Курганская ОПГ. «Стрелять, стрелять и ещё раз стрелять»

Слева направо: Олег Нелюбин, Анатолий Гусев, четвёртый — Андрей Колигов, криминальный авторитет Черкас

Сре­ди банд 1990‑х годов Кур­ган­ская ОПГ отли­чи­лась жесто­ко­стью и бес­ком­про­мисс­но­стью. Поко­рив в корот­кий срок род­ной област­ной центр, кур­ган­цы не оста­но­ви­лись на достиг­ну­том и отпра­ви­лись поко­рять сто­ли­цу, где наво­ди­ли страх даже на быва­лых бандитов.

Рас­ска­зы­ва­ем, как воз­ник­ла эта бан­да, кто ей руко­во­дил и чем закон­чи­лась её попыт­ка поко­рить Москву.


Начало деятельности

В кон­це 1980‑х годов в Кур­гане три дру­га — Андрей Коли­гов, Олег Нелю­бин и Вита­лий Игна­тов — орга­ни­зо­ва­ли свою бри­га­ду. Пер­вое вре­мя бан­да назы­ва­лась «ком­со­моль­ской», посколь­ку в её соста­ве было мно­го ком­со­моль­ских дея­те­лей, а потом полу­чи­ла назва­ние, под кото­рым и вошла в исто­рию — Кур­ган­ская ОПГ.

Все трое лиде­ров новой груп­пи­ров­ки были быв­ши­ми спортс­ме­на­ми, ранее не суди­мы­ми, и име­ли исклю­чи­тель­но поло­жи­тель­ные харак­те­ри­сти­ки. Так, в офи­ци­аль­ных доку­мен­тах значится:

«Андрей Коли­гов, 1964 года рож­де­ния, окон­чил выс­шее воен­ное учи­ли­ще, лей­те­нант запа­са, быв­ший ком­со­моль­ский активист.

Олег Нелю­бин, 1965 года рож­де­ния, окон­чил Инсти­тут Физ­куль­ту­ры, мастер спор­та СССР по воль­ной борь­бе, слу­жил в армии в долж­но­сти снай­пе­ра, поз­же рабо­тал учи­те­лем физ­куль­ту­ры в школе.

Вита­лий Игна­тов, 1962 года рож­де­ния, окон­чил Инсти­тут Физ­куль­ту­ры, по местам преды­ду­щей рабо­ты име­ет пре­вос­ход­ные характеристики…».

Все трое в кон­це 1980‑х годов рабо­та­ли могиль­щи­ка­ми на город­ском клад­би­ще Кур­га­на. Вме­сте с ними под­ра­ба­ты­вал и недо­учив­ший­ся кур­сант Выс­шей Шко­лы МВД Алек­сандр Соло­ник, всту­пив­ший в новую груп­пи­ров­ку и подру­жив­ший­ся с её лидерами.

Сре­ди рядо­вых бой­цов Кур­ган­ской ОПГ были спортс­ме­ны и быв­шие ком­со­моль­цы, так­же не имев­шие преж­де про­блем с зако­ном. Прак­ти­че­ски все они попа­ли в бан­ду по зна­ком­ству с лиде­ра­ми и дру­зья­ми дру­гих участ­ни­ков группировки.

Сле­ва напра­во: Олег Нелю­бин, Ана­то­лий Гусев, чет­вёр­тый — Андрей Коли­гов, кри­ми­наль­ный авто­ри­тет Черкас

Пре­ступ­ную дея­тель­ность Кур­ган­ская ОПГ нача­ла с рэке­та мест­ных биз­не­сме­нов. Но уже в ско­ром вре­ме­ни кур­ган­цы поня­ли, что в род­ном горо­де им тес­но, отжи­мать почти нече­го и боль­ших денег не награ­бить. Поэто­му в 1990 году сна­ча­ла лиде­ры, а потом и рядо­вые бан­ди­ты Кур­ган­ской ОПГ пере­бра­лись в Москву.


«Стрелять, стрелять и ещё раз стрелять»

В 1991 году Коли­гов, Нелю­бин и Игна­тов позна­ко­ми­лись с лиде­ром Оре­хов­ской ОПГ Сер­ге­ем Тимо­фе­е­вым (Силь­вестр), кото­рый взял кур­ган­цев под опе­ку и опре­де­лил для них отдель­ное амплуа — устра­не­ние кон­ку­рен­тов. На одной из схо­док с дру­ги­ми авто­ри­те­та­ми Силь­вестр ска­зал о курганцах:

«Это — маши­на для убий­ства. Она долж­на быть подо мной. Она долж­на быть моя!».

Вра­гов Силь­ве­ст­ра уби­вал Алек­сандр Соло­ник. Делал он это так мастер­ски, что жур­на­ли­сты вско­ре ста­нут назы­вать его «кил­ле­ром № 1».

Не отка­зы­ва­лись кур­ган­ские гости сто­ли­цы и от борь­бы за сфе­ры вли­я­ния и при­быль­ные объ­ек­ты с дру­ги­ми бан­да­ми Моск­вы. Здесь и про­яви­лась их насто­я­щая сви­ре­пость, кото­рая в ско­ром вре­ме­ни сде­ла­ет Кур­ган­скую ОПГ злей­шим вра­гом как уго­лов­но­го розыс­ка, так и мно­гих дру­гих мос­ков­ских банд.

Вита­лий Игна­тов любил повто­рять, что в любой непо­нят­ной ситу­а­ции нуж­но «стре­лять, стре­лять и ещё раз стре­лять». Эта фра­за ста­ла свое­об­раз­ным деви­зом Кур­ган­ской ОПГ и повсе­мест­но при­ме­ня­лась на прак­ти­ке. Ору­жие шло в ход каж­дый раз, когда на встре­че с биз­не­сме­на­ми или бан­ди­та­ми они слы­ша­ли «нет».

Пер­вый серьёз­ный кон­фликт у кур­ган­цев воз­ник с Бау­ман­ской ОПГ. В 1993–1994 годах по зака­зу Силь­ве­ст­ра лиде­ров бау­ман­ских пере­би­ли, неко­то­рых из них лик­ви­ди­ро­вал Солоник.

Сле­ду­ю­щий круп­ный кон­фликт за сфе­ры вли­я­ния начал­ся с Коптев­ской ОПГ, уже после убий­ства Силь­ве­ст­ра. В мар­те 1995 года на Ленин­град­ском шос­се рас­стре­ля­ли лиде­ра коптев­ских бан­ди­тов Алек­сандра Нау­мо­ва (Наум-стар­ший).

После это­го груп­пи­ров­ку воз­гла­вил брат погиб­ше­го Васи­лий (Наум-млад­ший), кото­рый тоже не захо­тел идти на уступ­ки и начал гото­вить­ся к новой войне с кур­ган­ски­ми. В ито­ге в янва­ре 1997 года его тоже уби­ли. Слу­чи­лось это на Пет­ров­ке — бук­валь­но в двух шагах от ГУВД.

Внут­ри Кур­ган­ской бан­ды цари­ли суро­вые поряд­ки. Тех, кто не выпол­нял при­ка­зы, часто тер­пел неуда­чи или же захо­тел поки­нуть ряды бан­ди­тов, жда­ла неми­ну­е­мая смерть. Поз­же нача­ли уби­вать и тех, кто про­сто слиш­ком мно­го знал. При­чём убий­ства «сво­их» часто пору­ча­ли их луч­шим дру­зьям: так лиде­ры бан­ды лома­ли под­чи­нён­ных психологически.

За несколь­ко лет рядо­вой состав груп­пи­ров­ки сме­нил­ся почти пол­но­стью. Немно­го­чис­лен­ные остав­ши­е­ся в живых участ­ни­ки поз­же утвер­жда­ли, что где-то за МКА­Дом есть целое клад­би­ще без кре­стов и таб­ли­чек, где поко­ят­ся уби­тые сво­и­ми кур­ган­ские бандиты.


Александр Солоник, он же Саша Македонский

Кил­лер Алек­сандр Соло­ник стал гораз­до извест­нее даже лиде­ров Кур­ган­ской ОПГ. О нём напи­са­но три кни­ги, сот­ни ста­тей, он про­то­тип кил­ле­ров во мно­гих филь­мах и сери­а­лах — «Крот», «Агент наци­о­наль­ной безопасности‑3: Игра», «Марш Турецкого‑2. Обо­ро­тень», «Лед­ни­ко­вый пери­од», «Поку­ше­ние», «Алек­сандр Маке­дон­ский. Кил­лер мафии».

На допро­сах он всё брал на себя, поэто­му до сих пор неиз­вест­но, сколь­ко же на самом деле людей убил Соло­ник. Одна­ко и конец жиз­нен­но­го пути это­го кил­ле­ра ока­зал­ся вполне предсказуемым.

Алек­сандр Соло­ник с пер­вой женой. Кур­ган, пер­вая поло­ви­на 1980‑х годов

Родил­ся буду­щий «кил­лер № 1» в 1960 году в Кур­гане в семье рабо­че­го и мед­ра­бот­ни­цы. Сроч­ную служ­бу про­хо­дил в ГДР, где увлёк­ся спор­тив­ной стрель­бой. После демо­би­ли­за­ции вер­нул­ся в род­ной город и рабо­тал в пат­руль­но-посто­вой служ­бе. Посту­пил в Горь­ков­скую выс­шую шко­лу мили­ции, но уже через пол­го­да его отчис­ли­ли, а в 1985 году уво­ли­ли из ППС с фор­му­ли­ров­кой «за дис­кре­ди­та­цию зва­ния сотруд­ни­ка мили­ции». После это­го он устро­ил­ся могиль­щи­ком на город­ское клад­би­ще, где вско­ре и позна­ко­мил­ся с буду­щи­ми лиде­ра­ми Кур­ган­ской ОПГ.

Первую суди­мость Соло­ник полу­чил в 1988 году — восемь лет за изна­си­ло­ва­ние. Одна­ко в день огла­ше­ния при­го­во­ра Соло­ник уда­рил поте­ряв­ших бди­тель­ность кон­во­и­ров, выпрыг­нул в окно и скрыл­ся. Нашли его лишь спу­стя несколь­ко меся­цев в Тюмени.

Соло­ник отси­дел око­ло двух лет. У него неод­но­крат­но воз­ни­ка­ли кон­флик­ты с дру­ги­ми заклю­чён­ны­ми, одна­жды его даже пыта­лись убить, а в резуль­та­те у него на голо­ве оста­лось око­ло 30 шрамов.

3 апре­ля 1990 года он вновь бежал — через кана­ли­за­ци­он­ную систе­му, а спу­стя все­го два меся­ца, 3 июня 1990 года, совер­шил пер­вое заказ­ное убий­ство, став штат­ным кил­ле­ром Кур­ган­ской груп­пи­ров­ки. Тогда его жерт­вой ока­зал­ся лидер Ишим­ской ОПГ Нико­лай Причинич.

В том же 1990 году Соло­ник посе­лил­ся в Оре­хо­во-Зуе­во, отку­да регу­ляр­но выез­жал в Моск­ву, что­бы испол­нить новые зака­зы. Жерт­ва­ми Соло­ни­ка ста­но­ви­лись кри­ми­наль­ные авто­ри­те­ты, воры в законе, лиде­ры банд. Сре­ди них мож­но назвать Вале­рия Длу­га­ча (Гло­бус), Вла­ди­сла­ва Ван­не­ра (Бобон), Вик­то­ра Ники­фо­ро­ва (Кали­на). Послед­ний из них был при­ём­ным сыном вли­я­тель­но­го вора в законе Вяче­сла­ва Ивань­ко­ва (Япон­чик).

Четы­ре года Соло­ни­ку уда­ва­лось успеш­но скры­вать­ся после всех убийств, его лич­ность не была извест­на даже опе­ра­тив­ни­кам. Задер­жа­ние серий­но­го кил­ле­ра про­изо­шло слу­чай­но. 6 октяб­ря 1994 года Соло­ник вме­сте с при­я­те­лем про­гу­ли­вал­ся по Пет­ров­ско-Раз­умов­ско­му рын­ку в Москве. Его вид пока­зал­ся подо­зри­тель­ным про­хо­дя­щим мимо мили­ци­о­не­рам, у него про­ве­ри­ли доку­мен­ты и попро­си­ли прой­ти в бли­жай­шее отде­ле­ние, даже не обыскав.

На вхо­де Соло­ник выхва­тил писто­лет «Глок» и в упор рас­стре­лял трёх мили­ци­о­не­ров и одно­го охран­ни­ка. Ещё чет­ве­рых он ранил во вре­мя пого­ни, но в ито­ге и сам полу­чил ране­ние в поч­ку и был арестован.

На след­ствии Соло­ник взял на себя более 20 убийств, вклю­чая и те, о кото­рых сей­час точ­но извест­но, что их совер­ши­ли дру­гие люди. Поче­му же он ого­ва­ри­вал себя? Алек­сей Зав­го­род­ний, один из двух адво­ка­тов Соло­ни­ка, так отве­ча­ет на этот вопрос:

«Соло­ник был в очень пло­хом состо­я­нии, демо­ра­ли­зо­ван, подав­лен и опе­ра­тив­ни­ки, в пери­од пер­во­на­чаль­ной рабо­ты с ним, суме­ли ему вте­мя­шить абсурд­ную мысль, что един­ствен­ным спо­со­бом его защи­ты от обви­не­ния в убий­стве несколь­ких мили­ци­о­не­ров явля­ет­ся взять на себя нерас­кры­тые гром­кие убий­ства, пред­стать в обра­зе могиль­щи­ка кри­ми­наль­ных авто­ри­те­тов и, дескать, буду­щий суд это дол­жен учесть — чем боль­ше на себя он возь­мёт уби­тых кри­ми­наль­ных авто­ри­те­тов, тем мяг­че будет при­го­вор суда».

Если это дей­стви­тель­но так, то стран­но, что Соло­ник пове­рил в столь бре­до­вое пред­ло­же­ние. Оче­вид­но, он не мог не знать, что за убий­ство вли­я­тель­ных кри­ми­наль­ных авто­ри­те­тов их дру­зья попы­та­ют­ся достать его и в тюрьме.

После аре­ста Соло­ник стал зна­ме­ни­то­стью. О нём нача­ли писать жур­на­ли­сты, назы­вая его «кил­ле­ром № 1» и «сани­та­ром леса», под­ра­зу­ме­вая, что убий­ства­ми Соло­ник в дей­стви­тель­но­сти помо­гал бороть­ся с пре­ступ­но­стью. Есть даже пред­по­ло­же­ние, что эффект­ное про­зви­ще «Саша Маке­дон­ский» — это не реаль­ная кри­ми­наль­ная клич­ка Соло­ни­ка, а выдум­ка жур­на­ли­стов, дан­ная за уме­ние кил­ле­ра стре­лять «по-маке­дон­ски» — из обе­их рук одновременно.

Алек­сандр Соло­ник в 1990‑е годы

Опра­вив­шись от ране­ния и пере­жив уда­ле­ние поч­ки, Соло­ник начал заду­мы­вать­ся о побе­ге, так как пони­мал, что дол­го оста­вать­ся в живых в тюрь­ме ему не дадут.

По утвер­жде­нию его адво­ка­та Вале­рия Кары­ше­ва, на орга­ни­за­цию побе­га кур­ган­ские и оре­хов­ские лиде­ры выде­ли­ли сум­му в мил­ли­он дол­ла­ров, из кото­рых поло­ви­на пошла на под­куп кон­во­и­ра Сер­гея Меньшикова.

В назна­чен­ный день, 5 июля 1995 года, Мень­ши­ков ночью вывел Соло­ни­ка из каме­ры, вме­сте они под­ня­лись на кры­шу и по тро­сам спу­сти­лись вниз, где их уже жда­ла маши­на кур­ган­ских. Так Соло­ник стал пер­вым чело­ве­ком, сумев­шим бежать из «Мат­рос­ской тишины».

Заме­сти­тель началь­ни­ка ГУИН Камиль Бах­ти­я­ров счи­та­ет, что к орга­ни­за­ции побе­га Соло­ни­ка при­ча­стен и его адво­кат Вале­рий Карышев.

Инте­ре­сен такой факт — в день побе­га не ока­за­лось на рабо­чем месте сра­зу тро­их началь­ни­ков «Мат­рос­ской тиши­ны»: один ушёл в отпуск, вто­рой — на боль­нич­ный, а тре­тий про­сто не явил­ся на работу.

Око­ло меся­ца Соло­ник скры­вал­ся во Вла­ди­мир­ской обла­сти, после чего по под­дель­ным доку­мен­там на имя Вла­ди­ми­ра Кесо­ва уле­тел в Гре­цию. Там он снял рос­кош­ную вил­лу в элит­ном посёл­ке Лаго­ни­си побли­зо­сти Афин, за кото­рую пла­тил 7 000 дол­ла­ров в месяц.

Что каса­ет­ся про­даж­но­го кон­во­и­ра Сер­гея Мень­ши­ко­ва, то всю «зара­бо­тан­ную» на побе­ге сум­му он потра­тить так и не успел: в нача­ле нояб­ря того же года его тело было най­де­но в при­го­ро­де Афин. Пола­га­ют, что он был убит как опас­ный сви­де­тель с ведо­ма Солоника.

Сочте­ны были и дни само­го «кил­ле­ра № 1». Он не знал, что на его вил­ле повсю­ду сто­я­ли про­слу­ши­ва­ю­щие «жуч­ки», и о каж­дом про­из­не­сён­ном им сло­ве сра­зу узна­ва­ли оре­хов­ские и мед­вед­ков­ские лидеры.

