобрел для него азбуку, составил грамматику и словарь, написал букварь для употребления в своей школе и перевел на алеутский язык русский православный катехизис, а также литургию и часть Священного Писания.
Отец Иоанн Вениаминов покинул Уналашку в конце 1834 года и переехал в городок Новоархангельск (позже названный Ситкой), где он провел следующие четыре года. Он снова занялся изучением языка местных жителей — индейцев тлинкитов и вскоре открыл школу. Со временем он принял монашеское имя Иннокентия и стал Епископом Камчатским и Курильско-Алеутским. Впоследствии он был возведен в сан архиепископа, а затем стал Митрополитом Московским и Коломенским.
Русские православные миссионеры широко распространили свою веру на новой территории. В 1860 году государственный ревизор насчитал 12 000 туземцев, состоявших членами Православной Церкви на Аляске. Они проживали в 43 населенных пунктах, имевших 35 часовен, девять церквей (две в Ситке), 17 школ и несколько приютов для сирот.
В 1867 году Россия продала Аляску правительству Соединенных Штатов за 7 200 000 долларов. Сообразуясь с новым положением, Синод Русской Православной Церкви создал Аляскинско-Алеутскую епархию, которой вверялось попечение о всех членах Церкви в Америке.
В 1872 году Епископ Иоанн Митропольский перенес свою кафедру из Ситки в Сан-Франциско. В то время Калифорния, население которой все время увеличивалось, бурно развивалась, а Аляска, где морская выдра была почти истреблена, переживала упадок. Между тем, православные приходы стали возникать в разных городах Америки: Портленде (Орегон), Гальвестоне (Техас), Новом Орлеане (Луизиана), Чикаго и Нью-Йорке. Эти приходы обращались к Аляскинско-Алеутской епархии за духовным и административным руководством. Многие из этих приходов состояли из лиц разных национальностей, которых связывала общая вера. Церковь в Сан-Франциско называлась Греко-русско-славянская православная церковь; приход в Портленде состоял главным образом из греков и сирийцев; церковь в Гальвестоне обслуживала греков, сирийцев, сербов и русских. Свято-Троицкая греко-русская церковь в Нью-Йорке отмечала американские, греческие и русские праздники.
В конце 1870‑х годов в Америку стало прибывать много эмигрантов из Карпатской области Австро-Венгрии. Поскольку эта область раньше была частью России, предки большинства этих людей были православными. Однако, когда эти земли отошли к Австро-Венгрии, стране католической, жители подверглись насильственному присоединению к Католической Церкви и стали называться униатами. Им все же было разрешено сохранить некоторые элементы прежней веры, включая православное богослужение и женатое духовенство, что в Католической Церкви не допускается.
Некоторые из этих иммигрантов поселились в Нью-Йорке и других портовых городах, но многие отправились в Пенсильванию, находя себе работу в угольных шахтах и на сталелитейных заводах. На родине церковь всегда была центром жизни этих людей, но сейчас у них не было священников. Они попробовали посещать польские и словацкие католические церкви, где богослужение шло по-латыни, но такая альтернатива их не удовлетворяла. Они хотели иметь собственные церкви, чтобы иметь возможность молиться Богу так, как они привыкли, и чтобы чувствовать почву под ногами в этой новой и чуждой для них стране.
В 1884 году несколько униатских шахтеров из Шенандоа, Пенсильвания, обратились к Митрополиту Галиции с просьбой прислать им священника. Когда отец Иоанн Воланский прибыл в декабре того же года, униатская община встретила его с энтузиазмом. Но преобладающее католическое население отнеслось к нему с открытой враждебностью, не желая или будучи не в состоянии принять женатого священника.
О. Воланский отправился в Филадельфию представиться католическому архиепископу, но тот отказался его принять, сказав, что священник не может быть женатым и оставаться католиком. Затем епархия разослала сообщение всем своим приходам, что о. Воланский должен считаться отлученным от Церкви. Католическая иерархия даже зашла так далеко, что официально просила Рим запретить униатским священникам приезжать в Америку, что, однако, не было исполнено. О. Воланский решил начать постройку храма в Шенандоа, не имея на это благословения от духовных властей. Его примеру последовали и другие униатские священники, приехавшие после него в Пенсильванию, Нью-Джерси и Миннесоту.
