Кри­ми­наль­ный мир обыч­но оста­ёт­ся в тени, но в эпо­ху кри­зи­сов порой откры­то выхо­дит на поверх­ность. Коро­лей пре­ступ­но­го сооб­ще­ства СССР и Рос­сии не про­сто боя­лись: их друж­бы иска­ли пред­ста­ви­те­ли бомон­да, жур­на­ли­сты и даже поли­ти­ки. Неко­то­рые из них про­сла­ви­лись на всю стра­ну. Спец­кор VATNIKSTAN Семён Изве­ков вспо­ми­на­ет про вре­мя, когда бан­ди­ты ста­ли селе­ба­ми, и рас­ска­зы­ва­ет исто­рию жиз­ни самых извест­ных «воров в законе».

Лихие люди нуж­ны в смут­ное вре­мя, ибо хаос — их сти­хия. В воров­ском мире раз­ви­то чув­ство лок­тя, адап­тив­ность и уме­ние отста­и­вать честь. Самое глав­ное — свя­зи это­го мира устой­чи­вы при любой вла­сти и не зави­сят от сме­ны режи­ма. Конеч­но, вопрос, поче­му при­лич­ные совет­ские люди, чле­ны пар­тии и ком­со­мо­ла, спортс­ме­ны и выпуск­ни­ки вузов ста­но­ви­лись чле­на­ми ОПГ или сотруд­ни­ча­ли с ними, пока для мно­гих оста­ёт­ся загадкой.

Но, во-пер­вых, пре­ступ­ность не воз­ник­ла из ниот­ку­да: она суще­ство­ва­ла и в совет­ское вре­мя. По раз­ным дан­ным, сама каста «воров в законе» заро­ди­лась при­мер­но 100 лет назад. Отку­да они взя­лись? Одни гово­рят, что из недо­би­тых белых офи­це­ров. Дру­гие — что их создал НКВД, что­бы чужи­ми рука­ми уни­что­жить контру. Но факт в том, что инсти­ту­та «воров в законе» с жёст­кой иерар­хи­ей («поло­жен­цы», «смот­ря­щие») нет нигде в мире, кро­ме быв­ше­го СССР.

После Вели­кой Оте­че­ствен­ной в блат­ном мире шла мало­из­вест­ная «сучья вой­на»: кон­флик­ты в ГУЛА­Ге меж­ду «ссу­чив­ши­ми­ся» (лояль­ны­ми адми­ни­стра­ции) и «вора­ми» (отри­цав­ши­ми сотруд­ни­че­ство с началь­ством). Побе­ди­ли послед­ние, закре­пив сре­ди сидель­цев угод­ные им поряд­ки. Пер­вое пост­со­вет­ское деся­ти­ле­тие лишь пода­ри­ло уже раз­ви­той сети пре­ступ­но­сти новые сти­му­лы и возможности.

Хотя кто вооб­ще в девя­но­стые жил по зако­ну? Пла­тить нало­ги было крайне непро­сто: дело и в неадек­ват­ных став­ках и запу­тан­но­сти, и нище­те. Зар­пла­та в дол­ла­рах и в кон­вер­те была нор­мой от Саха­ли­на до Кали­нин­гра­да. А где «чёр­ный налик», там и общак. Бан­ди­ты не вытес­ни­ли, а под­ме­ни­ли собою власть. У них уже была своя иерар­хия и кон­сти­ту­ция. Обыч­ное госу­дар­ство рас­па­лось, а воров­ское толь­ко окреп­ло. Когда из сило­вых струк­тур и гос­ап­па­ра­та мас­со­во ухо­ди­ли люди, ока­за­лось, что про­ще попро­сить о помо­щи мест­но­го «вора», чем нищую мили­цию. «Авто­ри­те­ты» про­сто заме­ни­ли собой власть на местах.