Одна­жды Соло­ник про­из­нёс роко­вую фра­зу — «их надо валить» — имея в виду гла­ва­ря одной из оре­хов­ских банд Сер­гея Буто­ри­на и лиде­ров мед­вед­ков­ских бра­тьев Пылё­вых. После это­го Буто­рин отдал при­каз убить Соло­ни­ка. Спу­стя мно­го лет, уже в заклю­че­нии, Буто­рин вспоминал:

«В тот момент, уже в общем-то, все доступ­ные места про­слу­ши­ва­лись: теле­фо­ны, дома, вплоть до туа­ле­тов. В част­но­сти, дом в Гре­ции, в кото­ром жил Соло­ник, я же ему его и снял, и есте­ствен­но под­го­то­вил, соот­вет­ствен­но. Но, на самом деле, он хоро­шо стре­ля­ет, под­го­тов­лен физи­че­ски, целе­устрем­лён­ный чело­век, он идёт до кон­ца, любит риск, не боит­ся рис­ко­вать, и остав­лять тако­го про­тив­ни­ка за спи­ной — нель­зя, ни в коем слу­чае. Это их (Кур­ган­ской ОПГ) козырь был, понимаете».

Испол­ни­ли при­каз Буто­ри­на оре­хов­ские бан­ди­ты Алек­сей Гусев, Алек­сандр Шара­пов и Алек­сандр Пусто­ва­лов (Саша Сол­дат). Соло­ник хоро­шо знал всех тро­их, и во вре­мя одной из дру­же­ских встреч Пусто­ва­лов с «кол­ле­га­ми» заду­шил Соло­ни­ка шну­ром от утю­га. Вме­сте с Соло­ни­ком как сви­де­тель­ни­цу уби­ли и его сожи­тель­ни­цу, 23-лет­нюю фото­мо­дель Свет­ла­ну Кото­ву. Про­изо­шло это 31 янва­ря 1997 года.
В дан­ный момент все убий­цы Соло­ни­ка осуж­де­ны и отбы­ва­ют свои сроки.


Разгром Курганской ОПГ

В сере­дине 1990‑х годов три лиде­ра кур­ган­цев нача­ли зани­мать­ся легаль­ным биз­не­сом и попы­та­лись отой­ти от кри­ми­наль­ных войн. Но было позд­но. Водо­во­рот собы­тий настоль­ко захлест­нул их, что вый­ти сухи­ми из воды уже не пред­став­ля­лось воз­мож­ным. Слиш­ком мно­гим они пере­шли дорогу.

Нача­лась охо­та на самих курганцев.

В счи­тан­ные меся­цы были уни­что­же­ны несколь­ко десят­ков рядо­вых бан­ди­тов. Их уби­ва­ли на ули­це, в домах, подъ­ез­дах, выво­зи­ли в лес. Пред­чув­ствуя печаль­ный финал, Коли­гов, Нелю­бов и Игна­тов пооди­ноч­ке бежа­ли за гра­ни­цу в раз­ные страны.
Одна­ко дво­им из них про­быть там при­шлось недол­го. Пер­вым в кон­це янва­ря 1997 года в Рос­сию выма­ни­ли Андрея Коли­го­ва. Опе­ра­тив­ни­ки аре­сто­ва­ли его пря­мо в аэро­пор­ту, где у него были обна­ру­же­ны нар­ко­ти­ки и под­дель­ные документы.
Когда Коли­го­ва поса­ди­ли за решёт­ку, один из сыщи­ков МУРа спро­сил его:

«Как же так у вас полу­чи­лось? Вы с людь­ми кон­так­ти­ро­ва­ли, они помо­га­ли вам, а вы их потом отстреливали!».

Коли­гов гор­до ответил:

«Мы нико­гда в жиз­ни ни под кем не сто­я­ли и нико­гда не выпол­ня­ли ничьих пору­че­ний. А если что-то и дела­ли, то это было в наших интересах».

На пер­вом суде уда­лось дока­зать лишь под­дел­ку доку­мен­тов и кон­тра­бан­ду нар­ко­ти­ков, за что Коли­гов полу­чил шесть лет тюрь­мы. Одна­ко на вто­ром про­цес­се уда­лось дока­зать неко­то­рые убий­ства, и в ито­ге гла­варь Кур­ган­ской ОПГ был при­го­во­рён к 24 годам заклю­че­ния. Не помог­ла даже взят­ка в 50 000 дол­ла­ров, кото­рую жена Коли­го­ва пред­ла­га­ла оперативникам.

1 октяб­ря 2005 года Коли­го­ва нашли пове­шен­ным в каме­ре. Воз­мож­но, это было само­убий­ство, а воз­мож­но, что све­сти счё­ты с жиз­нью быв­ше­му лиде­ру ОПГ помог­ли сокамерники.

Дру­гой лидер кур­ган­ских, Олег Нелю­бин, тоже за гра­ни­цей про­был недол­го. Он ока­зал­ся при­ча­стен к убий­ству одно­го лат­вий­ско­го биз­не­сме­на, за что и был аре­сто­ван поли­ци­ей Нидер­лан­дов, после чего выдан рос­сий­ским опе­ра­тив­ни­кам. На родине Нелю­би­ну све­тил боль­шой срок, одна­ко сидеть ему при­шлось недол­го: в фев­ра­ле 1998 года его уби­ли сокамерники.

Моги­ла Нелюбина

А вот даль­ней­шая судь­ба Вита­лия Игна­то­ва, тре­тье­го лиде­ра бан­ды, до сих пор неиз­вест­на. Он смог скрыть­ся за гра­ни­цей, после чего все его сле­ды теря­ют­ся. Одна­ко учи­ты­вая, что вли­я­тель­ных вра­гов у него было не мень­ше, чем у Коли­го­ва с Нелю­би­ным, веро­ят­ность того, что ему уда­лось дожить до наших дней, ничтож­но мала.

Немно­го­чис­лен­ных же остав­ших­ся в живых рядо­вых бан­ди­тов ещё око­ло деся­ти­ле­тия лови­ли по одно­му и при­го­ва­ри­ва­ли к раз­лич­ным сро­кам. Неко­то­рые после фак­ти­че­ской лик­ви­да­ции Кур­ган­ской ОПГ смог­ли уйти к мед­вед­ков­ским, один­цов­ским и солнцевским.

Так закон­чи­ла своё суще­ство­ва­ние бан­да, кото­рая несколь­ко лет наво­ди­ла ужас на конкурентов.


Читай­те так­же «Мед­вед­ков­ская ОПГ: «млад­шая сест­ра» оре­хов­ских». 

Бои за Каховку: главное танковое сражение Гражданской войны

Танковый экипаж белых у своей машины. 1920 год

В нача­ле 1920 года каза­лось, что Граж­дан­ская вой­на в евро­пей­ской части Рос­сии завер­ше­на. Наи­бо­лее опас­ный про­тив­ник моло­дой Совет­ской рес­пуб­ли­ки — вой­ска гене­ра­ла Дени­ки­на — были наго­ло­ву раз­гром­ле­ны и сбро­ше­ны в Чёр­ное море под Ново­рос­сий­ском, сам Дени­кин на англий­ском кораб­ле отра­вил­ся в эми­гра­цию. На восто­ке после окон­ча­тель­но­го пора­же­ния соб­ствен­ных войск был аре­сто­ван и рас­стре­лян Вер­хов­ный пра­ви­тель Рос­сии адми­рал Кол­чак. Летом 1920 года РККА пере­шла в мас­штаб­ное наступ­ле­ние на запа­де — про­тив «пан­ской Поль­ши», осво­бо­див от поля­ков всю Бело­рус­сию и Украину.

Совет­ская кари­ка­ту­ра, посвя­щён­ная финаль­но­му аккор­ду Граж­дан­ской войны

В Москве руко­вод­ство боль­ше­ви­ков все­рьёз обсуж­да­ло воз­мож­ность про­дол­жить «побе­до­нос­ный поход» и даль­ше — в Гер­ма­нию. Вновь заго­во­ри­ли о непо­сред­ствен­ной бли­зо­сти «миро­вой рево­лю­ции». Имен­но в это вре­мя на юге неожи­дан­но опять забрез­жи­ла опас­ность. Раз­би­тые и загнан­ные на Крым­ский полу­ост­ров дени­кин­цы не толь­ко спе­ши­ли сда­вать­ся, но и, к удив­ле­нию крас­но­го коман­до­ва­ния, сами пере­шли в наступление.


Зимой 1919–1920 годов в кри­ти­че­ском поло­же­нии раз­ва­ла Белой армии и пра­ви­тель­ства, Крым стал замет­ным исклю­че­ни­ем из обще­го пра­ви­ла. Коман­ду­ю­щий Крым­ским гар­ни­зо­ном гене­рал Яков Ива­но­вич Сла­щёв отбил все ата­ки крас­ных на Пере­коп и не допу­стил про­ры­ва РККА на полуостров.

Яков Сла­щёв-Крым­ский или Гене­рал Яша, как его лас­ко­во назы­ва­ли солдаты

Внут­ри само­го «ост­ро­ва Крым» (так позд­нее его назо­вёт писа­тель Васи­лий Аксё­нов, автор уто­пи­че­ско­го рома­на о госу­дар­стве белых, кото­рое в 1920 году смог­ло усто­ять и ста­ло на дол­гие годы мик­ро­ско­пи­че­ским анти­по­дом СССР) новый глав­но­ко­ман­ду­ю­щий барон Пётр Нико­ла­е­вич Вран­гель суро­вы­ми мера­ми вос­ста­но­вил армей­скую дис­ци­пли­ну, про­вёл пере­груп­пи­ров­ку войск, уста­но­вил проч­ные сно­ше­ния с Антан­той и боль­шин­ством анти­боль­ше­вист­ских пра­ви­тельств на окраинах.

Белые бой­цы в силу малой чис­лен­но­сти были обиль­но насы­ще­ны бро­не­тех­ни­кой и авиа­ци­ей — в основ­ном англий­ски­ми бро­не­ви­ка­ми, тан­ка­ми и аэро­пла­на­ми. Создан­ная Вран­ге­лем зано­во Рус­ская армия вес­ной 1920 года нахо­ди­лась в отлич­ном так­ти­че­ском состо­я­нии, одна­ко её стра­те­ги­че­ские пер­спек­ти­вы были весь­ма туман­ны. Оче­вид­но, что, завер­шив вой­ну с поля­ка­ми, крас­ные неиз­беж­но пере­на­пра­ви­ли бы свой натиск на Крым.

Если не уме­ни­ем, то чис­лом РККА мог­ла раз­да­вить вран­ге­лев­ские вой­ска, насчи­ты­вав­шие менее 100 тысяч человек.

Барон Пётр Нико­ла­е­вич Вран­гель инспек­ти­ру­ет авиа­ци­он­ный отряд Рус­ской армии. 1920 год

Воен­ной помо­щи Антан­ты к 1920 году, когда неко­то­рые евро­пей­ские стра­ны уже завя­за­ли с Моск­вой тор­го­вые отно­ше­ния, ждать не при­хо­ди­лось. Как и гаран­ти­ро­ван­ной дипло­ма­ти­че­ской защи­ты. От спо­кой­ной посте­пен­ной эва­ку­а­ции войск в Евро­пу Вран­гель тоже отка­зал­ся, не желая при­зна­вать пора­же­ния анти­боль­ше­вист­ских сил.

В сло­жив­шей­ся ситу­а­ции един­ствен­ным прак­тич­ным выхо­дом было соб­ствен­ное наступ­ле­ние, кото­рое в обста­нов­ке непро­сто­го для крас­ных лета 1920 года мог­ло спро­во­ци­ро­вать новые вос­ста­ния про­тив боль­ше­ви­ков и под­стег­нуть Поль­шу к более актив­ным действиям.

Наступ­ле­ние Рус­ской армии в Север­ном Причерноморье

В сере­дине лета 1920 года дис­ци­пли­ни­ро­ван­ные и мобиль­ные кор­пу­са белых войск неожи­дан­но для бло­ки­ро­вав­шей полу­ост­ров 13‑й Крас­ной армии вырва­лись из Кры­ма, нане­ся крас­ным частям тяжё­лое пора­же­ние. После целой серии про­иг­ран­ных столк­но­ве­ний, бое­вые соеди­не­ния крас­ных фак­ти­че­ски пере­ста­ла существовать.

Вран­ге­лев­цы раз­вер­ну­ли широ­ко­мас­штаб­ное наступ­ле­ние на север — в направ­ле­нии на Киев, стре­мясь соеди­нить­ся с поля­ка­ми, и на севе­ро-восток — на Дон, где каза­ки гото­вы были вновь вос­стать про­тив боль­ше­ви­ков. Совер­шен­но неожи­дан­ное для крас­но­го коман­до­ва­ния наступ­ле­ние белых заста­ви­ло снять часть войск с Запад­но­го фрон­та и напра­вить их на юг.

В авгу­сте 1920 года не под­дер­жан­ные дру­ги­ми соеди­не­ни­я­ми, крас­ные кор­пу­са Туха­чев­ско­го потер­пе­ли сокру­ши­тель­ное пора­же­ние на под­сту­пах к Вар­ша­ве. После это­го запад­ный фронт боль­ше­ви­ков стре­ми­тель­но пока­тил­ся назад, совет­ско-поль­ская вой­на была проиграна.

Поль­ский аги­та­ци­он­ный плакат

Одно­вре­мен­но с этим Рус­ская армия Вран­ге­ля быст­ро рва­лась на севе­ро-восток. Бро­шен­ная про­тив неё сбор­ная кон­ная груп­па крас­но­го коман­ди­ра Жло­бы была окру­же­на и раз­би­та наго­ло­ву. Вран­ге­лев­цы вышли в рай­он Донец­ко­го уголь­но­го бассейна.

Таким обра­зом, в авгу­сте 1920 года воз­ник­ла реаль­ная пер­спек­ти­ва вос­ста­нов­ле­ния сплош­но­го анти­боль­ше­вист­ско­го фрон­та на запа­де и юге России.

Крас­но­му коман­до­ва­нию при­шлось сми­рить­ся с пора­же­ни­ем в Поль­ше и теперь сосре­до­то­чить всё вни­ма­ние на борь­бе с Рус­ской арми­ей в Север­ном При­чер­но­мо­рье. Был создан новый — Южный фронт РККА, во гла­ве с хоро­шо заре­ко­мен­до­вав­шим себя крас­ным коман­ди­ром Фрун­зе. На юг были в сроч­ном поряд­ке пере­на­прав­ле­ны элит­ные фор­ми­ро­ва­ния РККА — Пер­вая и Вто­рая кон­ные армии, диви­зия латыш­ских стрел­ков, под­хо­ди­ли дру­гие подкрепления.

Ещё до при­бы­тия основ­ных войск ново­го фрон­та Фрун­зе пред­при­нял рис­ко­ван­ный манёвр, обе­щав­ший, впро­чем, в слу­чае успе­ха, серьёз­но изме­нить так­ти­че­скую ситу­а­цию на вран­ге­лев­ском фрон­те. Латыш­ские стрел­ки пере­шли Днепр к севе­ру от Пере­ко­па, в рай­оне местеч­ка Кахов­ка, создав неболь­шой плац­дарм на южном бере­гу реки. Заняв его, крас­ные при­ня­лись за систе­му эше­ло­ни­ро­ван­ной обо­ро­ны: нача­ли рыть око­пы, воз­во­дить пуле­мёт­ные точ­ки, уста­нав­ли­вать колю­чую про­во­ло­ку, — что рез­ко кон­тра­сти­ро­ва­ло с при­выч­ны­ми реа­ли­я­ми Граж­дан­ской вой­ны и боль­ше напо­ми­на­ло «окоп­ные бои» Пер­вой мировой.

Руко­во­дил созда­ни­ем мощ­но­го укре­прай­о­на быв­ший цар­ский спе­ци­а­лист, при­об­рет­ший сла­ву впо­след­ствии в годы Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны — Дмит­рий Михай­ло­вич Кар­бы­шев. Он, как и коман­до­ва­ние Южно­го фрон­та, пони­мал, что пре­крас­ный так­тик Вран­гель сра­зу заме­тит исхо­дя­щую от плац­дар­ма угро­зу и ата­ку­ет её самы­ми мощ­ны­ми сила­ми — тан­ка­ми и авиа­ци­ей. Укреп­лён­ный за неде­лю кахов­ский плац­дарм созда­вал явную угро­зу все­му даль­ней­ше­му про­дви­же­нию Рус­ской армии. Рывок из-под Кахов­ки мог при­ве­сти крас­ных непо­сред­ствен­но к Пере­ко­пу, отре­зав вран­ге­лев­цев от Кры­ма и поста­вив их в поло­же­ние окружённых.

Извест­ный воен­ный инже­нер Дмит­рий Карбышев

Имен­но поэто­му в нача­ле осе­ни Вран­гель пре­кра­тил дви­же­ние на севе­ро-восток. Рай­он Кахов­ки теперь стал местом, где реша­лась судь­ба Южно­го фрон­та и послед­не­го бело­го плац­дар­ма в евро­пей­ской России.