В 1889 году в Миннеаполис (Миннесота) прибыл словацкий священник-униат по имени о. Алексей Тот. Ему удалось получить аудиенцию у католического духовного начальства, но архиепископ гневно отказался разрешить вдовцу о. Тоту служить в Миннеаполисе. «Тогда я принял решение, — говорит о. Тот, вспоминая об этих событиях, — сделать то, что я давно уже вынашивал в своем сердце, чего жаждала моя душа: стать православным».
В марте 1891 года о. Тот со своим приходом, насчитывающим около 360 иммигрантов, был формально принят епископом Сан-Францисским в русскую православную Аляскинско-Алеутскую епархию. Синод Русской Православной Церкви одобрил этот шаг в июле 1892 года. В скором времени многие другие униатские священники и приходы последовали примеру о. Тота. Впоследствии свыше 90 000 униатов в Америке воссоединились с Православной Церковью.
Пока происходило это воссоединение, другие приходы раскалывались по национальной и этнической линии. В 1890‑х годах в Сан-Франциско прибыло большое число греческих иммигрантов. Вскоре они образовали в местном приходе особое объединение греков, а после 1900 года вышли из прихода и основали свой собственный. В 1905 году в епархии была учреждена отдельная сербская миссия, а в 1908 году — отдельная миссия для албанцев. В течение всех этих лет американское церковное руководство относилось к национальным различиям с пониманием. В своем отчете в Москву в 1905 году Архиепископ Тихон (будущий Патриарх Московский и Всея Руси) писал, что паства Северо-Американской епархии «состоит из верующих, принадлежащих не только к разным национальностям, но даже к разным поместным Православным Церквам, которые, будучи единой веры, имеют свои особенности , канонического порядка, богослужения и приходской жизни. Эти особенности им дороги и вполне приемлемы с общеправославной точки зрения. Поэтому мы не считаем себя вправе вмешиваться в национальный характер поместных церквей в этой стране, а наоборот, стараемся сохранять его, давая каждой церкви возможность непосредственно управляться духовным возглавлением той же национальности». Однако некоторые члены Церкви не были удовлетворены этими стараниями. В 1913 году с десяток сербских приходов провели конвенцию, на которой постановили просить о выходе из юрисдикции русского православного епископа и поступить в ведение Сербской Православной Церкви. Начало Первой мировой войны временно отложило это дело, но неспокойное настроение нерусских этнических групп стало очевидно.
В начале XX века в жизни Церкви произошло несколько важных событий. В 1900 году в соответствии с новым положением вещей было изменено название епархии. Она стала Алеутской и Северо-Американской епархией, а епархиальное управление стало уже не Аляскинским, а Североамериканским. Началась постройка двух соборов — Свято-Николаевского в Нью-Йорке, законченного в 1902 году, и Свято-Троицкого в Чикаго, законченного в 1903 году. Было установлено два викариата: один для Аляски в 1903 году, а другой для Бруклина в 1904 году с назначением окормлять сирийские приходы. Кафедра самой епархии была перенесена в 1905 году из Сан-Франциско в Нью-Йорк, а в 1907 году церковный Собор постановил, что Церковь в Америке будет называться «Русской Православной Греко-Кафолической», обнимая все национальности и языки.
С каждым годом возрастали трудности управления громадной, распростершейся на целый континент епархией, включавшей много национальностей и ответственной перед находящимся в далекой России Синодом. В своем отчете Синоду в 1916 году Архиепископ Евдоким (Архиепископ Тихон был отозван в Россию) повторил рекомендацию своего предшественника о даровании Русской Православной Церкви в Америке большей автономии. Кроме того, нужны были деньги. Американская епархия просила у Матери-Церкви 1 000 000 долларов, Синод ассигновал лишь 550 000.
Вскоре последовал еще более крупный кризис: в 1917 году в России произошла революция. Непосредственными результатами этого кризиса были политический раскол, поскольку некоторые священники в Америке воспользовались случаем, чтобы восстать против церковной иерархии, и экономический хаос, так как всякая поддержка из России для Церкви в Америке была прервана. Американские приходы поняли, что им придется самим себя содержать, что оказалось непомерно тяжелой задачей во время последовавших экономических затруднений во время Великой депрессии 30‑х годов.