Вячеслав Иваньков (Япончик, Ассирийский Зять, Японец)

Но если гово­рить об исто­ках, то невоз­мож­но не упо­мя­нуть лиде­ра совет­ской пре­ступ­ной Моск­вы, дру­га всей боге­мы, у кото­ро­го звёз­ды эст­ра­ды пели на «сход­ня­ках», за что тем дари­ли ино­мар­ки или доста­ва­ли дефи­цит. Совет­ский быт вооб­ще ока­зал­ся тес­но свя­зан с «доста­ва­ни­ем»: жен­щи­ны пыта­лись добыть мод­ные духи, муж­чи­ны — быст­рее полу­чить маши­ны, и «авто­ри­тет­ные дру­зья» мог­ли помочь в этом. Осо­бен­но это вол­но­ва­ло арти­стов, желав­ших блес­нуть дефи­цит­ным пиджач­ком или ювелиркой.

Таким «дру­гом интел­ли­ген­ции» стал Вяче­слав Ивань­ков. Он хотел быть гим­на­стом, но упал с тра­пе­ции и полу­чил трав­му чере­па. После это­го с 14 лет воро­вал, гра­бил и быст­ро стал лиде­ром шай­ки в сво­ём рай­оне сто­ли­цы. Живя в Москве без про­пис­ки, он ско­ло­тил бан­ду, кото­рая рабо­та­ла с «нетру­до­вым эле­мен­том». Там свой бан­дит­ский путь начи­на­ли бра­тья из Гру­зии — Ами­ран и Ота­ри Квантришвили.

В фор­ме мили­ции они накры­ва­ли валют­чи­ков и вымо­га­ли день­ги. Осо­бо непо­кор­ных выво­зи­ли в лес и пыта­ли, кла­ли в гроб, угро­жа­ли бен­зо­пи­ла­ми. Под­поль­ная импе­рия Япон­чи­ка рабо­та­ла по все­му СССР: мили­ция не успе­ва­ла накры­вать раз­бой­ни­ков то в Таш­кен­те, то в Тал­лине, то в Кие­ве. Со вре­ме­нем под­поль­ный мир сам стал про­сить Ивань­ко­ва о «кры­ше», и в тюрь­ме он был коро­но­ван. Ува­же­ние же к нему от боге­мы было столь вели­ко, что Коб­зон, врач Фёдо­ров и Розен­ба­ум несколь­ко лет упра­ши­ва­ли вла­стей его осво­бо­дить. Пред­ставь­те, эли­та стра­ны руча­лась за бандита!

Но в 1991 году Япон­чик по под­дель­но­му пас­пор­ту решил уехать в США, начать новую жизнь. Гово­ри­ли, что меч­тал завя­зать, но из это­го мира не ухо­дят. На зна­ме­ни­том Брай­тон-Бич Япон­ца, как «вора в законе», назна­чи­ли «смот­ря­щим», так как вла­стям не дове­ря­ли. В каче­стве меце­на­та он под­дер­жи­вал искус­ство, луч­ши­ми дру­зья­ми назы­вал Вил­ли Тока­ре­ва, Шуфу­тин­ско­го и про­чих звёзд всея Брайтон-Бич.

Парал­лель­но «хозя­ин лав­ки» (офи­ци­аль­ная долж­ность) обла­гал данью эми­гран­тов из Рос­сии, «кры­ше­вал» при­то­ны и бор­де­ли, тор­го­вал геро­и­ном, полу­чал дань от кази­но Вега­са. Но в 1994 году Ивань­ко­ва аре­сто­ва­ло уже ФБР. Ситу­а­ция была клас­си­че­ской: «вор у вора дубин­ку украл». Два жули­ка, вла­дель­цы бан­ка «Чара», удра­ли со вкла­да­ми в Нью-Йорк. Там на них «нае­хал» Япон­чик. Но оби­жен­ные «ком­мер­сан­ты» побе­жа­ли в ФБР и нажа­ло­ва­лись. Про­цесс Асси­рий­ско­го Зятя стал глав­ным собы­ти­ем в США 1995 года: в оби­ход вошло поня­тие Russian Mafia. Теперь каж­дый эми­грант из СНГ был под кол­па­ком у поли­ции, а рус­ские счи­та­лись опас­нее чёр­ных банд или албанцев.