Интен­сив­ные бои меж­ду белы­ми, обсту­пив­ши­ми плац­дарм на левом бере­гу Дне­пра, и крас­ны­ми, стре­мив­ши­ми­ся его удер­жать и уси­лить, про­дол­жа­лись весь сен­тябрь. За это вре­мя была созда­на мощ­ная обо­ро­ни­тель­ная систе­ма из трёх линий око­пов, колю­чей про­во­ло­ки, пуле­мёт­ных точек, про­ти­во­тан­ко­вых углуб­ле­ний. Око­пы зани­ма­ли части Латыш­ской стрел­ко­вой диви­зии и элит­ной 51‑й стрел­ко­вой диви­зии Блю­хе­ра, не раз встре­чав­ши­е­ся в бою с бро­не­тех­ни­кой и не испы­ты­вав­шие перед ней пани­че­ско­го стра­ха, в отли­чие от обык­но­вен­ных крас­но­ар­мей­цев — моби­ли­зо­ван­ных вче­раш­них крестьян.

Захват вран­гель­ских тан­ков Крас­ной армии под Кахов­кой. Худож­ник Иван Вла­ди­ми­ров. 1927 год

Под Кахов­ку из Моск­вы был направ­лен с цар­ских скла­дов резерв ТАОН — тяжё­лой артил­ле­рии осо­бо­го назна­че­ния, пред­на­зна­чен­ной для обстре­ла кре­по­стей, навес­но­го и даже зенит­но­го огня. Сюда же под­хо­ди­ли отря­ды пушеч­ных бро­не­ви­ков, стя­ги­ва­лись крас­ные эскадрильи.

Со сто­ро­ны белых сюда было стя­ну­то боль­шин­ство англий­ских тан­ков MK‑V, рус­ских, англий­ских и фран­цуз­ских бро­не­ви­ков, пере­бро­ше­на авиа­ция, отбор­ная кава­ле­рия и зака­лён­ная в боях Кор­ни­лов­ская удар­ная дивизия.

Кор­ни­ло­вец на фраг­мен­те кар­ти­ны «Цар­ские пого­ны». Худож­ник Павел Рыжен­ко. 2007 год

Пред­сто­яв­шее сра­же­ние было исклю­чи­тель­ным для Граж­дан­ской вой­ны в Рос­сии не по мас­шта­бам (живой силы с обе­их сто­рон задей­ство­ва­но срав­ни­тель­но немно­го), но по харак­те­ру и насы­щен­но­сти бое­вы­ми маши­на­ми. Левый берег Дне­пра в рай­оне Кахов­ки на несколь­ко меся­цев стал напо­ми­нать поля кро­ва­вых битв Пер­вой миро­вой вой­ны под Вер­де­ном и Соммой.

В сере­дине октяб­ря 1920 года нача­лась раз­ра­бо­тан­ная Вран­ге­лем Пра­во­бе­реж­ная опе­ра­ция. Её целью было лик­ви­ди­ро­вать Кахов­ский плац­дарм, отбро­сить крас­ных на пра­вый берег Дне­пра, пере­пра­вить­ся туда «на их пле­чах» и, создав глу­бо­кий про­рыв фрон­та, дви­нуть­ся на север к Кие­ву. Мощ­ный укре­прай­он под Кахов­кой к тому момен­ту полу­чил зна­чи­тель­ное уси­ле­ние дипло­ма­ти­че­ским путём: на пере­го­во­рах с поля­ка­ми боль­ше­вист­ская деле­га­ция смог­ла заклю­чить уве­рен­ное пере­ми­рие. Опас­ность вой­ны на два фрон­та была сня­та. Теперь боль­шие мас­сы крас­ных войск с Запад­но­го фрон­та мог­ли быть отправ­ле­ны на юг.

Несмот­ря на это, пла­ни­ро­вав­ше­е­ся белы­ми наступ­ле­ние всё ещё пред­став­ля­ло серьёз­ную угро­зу. Вран­гель уже под нача­лом Дени­ки­на про­де­мон­стри­ро­вал своё искус­ство так­ти­ка, име­ю­ще­го стре­ми­тель­но реа­ги­ро­вать на ситу­а­цию, раз­во­ра­чи­вать и пере­бра­сы­вать вой­ска на раз­ные участ­ки фрон­та, манев­ри­ро­вать огра­ни­чен­ны­ми кон­тин­ген­та­ми и доби­вать­ся неиз­мен­но­го успе­ха. Это поз­во­ли­ло ему летом 1920 года раз­гро­мить в манёв­рен­ных столк­но­ве­ни­ях несколь­ко боль­ших групп крас­ных войск, пере­бра­сы­вав­ших­ся с запа­да и из центра.

При­том барон ста­биль­но пре­бы­вал в мень­шин­стве. В целом, столк­нув­ши­е­ся под Кахов­кой про­тив­ни­ки сто­и­ли друг дру­га. Обе сто­ро­ны рас­по­ла­га­ли зна­чи­тель­ным пар­ком бое­вых машин, зна­ли, что имен­но они сыг­ра­ют реша­ю­щую роль в бою, обе были пред­став­ле­ны элит­ны­ми пехот­ны­ми и кава­ле­рий­ских частя­ми и пол­ны реши­мо­сти сражаться.

14 октяб­ря вран­ге­лев­цы нача­ли наступ­ле­ние на Кахов­ский плац­дарм сра­зу в несколь­ких направ­ле­ни­ях. Тяжё­лые бои про­дол­жа­лись до 17 октяб­ря, одна­ко уже на вто­рой день сра­же­ния его исход стал оче­ви­ден. Тща­тель­но выстра­и­вав­ша­я­ся Кар­бы­ше­вым обо­ро­ни­тель­ная систе­ма плац­дар­ма дала свои плоды.

В ходе наступ­ле­ния белая пехо­та и кава­ле­рия прак­ти­че­ски сра­зу была подав­ле­на мощ­ным пуле­мёт­но-ружей­ны­ми оче­ре­дя­ми, залег­ла, стре­мясь избе­жать боль­ших потерь, и тем самым ото­рва­лась от тан­ков и бро­не­ма­шин. Желез­ные гиган­ты оста­лись на поле боя одни. Они дви­га­лись впе­рёд, поли­вая фронт пушеч­но-пуле­мёт­ным огнём, раз­ры­вая колю­чую про­во­ло­ку и пере­ка­ты­ва­ясь через око­пы. Обык­но­вен­но такой натиск повер­гал в смя­те­ние необ­стре­лян­ную крас­ную пехо­ту и кон­ни­цу, застав­лял её бежать из сво­их рас­по­ло­же­ний, неся огром­ные поте­ри от выстре­лов пре­сле­ду­ю­щих их по откры­то­му про­стран­ству машин.

Крас­ное коман­до­ва­ние учло уро­ки мно­го­чис­лен­ных пора­же­ний и быст­ро раз­ра­бо­та­ло так­ти­ку борь­бу про­тив тан­ков. Она осно­вы­ва­лась на двух при­ё­мах: мак­си­маль­ное огра­ни­че­ние тан­кам и бро­не­ви­кам про­стран­ства для манёв­ра и выдви­же­ние про­тив них опыт­ных, мораль­но устой­чи­вых пехот­ных частей, а так­же артил­ле­рии. Под Кахов­кой 14–16 октяб­ря эти поло­же­ния были с успе­хом реализованы.

Тан­ко­вый эки­паж белых у сво­ей маши­ны. 1920 год

Про­рвав­шись через первую линию обо­ро­ны, тан­ки и бро­не­ма­ши­ны ока­за­лись в узких дефи­ле меж­ду око­па­ми и спе­ци­аль­но выры­ты­ми гигант­ски­ми яма­ми, куда мно­гие из них тут же ска­ти­лись, и были таким обра­зом забро­са­ны гра­на­та­ми или захва­че­ны. Вран­ге­лев­ские маши­ны под­верг­лись мас­си­ро­ван­но­му огню тяжё­лой артил­ле­рии, кото­рая лег­ко про­би­ва­ла насквозь их бро­ню, защи­щав­шую толь­ко от ружей­но-пуле­мёт­но­го огня. Остав­ши­е­ся маши­ны были контр­ата­ко­ва­ны более манёв­рен­ны­ми крас­ны­ми пушеч­ны­ми броневиками.

Ито­гом ошиб­ки бело­го коман­до­ва­ния, допу­стив­ше­го раз­рыв меж­ду пехо­той и под­дер­жи­ва­ю­щи­ми её маши­на­ми, стал раз­гром основ­ной части вран­ге­лев­ской бро­не­тех­ни­ки. Из 12 отправ­лен­ных в ата­ку тяжё­лых англий­ских тан­ков 10 были уни­что­же­ны или захва­че­ны, тро­фе­я­ми крас­ных ста­ли так­же семь бро­не­ви­ков. Бое­вая прак­ти­ка пока­за­ла, что тан­ки того вре­ме­ни ещё не были доста­точ­но защи­ще­ны, доста­точ­но воору­же­ны и глав­ное — доста­точ­но манёв­рен­ны, что­бы в оди­ноч­ку вести дол­гий бой про­тив раз­ных видов войск про­тив­ни­ка, пре­одо­ле­вать эше­ло­ни­ро­ван­ную оборону.

Бле­стя­щий успех вран­ге­лев­цев летом 1920 года был достиг­нут за счёт ком­би­ни­ро­ван­но­го при­ме­не­ния и бро­не­тех­ни­ки, и сопро­вож­дав­ших её элит­ной пехо­ты и кава­ле­рии. Под Кахов­кой же это пра­ви­ло манев­рен­ной вой­ны было нару­ше­но: тяжё­лая бро­не­тех­ни­ка оста­лась на поле боя одна и в этой ситу­а­ции про­де­мон­стри­ро­ва­ла ещё очень высо­кую уязвимость.

Пора­же­ние Кахов­ско­го наступ­ле­ния пред­опре­де­ли­ло судь­бу не толь­ко вран­ге­лев­ско­го наступ­ле­ния в Север­ном При­чер­но­мо­рье, но и всей Рус­ской армии. Опра­вив­шись от нажи­ма 14–17 октяб­ря, крас­ные вско­ре пере­шли из-под Кахов­ки в наступ­ле­ние, отре­зая основ­ные части белых войск от Кры­ма. Зако­но­мер­но, коман­ду­ю­щий Рус­ской арми­ей немед­лен­но свер­нул наступ­ле­ние в Донец­ком бас­сейне и лихо­ра­доч­но бро­сил­ся со сво­и­ми вой­ска­ми к Пере­ко­пу. Здесь в тяже­лей­шем столк­но­ве­нии с Пер­вой кон­ной арми­ей Буден­но­го офи­цер­ские части суме­ли про­бить кори­дор сво­им това­ри­щам в Крым.

Рус­ская армия отсту­пи­ла на полу­ост­ров в поряд­ке и сохра­нив костяк. Одна­ко теперь Вран­ге­лю не оста­ва­лось ниче­го ино­го, как доби­вать­ся дипло­ма­ти­че­ской защи­ты евро­пей­ских дер­жав, ста­рать­ся удер­жать крас­ных на Пере­ко­пе. С пора­же­ни­ем в самом меха­ни­зи­ро­ван­ном сра­же­нии Граж­дан­ской вой­ны — Кахов­ских боях, белые на юге утра­ти­ли послед­ние побед­ные пер­спек­ти­вы. Дело бли­зи­лось к эва­ку­а­ции остат­ков рус­ской армии.

Ухо­ди­ли мы из Крыма
Сре­ди дыма и огня;
Я с кор­мы всё вре­мя мимо
В сво­е­го стре­лял коня.

А он плыл, изнемогая,
За высо­кою кормой,
Всё не веря, всё не зная,
Что про­ща­ет­ся со мной.

Сколь­ко раз одной могилы
Ожи­да­ли мы в бою!
Конь всё плыл, теряя силы,
Веря в пре­дан­ность мою.

Мой ден­щик стре­лял не мимо
Покрас­не­ла чуть вода…
Ухо­дя­щий берег Крыма
Я запом­нил навсегда[simple_tooltip content=‘Стихотворение Нико­лая Туро­ве­ро­ва о тра­гич­ном эпи­зо­де фина­ла Граж­дан­ской войны’]*[/simple_tooltip].


Читай­те так­же наш мате­ри­ал «Жизнь „быв­ших“. Повсе­днев­ность жен­щин из при­ви­ле­ги­ро­ван­ных сло­ёв после 1917 года». 

Недавно установленное место Судбищенской битвы XVI века под Орлом пройдёт мемориализацию

В апре­ле 2021 года участ­ни­ки клу­ба под­вод­но­го пла­ва­ния «Диво», а вслед за ними спе­ци­а­ли­сты Инсти­ту­та архео­ло­гии РАН неда­ле­ко от села Суд­би­щи в Орлов­ской обла­сти обна­ру­жи­ли и иссле­до­ва­ли точ­ное место Суд­би­щен­ской бит­вы 1555 года. Это сра­же­ние меж­ду рус­ским вой­ском и арми­ей крым­ско-татар­ско­го хана Девле­та Гирея счи­та­ет­ся одной из самых извест­ных битв эпо­хи Ива­на Гроз­но­го, оно было частью дол­го­го рус­ско-крым­ско­го воен­но­го про­ти­во­сто­я­ния в Диком поле (степ­ной зоне меж­ду Рос­си­ей и Крым­ским хан­ством) в XVI–XVIII веках. По ито­гу сра­же­ния крым­ско-татар­ские вой­ска потер­пе­ли пора­же­ние и отступили.

Бла­го­да­ря иссле­до­ва­нию места сра­же­ния уда­лось най­ти более 1,5 тысяч арте­фак­тов бит­вы, сре­ди кото­рых — более 800 нако­неч­ни­ков стрел раз­ных типов, более 100 свин­цо­вых пуль и кар­те­чин, сереб­ря­ные моне­ты вре­мён Ива­на Гроз­но­го, пла­сти­ны от доспе­хов, кус­ки кольчуг.

19 июня губер­на­тор Орлов­ской обла­сти Андрей Клыч­ков под­пи­сал рас­по­ря­же­ние о созда­нии орг­ко­ми­те­та по уве­ко­ве­чи­ва­нию памя­ти о Суд­би­щен­ской бит­ве. Само­му селу Суд­би­щи будет при­сво­е­но почёт­ное зва­ние Орлов­ской обла­сти «Насе­лён­ный пункт воин­ской доб­ле­сти». Подроб­но­сти о буду­щей мемо­ри­а­ли­за­ции места сра­же­ния пока неизвестны.

По мате­ри­а­лам ТАСС.

10 шедевров Виктора Васнецова

Кар­ти­ны Вик­то­ра Михай­ло­ви­ча Вас­не­цо­ва всем нам извест­ны с дет­ства. Они часто встре­ча­ют­ся сре­ди иллю­стра­ций народ­ных ска­зок и былин и, каза­лось бы, кро­ме ска­зоч­но­го в них нет боль­ше ника­ко­го смыс­ла. Одна­ко это совсем не так. Изоб­ра­же­ни­ем хоро­шо извест­ных ска­зоч­ных и былин­ных сюже­тов худож­ник смог ска­зать зна­чи­тель­но боль­ше, чем может пока­зать­ся на пер­вый взгляд.

Авто­порт­рет. 1873 год

Краткий обзор жизни и творчества

Вик­тор Михай­ло­вич Вас­не­цов родил­ся в 1848 году в деревне Лопьял Вят­ской губер­нии. О сво­ём дет­стве поз­же худож­ник вспоминал:

«Я жил в селе сре­ди мужи­ков и баб, и любил их не „народ­ни­че­ски“, а попро­сту, как сво­их дру­зей и при­я­те­лей, слу­шал их пес­ни и сказ­ки, заслу­ши­вал­ся, сидя на поси­дел­ках при све­те и трес­ке лучины».

Несколь­ко поко­ле­ний его пред­ков, вклю­чая отца, были свя­щен­ни­ка­ми, такую же судь­бу роди­те­ли гото­ви­ли и для Вик­то­ра. Он посту­пил сна­ча­ла в духов­ное учи­ли­ще, потом в семи­на­рию, но поняв, что не хочет ста­но­вить­ся свя­щен­ни­ком, в 1867 году ухо­дит из семи­на­рии, не доучив­шись одно­го года. Роди­те­ли такой посту­пок вос­при­ня­ли с пониманием.

В 1868 году Вас­не­цов посту­па­ет в Ака­де­мию худо­жеств в Петер­бур­ге, где позна­ко­мил­ся с Ива­ном Крам­ским и Ильёй Репи­ным. С Репи­ным они оста­лись дру­зья­ми на дол­гие годы.

С 1869 года Вас­не­цов про­во­дит выстав­ки сво­их работ, участ­ву­ет в выстав­ках пере­движ­ни­ков. Ран­ние полот­на худож­ни­ка про­ник­ну­ты сочув­стви­ем к обез­до­лен­ным людям и пока­зы­ва­ют их неза­вид­ное поло­же­ние. Сре­ди них мож­но назвать такие кар­ти­ны, как «Нищие пев­цы» (1873), «В чай­ной» (1874), «Книж­ная лавоч­ка» (1876), «С квар­ти­ры на квар­ти­ру» (1876).

В 1876 году Вас­не­цов уез­жа­ет во Фран­цию, где про­во­дит пол­то­ра года. Вер­нув­шись в Рос­сию, он посе­ля­ет­ся в Москве и начи­на­ет рабо­тать в новых для себя жан­рах — исто­ри­че­ском и фольк­лор­ном. Пере­ход к новым жан­рам про­ис­хо­дил без вся­ко­го тру­да, о чём сам худож­ник говорил:

«Про­ти­во­по­ло­же­ния жан­ра и исто­рии в душе моей нико­гда не было, а ста­ло быть, и пере­ло­ма или какой-либо пере­ход­ной борь­бы во мне не про­ис­хо­ди­ло… Я все­гда был убеж­дён, что в жан­ро­вых и исто­ри­че­ских кар­ти­нах… в сказ­ке, песне, былине, дра­ме ска­зы­ва­ет­ся весь целый облик наро­да, внут­рен­ний и внеш­ний, с про­шлым и насто­я­щим, а может быть и буду­щим… Плох тот народ, кото­рый не пом­нит, не ценит и не любит сво­ей истории».