Ввиду того что положение ухудшалось и связь с церковной администрацией в Москве становилась затруднительной и даже невозможной, в марте 1924 года в Детройте собрался Собор церковных руководителей в Америке. Они приняли решение объявить русскую православную епархию в Америке «временно самоуправляющейся Церковью, называемой Американской Митрополией и руководимой своим выбранным главой архиепископом совместно с Собором епископов… и периодическими Соборами всей Американской Церкви». Отчуждению между Москвой и Америкой суждено было продлиться многие годы.
Между тем на Юге России, находившемся в то время в руках Белой армии, собралось свыше 30 православных епископов. Также не имея связи с Синодом в Москве, они организовали Высшее Церковное Управление, возглавленное Митрополитом Киевским и Галицким Антонием Храповицким. В ноябре 1920 года, с падением Юга России, они эвакуировались в Константинополь с 200-тысячной паствой. В 1921 году по приглашению сербского Патриарха Димитрия они переехали в Югославию, где в Сремских Карловцах состоялся первый Собор епископов Русской Православной Церкви Заграницей. Отчасти в результате последовавшего за русской революцией беспорядка единство православных Церквей в Америке стало все больше разрушаться. В течение 20–30‑х годов Константинопольская, Антиохийская, Сербская, Болгарская, Румынская и Албанская Православные Церкви установили «юрисдикции» для паствы своей национальности в Америке. В 1922 году греки отошли окончательно и основали собственную епархию — Греческую Православную Архиепископию Северной и Южной Америки.
За ними последовали сербы, албанцы, карпатороссы, украинцы, болгары и румыны. Эти епархии существуют и по сей день. Однако в статье, напечатанной в 1927 году в «Православном Кафолическом Вестнике», Архиепископ Евфимий Бруклинский указал путь к единению, которого он надеялся достигнуть в будущем: «Сегодня более половины православных в Америке — дети православных иммигрантов, выросшие и воспитанные в Америке. Эти молодые люди и их дети будут завтрашними православными Америки. Они мало знают и еще меньше интересуются расовыми и национальными предрассудками и юрисдикционными спорами Европы. Такие вещи чужды и непонятны им с их американским воспитанием и интересами. Всякая Церковь, притязающая на их принадлежность к ней и преданность на основе языка, национальности или расовых предрассудков их дедов, не будет иметь для них никакого значения. Они вправе требовать, чтобы Церковь в первую очередь интересовалась их собственным положением и проблемами в Америке, а не политикой на Балканах, в Греции, России или Сирии».
Отношения между Русской Православной Церковью Заграницей и Американской Митрополией всегда были сложными. Зарубежная Церковь не признала объявленной в 1924 году декларации об автономии Американской Церкви, и в 1935 году единство ее с Зарубежной Церковью было восстановлено. Однако в 1946 году Американская Митрополия снова отошла от Зарубежной Церкви, признав духовное возглавление Московской Патриархии. События, приведшие к разрыву, начались в 1943 году, когда оставшейся в Советском Союзе русской православной иерархией был избран в Москве новый Патриарх — Митрополит Сергий. После него в 1945 году Патриархом был избран Митрополит Алексий. В том году новая Московская Патриархия обратилась к Зарубежной Церкви с призывом воссоединиться с ней. Собор епископов Русской Православной Церкви Заграницей ответил, что «повинуясь велениям своей пастырской совести, мы не находим для себя нравственно возможным пойти навстречу этим призывам до тех пор, пока высшая церковная власть в России находится в противоестественном союзе с безбожной властью и пока вся Русская Церковь лишена присущей ей по ее божественной природе истинной свободы». Собор отказался иметь какое-либо каноническое, молитвенное и даже бытовое общение с Москвой.
Американская Митрополия, напротив, приветствовала восстановление Московской Патриархии. Надеясь, что наконец станет возможным возобновление отношений с Матерью-Церковью, Митрополия послала в Москву делегацию для участия в церковном Соборе в 1946 году. Делегаты, однако, не были допущены; вместо этого им был выдан документ за подписью Патриарха, в котором было два требования: воссоединение без какой-либо автономии для Американской Митрополии и заявление о том, что члены Православной Церкви в Америке воздержатся от всякой политической деятельности против Советского Союза. По этим требованиям не было достигнуто никакого соглашения, но разрыв с Зарубежной Церковью продолжался.