Япон­чик отси­дит у них, потом у нас будет оправ­дан. В Рос­сии он был арбит­ром на «стрел­ках», его сло­во было неру­ши­мо. Но в 2009‑м пули настиг­ли Ивань­ко­ва в ресто­ране на Хоро­шёв­ке. Воз­мож­но, это была месть за его смерт­ные при­го­во­ры в Москве.

Отари Квантришвили (Отарик)

Уче­ник Япон­чи­ка, неко­гда мастер спор­та. Но его вме­сте с бра­том Ами­ра­ном быст­ро потя­ну­ло не к новым рекор­дам, а к раз­гуль­ной жиз­ни Моск­вы. Кар­ты, день­ги, ресто­ра­ны, ножи. А вы зна­ли, что в совет­ской мили­ции ресто­ран офи­ци­аль­но счи­тал­ся «зоной кон­цен­тра­ции анти­об­ще­ствен­ных эле­мен­тов»? А рюмоч­ные — «зоной отды­ха». Сей­час, ско­рее, наоборот.

Ота­рик (так уж неза­тей­ли­во его нарек­ли в Москве) в 18 лет сел в пер­вый раз, за изна­си­ло­ва­ние. В нача­ле 1970‑х, после отсид­ки, бра­тья вошли в бан­ду Вяче­сла­ва Ивань­ко­ва, он стал их учи­те­лем и настав­ни­ком. Кван­т­ри­шви­ли вымо­га­ли день­ги у фар­цов­щи­ков и неле­га­лов. Ведь валю­та у лов­ка­чей води­лась, а в суд пой­ти они не мог­ли: даже за десять дол­ла­ров на руках в Сою­зе пола­га­лась тюрьма.

Когда в 1982 году «дон» Япон­чик ока­зал­ся за решёт­кой, Ота­ри стал его «кон­си­лье­ри» и опе­кал домо­чад­цев. Парал­лель­но вспом­нил уро­ки спор­та и устро­ил­ся тре­не­ром по борь­бе в спор­тив­ный клуб «Дина­мо». Но вос­пи­ты­вал он в юно­шах отнюдь не жела­ние про­сла­вить СССР новы­ми рекор­да­ми: уче­ни­ки ста­ли его лич­ной гвардией.

Уже раз­ва­ли­ва­лась систе­ма, зар­пла­ты в спор­те были малень­ки­ми, и ходить на «стрел­ки» за Ота­ри­ка выхо­ди­ло гораз­до выгод­нее. Одно­вре­мен­но тот под­мял под себя так люби­мые им под­поль­ные обмен­ни­ки и мага­зи­ны «Берёз­ка», тор­го­вав­шие ино­стран­ны­ми товарами.

Когда откры­лись коопе­ра­ти­вы, бра­тья Кван­т­ри­шви­ли реши­ли «обе­лить­ся». Они вло­жи­ли «нажи­тое непо­силь­ным тру­дом» в биз­нес, назван­ный «Ассо­ци­а­ция „XXI век“». Через фир­му экс­пор­ти­ро­ва­ли лес, нефть и цвет­ные металлы.

Рос­ли и свя­зи в боге­ме: арти­сты часто про­си­ли о помо­щи. Осо­бен­но сво­ей друж­бой с Ота­ри­ком гор­дил­ся Коб­зон. Не бро­сал Кван­т­ри­шви­ли и спорт, воз­гла­вив «Фонд соци­аль­ной защи­ты спортс­ме­нов име­ни Яши­на», кото­рый помо­гал (читай — вер­бо­вал) спортс­ме­нам в нелёг­кое вре­мя. Фон­ду дали экс­клю­зив­ное пра­во зани­мать­ся ком­мер­ци­ей — так Ота­ри полу­чил льго­ты на пошли­ны по вво­зу таба­ка и алко­го­ля. Свою долю — через бра­та — он имел и в мос­ков­ских кази­но, гости­ни­цах, бан­ках. Пиком успе­ха стал создан­ный сов­мест­но с Коб­зо­ном «Фонд помо­щи пра­во­охра­ни­тель­ным орга­нам „Щит и лира“».