В 1880‑е годы Вас­не­цов зна­ко­мит­ся с Сав­вой Мамон­то­вым, извест­ным пред­при­ни­ма­те­лем и кол­лек­ци­о­не­ром, кото­рый сра­зу стал поклон­ни­ком твор­че­ства худож­ни­ка. Ряд кар­тин, в том чис­ле «Три царев­ны под­зем­но­го цар­ства», зака­жет худож­ни­ку имен­но Мамон­тов. Поз­же про­изо­шло зна­ком­ство и с Пав­лом Тре­тья­ко­вым, осно­ва­те­лем зна­ме­ни­той гале­реи. Впо­след­ствии Тре­тья­ков купит для сво­ей гале­реи мно­же­ство кар­тин Васнецова.

В 1893 году Вас­не­цов стал дей­стви­тель­ным чле­ном Ака­де­мии худо­жеств, а в 1912‑м — удо­сто­ен дво­рян­ско­го звания.

Начи­ная с 1880‑х годов Вас­не­цо­ва боль­ше не инте­ре­со­ва­ли акту­аль­ные про­бле­мы, соци­аль­ная и поли­ти­че­ская жизнь стра­ны. Он стал сви­де­те­лем роста рево­лю­ци­он­но­го дви­же­ния, Пер­вой рус­ской рево­лю­ции, Пер­вой миро­вой вой­ны, Фев­раль­ской и Октябрь­ской рево­лю­ций, а так­же после­до­вав­шей за ними Граж­дан­ской вой­ны. И все эти годы худож­ник про­дол­жал рабо­тать над кар­ти­на­ми на темы исто­рии, рус­ских народ­ных ска­зок и былин. Ино­гда писал и порт­ре­ты, одна­ко нико­гда не счи­тал их глав­ны­ми в сво­ём творчестве.

Октябрь­скую рево­лю­цию худож­ник вос­при­нял спо­кой­но и жалел лишь о том, что мно­гие его зна­ко­мые, дру­зья и род­ствен­ни­ки вынуж­де­ны были уехать в эми­гра­цию. Сам он про­дол­жал жить в Москве вплоть до смер­ти, кото­рая после­до­ва­ла в 1926 году.
Теперь перей­дём к обзо­ру деся­ти наи­бо­лее извест­ных кар­тин художника.


Три царевны подземного царства (1881)

Кар­ти­на была напи­са­на в 1881 году по зака­зу пред­при­ни­ма­те­ля Сав­вы Мамон­то­ва и пред­на­зна­ча­лась для каби­не­та прав­ле­ния Донец­кой желез­ной доро­ги. В осно­ве сюже­та рус­ская народ­ная сказ­ка о трёх царев­нах «Под­зем­ные цар­ства». Одна­ко худож­ник изме­нил сюжет и доба­вил тре­тью царев­ну, кото­рая сим­во­ли­зи­ру­ет уголь­ную про­мыш­лен­ность Дон­бас­са. Две дру­гие царев­ны — сим­во­лы мед­ной и золо­той отрасли.

Суще­ству­ют две вер­сии этой кар­ти­ны. На пер­вой изоб­ра­же­ны лишь три царев­ны, у уголь­ной царев­ны руки сомкну­ты. На вто­рой вер­сии, пред­став­лен­ной выше, добав­ле­ны кла­ня­ю­щи­е­ся им люди, а руки уголь­ной царев­ны уже лежат вдоль тела, что при­да­ёт её фигу­ре допол­ни­тель­ную величавость.

В насто­я­щее вре­мя пер­вая вер­сия кар­ти­ны хра­нит­ся в Тре­тья­ков­ской гале­рее в Москве, вто­рая — в Киев­ской кар­тин­ной галерее.


Сирин и Алконост (1896)

В осно­ве сюже­та кар­ти­ны древ­нее сла­вян­ское пове­рье о двух пти­цах Сирине и Алко­но­сте. Чёр­ная Сирин — вест­ник пло­хих ново­стей, печа­ли и жиз­нен­ных труд­но­стей. Белая Алко­ност — сим­вол радо­сти, уда­чи и насла­жде­ния. Вме­сте они сим­во­ли­зи­ру­ют хоро­шие и пло­хие собы­тия в жиз­ни людей.

Обе пти­цы-девы одно­вре­мен­но похо­жи и непо­хо­жи. У них сход­ные чер­ты лица, но при этом одна излу­ча­ет радость, вто­рая — грусть. Сим­во­лич­но так­же то, что обе они сидят на раз­ных вет­вях одно­го дере­ва. Дере­во здесь может быть сим­во­лом чело­ве­че­ской жиз­ни, а две вет­ви — радост­ной и груст­ной её сторонами.

Кар­ти­на была созда­на в 1896 году и в насто­я­щее вре­мя хра­нит­ся в Тре­тья­ков­ской гале­рее. Раз­мер ори­ги­на­ла — 133×250 см.


Богатыри (1898)

Одна из самых извест­ных кар­тин Вас­не­цо­ва. Она завер­ше­на в 1898 году, в общей слож­но­сти рабо­та над ней заня­ла у худож­ни­ка око­ло 17 лет.

Полот­но напи­са­но по моти­вам древ­не­рус­ских былин и изоб­ра­жа­ет самых извест­ных былин­ных бога­ты­рей: Доб­ры­ню Ники­ти­ча, Илью Муром­ца и Алё­шу Попо­ви­ча. Появ­ле­ние идеи «Бога­ты­рей» сам Вас­не­цов опи­сы­вал так:

«Как это ни кажет­ся, может быть, на пер­вый взгляд уди­ви­тель­ным, но натолк­ну­ли меня при­нять­ся за „Бога­ты­рей“ мощ­ные абрам­цев­ские дубы, рос­шие в пар­ке. Бро­дил я, осо­бен­но по утрам, по пар­ку, любо­вал­ся кря­жи­сты­ми вели­ка­на­ми… А уже как дубы пре­вра­ти­лись в „Бога­ты­рей“, объ­яс­нить не могу, долж­но быть, приснилось!».

И далее эта идея вопло­ти­лась в картину:

«Сло­ва Чистя­ко­ва о былине напом­ни­ли об одной ста­рой мыс­лиш­ке, он её каран­да­ши­ком, а может быть, и углём зари­со­вал сра­зу по воз­вра­ще­нии из Рябо­ва: лох­ма­тые могу­чие кони, могу­чая тро­и­ца богатырей.

Так и вста­ло перед гла­за­ми: взго­рья, про­стор, бога­ты­ри. Див­ный сон детства.
Нари­со­вал в еди­но­ча­сье, под­нёс Васе в пода­рок, а тот погля­дел и ска­зал стро­го, по-чистя­ков­ски, это в нём было, чистя­ков­ское — за всё искус­ство ответ дер­жать и о каж­дом рисун­ке заботиться».

Натур­щи­ком для обра­за Ильи Муром­ца стал кре­стья­нин Вла­ди­мир­ской губер­нии Иван Пет­ров. Натур­щик для Доб­ры­ни Ники­ти­ча точ­но не изве­стен, суще­ству­ет даже вер­сия, что чер­та­ми лица Доб­ры­ня напо­ми­на­ет само­го худож­ни­ка. Алё­ша Попо­вич очень похож на сына Сав­вы Мамон­то­ва Андрея, о чём сви­де­тель­ство­вал его брат Всеволод:

«Пом­ню, как мы зави­до­ва­ли мое­му бра­ту Андрею, на кото­ро­го похо­дил лицом Алё­ша Попо­вич в этой картине».


После побоища Игоря Святославича с половцами (1880)

Кар­ти­на напи­са­на по моти­вам «Сло­ва о пол­ку Иго­ре­ве». На ней мы видим, что после жар­ко­го и ярост­но­го сра­же­ния погиб­шие рус­ские вои­ны лежат на поле впе­ре­меж­ку с полов­ца­ми, а над ними уже кру­жат хищ­ные пти­цы в пред­вку­ше­нии сво­е­го бога­то­го ужина.

С одной сто­ро­ны, кар­ти­на гово­рит нам о том, что перед смер­тью все рав­ны, и судь­ба остан­ков погиб­ших вои­нов как с рус­ской, так и с поло­вец­кой сто­ро­ны будет оди­на­ко­ва. С дру­гой же сто­ро­ны, рез­ким кон­тра­стом изоб­ра­жён­ной здесь смер­ти явля­ет­ся про­дол­жа­ю­щая жить несмот­ря ни на что при­ро­да. Прой­дут века, пав­шие в этой бит­ве вои­ны обе­их сто­рон канут в Лету, а при­ро­да всё так же будет цве­сти и жить, как и мно­го сто­ле­тий назад.


Царевна Несмеяна (1926)

Эту кар­ти­ну худож­ник писал на про­тя­же­нии 10 лет — с 1916 по 1926 год. Создан­ная, как и мно­гие дру­гие кар­ти­ны Вас­не­цо­ва, по моти­вам рус­ской народ­ной сказ­ки, она так­же име­ет допол­ни­тель­ные смыслы.

Как извест­но по сказ­ке, царь объ­явил боль­шую награ­ду для того, кто смо­жет раз­ве­се­лить его дочь. В погоне за этой награ­дой целая тол­па людей поёт, игра­ет, шутит, крив­ля­ет­ся, лебе­зит, но всё без тол­ку. Выра­же­ние лица и поза Несме­я­ны буд­то бы гово­рит: «Как же вы все меня достали!».

Царь на кар­тине не изоб­ра­жён, но высту­па­ет как бы неви­ди­мым её пер­со­на­жем, посколь­ку без его объ­яв­ле­ния о награ­де весь этот цирк был бы невоз­мо­жен. Оче­вид­но, что глав­ной его целью явля­ет­ся сло­мить дочь пси­хо­ло­ги­че­ски, заста­вить петь, пля­сать и весе­лить­ся, как и все вокруг. И забыть обо всех суще­ству­ю­щих в стране про­бле­мах. Смысл кар­ти­ны ста­нет ещё более кри­ча­щим, если учесть, что созда­ва­лась она в пери­од рево­лю­ции и граж­дан­ской вой­ны, когда нор­маль­ным людям было не до сме­ха. Все вокруг буд­то бы сошли с ума, и лишь царев­на про­дол­жа­ет сохра­нять ясный рас­су­док. Таким обра­зом, мораль­ная про­пасть меж­ду Несме­я­ной и все­ми осталь­ны­ми окру­жа­ю­щи­ми её людь­ми огромна.


Встреча Олега с кудесником (1899)

Эта кар­ти­на была напи­са­на Вас­не­цо­вым в 1899 году, когда он иллю­стри­ро­вал про­из­ве­де­ния Пуш­ки­на, в част­но­сти «Песнь о вещем Оле­ге». Ста­рец на кар­тине сто­ит на краю леса и рас­ска­зы­ва­ет про­ро­че­ства кня­зю Оле­гу. Суть про­ро­че­ства в том, что князь при­мет смерть от сво­е­го коня. Олег в заме­ша­тель­стве, но, тем не менее, сло­ва кудес­ни­ка под сомне­ние не ста­вит. Рядо­вые вои­ны так­же слу­ша­ют кудес­ни­ка с боль­шим интересом.

В 2010 году дан­ная кар­ти­на полу­чи­ла неожи­дан­ное про­дол­же­ние. Идео­лог неоязы­че­ства (род­но­ве­рия) и сто­рон­ник про­на­цист­ских взгля­дов Алек­сей Доб­ро­воль­ский, извест­ный так­же как «Доб­ро­слав», раз­ме­стил репро­дук­цию кар­ти­ны на облож­ке сво­ей кни­ги. Кни­га была при­зна­на экс­тре­мист­ской, а вме­сте с ней экс­тре­мист­ской была назва­на… и облож­ка с кар­ти­ной Вас­не­цо­ва. Более того, «экс­пер­ты» Ленин­ско­го рай­он­но­го суда горо­да Киро­ва даже отдель­но «про­шлись» по обложке:

«При­зна­ки мани­пу­ля­тив­но­го пси­хо­ло­ги­че­ско­го воз­дей­ствия обна­ру­же­ны в бро­шю­ре „Волх­вы“, исполь­зо­ва­ны вер­баль­ные (сло­вес­ные, рече­вые) и невер­баль­ные (нере­че­вые) сред­ства. К невер­баль­ным мани­пу­ля­тив­ным воз­дей­стви­ям отно­сит­ся оформ­ле­ние облож­ки „Волх­вы“, на кото­рой изоб­ра­жён ста­рец, ука­зы­ва­ю­щий отря­ду вои­нов направ­ле­ние дей­ствия. Ста­рец одет в про­стую одеж­ду: длин­ную руба­ху, лап­ти, он толь­ко вышел из леса. В опи­са­нии стар­ца чита­ет­ся образ языч­ни­ка. Ука­зу­ю­щий жест руки стар­ца в отно­ше­нии вои­нов сви­де­тель­ству­ет о его пове­ле­ва­нии, обла­да­нии опре­де­лён­ной вла­стью над ними. Исхо­дя из поло­же­ния о том, что облож­ка кни­ги выра­жа­ет её клю­че­вую идею, мож­но сде­лать вывод о стрем­ле­нии авто­ра к пове­ле­ва­нию, вла­сти над дру­ги­ми людь­ми, направ­лен­но­сти на борьбу».

Конеч­но, когда этим «экс­пер­там» донес­ли, отку­да взя­та облож­ка, они вынуж­де­ны были взять свои сло­ва обрат­но. Одна­ко сам факт того, что клас­си­че­ская кар­ти­на, раз­ме­щён­ная во мно­гих школь­ных учеб­ни­ках по исто­рии и лите­ра­ту­ре, была при­зна­на «экс­тре­мист­ской», уже гово­рит о многом.


Призвание варягов (1909)

Кар­ти­на была напи­са­на для изда­ния И. Н. Кне­бе­ля «Рус­ская исто­рия в кар­ти­нах». На ней изоб­ра­же­но опи­сан­ное в «Пове­сти вре­мен­ных лет» при­зва­ние в 862 году на Русь варяж­ских пра­ви­те­лей Рюри­ка, Сине­уса и Тру­во­ра, кото­рое ста­ло судь­бо­нос­ным в исто­рии России.

Хотя сам факт при­зва­ния варя­гов и ста­вил­ся под сомне­ние неко­то­ры­ми исто­ри­ка­ми, имен­но от это­го собы­тия тра­ди­ци­он­но отсчи­ты­ва­ет­ся нача­ло рос­сий­ской госу­дар­ствен­но­сти и нача­ло прав­ле­ния дина­стии Рюриковичей.

На кар­тине мы видим при­быв­ших Рюри­ка, Сине­уса и Тру­во­ра и встре­ча­ю­щих их сла­вян­ских кня­зей и их при­бли­жён­ных. Седой чело­век с длин­ной боро­дой, при­вет­ству­ю­щий при­быв­ших жестом руки, види­мо, и явля­ет­ся ини­ци­а­то­ром при­гла­ше­ния. На зем­ле лежат меха, рога и посу­да, явля­ю­щи­е­ся даром для варя­гов. Цен­траль­ное место на кар­тине уде­ле­но фигу­ре Рюри­ка — его взгляд направ­лен не на при­вет­ству­ю­щих его сла­вян­ских вождей, а поверх их голов. Оче­вид­но, что он рас­смат­ри­ва­ет окрест­ные хол­мы, поля, леса и сёла, кото­рые ему и пред­сто­ит при­нять в правление.


Царь Иван Грозный (1897)

На полотне Иван Гроз­ный пока­зан про­гу­ли­ва­ю­щим­ся по двор­цо­вым пала­там в рас­ши­той золо­том цар­ской одеж­де, его окру­жа­ет рос­кошь и богат­ство. Одна­ко выра­же­ние лица царя явно не гово­рит о сча­стье и удо­вле­тво­рён­но­сти. Обыч­но подоб­ное выра­же­ние лица мож­но встре­тить у людей, недо­воль­ных сво­им поло­же­ни­ем или же у тех, кто посто­ян­но ожи­да­ет пло­хих ново­стей. А как мы зна­ем, в прав­ле­ние Ива­на Гроз­но­го в пло­хих ново­стях недо­стат­ка не было.

Цвет дорож­ки, на кото­рой сто­ит царь — крас­ный, сим­во­ли­зи­ру­ю­щий кровь. На ней изоб­ра­жён герб госу­дар­ства, на кото­рый царь вот-вот насту­пит, поправ тем самым любую законность.


Иван-Царевич на сером волке (1889)

Кар­ти­на «Иван-Царе­вич на сером вол­ке» напи­са­на по моти­вам извест­ной рус­ской народ­ной сказ­ки в 1889 году, в пери­од рабо­ты худож­ни­ка в Кие­ве и вско­ре после завер­ше­ния появи­лась на пере­движ­ной выставке.

Кар­ти­на изоб­ра­жа­ет Ива­на-Царе­ви­ча с Еле­ной Пре­крас­ной, мча­щих­ся на вол­ке в густом лесу. Для созда­ния обра­за Еле­ны Пре­крас­ной худож­ник исполь­зо­вал напи­сан­ные им ранее порт­ре­ты Ната­льи и Татья­ны Мамон­то­вых. Инте­рес­но, что сёст­ры Мамон­то­вы были род­ствен­ни­ца­ми Веры Мамон­то­вой, доче­ри Сав­вы Мамон­то­ва, став­шей моде­лью для извест­ной кар­ти­ны Вален­ти­на Серо­ва «Девоч­ка с персиками».