Тем временем Зарубежная Церковь перевела свой Синод из Югославии в Мюнхен. В 1950 году Синод переехал в Нью-Йорк, где он находится по сей день. Эта ветвь Русской Православной Церкви стала набирать силу после окончания Второй мировой войны, по мере того как прибывали тысячи русских людей, предпочитавших оставаться в юрисдикции Зарубежной Церкви. У этой Церкви в то время по всему миру было 15 епархий, возглавляемых 24 епископами, 500 приходов и десять мужских и женских монастырей.
Одновременно стали предприниматься шаги к установлению кооперации между другими православными епархиями в Соединенных Штатах.
В 1960 году была основана Постоянная конференция канонических православных епископов в Америке, и 12 епископов, представлявших десять православных юрисдикций, приняли решение обсудить «общие проблемы, координацию усилий в делах, касающихся общих интересов, и укрепление единства, являющегося сущностью православия». Одним из их решений было создать объединенное представительство при Национальном Совете Христианских Церквей в США и других экуменических учреждениях. Митрополия продолжала мечтать об автокефалии, или полном самоуправлении, как о лучшем определении ее статуса. Но для этого нужно было выработать какое-то соглашение с Церковью в России. В марте 1963 года Архиепископ Никодим, глава посетившей Соединенные Штаты делегации Московской Патриархии, встретился с главой Церкви в Америке Митрополитом Леонтием. Никаких конкретных обсуждений не было, но все присутствовавшие ощутили общее желание разрешить разногласия.
Серьезные переговоры начались в 1968 году, и в марте 1970 года было достигнуто окончательное соглашение. В апреле того же года Патриарх Московский и Всея Руси Алексий даровал самоуправление и основал Святую Автокефальную Православную Церковь в Америке, равную по достоинству всем остальным Православным Церквам в мире. Собор епископов новой Церкви должен был состоять из Митрополита Всея Америки и Канады и епископов восьми епархий этой Церкви. Этот акт усилил разрыв между Американской Митрополией и Зарубежной Церковью. Иерархия Зарубежной Церкви считала, что автокефалия, дарованная Московской Патриархией, состоящей в подчинении у безбожной власти, совершенно неприемлема. Некоторые из русских православных в Америке были того же мнения, и целый ряд приходов отверг новую Церковь и присоединился к Зарубежной Церкви. Совсем недавно, в потоке событий, свидетельствующих о новом духе гласности в Советском Союзе, несколько находящихся там приходов покинули Московскую Патриархию и вошли в юрисдикцию Русской Церкви Заграницей. Первым предпринявшим такой шаг был приход Св. Царей Константина и Елены в Суздале, который перешел в апреле прошлого года; в течение лета за ними последовало еще несколько приходов, а некоторые другие уже подали прошение о принятии их.
Остается под вопросом, какие из ветвей Церкви учреждены законно, а какие нет. Московская Патриархия утверждает, что Зарубежная Церковь не имеет «канонической основы, без которой немыслима ни одна христианская православная Церковь». Зарубежная Церковь считает, что современная Московская Патриархия не является «истинной преемницей» Русской Православной Церкви и, став «все более и более подвластной влиянию атеистического и антихристианского правительства, перестала быть голосом Русской Православной Церкви». Таким образом, утверждает Зарубежная Церковь, дарование автокефалии Американской Митрополии в 1970 году не имело законного основания.
На сегодняшний день Православная Церковь в Америке насчитывает около 1 млн. членов в 500 приходах. Она активно участвует в национальном и мировом экуменическом движении, и даже один из ее протоиереев, о. Леонид Кишковский, является в данное время президентом Национального Совета Церквей в Америке Русская Православная Церковь Заграницей насчитывает около 100 000 членов в 120 приходах в Соединенных Штатах. Она считает своей миссией быть «свободным голосом Русской Церкви до тех пор, пока Богу будет угодно освободить Русскую Церковь на родине и смогут состояться свободные и каноничные выборы Патриарха».
Сойдутся ли когда-либо эти две ветви Церкви?
Православная Церковь в Америке говорит, что «необходимо помнить, что Американская Церковь имеет важную миссию служить делу православного единения в Америке. Таким образом, мы должны быть внимательны к опыту и жизни других православных, которых мы призываем к единению с собой, и должны работать совместно с ними на благо нашего общего Православия». Епископы Русской Православной Церкви Заграницей говорят, что они «стараются сохранить Православие во всей его чистоте, и поэтому не терпят никакого модернизма в своей Церкви и отказываются участвовать в так называемом экуменическом движении». Дьякон Андрей Филлипс пишет в выпуске «Православной Жизни» за май-июнь 1990 года: «Сегодня через ересь экуменизма совершается нападение на единство Церкви. Экуменизм фактически является идеологией Антицеркви, чей глава — Антихрист… Модернизм есть фактически новая вспышка иконоборчества, чьей целью является разрушение иконографического и священного уклада Церкви». Какое-либо соглашение в недалеком будущем представляется маловероятным.