К 1994 году Ота­ри про­воз­гла­сил себя лиде­ром пре­ступ­но­го мира Моск­вы, что настро­и­ло про­тив него всех. Он пла­ни­ро­вал пой­ти в Гос­ду­му и вполне мог побе­дить, но всё обо­рва­ли выстре­лы у Крас­но­прес­нен­ских бань. Вый­дя к машине в Сто­ляр­ном пере­ул­ке, он нарвал­ся на три пули снай­пе­ра Лёши Солдата.

Под­лин­ные моти­вы и заказ­чи­ки убий­ства неиз­вест­ны: уж слиш­ком мно­гих Ота­рик мог задеть гру­бо­стью и дер­зо­стью. Напри­мер, он пуб­лич­но заяв­лял, что убьёт жур­на­ли­ста Люби­мо­ва, а гла­ве РУБО­Па Рушай­ло одна­жды посо­ве­то­вал «поду­мать о детях».

Вряд ли речь шла о вос­пи­та­нии и его мето­дах… Роль Кван­т­ри­шви­ли в спор­те так­же раз­дра­жа­ла слиш­ком мно­гих, вплоть до Ель­ци­на. С чечен­ца­ми друж­бы тоже не было. Ещё рань­ше, в 1993 году, застре­ли­ли Ами­ра­на — воз­мож­но, это было предупреждение.

Ота­ри поси­дел с друзьями

Кирпич (он же дядя Слава, Полтинник)

Об этом чело­ве­ке мож­но ска­зать «неча­ян­но при­гре­тый сла­вой». Обыч­ный уго­лов­ник, любив­ший гра­бить и чифи­рять: его долж­ны были знать лишь при­вок­заль­ные ката­лы да бом­жи как мел­ко­го бары­гу. Но так уж вышло, что на какой-то момент зауряд­ный вор стал одним из коро­лей того само­го бан­дит­ско­го Петер­бур­га, вос­пе­то­го сериалом.

Вла­ди­слав Кир­пи­чёв родил­ся по стран­но­му сов­па­де­нию в роко­вом 1937‑м в Ленин­гра­де. На зоне он про­вёл в общей слож­но­сти 40 лет из 59 про­жи­тых: пер­вый раз уго­дил ещё при Ста­лине, в девять лет, за воров­ство из мага­зи­нов. Из тюрь­мы сбе­жал и бро­дяж­ни­чал по Горь­ков­ской обла­сти. В 1953 году, после «амни­стии Берии», Кир­пич вер­нул­ся в Ленин­град, но сно­ва сел и сно­ва за воров­ство. Так и жил до рас­па­да Сою­за, прав­да ино­гда ложил­ся в пси­хуш­ку, где симу­ли­ро­вал шизофрению.

Недол­гий звёзд­ный час начал­ся с 1990 года, когда Пол­тин­ник вер­нул­ся с оче­ред­ной отсид­ки. Блат­ные кру­ги све­ли его с Алек­сан­дром Малы­ше­вым, лиде­ром одно­имён­ной ОПГ. Послед­ний побе­дил «там­бов­скую брат­ву» в зна­ме­ни­той «бит­ве в Девят­ки­но», забрал кон­троль над рын­ка­ми Пите­ра и вер­бо­вал людей. Малы­ше­ву нуж­ны были люди опыт­ные. Так его све­ли с Кир­пи­чом, кото­рый стал его «замом по уго­лов­ным вопро­сам». Малы­шев был пора­жён новым дру­гом, гово­рил, что дядя Сла­ва — его «кла­дезь и энцик­ло­пе­дия блат­ных тра­ди­ций», ува­жал как «быв­ше­го вора в законе».

Мно­гие питер­ские при­блат­нён­ные отри­ца­ли этот факт. Жил Пол­тин­ник дей­стви­тель­но не как «вор» — ведь «коро­но­ван­ный» не может иметь ни дома, ни жены, а у него в Репи­но особ­няк с оран­же­ре­я­ми и бас­сей­ном, конюш­ня­ми и юной дамой. Ещё одна стран­ность: мало какой «вор» стре­мил­ся к пуб­лич­но­сти, а Кир­пич обо­жал общать­ся с жур­на­ли­ста­ми. Стра­на и узна­ла о нём бла­го­да­ря репор­та­жам Невзо­ро­ва, кото­рый водил друж­бу с под­поль­ным миром и пиа­рил «аль­тер­на­тив­ную власть».