В насто­я­щее вре­мя кар­ти­на «Иван-Царе­вич на сером вол­ке» хра­нит­ся в Тре­тья­ков­ской гале­рее, её раз­мер — 249 × 187 см.


Витязь на распутье (1882)

Над кар­ти­ной «Витязь на рас­пу­тье» худож­ник рабо­тал око­ло 10 лет — с 1872-го по 1882 год. Дан­ное полот­но так же, как и мно­гие дру­гие кар­ти­ны Вас­не­цо­ва, напи­са­но по моти­вам народ­ных ска­зок и изоб­ра­жа­ет витя­зя, кото­рый не может опре­де­лить­ся с выбором.

Мно­гие срав­ни­ва­ли витя­зя с самим худож­ни­ком, кото­рый так­же часто не мог опре­де­лить­ся с выбо­ром в сво­ей жизни.

Кар­ти­на име­ет мрач­ный коло­рит. И воин, и его конь скло­ни­ли голо­вы в раз­ду­мьях, рядом с кам­нем вид­ны чело­ве­че­ские остан­ки. Види­мо, это тоже были витя­зи, кото­рые реши­ли испы­тать судь­бу, но пали в нерав­ной борь­бе с неве­до­мой силой. Вда­ли лета­ет кор­шун, подыс­ки­вая себе новую добы­чу, на перед­нем плане воро­ны, погля­ды­ва­ю­щие на витя­зя и его коня как на потен­ци­аль­ную пищу. Саму над­пись с про­ро­че­ством на камне раз­гля­деть труд­но, но по сказ­ке она гласит:

«Как пря­му ехати — живу не быва­ти — нет пути ни про­хо­же­му, ни про­ез­же­му, ни про­лёт­но­му. Напра­ву ехати — жена­ту быти. Нале­ву ехати — бога­ту быти».

Дилем­ма, как видим, непро­стая. К тому же воз­мож­но, что витя­зю нуж­но ехать имен­но пря­мо. А тот, кто сде­лал над­пись на камне, это­го очень не хотел. Как дума­е­те, куда всё же поедет витязь? Сказ­ка гово­рит, что поехал он всё же пря­мо, имен­но туда, куда над­пись на камне ехать настой­чи­во не сове­то­ва­ла. В жиз­ни часто быва­ет, что вер­ным выбо­ром ока­зы­ва­ет­ся в ито­ге самый неоче­вид­ный вари­ант. А тот, кто дей­ству­ет вопре­ки чему-то, посту­па­ет так, как сам счи­та­ет нуж­ным, а не так, как ему сове­ту­ют, дости­га­ет в ито­ге боль­ше­го. И лишь по исте­че­нии како­го-то вре­ме­ни мож­но будет ска­зать: да, тот выбор был верен!


Читай­те так­же «10 шедев­ров Нико­лая Ге». 

«Нельзя победить народ». Интервью с режиссёром-документалистом Вячеславом Серкезом

Еже­год­но 22 июня в годов­щи­ну нача­ла Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны в Рос­сии, Укра­ине и Бело­рус­сии отме­ча­ет­ся День памя­ти и скор­би. На зда­ни­ях госу­дар­ствен­ных учре­жде­ний при­спус­ка­ют­ся госу­дар­ствен­ные фла­ги, на кораб­лях ВМФ — Андре­ев­ские фла­ги, на жилых зда­ни­ях выве­ши­ва­ют­ся фла­ги с тра­ур­ны­ми лен­та­ми, отме­ня­ют­ся раз­вле­ка­тель­ные меро­при­я­тия и передачи.

24 июня 2021 года выхо­дит фильм «Мар­шал Побе­ды Гово­ров». VATNIKSTAN побе­се­до­вал с режис­сё­ром филь­ма Вяче­сла­вом Серкезом.


— Вяче­слав Иоси­фо­вич, я хотел начать с вашей био­гра­фии. Рас­ска­жи­те, пожа­луй­ста, о вашем дет­стве, о роди­те­лях, о вашем твор­че­ском пути.

— Я родил­ся в горо­де Жда­но­ве, сей­час это город Мари­у­поль в Донец­кой обла­сти. Папа у меня свар­щик был, обра­зо­ва­ние уни­вер­си­тет­ское. Он у меня со Львов­ской обла­сти, отту­да у меня вся род­ня, меня там кре­сти­ли. Я по отцу гали­ча­нин чисто­кров­ный. Мама у меня с Донец­кой обла­сти, роди­лась в Крас­ном Лимане. Она была перед самой пен­си­ей дирек­то­ром отде­ла игру­шек в мага­зине «1000 мелочей».

Режис­сёр Вяче­слав Серкез

Я из про­стой семьи, нас чет­ве­ро детей. Вырос­ли в Донец­кой обла­сти, закон­чил спор­тив­ный класс. Я был чем­пи­о­ном Донец­кой обла­сти по гре­ко-рим­ской борь­бе, несколь­ко тур­ни­ров все­со­юз­ных выиг­рал, при­зё­ром был. Когда я сло­мал себе спи­ну, спорт для меня закон­чил­ся, и я уехал в Харьков.

В поли­тех­ни­че­ском инсти­ту­те нача­лась моя твор­че­ская дея­тель­ность. Я орга­ни­зо­вал теат­раль­ную сту­дию «Фонарь», кото­рая впо­след­ствии ста­ла очень извест­ной, мы высту­па­ли на раз­лич­ных сту­ден­че­ских фести­ва­лях по все­му СССР. После раз­ва­ла мы нача­ли зани­мать­ся КВН, игра­ли у Мас­ля­ко­ва в пер­вой лиге несколь­ко лет. На харь­ков­ской теле­ком­па­нии «При­ват TV» был испол­ни­тель­ным про­дю­се­ром очень попу­ляр­ной укра­ин­ской пере­да­чи «Вит­ра­жи».

Вяче­слав Сер­кез (по цен­тру) и коман­да теле­жур­на­ла «Калам­бур»

В 2008 году закон­чил ВКСР, мастер­ская Сури­ко­ва и Фоки­на. Закан­чи­вал как игро­вой режис­сёр. К сожа­ле­нию, игро­вых кар­тин у меня немно­го, несколь­ко корот­ко­мет­ра­жек. Доку­мен­таль­ных вышло два­дцать две, есть ещё два доку­мен­таль­ных сери­а­ла для кана­ла НТВ — «Алтарь Побе­ды» и «Осво­бо­ди­те­ли» с Сер­ге­ем Маховиковым.

— А сохра­ни­лись ли съём­ки ваших выступ­ле­ний на КВН? Вы нахо­ди­ли их в интернете?

— Да, пер­вая лига КВН Воро­неж­ская. Я ино­гда смот­рел, кто-то выкла­ды­вал фрагментики.Примерно в одно вре­мя с нами игра­ли коман­ды Кри­во­го Рога, «Махач­ка­лин­ские бро­дя­ги», «Новые армяне», сочин­ская коман­да, это ещё до Галу­стя­на кото­рая была коман­да. «Ураль­ские пель­ме­ни», кото­рые тогда ещё так не назы­ва­лись, игра­ли на год рань­ше нас.

КВН, конеч­но, пере­стал быть тако­вым, какой он был тогда. Сей­час он мне не нра­вит­ся. Рань­ше это была сту­ден­че­ская игра почти на обще­ствен­ных нача­лах, а теперь это шоу-бизнес.

— Если воз­вра­щать­ся к про­фес­си­о­наль­ной дея­тель­но­сти, то поче­му доку­мен­таль­ное кино, а не художественное?

— В одно вре­мя доку­мен­таль­ное кино ста­ло воз­мож­но­стью зара­ба­ты­вать день­ги. Я очень увле­кал­ся темой ВОВ, в част­но­сти темой нацист­ских конц­ла­ге­рей. И прий­ти к про­дю­се­ру, ска­зав: «Зна­е­те, у меня есть идея сце­на­рия о том, как офи­це­ры бегут из два­дца­то­го бло­ка в конц­ла­ге­ре Маут­ха­у­зен» — совер­шен­но бес­по­лез­ная идея. Мне никто не даст ни 300, ни 200 мил­ли­о­нов. Поэто­му я начал про такие вещи делать доку­мен­таль­ные картины.

В рам­ках про­ек­та «Алтарь Побе­ды» мы запи­са­ли с 2007 года по 2010 год око­ло 400 интер­вью с вете­ра­на­ми. Там были уни­каль­ные люди: чело­век, пле­нив­ший Пау­лю­са, чело­век, кото­рый был при экс­гу­ма­ции тру­па Гит­ле­ра, чело­век, кото­рый на тан­ке в чис­ле пер­вых въе­хал в Пра­гу, чело­век, кото­рый был в груп­пе Куз­не­цо­ва на Запад­ной Укра­ине, был камер­ди­нер Ста­ли­на. Когда у меня эти исто­рии ско­пи­лись, мы выпу­сти­ли сери­ал. Туда не вошло даже тре­ти. Я понял, что о войне надо рас­ска­зать уста­ми её участников.

Вяче­слав Сер­кез с Алек­се­ем Нико­ле­ви­чем Вороновым

Сей­час, мне кажет­ся, про вой­ну и про её нача­ло гово­рят очень мно­го лжи. Я насчи­тал более трид­ца­ти вете­ра­нов, кото­рые в 1941 году сто­я­ли на гра­ни­це от Одес­сы до Мур­ман­ска. Они рас­ска­за­ли, что не то что­бы само­лё­ты гото­ви­лись, как рас­ска­зы­ва­ет Суво­ров. У нас, гово­ри­ли они, даже пуго­виц не было на ките­лях, у нас не было поле­вых кухонь, «мы ни к чему не были готовы».

Когда бесе­ду­ешь с вете­ра­на­ми, то замет­но, что где-то люди оши­ба­ют­ся, при­ви­ра­ют, быва­ет. Но когда ты их запи­сы­ва­ешь мно­го, то начи­на­ют эти семеч­ки прав­ды появ­лять­ся: очень мно­гое в их рас­ска­зах повто­ря­ет­ся. Гово­рят, что все, кто воз­вра­щал­ся из немец­ких конц­ла­ге­рей, попа­да­ли в конц­ла­ге­ря Ста­ли­на. Ложь! Из более полу­то­ра сотен узни­ков, вер­нув­ших­ся на Роди­ну, толь­ко двое были репрес­си­ро­ва­ны, были отправ­ле­ны на посе­ле­ние и пони­же­ны в правах.

Зна­ме­ни­тая исто­рия, когда один из совет­ских пере­вод­чи­ков пытал­ся посчи­тать этно­сы сре­ди воен­но­плен­ных после Кур­ской дуги, он насчи­тал почти 19 язы­ков. Это почти вся Евро­па! Я не гово­рю, что надо сжи­гать чуче­ла поля­ков, румын или нем­цев, нет. Важ­но пом­нить, что мы мир­ные люди. Но, как пелось у боль­ше­ви­ков, «наш бро­не­по­езд сто­ит на запас­ном пути».

Сей­час очень мно­го лжи. Я, навер­ное, поэто­му и захо­тел зани­мать­ся доку­мен­таль­ным кино, что­бы рас­ска­зы­вать о судь­бах кон­крет­ных людей. У меня нет филь­мов о мас­штаб­ных исто­ри­ях. Даже фильм «20 блок. Охо­та на зай­цев» — это лич­ная история.

Сей­час фон­ды появи­лись, кото­рые берут денеж­ки от госу­дар­ства, начи­на­ют рас­ска­зы­вать про побег из Собибо­ра, напри­мер, фильм сня­ли худо­же­ствен­ный. Я был в это вре­мя в Изра­и­ле, когда он вышел, общал­ся со спе­ци­а­ли­ста­ми по холо­ко­сту. Один спе­ци­а­лист из Яд ва-Шема тогда ска­зал: «Боже мой, в филь­ме о Печер­ском нет само­го глав­но­го, нет Печер­ско­го». «Спис­ка Шиндле­ра» не получилось.

— Что самое слож­ное в рабо­те документалиста?

— В нашей стране самая глав­ная про­бле­ма — баналь­но най­ти финан­си­ро­ва­ние. Рын­ка доку­мен­таль­но­го кино у нас нет. Кана­лы доку­мен­таль­ные филь­мы поку­па­ют неохот­но, слож­но попасть. Напри­мер, боль­шие кана­лы, не буду их назы­вать, берут и поку­па­ют у ВВС, Animal Planet и National Geographic пять тысяч кар­тин деся­ти­лет­ней дав­но­сти по 500 дол­ла­ров за штуку.

Доку­мен­та­ли­сты вынуж­де­ны идти про­сить у госу­дар­ства, у Мин­куль­та. Или искать част­ных инве­сто­ров. Я смот­рю, как дела­ют кар­ти­ны наши запад­ные дру­зья. Мы отста­ём очень силь­но. В духов­ном плане, в идее мы можем сопер­ни­чать с ними. В тех­ни­че­ском плане — нет. Бюд­жет доку­мен­таль­ной кар­ти­ны в 1 000 000 дол­ла­ров — для них абсо­лют­но нор­маль­ное явле­ние. У нас бюд­жет кар­ти­ны в 20 000 дол­ла­ров — уже счастье.

Мы сни­ма­ли «20‑й блок. Охо­та на зай­цев» в Австрии, Поль­ше, на Укра­ине и в Рос­сии, и у нас бюд­жет всей кар­ти­ны был мень­ше 1000000 руб­лей. А это несколь­ко коман­ди­ро­вок за границу.

Вопрос о зара­бот­ке даже не идёт.

«20‑й блок. Охо­та на зайцев»

Наша при­тир­ка к капи­та­лиз­му идёт уже очень дав­но. Госу­дар­ство посто­ян­но даёт день­ги одним и тем же людям. Не факт, что эти чинов­ни­ки пло­хие, но они явно не раз­би­ра­ют­ся в теме. И мы видим чере­ду из филь­мов «Девя­та­ев», «Собибор», «Зоя», «Бабуш­ка лёг­ко­го пове­де­ния» туда же.

Илья Най­шул­лер пре­крас­но пока­зал, что даже без ВГИ­Ков­ско­го обра­зо­ва­ния мож­но поехать в США и снять при­быль­ный фильм со звёз­да­ми пер­вой вели­чи­ны. Ни один из наших име­ни­тых режис­сё­ров, рабо­тав­ших в Гол­ли­ву­де, такую рабо­ту не снял: ни име­ни­тый Кон­ча­лов­ский, ни Бек­мам­бе­тов, ни Бод­ров-стар­ший таких успе­хов на рын­ке не имели.

Нуж­но ста­рать­ся делать доку­мен­таль­ное кино инте­рес­ным, что­бы не про­сто детей в воен­ную фор­му на 9 мая наря­жать, а дей­стви­тель­но в голо­вы им какую-то инфор­ма­цию о Родине закла­ды­вать. Идёт школь­ник, медаль­ки на него наце­пи­ли, а вы спро­си­те у него когда была Кур­ская бит­ва, кто такой Алек­сандр Мат­ро­сов, в каком году взят Кёнигсберг. Не отве­тит, зато на них наде­ли доро­гую фор­му, потра­ти­ли мил­ли­ар­ды рублей.

Заста­вить посмот­реть моло­дых людей трид­ца­ти­ми­нут­ный фильм об ужа­сах конц­ла­ге­рей — это про­сто тра­ге­дия. Я пом­ню, мы в Харь­ко­ве в инсти­ту­те, когда я толь­ко сде­лал свой пер­вый боль­шой фильм «Укра­ден­ное дет­ство», он сей­час самый попу­ляр­ный на моём кана­ле, захо­те­ли устро­ить показ. Это было до 2014 года ещё.

Один из узни­ков, Игорь Фёдо­ро­вич Малиц­кий, он потом в «20‑м бло­ке» у меня сни­мал­ся, про­фес­сор в этом уни­вер­си­те­те быв­ший, попро­сил устро­ить про­смотр со сту­ден­та­ми. Рек­тор взмо­лил­ся: «Они не выдер­жат столь­ко смот­реть, вы что», но отка­зать не смог. Реши­ли поста­вить стар­ше­курс­ни­ков на охра­ну на две­ри, что­бы никто не вышел. Там почти две тыся­чи чело­век поме­сти­лось, при­шли остав­ши­е­ся в живых вете­ра­ны из Харь­ко­ва. За всё вре­мя сеан­са вышли толь­ко два чело­ве­ка. И то они вер­ну­лись, в туа­лет ходили.

Вяче­слав Сер­кез с Иго­рем Фёдо­ро­ви­чем Малицким

Мы зря недо­оце­ни­ва­ем моло­дёжь. Мы про­сто непра­виль­но им рас­ска­зы­ва­ем. В этом филь­ме у меня нет нази­да­тель­но­сти. Я спе­ци­аль­но почти отка­зал­ся от хро­ни­каль­ных кад­ров. Я взял опе­ра­то­ра Колю Орло­ва, и мы поеха­ли сни­мать в Освен­ци­ме, в Маут­ха­у­зене, в Дахау, в Тере­зине, в Нацвей­ле­ре, в Бухен­валь­де, в Равен­сбрю­ке, в Зак­сен­ха­у­зене, в Дора-Мит­тель­бау, где в горе нахо­дил­ся конц­ла­герь, где раке­ты ФАУ дела­ли. Очень часто у нас не было раз­ре­ше­ния, при­хо­ди­лось выкру­чи­вать­ся. Но мы сня­ли все эти места. И вот когда ста­ри­ки у меня в филь­ме рас­ска­зы­ва­ют про что-то, то мы пока­зы­ва­ем не хро­ни­ку, а мы пока­зы­ва­ем сами зда­ния, где это происходило.