Православный священник возглавляет национальный совет церквей
Протоиерей Леонид Кишковский — первый представитель православной веры, избранный президентом Национального Совета Христианских Церквей в США. Совет Церквей, основанный в 1950 году, является главной экуменической организацией в стране.
В Совет входят 32 протестантские, православные и англиканские Церкви, насчитывающие в общей сложности 42 миллиона христиан.
Кроме поста президента Совета, о. Леонид Кишковский продолжает занимать разные должности в Православной Церкви в Америке. Он является секретарем отдела экуменических и внешних сношений этой Церкви, а также редактором ее ежемесячной газеты «Православная Церковь», выходящей на английском языке. Кроме того, он еще и настоятель церкви Казанской иконы Божией Матери в Си-Клиффе, Нью-Йорк.
Отец Леонид Кишковский родился в 1943 году от русских родителей в оккупированной немцами Варшаве. В 1944 году семья Кишковских бежала в западную часть Германии, а в 1951 году они с помощью Церкви поселились в Лос-Анджелесе. Леонид Кишковский сперва посещал Университет Южной Калифорнии, думая поступить на американскую дипломатическую службу, но затем решил пойти по стопам своего деда со стороны отца и принять священство.
Православные монастыри и семинарии
Русская Православная Церковь Заграницей и православная Церковь в Америке имеют свои семинарии и мужские и женские монастыри, разбросанные по всей стране.
Православная Церковь в Америке имеет три семинарии, насчитывающие около 180 студентов. Свято-Владимирская богословская семинария в Крествуде, Нью-Йорк, была основана в 1938 году и сегодня предлагает курсы, ведущие к дипломам магистра и доктора богословия.
Свято-Тихоновская богословская семинария в Саут-Канаане, Пенсильвания, основанная в 1937 году, выдает дипломы бакалавра и магистра богословия. Свято-Германовская богословская семинария на острове Кадьяк на Аляске была открыта в 1973 году как пастырское училище. В 1977 году она стала семинарией и теперь выдает свидетельства о прохождении богословских наук и дипломы бакалавра богословия.
Православная Церковь в Америке также имеет шесть монашеских общин, подчиненных непосредственно Первоиерарху: Новый Валаам на Еловом острове на Аляске; Успенский монастырь в Калистоге, Калифорния; Новоскитский монастырь и Знаменский женский монастырь в Кембридже, Нью-Йорк; общину Жен Мироносиц в Отего, Нью-Йорк; и Свято-Тихоновский монастырь в Саут-Канаане, Пенсильвания. Еще восемь монашеских общин находятся в ведении епархиальных архиереев в разных штатах.
Русской Православной Церкви Заграницей принадлежит Свято-Троицкая духовная семинария, основанная в 1948 году при Свято-Троицком монастыре в Джорданвилле, в штате Нью-Йорк. Семинария предлагает пятилетний курс богословских наук для подготовки молодых людей к принятию священства и служению в Русской Православной Церкви. Семинария выдает дипломы бакалавра богословия. Число студентов колеблется от тридцати до пятидесяти.
Девять мужских и женских монастырей также принадлежат к Русской Православной Церкви Заграницей. Пять мужских монастырей включают: Свято-Троицкий монастырь в Джорданвилле, Нью-Йорк; Успенский скит в Буэна-Виста, Колорадо; Крестовоздвиженскую пустынь в Хаус-Спрингс, Миссури; Новую Коренную пустынь в Магопаке, Нью-Йорк; и монастырь Св. Марка в Нью-Йорке. Кроме того, есть четыре женских монастыря: Богородице-Владимирский монастырь в Сан-Франциско, Калифорния; монастырь Новое Дивеево в Спринг-Валли, Нью-Йорк; монастырь Рождества Пресвятой Богородицы в Хаус-Спрингс, Миссури; и Свято-Апостольский монастырь в Буэна-Виста, Колорадо.
Публикация приводится по источнику: журнал «Америка», 1991, № 3.