Кир­пич ока­зал­ся дея­тель­ным твор­цом — из-под его пера вышли четы­ре фоли­ан­та: «Кор­но­ухий», «Тюрь­ма», «Анто­ло­гия одно­го пре­ступ­ле­ния» и «Феми­да в СССР и Рос­сии». Види­мо, он метил в «доны»: у Пол­тин­ни­ка были тес­ные свя­зи с Сици­ли­ей. «Коза ност­ра», по раз­ным дан­ным, была в доле его биз­не­сов. Хотя воз­мож­но, что дядя Сла­ва сам это придумал.

После 1994 года груп­пи­ров­ка Кир­пи­ча и Малы­ше­ва утра­ти­ла пози­ции в Санкт-Петер­бур­ге, их нача­ли тес­нить «там­бов­ские». На Кир­пи­ча было совер­ше­но два поку­ше­ния. Пого­ва­ри­ва­ли, что убить его хотел сам Малы­шев, кото­рый боял­ся роста попу­ляр­но­сти Сла­вы. Пол­тин­ник и прав­да стал на тро­пу вой­ны, заклю­чив союз с казан­ски­ми «вора­ми в законе». Он хотел забрать Петер­бург себе, выгнав и Малы­ше­ва, и тамбовских.

В нача­ле 1996 года Кир­пич уже не чурал­ся поли­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Он участ­во­вал в кам­па­нии по выбо­рам губер­на­то­ра Петер­бур­га в мае-июне. Стре­ми­тель­но­му росту извест­но­сти дяди Сла­вы спо­соб­ство­вал тро­га­тель­ный сюжет в про­грам­ме Алек­сандра Невзо­ро­ва, в кото­ром извест­ный репор­тёр вели­чал того «ста­рым пиратом».

14 июня 1996 года Кир­пи­чёв был убит в клу­бе «Джой». Кил­лер про­ник в бар через боко­вой вход, подо­шёл к Кир­пи­чу и выстре­лил четы­ре раза из писто­ле­та. Кто его убил, неиз­вест­но. Слиш­ком мно­гие хоте­ли его смер­ти: и Малы­шев, и там­бов­ский лидер Кума­рин, и «мос­ков­ские», и МВД, и кази­нош­ные дельцы.

«Ночной губернатор» Владимир Кумарин (сменил фамилию на Барсуков, клички: Кум, Король Луи)

Мож­но ска­зать, фак­ти­че­ский пра­ви­тель Петер­бур­га 1990‑х. Если фаво­ри­та Раз­умов­ско­го в XVIII веке нарек­ли «ноч­ным импе­ра­то­ром» за бли­зость к цари­це, то Кума­рин полу­чил про­зви­ще из-за люб­ви рабо­тать и при­ни­мать про­си­те­лей по ночам. В отли­чие от дерз­ких бан­ди­тов, Кума­ри­на отли­ча­ло спо­кой­ствие, что и ста­ло зало­гом его дол­гой кри­ми­наль­ной карьеры.

В школь­ные годы Воло­дя не отли­чал­ся осо­бы­ми бой­цов­ски­ми каче­ства­ми или дости­же­ни­я­ми в спор­те, был обыч­ным сель­ским пар­нем. Как все, он отслу­жил в армии, затем посту­пил в Ленин­гра­де в тех­ни­кум. Жизнь сту­ден­та была голод­ной, но креп­ко­го пар­ня позва­ли рабо­тать «ворот­чи­ком» (швей­ца­ром), а затем и бар­ме­ном (это и нали­вать, и выши­ба­лой). Послед­ние были тогда бога­тей­ши­ми людь­ми Ленин­гра­да — око­ло 300 руб­лей полу­ча­лось зара­бо­тать бар­ме­ну за одни выход­ные, при сред­ней зар­пла­те по стране 150 в месяц.