Мир изме­нил­ся, мы долж­ны менять под­хо­ды к пода­че инфор­ма­ции. Рань­ше были кино­те­ат­ры, ты при­шёл, но боль­ше нигде это­го не уви­дишь. Сей­час у тебя в теле­фоне и кино­те­атр, и кино­сту­дия, и библиотека.

Но обя­за­ны мы и обе­ре­гать детей от лиш­ней инфор­ма­ции. Я утром сижу, зав­тра­каю, смот­рим какой-то совет­ский фильм. Пошла рекла­ма, девуш­ка том­ным голо­сом рас­ска­зы­ва­ет о том, что если у вас в интим­ном месте сухо, то там надо сма­зать и всё будет хоро­шо. Я чуть не поперх­нул­ся. Герои тоже поме­ня­лись, если рань­ше герой — это под­жа­рый и муску­ли­стый муж­чи­на был, спортс­мен или рабо­чий с моло­том с пла­ка­та, то сей­час это нечто усред­нён­ное меж­ду девоч­кой и маль­чи­ком, с серёж­кой ещё в носу.

— А если гово­рить о ваших кино­ге­ро­ях, то кто чаще все­го у вас в филь­мах выво­дит­ся на перед­ний план?

— Для меня самый глав­ный герой — про­стой чело­век, кото­рый попал в нече­ло­ве­че­ские усло­вия. Все­гда, когда я сни­мал про конц­ла­ге­ря, я пред­став­лял, а вот как бы я посту­пил на их месте. Когда сто измож­дён­ных людей постро­и­ли и сей­час будут каж­до­го пято­го рас­стре­ли­вать. У меня был чело­век, кото­рый ока­зал­ся чет­вёр­тым во вре­мя тако­го расстрела.

Бесе­до­вал я с узни­ком Маут­ха­у­зе­на. Там каж­дое утро началь­ник лаге­ря Цирайс раз­вле­кал­ся: выхо­дил, выби­рал одну пятёр­ку и рас­стре­ли­вал её. Сам, вруч­ную. Один из этой пятёр­ки был Про­коп Иван Иоси­фо­вич, он уже к сожа­ле­нию покой­ный, умер в 2010 году, он из Дне­про­пет­ров­ска. Его рас­стре­ли­ва­ли, но смер­тель­но не попа­ли. Его нашли у кре­ма­то­рия на горе тру­пов, дне­про­пет­ров­ские ребя­та-евреи выхо­ди­ли, отпо­и­ли, спря­та­ли в под­ва­ле, а потом под дру­гой фами­ли­ей пере­пра­ви­ли, и он дожил до осво­бож­де­ния лаге­ря. Я на него смот­рел и думал, как бы мы пове­ли себя.

Есть маль­чик 19 лет, маль­чи­ка уже нет в живых, это Герой совет­ско­го сою­за Нев­пря­га, кото­рый пере­плыл холод­ный Днестр при тем­пе­ра­ту­ре пять гра­ду­сов теп­ла. Пере­плыл с катуш­кой, но нем­цы пере­би­ли ему про­вод. Он зашёл в окоп, убил шесте­рых нем­цев, соеди­нил­ся с их про­во­дом и пере­дал сооб­ще­ние на нашу тер­ри­то­рию. Убил двух офи­це­ров и четы­рёх сол­дат, при­кла­дом забил.

— Рас­ска­жи­те о вашем филь­ме «20‑й блок». Ваш глав­ный герой, Игорь Фёдо­ро­вич, одет в одеж­ду узни­ка конц­ла­ге­ря. Рас­ска­жи­те, это такая тра­ди­ция при общем сбо­ре на день памя­ти наде­вать робу заклю­чён­но­го, некая фор­ма кол­лек­тив­но­го пере­жи­ва­ния трав­ма­ти­че­ско­го опы­та, или это было сде­ла­но лишь для фильма?

— Эту фор­му поши­ли ещё в 1980‑е годы. Харь­ков­ская орга­ни­за­ция узни­ков конц­ла­ге­рей и пре­зи­дент Эмиль Гри­го­рье­вич Аль­пе­рин, узник Бухен­валь­да, с 1960‑х годов езди­ли в Евро­пу и обра­ти­ли вни­ма­ние, что мно­гие сохра­ни­ли свои насто­я­щие поло­са­тые робы и имен­но на дни памя­ти они соби­ра­лись в сво­их лагер­ных одеж­дах с нашивками.

Наши, когда доби­ра­лись до сво­ей тер­ри­то­рии, сжи­га­ли робы, часто пере­оде­ва­лись в воен­ную фор­му. В 1980‑е годы поши­ли копию, но номе­ра насто­я­щие. У Иго­ря Фёдо­ро­ви­ча ещё и на руке есть, пото­му что он в Освен­ци­ме полу­чал номер.

Для филь­ма мы его при­вез­ли в Маут­ха­у­зен. Он впер­вые после вой­ны был на месте сво­е­го заклю­че­ния. Его впе­чат­ле­ния были силь­ней­ши­ми: он не выхо­дил из маши­ны, пла­кал, мы вынуж­де­ны были оста­но­вить­ся, ото­шли, жда­ли, пока при­дёт в себя. Ему было 18–19 лет, когда он ока­зал­ся в конц­ла­ге­ре, был несколь­ко дней на страш­ных рабо­тах на «лест­ни­це смерти».

Его отту­да спас Алек­сандр Мои­се­е­вич Иоси­ле­вич, герой наше­го дру­го­го филь­ма «Док­тор Саша», врач-харь­ков­ча­нин из лаза­ре­та. Через кон­то­ру его отпра­ви­ли из коман­ды смерт­ни­ков в дру­гой лагерь с менее тяжё­лым содержанием.

«Док­тор Саша»

Сей­час в Австрии была эта встре­ча онлайн. Они выве­си­ли по всей Вене ко дню осво­бож­де­ния Маут­ха­у­зе­на фото­гра­фии остав­ших­ся в живых узни­ков. На одной из них есть Игорь Фёдо­ро­вич. В таких же робах сто­ят поля­ки, испа­нец, по-мое­му, тоже. Поля­ки сохра­ни­ли свои насто­я­щие робы.

Один поляк, я с ним общал­ся, он ушёл недав­но, 96 лет было, вот у него была насто­я­щая роба, кото­рую он сохра­нил. Он про­шёл Освен­цим и Маут­ха­у­зен, и каж­дый год, в дни памя­ти, при­ез­жал и наде­вал одеж­ду заклю­чён­но­го. Как вете­ран наде­ва­ет свои орде­на, это их заслу­ги, так и быв­шие узни­ки чтят память.

Ещё их почти всех воро­тит от овча­рок. Им пло­хо от их вида, страш­но, руки холо­де­ют. В лаге­рях на охране исполь­зо­ва­лись овчар­ки. Ещё нем­цы часто раз­вле­ка­лись так: спус­ка­ли овча­рок, что­бы раз­ры­вать узни­ков осла­бев­ших, сбе­жав­ших. Поэто­му у меня одна жен­щи­на в филь­ме гово­рит, что «я даже при­кос­нуть­ся боюсь, даже к щенку».

— А вы для филь­мов обща­лись с немец­ки­ми военнопленными?

— Да, общал­ся. С немец­ки­ми воен­но­слу­жа­щи­ми, кото­рые были и не были в пле­ну. Я общал­ся с теми, кто вое­вал под Ленин­гра­дом, с фин­на­ми общал­ся, кото­рые Пет­ро­за­водск бра­ли, с ита­льян­цем общал­ся, кото­рый попал в плен под Ста­лин­гра­дом, общал­ся с дву­мя румын­ски­ми офи­це­ра­ми, кото­рые Одес­су брали.

Было ещё несколь­ко немец­ких офи­це­ров, мы с ними бра­ли интер­вью, кото­рые при­над­ле­жат не мне, а НТВ, кото­рые вое­ва­ли про­тив нас. Был лёт­чик, два тан­ки­ста, коман­дир сапёр­но­го взво­да. Хочу ска­зать, что ника­кой нена­ви­сти к нам, ника­ко­го неува­же­ния я не уви­дел. Рас­ска­зы­ва­ли о стра­хах вой­ны, об ужа­сах. Они про­шли грязь.

— Рас­ска­жи­те, а у вас есть коман­да исто­ри­ков, с кото­ры­ми вы чаще все­го рабо­та­е­те, когда дела­е­те филь­мы по кон­крет­ным событиям?

— Коман­ды нет, но спи­сок спе­ци­а­ли­стов в раз­ных обла­стях, к кото­рым я обра­ща­юсь, есть. Напри­мер, по Маут­ха­у­зе­ну мы обща­лись с Миро­сла­вом Хопёр­ским, он ушёл в 2019 году. У него такие уни­каль­ные вещи собра­ны! Я посмот­рел доку­мен­таль­ный фильм от теле­ка­на­ла «Звез­да»… Там столь­ко ляпов. Тако­го не было! Он об этом гово­рил. Я когда фильм сни­мал, с ним гово­рил: «Я хочу рас­ска­зать о Марии Лант­га­лер, кото­рая спас­ла наших офи­це­ров, бежав­ших из конц­ла­ге­ря». Он ска­зал: «Не тро­гай­те эту тему, там не так всё про­сто». Но что, он так и не сказал.

В каж­дой теме есть мно­го спор­ных момен­тов. Когда я по Кры­му сни­мал, про пар­ти­зан, я рабо­тал с Евге­ни­ем Бори­со­ви­чем Мель­ни­чу­ком. Он 1931 года рож­де­ния. Он луч­ший, даже мож­но ска­зать глав­ный, спе­ци­а­лист по пар­ти­зан­ско­му дви­же­нию в Кры­му. Он с 1950‑х годов, когда после учи­ли­ща попал слу­жить в Крым, а он вете­ран воен­ной раз­вед­ки, был зна­ком со все­ми выжив­ши­ми пар­ти­за­на­ми, со все­ми доку­мен­та­ми. У него уни­каль­ные мате­ри­а­лы собра­ны, он может рас­ска­зать, какой отряд где вое­вал, какие были пре­да­те­ли. У него пол­ный архив на дому. У него есть уче­ни­ки: Алек­сандр Мурав­ский, есть зна­ме­ни­тый исто­рик Андрей Маль­гин, есть Олег Романь­ко, один из луч­ших исто­ри­ков в Крыму.

Когда мы сни­ма­ли фильм про мар­ша­ла Гово­ро­ва, мы обра­ти­лись к его вну­кам. Они сами быв­шие офи­це­ры, умней­шие люди. Они нам всю инфор­ма­цию предо­ста­ви­ли. Всё, что каса­ет­ся боёв на линии Ман­нер­гей­ма, на Карель­ском пере­шей­ке, нам помог Баир Ирин­че­ев. Он нас повёл туда, пока­зы­вал что где есть. У нас в филь­ме это есть. Он пря­мо ходя­чая энцик­ло­пе­дия по это­му вопросу.

Меня удив­ля­ет заиг­ры­ва­ние в филь­мах. Перед кем мы заиг­ры­ва­ем? Из 135 охран­ни­ков Собибо­ра толь­ко 30 было нем­ца­ми, осталь­ные были с Укра­и­ны. Я сам укра­и­нец, так пока­жи­те, как было на самом деле. Нет, нака­нуне Дня Побе­ды побе­жим все сни­мать воен­ные филь­мы. Попу­ляр­ны ста­ли конц­ла­ге­ря? Давай­те ещё Девя­та­е­ва сде­ла­ем. Ну не может При­луч­ный попасть в роль узни­ка, он упи­тан­ный такой.

Про Зою Кос­мо­де­мьян­скую ещё кино сде­ла­ли. Зачем? Её подвиг непо­ня­тен совре­мен­но­му поко­ле­нию. Почи­тай­те её днев­ни­ки, она Ста­ли­на люби­ла, она за Роди­ну гото­ва была всё сде­лать. И без булоч­ки с трамваем.

Вяче­слав Сер­кез в Заксенхаузене

Эти люди были фана­тич­но пре­да­ны Родине. Поэто­му мне узни­ки конц­ла­ге­рей рас­ска­зы­ва­ли, что нем­цы им в лицо гово­ри­ли: «Вы фана­ти­ки». Мож­но побе­дить Ста­ли­на, мож­но побе­дить Гит­ле­ра. Но нель­зя побе­дить народ. Сколь­ко бы Гит­лер ни уни­что­жил евре­ев, он не побе­дил. Он сде­лал так, что теперь есть одно из мощ­ней­ших и раз­ви­тых госу­дарств мира — Изра­иль. С мощ­ной арми­ей, с мощ­ной эко­но­ми­кой, с одним из самых высо­ких уров­ней жиз­ни. Евреи разо­зли­лись, объ­еди­ни­лись, теперь попро­буй к ним полезь.

— Какие доку­мен­таль­ные и худо­же­ствен­ные филь­мы вы мог­ли бы посо­ве­то­вать нашим чита­те­лям, инте­ре­су­ю­щим­ся исто­ри­ей Рос­сии и Вели­кой Оте­че­ствен­ной войны.

— В первую оче­редь, «Обык­но­вен­ный фашизм» Ром­ма — нет ниче­го силь­нее и страш­нее. «Летят журав­ли» обя­за­тель­но, «Про­ти­во­сто­я­ние» с Баси­ла­шви­ли. Недав­но поля­ки сня­ли хоро­ший фильм про окку­па­цию «Колос­ки» — это очень креп­кая работа.

— А где мож­но посмот­реть ваши фильмы?

— На моём ютуб-кана­ле. На «Звез­де» выхо­дят про­ек­ты, на НТВ, в Кры­му по цен­траль­но­му теле­ви­де­нию мно­го­крат­но пока­зы­ва­ли фильм «Витя­зи».

— Когда вый­дет ваша новая киноработа?

— 24 июня на теле­ка­на­ле «Звез­да» пока­жут фильм «Гово­ров», про чело­ве­ка, кото­рый про­шёл путь от кре­стьян­ско­го сына до мар­ша­ла победы.

— Уве­рен, нашим чита­те­лям будет инте­рес­но. Спасибо!


Читай­те так­же интер­вью с воен­ным исто­ри­ком Вла­ди­ми­ром Кик­над­зе «Вой­на не закон­че­на, пока не рас­сле­до­ва­ны все пре­ступ­ле­ния про­тив мир­но­го населения».

В Третьяковке открылась выставка картин на сюжеты из российской истории

Военный совет в Филях в 1812 году. Художник Алексей Кившенко. 1882 год
Воен­ный совет в Филях в 1812 году. Худож­ник Алек­сей Кив­шен­ко. 1882 год

Тре­тья­ков­ская гале­рея откры­ла выстав­ку «Исто­рия Рос­сии гла­за­ми худож­ни­ков. К 800-летию со дня рож­де­ния Алек­сандра Нев­ско­го». Она посвя­ще­на исто­ри­че­ской живо­пи­си кон­ца XVIII — нача­ла XX века и пока­зы­ва­ет экс­по­на­ты из 40 рос­сий­ских музей­ных и част­ных собра­ний из раз­ных реги­о­нов страны.

Раз­брос исто­ри­че­ских сюже­тов, кото­рые в доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии при­вле­ка­ли вни­ма­ние худож­ни­ков и кото­рые демон­стри­ру­ют­ся на выстав­ке, боль­шой — от кре­ще­ния Руси до Пер­вой миро­вой вой­ны. В свя­зи с юби­ле­ем Алек­сандра Нев­ско­го пер­вый зал рас­ска­зы­ва­ет о его фигу­ре и пока­зы­ва­ет зна­ме­ни­тый три­птих Пав­ла Кори­на, ред­кие икон­ные и живо­пис­ные обра­зы Алек­сандра Нев­ско­го, сред­не­ве­ко­вые арте­фак­ты его эпо­хи. Дру­гие при­ме­ча­тель­ные раз­де­лы выстав­ки посвя­ще­ны обра­зу Ива­на Гроз­но­го, Смут­но­му вре­ме­ни, рус­ско­му бояр­ству XVII века, воен­ной исто­рии Рос­сий­ской империи.

Сре­ди авто­ров работ — Васи­лий Сури­ков, Вик­тор Вас­не­цов, Илья Репин, Васи­лий Вере­ща­гин, Клав­дий Лебе­дев, Кон­стан­тин Маков­ский, Васи­лий Перов и дру­гие извест­ные худож­ни­ки. Выстав­ка рабо­та­ет с 13 июня по 8 авгу­ста 2021 года.

Подроб­но­сти о собы­тии читай­те на офи­ци­аль­ном сай­те Тре­тья­ков­ской гале­реи.

Юрий Никулин: жизнь и любовь глазами клоуна. Часть II

Юрий Вла­ди­ми­ро­вич Нику­лин, втайне от род­ных, в тес­ном товар­ном вагоне ехал в Моск­ву и любо­вал­ся про­сто­ра­ми Поле­сья. Он был одним из тех, бла­го­да­ря кому про­дол­жа­лась жизнь на Зем­ле, и он думал о том, как будет про­дол­жать свою жизнь. Впе­ре­ди его жда­ла бла­го­дар­ная Москва, люби­мые матуш­ка и отец, девуш­ки из шко­лы и дру­зья, учё­ба и путь к Мечте… Начи­на­лась новая жизнь!

В пер­вой части цик­ла о Юрии Нику­лине речь шла о дет­стве и воен­ной служ­бе буду­ще­го актё­ра. Во вто­рой части ста­тьи мы рас­ска­жем вам о том, как сло­жи­лась вто­рая жизнь Юрия Нику­ли­на, вер­нув­ше­го­ся с Побе­дой. Вас ждёт про­дол­же­ние уди­ви­тель­ной исто­рии ста­нов­ле­ния одно­го из вели­ких арти­стов XX века, доб­ро­го и чест­но­го человека.


Послевоенное время и поиск профессии

«— Что, зна­ко­мые места? — Да, нет. На огни смот­рю. Отвык. Я неде­лю в деревне про­жил. И всё гля­дел, как окош­ки светятся.

— Да, даёт по мозгам».

«— Вы же стре­ля­ли в нем­цев, уби­ва­ли их. — Стре­лял. В нача­ле вой­ны из вин­тов­ки, раза два-три. И в этом году из пуле­мё­та один раз. А уби­вал? Навряд ли. Во-пер­вых, не один я стре­лял, а во-вто­рых, они дале­ко, а я пло­хо вижу»[simple_tooltip content=‘Из филь­ма «Два­дцать дней без войны»’]*[/simple_tooltip].

Нику­лин с одно­пол­ча­на­ми. Источ­ник: Мос­ков­ский цирк Юрия Никулина

Юрий Вла­ди­ми­ро­вич воз­вра­щал­ся домой с чув­ством рас­те­рян­но­сти и в сомне­ни­ях, но глав­ное, что он ощу­щал, несмот­ря на окру­жа­ю­щую дей­стви­тель­ность, была радость. Он остал­ся жив, его ждут дома род­ные, люби­мая девуш­ка и друзья.

«Всё обра­зу­ет­ся. Если пере­жил эту страш­ную вой­ну, то всё осталь­ное как-нибудь преодолею»[simple_tooltip content=‘Из вос­по­ми­на­ний Юрия Никулина’]*[/simple_tooltip].

Юрий вспом­нил, как осе­нью 1944 года в осво­бож­дён­ной Риге они с Ефи­мом Лей­бо­ви­чем нашли в под­ва­ле раз­ру­шен­но­го сна­ря­дом дома роман Ремар­ка «Обрат­ный путь» — о судь­бе сол­дат Пер­вой миро­вой вой­ны. Пара­док­саль­но, но кни­га, напи­сан­ная рука­ми тех, с кем сра­жал­ся Юрий, потряс­ла его и запа­ла ему в душу:

«Часть моей жиз­ни была отда­на делу раз­ру­ше­ния, отда­на нена­ви­сти, враж­де, убий­ству. Но я остал­ся жив. В одном этом уже зада­ча и путь. Я хочу совер­шен­ство­вать­ся и быть ко все­му гото­вым. Я хочу, что­бы руки мои тру­ди­лись и мысль не засы­па­ла. Мне мно­го­го не надо. Я хочу все­гда идти впе­рёд, даже если иной раз и яви­лось бы жела­ние оста­но­вить­ся. Надо мно­гое вос­ста­но­вить и испра­вить, надо, не жалея сил, рас­ко­пать то, что было засы­па­но в годы пушек и пуле­мё­тов. Не всем быть пио­не­ра­ми, нуж­ны и более сла­бые руки, нуж­ны и малые силы. Сре­ди них я буду искать своё место. Тогда мёрт­вые замол­чат, и про­шлое не пре­сле­до­вать меня, а помо­гать мне будет…»[simple_tooltip content=‘Из вос­по­ми­на­ний Юрия Никулина’]*[/simple_tooltip].

Юра с Ефи­мом при­ме­ри­ва­ли чув­ства геро­ев на себя. Безыс­ход­но­сти и опу­сто­шён­но­сти не было, но ребя­та пони­ма­ли, что пере­стра­и­вать­ся будет трудно.

«— Воло­дя, это Юра, Воло­дя… — услы­шал я, как мама радост­но и взвол­но­ван­но зва­ла отца к теле­фо­ну. А отец вдруг, как буд­то я и не уез­жал на семь лет из дому, сказал:
— Как жал­ко, что поезд позд­но при­шёл. Сего­дня твои на „Дина­мо“ игра­ют со „Спар­та­ком“».

Юра почув­ство­вал в голо­се отца нот­ки сожа­ле­ния. Он собрал­ся идти на матч и, види­мо, огор­чил­ся, что при­дёт­ся изме­нить пла­ны и остать­ся дома. Тогда сын ска­зал, что­бы он ехал на ста­ди­он, а сам обе­щал при­е­хать на вто­рой тайм.

«Сижу с отцом и Шур­кой Ска­лы­гой (школь­ный друг Юрия) на Южной три­буне ста­ди­о­на „Дина­мо“, смот­рю на зелё­ное поле, по кото­ро­му бега­ют игро­ки, слы­шу кри­ки и свист болель­щи­ков и думаю: „Вот это и есть, навер­ное, насто­я­щее счастье“».

Хотя Юрий весе­ло и душев­но про­во­дил вре­мя с отцом, но на часы посмат­ри­вал — гре­ло пред­вку­ше­ние от ско­рой встре­чи с Ниной. И после неза­бы­ва­е­мо­го ужи­на с мамой и отцом, Нику­лин уже ждал Нину у Ело­хов­ско­го собора.

«Юрка, ты совсем стал взрос­лый», — ска­за­ла она. В тот же вечер он впер­вые её поце­ло­вал. Моло­дые ста­ли встре­чать­ся, гулять по Москве, ходить в теат­ры и в кино. Дядя Ганя даже помог с жильём, предо­ста­вив свою комнату.

И Юрий решил­ся — сде­лал Нине пред­ло­же­ние руки и сердца.

На сле­ду­ю­щий день, на буль­ва­ре, Нина дала ответ не нахо­див­ше­му себе места Юре, что любит его по-дру­же­ски, а через неде­лю выхо­дит замуж за лёт­чи­ка. Так, они оста­лись дру­зья­ми. Юра силь­но пере­жи­вал, всю ночь бро­дил по Москве.

«Ты, глав­ное, не гру­сти. Нашёл о ком гру­стить. Не сто­ит она тво­их слёз, Мух­тар. Ей Богу, не сто­ит. Ты луч­ше поешь, и тос­ка пройдёт»[simple_tooltip content=‘Из кино­филь­ма «Ко мне, Мухтар»’]*[/simple_tooltip].

Вско­ре Нику­лин уже гото­вил­ся ко поступ­ле­нию во ВГИК, на актёр­ский факуль­тет. Для выступ­ле­ния Юрий выбрал бас­ню Кры­ло­ва «Кот и повар», а из сти­хо­тво­ре­ний — пуш­кин­ско­го «Гуса­ра». Выучил Юрий и отры­вок из «Дво­рян­ско­го гнез­да» Тур­ге­не­ва. Но вер­дикт экза­ме­на­то­ров был неумолим:

«Зна­е­те, това­рищ Нику­лин, в вас что-то есть, но для кино вы не годи­тесь. Не тот у вас про­филь, кото­рый нам нужен. Ска­жем вам пря­мо: Вас вряд ли будут сни­мать в кино. Это мне­ние всей комис­сии. Если Вы дей­стви­тель­но люби­те искус­ство, то сове­ту­ем Вам пой­ти в теат­раль­ный институт…».

Нику­лин решил попы­тать сча­стья в Теат­раль­ном учи­ли­ще име­ни Щеп­ки­на при Малом теат­ре. Высту­пал с теми же про­из­ве­де­ни­я­ми, и тут полу­чил отказ. Ска­за­ли, что высту­па­ет с наиг­ры­шем. Затем Юрий про­бу­ет посту­пить в ГИТИС, где при­ни­ма­ет Семён Гушан­ский, зна­ко­мый ещё с дет­ства артист, кото­ро­го Юра про­во­жал вос­тор­жен­ным взгля­дом. Гушан­ско­му выступ­ле­ние Юры понра­ви­лось, а при чте­нии «Гуса­ра» в комис­сии даже засме­я­лись. Но в спис­ке актё­ров-счаст­лив­чи­ков Нику­лин сво­ей фами­лии не увидел.

«Из всех зачис­лен­ных хотят соста­вить как бы актёр­скую труп­пу, из кото­рой впо­след­ствии может полу­чить­ся новый театр. И вот в этой труп­пе для Вас не нашлось амплуа…».

Это объ­яс­не­ние Гушан­ско­го мало уте­ша­ло Юрия, кото­рый уже устал «оби­вать поро­ги». Раз­ве­се­ли­ла исто­рия, услы­шан­ная в кори­до­ре. Про­ва­лил экза­мен один юно­ша. На сле­ду­ю­щий день к рек­то­ру при­шла пожи­лая жен­щи­на — тёт­ка это­го пар­ня — и дол­го упра­ши­ва­ла при­нять род­но­го пле­мян­ни­ка, кото­рый спит и видит, как бы стать арти­стом. Вско­ре она настоль­ко надо­е­ла всей комис­сии, что её уже ста­ли силой выпро­ва­жи­вать из инсти­ту­та, кри­чать и злить­ся. Вне­зап­но жен­щи­на сорва­ла с себя пла­ток, очки и все уви­де­ли, что это был тот самый юно­ша. Вся комис­сия заап­ло­ди­ро­ва­ла и при­ня­ла наход­чи­во­го юно­шу в актёры.

Неожи­дан­но к Юрию подо­шёл сим­па­тич­ный чер­но­гла­зый моло­дой чело­век. Его зва­ли Ана­то­лий Эфрос.

Ана­то­лий Эфрос

«Вы не рас­стра­и­вай­тесь. Мы хотим Вас попро­бо­вать в нашу сту­дию… В Ногин­ске есть театр. Им руко­во­дит режис­сёр Кон­стан­тин Вои­нов. Талант­ли­вый, инте­рес­ный чело­век… В даль­ней­шем из нашей сту­дии дол­жен родить­ся театр».

Нику­лин из веж­ли­во­сти взял бумаж­ку с теле­фо­ном, но для себя решил, что ни в какие сту­дии запи­сы­вать­ся не будет. Юрий попро­бо­вал подать доку­мен­ты в сту­дию Камер­но­го теат­ра и в Театр им. Мос­со­ве­та. В послед­нем Юра так­же про­ва­лил всту­пи­тель­ный, а когда до экза­ме­нов в Камер­ный театр оста­вал­ся месяц, всё же решил пой­ти к Эфро­су. Всё-таки это было един­ствен­ное «реаль­ное» пред­ло­же­ние, впро­чем, реаль­ное ли? Сту­дия Вои­но­ва не толь­ко не счи­та­лась местом рабо­ты, но даже не мог­ла выдать справ­ки о том, что Нику­лин рабо­та­ет, не гово­ря уже о про­дук­то­вой кар­точ­ке, а вопрос пита­ния сто­ял тогда остро.

Шёл 1946 год. Боль­шин­ство доволь­ство­ва­лись 500 грам­ма­ми хле­ба в день, и ещё столь­ко же — кар­то­фе­ля. Обыч­ный костюм сто­ил три целых зар­пла­ты, а с каж­дой семьи заби­ра­ли, мини­мум, по зар­пла­те на обли­га­ции гос­зай­ма. Вой­на вызва­ла в стране жесто­чай­ший эко­но­ми­че­ский кри­зис, мно­гие рабо­чие жили в зем­лян­ках, а рабо­та­ли на ста­ром изно­шен­ном оборудовании.

При этом на все прось­бы о помо­щи со сто­ро­ны Англии, Восточ­ной Евро­пы, Китая (там шла граж­дан­ская вой­на) Москва отве­ча­ла согла­си­ем. И поля­кам, и вен­грам, и румы­нам шли щед­рые постав­ки про­до­воль­ствия из СССР — сот­ни тысяч тонн зер­на, десят­ки тысяч тонн мяса и ово­щей. Совет­ские же граж­дане полу­ча­ли мини­маль­ный паёк, что­бы выжить и сохра­нять рабо­то­спо­соб­ность. Мно­гим едва хва­та­ло зар­пла­ты, что­бы выку­пить про­дук­ты по кар­точ­кам, доро­жа­ли обе­ды в рабо­чих столовых.

Про­дук­то­вые кар­точ­ки. 1947 год

Юра Нику­лин пони­мал, что нуж­но идти рабо­тать, но куда идти без спе­ци­аль­но­сти? В один пре­крас­ный день его вызва­ли в мили­цию, где пожи­лой капи­тан мили­ции стро­го отчи­тал арти­ста за тунеядство:

«Вы же фрон­то­вик! Как Вам не стыдно?».

Спу­стя 14 лет, в 1961 году, Юрий сни­мет­ся в кар­тине Льва Кули­джа­но­ва «Когда дере­вья были боль­шие», где в обра­зе Кузь­мы Иор­да­но­ва обыг­ра­ет тот самый разговор:

— Поло­са такая. Жизнь-то идёт полосами.
— А поче­му не хоти­те работать?
— Не могу устро­ить­ся по специальности.
— Вы же сле­сарь, верно?
— Когда я сле­са­рем был? Руки уже не те. В послед­нее вре­мя был склад­ским дея­те­лем, аген­том по снаб­же­нию. Вот это моя специальность.
— Уво­лен за растрату…
— Интриги.
— Эх, Иор­да­нов! Был рабо­чим чело­ве­ком, вое­вал, награ­ды име­ешь, и вот, дока­тил­ся. Махи­на­ци­я­ми зани­ма­ешь­ся, пьян­ству­ешь, на база­ре цве­точ­ка­ми тор­гу­ешь. Ну что это — под­хо­дя­щее заня­тие для тако­го человека?

«Когда дере­вья были боль­ши­ми». 1961 год

Этот тро­га­тель­ный и жиз­нен­ный фильм ста­нет одной из жем­чу­жин в актёр­ской карье­ре Нику­ли­на, кото­рый про­явил себя не в коми­че­ском, а в дра­ма­ти­че­ском обра­зе чело­ве­ка, меч­та­ю­ще­го стать отцом.

Одна­ко, в реаль­ной жиз­ни капи­тан мили­ции при­гла­сил Нику­ли­на пой­ти на служ­бу в мили­цию. Юрий даже заду­мал­ся об этом предложении.

«Что поде­ла­ешь? Он дей­стви­тель­но слег­ка схал­ту­рил. Заду­мал­ся при испол­не­нии слу­жеб­ных обя­зан­но­стей. Соба­кам ведь тоже есть о чём подумать»[simple_tooltip content=‘Из филь­ма «Ко мне, Мухтар»’]*[/simple_tooltip].

Но тут судь­ба вывер­ну­ла ещё один фор­тель, на этот раз, судь­бо­нос­ный — через отца Юрия и его любовь к кросс­вор­дам в газе­те «Вечер­няя Москва»! Под одним из таких кросс­вор­дов Юрий уви­дел объ­яв­ле­ние: «Мос­ков­ский орде­на Лени­на госу­дар­ствен­ный цирк на Цвет­ном буль­ва­ре объ­яв­ля­ет набор в сту­дию кло­у­на­ды. При­ни­ма­ют­ся лица со сред­ним обра­зо­ва­ни­ем, в воз­расте до 35 лет». Юрий заду­мал­ся вновь. Мас­ла в огонь сомне­ний под­ли­ла и мама Лидия Ива­нов­на: «Театр бла­го­род­нее цирка!».

Но отец посо­ве­то­вал всё же попро­бо­вать, аргу­мен­ти­руя это тем, что в цир­ке боль­ше сво­бо­ды твор­че­ства. И Юрий отпра­вил­ся в сту­дию цир­ка, где наби­рал кло­унов Алек­сандр Федорович.


Обучение на клоуна

Будучи опыт­ным и тре­бо­ва­тель­ным теат­раль­ным режис­сё­ром, Федо­ро­вич про­слу­шал в пер­вом туре мно­го­стра­даль­но­го «Гуса­ра» Юры, а затем спро­сил: «Моло­дой чело­век, Вы не сын ли Вла­ди­ми­ра Андре­еви­ча?». Когда узнал, то пре­об­ра­зил­ся, смяг­чил­ся и допу­стил сра­зу к тре­тье­му туру. Но кон­ку­рен­ция была жёст­кая и Юрий по-преж­не­му волновался.

Экза­мен про­хо­дил на мане­же, в при­сут­ствии все­го цир­ко­во­го бомон­да и дру­зей посту­па­ю­щих. Мно­гие аби­ту­ри­ен­ты каза­лись Юрию неве­ро­ят­но талант­ли­вы­ми и ярки­ми. Здесь были силь­ные акро­ба­ты, лов­кие жон­глё­ры, умо­ри­тель­ные клоуны.
Подо­шла оче­редь Юры. Про­чи­тав сти­хи и бас­ню, Юрий стал выпол­нять этюд — нуж­но было изоб­ра­зить поис­ки клю­ча от квар­ти­ры. Юрий поду­мал, что будет забав­но изоб­ра­зить поиск с зажи­га­ни­ем спич­ки в темноте.

Но никто не засмеялся.

Нако­нец, кло­ун нашёл что-то, попро­бо­вал подо­брать, но брезг­ли­во вытер руку о шта­ны — что-то мокрое и про­тив­ное… Эта наход­ка вызва­ла хохот в зале. Вече­ром к аби­ту­ри­ен­там вышел чело­век и буд­нич­ным голо­сом зачи­тал 18 фами­лий, кото­рые про­шли кон­курс из 368 аби­ту­ри­ен­тов. Сре­ди них про­зву­ча­ла фами­лия «Нику­лин»!