Посте­пен­но он стал под­тя­ги­вать туда сво­их там­бов­ских дру­зей: пото­му его бан­ду так и назва­ли, хотя мно­гие дав­но жили в Ленин­гра­де. Креп­ких ребят ста­ли про­сить о «кры­ше» и бра­ли в долю. Одним из лако­мых кусоч­ков ста­ло Девят­ки­но — там на конеч­ной мет­ро рас­по­ла­га­лась глав­ная бара­хол­ка все­го горо­да. Интел­ли­ген­ты иска­ли кни­ги, кто-то поку­пал дефи­цит у фар­цов­щи­ков, про­цве­та­ла под­поль­ная алко­тор­гов­ля в раз­гар сухо­го закона.

В декаб­ре 1988 года смот­ря­щий за Девят­ки­но из ОПГ Малы­ше­ва, Сер­гей Мис­ка­рёв по клич­ке Брой­лер, соби­рал дань с тор­га­шей. Неожи­дан­но к нему подо­шли «там­бов­ские» Кума­ри­на и ото­бра­ли выруч­ку. На сле­ду­ю­щий день Мис­ка­рёв собрал сво­их на «стрел­ку» — Носо­ро­га, Сло­на, Мара­до­ну, Викин­га, Ста­са Жаре­но­го и Гер­цо­га. Там­бов­цев нашли непо­да­лё­ку от рын­ка. «Малы­шев­цы» в той бит­ве побе­ди­ли и изгна­ли при­шель­цев, ско­ро всех повер­жен­ных сда­ли в милицию.

Отси­дев, Кума­рин обна­ру­жил, что Малы­шев бежал из Рос­сии, а в воров­ском мире раз­драй. Тогда Король Луи не толь­ко вер­нул пози­ции сво­ей ОПГ, а стал глав­ным. К 1998 году Кума­рин де-факто был аль­тер­на­тив­ным губер­на­то­ром горо­да. Постро­ен­ная биз­нес-импе­рия вклю­ча­ла не толь­ко рын­ки и палё­ный алко­голь. Его глав­ным акти­вом была «Петер­бург­ская топ­лив­ная ком­па­ния», моно­по­лист топ­лив­но­го рын­ка Пите­ра. Сам он сме­нил фами­лию на Бар­су­ков и пре­зен­то­вал себя как биз­не­сме­на, буд­то бы ниче­го не было.

Тогда же он обес­пе­чил себе пиар-под­держ­ку. Дру­гом Кума дав­но был Алек­сандр Невзо­ров, про­слав­ляв­ший «там­бов­ских» в сво­их репор­та­жах из «600 секунд» и дру­гих про­грамм. По сей день Алек­сандр Гле­быч отзы­ва­ет­ся о нём в луч­ших крас­ках. Кума­рин созна­тель­но косил под дона Кор­леоне, моде­ли­руя жизнь по лека­лам героя Мар­ло­на Бран­до. На поклон к нему тяну­лись все — от обыч­ных петер­бурж­цев до депу­та­тов Гос­ду­мы, за честь почи­та­ли подой­ти к нему даже биз­не­сме­ны из Евро­пы. Иска­ли заступ­ни­че­ства оби­жен­ные, кто-то шёл с иде­ей биз­не­са или прось­бой вер­нуть ларёк. Невзо­ров стал депу­та­том и нанял Кума­ри­на в помощники.

В 2007 году про­изо­шёл рей­дер­ский захват цело­го ряда петер­бург­ских мага­зи­нов. Как гово­рят, имен­но это пере­пол­ни­ло чашу тер­пе­ния мест­ных вла­стей. У жерт­вы из «Петер­бург­ско­го угол­ка» Шпа­ко­вой тоже была ста­рая подру­га — по име­ни Вален­ти­на Мат­ви­ен­ко. Так что тер­петь двух губер­на­то­ров она не соби­ра­лась: о наг­ло­сти знал весь город. Не помог­ли ни свя­зи, ни друг Невзо­ров. Суд при­го­во­рил Вла­ди­ми­ра Бар­су­ко­ва к 14 годам лише­ния сво­бо­ды. Сидит он и теперь.

Читай­те так­же исто­рию одной из самых зна­ме­ни­тых банд 1990‑х годов «Солн­цев­ская ОПГ: от мос­ков­ских окра­ин к меж­ду­на­род­ным мас­шта­бам».