В тот же вечер Юрий узнал, что его при­ня­ли и в Камер­ный театр, и буду­щий артист сове­то­вал­ся с роди­те­ля­ми как быть. Отец насто­я­тель­но сове­то­вал оста­но­вить­ся на цир­ке, и Юрий согла­сил­ся с ним.

И вот кло­ун-Юрик уже сидит в цир­ко­вой гри­мёр­ке, лепит здо­ро­вый нос, белые губы, малю­ет вокруг глаз белые кру­ги. А один ста­рый артист говорит:

«Ну, чего ты гри­ми­ру­ешь­ся? Тебе без гри­ма нуж­но выхо­дить. У тебя и так глу­пое лицо!».

Режис­сёр Алек­сандр Алек­сан­дро­вич стре­мил­ся про­бу­дить в сво­их актё­рах энту­зи­азм в твор­че­стве и созда­нии новых обра­зов, обу­чал музы­ке, сце­ни­че­ско­му дви­же­нию, давал уро­ки по Ста­ни­слав­ско­му. «Ищи­те смеш­ное в повсе­днев­ной жиз­ни» — неустан­но повто­рял Федо­ро­вич. Юра искал вез­де — в мага­зине, трам­вае, пере­ул­ках, у себя под кро­ва­тью. Он воз­об­но­вил свою дет­скую тра­ди­цию розыг­ры­шей — взрос­лый дядя, вете­ран вой­ны, разыг­ры­вал сцен­ки пря­мо на улице!

Пре­по­да­ва­ли арти­сты, уже став­шие леген­да­ми в цир­ко­вом мире. Непо­вто­ри­мый шпрех­штал­мей­стер (инспек­тор мане­жа) Алек­сандр Буше, сло­мав­ший себе клю­чи­цы при поим­ке акро­бат­ки, падав­шей с боль­шой высо­ты. Импо­зант­ный и эле­гант­ный фрак сидел на нём как вли­той, а его под­чи­нён­ные рабо­та­ли слов­но дрес­си­ро­ван­ные звери.

Кло­ун Дмит­рий Аль­пе­ров, рас­ска­зы­вав­ший бай­ки о ста­ром цир­ке, напри­мер, как кло­ун Рибо раз­ре­зал себе углы рта, что­бы мож­но было засо­вы­вать кулак в рот. Акро­бат Нико­лай Сте­па­нов, изну­ряв­ший высо­ко­го 25-лет­не­го Нику­ли­на упраж­не­ни­я­ми по акро­ба­ти­ке — куль­би­та­ми и фор­дерш-прун­га­ми. Вско­ре у Юрия окреп­ли руки, ста­ли шире пле­чи, а Сте­па­нов даже хва­лил и ста­вил его в при­мер: «Смот­ри, даже Нику­лин дела­ет это хоро­шо, а ты…». А Нику­лин тихой сапой даже научил­ся делать перед­ний и зад­ний сальто-мортале.

Иде­а­лом для Юрия был комик с серьёз­ным лицом Бастер Китон. От при­ро­ды смеш­ли­вый и весё­лый, Бастер полу­чил дело­вое пред­ло­же­ние меч­ты от кино­сту­дии Metro-Goldwyn-Mayer (MGM) с одним стран­ным усло­ви­ем — он не дол­жен был нико­гда сме­ять­ся и улы­бать­ся на людях. Так круп­ная кор­по­ра­ция сло­ма­ла жизнь и карье­ру вели­ко­го арти­ста и атле­та, кас­ка­дё­ра и цир­ка­ча, про­дол­жа­те­ля леген­дар­ной цир­ко­вой дина­стии. Китон стал для Юрия одним из эта­ло­нов, по кото­рым он созда­вал свой коми­че­ский образ.

Бастер-Китон — Юрий Никулин

Вско­ре Юрий понял, насколь­ко тра­гич­на жизнь кло­у­на, и сколь экс­тре­маль­ные нагруз­ки берут на себя арти­сты. Так, его пора­зил рас­сказ Дмит­рия Аль­пе­ро­ва о кло­уне Кис­со, кото­рый заво­дил всех зри­те­лей неисто­вой бурей сме­ха над тол­стым уни­фор­ми­стом, вновь и вновь нака­ты­вав­шей на всех вокруг. В фина­ле он про­из­но­сил про­тяж­ное «иии» и падал от сме­ха на носил­ки, а затем под­ни­мал на про­ща­ние голо­ву. Одна­жды, Кис­со не под­нял голо­вы — за кули­са­ми ста­ло ясно, что кло­ун умер.

Дмит­рий Аль­пе­ров и Арка­дий Бори­сов. Источ­ник: ruscircus.ru

«Бое­вое кре­ще­ние» Юрий про­хо­дил под руко­вод­ством кло­унов Дема­ша и Мозе­ля: он был под­сад­ным зри­те­лем, у кото­ро­го отби­ра­ют кеп­ку два руга­ю­щих­ся меж­ду собой кло­у­на и раз­ры­ва­ют на части у «шоки­ро­ван­но­го» Юрия на глазах.

Неза­мет­ная под­ме­на, и вот уже радост­ный, он полу­ча­ет кеп­ку назад. Так нача­лась карье­ра Нику­ли­на в каче­стве под­сад­но­го зри­те­ля. В напар­ни­ки дол­го­вя­зо­му Юрию достал­ся малень­кий Толя Бараш­кин. Каж­дая сцен­ка была про­ду­ма­на до мело­чей, а есте­ствен­ность, с кото­рой Нику­лин и Бараш­кин орга­нич­но игра­ли при­ез­жих, слу­чай­но попав­ших в пере­дел­ку, вос­хи­ща­ли не толь­ко зри­те­лей. Сам режис­сёр Юрий Завад­ский про­тя­нул руку Юре:

«Спа­си­бо вам за достав­лен­ное удо­воль­ствие! Мне вы понра­ви­лись. Дол­жен вам ска­зать — если вы буде­те рабо­тать над собой, из вас полу­чит­ся хоро­ший актёр».

Когда же про под­сад­ки Нику­ли­на про­знал кино­ре­жис­сёр Кон­стан­тин Юдин, то он стал доби­вать­ся зна­ком­ства с моло­дым артистом.

Пер­вый кине­ма­то­гра­фи­че­ский опыт был сим­во­лич­ным. Юрию пред­ло­жи­ли сыг­рать роль трус­ли­во­го нем­ца в «Сме­лые люди».

Афи­ша «Сме­лых людей» в газе­те «Вечер­няя Москва» № 209 от 4 сен­тяб­ря 1950 года, стра­ни­ца 4

Вспом­нив, как он разыг­ры­вал това­ри­ща на фрон­те, пере­одев­шись в немец­кую фор­му, Нику­лин быст­ро вошёл в роль. Вско­ре Юрий узнал, что его эпи­зод не вошёл в фильм и он вновь скон­цен­три­ро­вал­ся на кло­ун­ском поприще.

Подо­шёл к кон­цу пер­вый учеб­ный год — вре­мя сда­вать экза­ме­ны. В комис­сии собра­лись веду­щие цир­ко­вые арти­сты: руко­во­ди­тель Мос­ков­ско­го цир­ка Юрский, дрес­си­ров­щик и кло­ун Дуров, сило­вой жон­глёр Херц, жон­глёр Жан­то, леген­дар­ный кло­ун «Каран­даш». Вол­не­ние у сту­дий­цев зашка­ли­ва­ло. Нику­лин с Геор­ги­ем Лебе­де­вым высту­пи­ли с отрыв­ком из «Женить­бы» Гого­ля, но никто не впе­чат­лил­ся. Дело шло «табак», но тут вто­рым номе­ром объ­яви­ли, что будет паро­дия, и Нику­лин радост­но потёр руки — это его «козыр­ная карта».

И вот Юрий, вме­сте с това­ри­ща­ми, изоб­ра­жа­ет лени­во­го и непо­слуш­но­го льва, кото­рый к тому же чешет­ся и зева­ет. Это вызва­ло смех в зале. Затем, корон­ный номер — Нику­лин выхо­дит в обра­зе сила­ча Хер­ца, кото­рый, слов­но с игруш­ка­ми, мог управ­лять­ся со штан­га­ми до 140 кило­грам­мов и выше.

Все­во­лод Геор­ги­е­вич Херц

Нику­лин выхо­дит в хала­те, с неимо­вер­но широ­ки­ми пле­ча­ми, пози­ру­ет, ору­дуя гиря­ми и напря­гая муску­лы. Но вдруг халат сни­ма­ют и перед все­ми худой, суту­лый кло­ун, а в пле­чи хала­та встав­ле­на пал­ка, а сами гири бута­фор­ские. Все хохо­та­ли до слёз, в осо­бен­но­сти, сам Все­во­лод Херц.


Легендарный Карандаш

Кло­уну Каран­да­шу выступ­ле­ние Юрия на экза­мене понра­ви­лось, и он при­гла­сил Нику­ли­на в кло­у­на­ду «Лей­ка». Так, сбы­лась меч­та Юрия — он стал клоуном.
И вот, Нику­лин, ослеп­лён­ный све­том софи­тов, вер­тит­ся в рас­те­рян­но­сти на месте. Пер­вый его номер вот-вот будет про­ва­лен — он забыл слова.

«Опыт­ный Буше сра­зу всё понял. Он бод­ро про­из­нёс: «Насколь­ко мне извест­но, вы соби­ра­е­тесь пока­зать нам фокус, но вам надо при­не­сти аппа­ра­ту­ру?». — «Да!» — «Ну, тогда иди­те и принесите»[simple_tooltip content=‘Из вос­по­ми­на­ний Никулина’]*[/simple_tooltip].

Одно из пер­вых выступ­ле­ний Нику­ли­на в цирке

За кули­са­ми его и руга­ли, и успо­ка­и­ва­ли одно­вре­мен­но. И вот, Юрий вновь на сцене и успеш­но реа­ли­зу­ет вто­рую часть сво­ей роли — выли­ва­ет вед­ро с водой на одно­го из кло­унов. За кули­са­ми Юрий чуть не полу­чил тума­ков от Каран­да­ша — выяс­ни­лось, что от вол­не­ния Нику­лин вылил вед­ро не на того кло­у­на. Так начи­на­лась его карье­ра в цирке…

Кло­ун Каран­даш, хотя и был строг, но раз­гля­дел в Юрии талант. К тому же Нику­лин имел ред­кий типаж и рост 179 сан­ти­мет­ров, на кон­тра­сте допол­ня­ю­щий мно­гие кло­ун­ские номе­ра с напар­ни­ка­ми малень­ко­го роста. Каран­даш пред­ло­жил отпра­вить­ся Нику­ли­ну и его одно­курс­ни­ку Полу­ба­ро­ву на пяти­днев­ные гастро­ли в Одессу.

«Нашу цыган­скую жизнь при­ня­то роман­ти­зи­ро­вать. Я мно­го воз­вы­шен­ных слов читал о ней, в сти­хах и про­зе… Я не люб­лю шапи­то — за неустро­ен­ность, за сквоз­ня­ки, за осен­нюю сырость и холод»[simple_tooltip content=‘Из вос­по­ми­на­ний Никулина’]*[/simple_tooltip].

Тогда же, «Каран­даш» позна­ко­мил Нику­ли­на с кло­уном Миха­и­лом Шуй­ди­ным. Это была встре­ча века! Нику­лин и Шуй­дин орга­нич­но допол­ня­ли друг дру­га: флег­ма­тич­ный дол­го­вя­зый Юрий, тро­га­тель­ный и наив­ный, и весё­лый зади­ра Шуй­дин, пред­при­им­чи­вый мастер на все руки и затей­ник, кото­рый всё вре­мя норо­вит разыг­рать дру­га. Этот дуэт неиз­мен­но вызы­вал весе­лье и хохот, и быст­ро заво­е­вал попу­ляр­ность, сна­ча­ла в Совет­ском сою­зе, а впо­след­ствии и во всём мире.

Юрий Нику­лин и Миха­ил Шуй­дин. Репри­за «Лошад­ки» (1967)

Каран­даш так нерв­ни­чал перед выступ­ле­ни­ем, что даже раз­бил об пол оско­лок зер­ка­ла, через кото­рый Нику­лин гримировался.

Одес­си­ты очень высо­ко цени­ли цир­ко­вое искус­ство, поэто­му от успе­ха в этом горо­де зави­се­ла вся их даль­ней­шая карье­ра. К сча­стью, в Одес­се их при­ня­ли как род­ных. Биле­ты рас­хо­ди­лись как горя­чие пирож­ки, и все­го через неде­лю Нику­лин проснул­ся знаменитым.

«Каран­даш научил нас мно­го­му. Мы позна­ли пре­муд­ро­сти коче­вой цир­ко­вой жиз­ни. Мы научи­лись серьёз­но и береж­но отно­сить­ся к каж­до­му най­ден­но­му смеш­но­му трю­ку, уме­нию исполь­зо­вать его в нуж­ный момент»[simple_tooltip content=‘Из вос­по­ми­на­ний Юрия Никулина’]*[/simple_tooltip].

Каран­даш ока­зал огром­ное вли­я­ние на судь­бу Юрия Нику­ли­на — он не толь­ко позна­ко­мил Юри­ка с Миха­и­лом Шуй­ди­ным, с кото­ры­ми они высту­па­ли дуэ­том всю жизнь, но и свёл с девуш­кой, кото­рая ста­ла глав­ной любо­вью всей его жизни.

Нику­лин и Карандаш

В сле­ду­ю­щей ста­тье мы рас­ска­жем о том, как сло­жи­лась даль­ней­шая судь­ба кло­у­на Юри­ка, как Нику­ли­ну уда­лось попасть на дру­гую сто­ро­ну кино­экра­на и, конеч­но же, исто­рию люб­ви вели­ко­го артиста.


Читай­те так­же «В гостях у сказ­ки. Совет­ское кино от былин до тём­но­го фэн­те­зи». 

В Москве открылся книжный фестиваль «Красная площадь»

В Москве с 17 по 20 июня 2021 года рабо­та­ет тра­ди­ци­он­ный еже­год­ный книж­ный фести­валь «Крас­ная пло­щадь». На Крас­ной пло­ща­ди под откры­тым небом на спе­ци­аль­но обо­ру­до­ван­ных пло­щад­ках будут про­хо­дить про­да­жи книж­ных нови­нок, пре­зен­та­ции книг и дру­гие куль­тур­ные собы­тия. Зна­чи­тель­ный акцент в про­грам­ме фести­ва­ля сде­лан на нон-фикшн-лите­ра­ту­ре, в том чис­ле исто­ри­че­ско­го направления.

Вот лишь неко­то­рые из собы­тий фестиваля.

17 июня состо­ит­ся пре­зен­та­ция тема­ти­че­ских науч­ных и попу­ляр­ных изда­ний, свя­зан­ных с исто­ри­ей Пер­вой миро­вой и Граж­дан­ской войн. В этот же день прой­дёт пре­зен­та­ция онлайн-про­ек­та «Digital Пётр» по рас­шиф­ров­ке руко­пи­сей Пет­ра I с помо­щью искус­ствен­но­го интел­лек­та, о кото­ром VATNIKSTAN писал ранее.

18 июня про­ект «Без сро­ка дав­но­сти» пред­ста­вит серию издан­ных им сбор­ни­ков исто­ри­че­ских доку­мен­тов, свя­зан­ных с исто­ри­ей нацист­ских пре­ступ­ле­ний на окку­пи­ро­ван­ных тер­ри­то­ри­ях; серия охва­ты­ва­ет 23 тома с более чем 7 тыся­ча­ми доку­мен­тов, под­го­тов­лен­ных спе­ци­а­ли­ста­ми из 50 рос­сий­ских архи­вов. Ранее мы бра­ли интер­вью у экс­пер­та это­го про­ек­та Вла­ди­ми­ра Кикнадзе.

19 июня будет пре­зен­то­ван сбор­ник «Тра­ге­дия вой­ны. Гума­ни­тар­ное изме­ре­ние воору­жён­ных кон­флик­тов XX века», о кото­ром мы так­же инфор­ми­ро­ва­ли чита­те­лей.

Про­ход на фести­валь осу­ществ­ля­ет­ся по бес­плат­ным биле­там, при­вя­зан­ным к кон­крет­но­му вре­ме­ни посе­ще­ния. Забро­ни­ро­вать их мож­но на офи­ци­аль­ном сай­те меро­при­я­тия. Там же мож­но озна­ко­мить­ся с пол­ной про­грам­мой фести­ва­ля, схе­мой пло­ща­док и про­чей офи­ци­аль­ной информацией.

Медведковская ОПГ: «младшая сестра» ореховских

Андрей Пылёв, Сергей Ананьевский, Григорий Гусятинский и Сергей Буторин

Мед­вед­ков­ская ОПГ воз­ник­ла как само­сто­я­тель­ная груп­пи­ров­ка, одна­ко неко­то­рое вре­мя была в сою­зе с Оре­хов­ской ОПГ. В резуль­та­те тес­но пере­пле­тён­ных свя­зей она ста­ла сво­е­го рода «млад­шей сест­рой» оре­хов­цев, одна­ко име­ла сво­их, не менее инте­рес­ных, лиде­ров и участ­ни­ков. Как она была осно­ва­на, кто вошёл в её состав и чем запом­ни­лись в кри­ми­наль­ных хро­ни­ках её участники?

Мы про­дол­жа­ем цикл ста­тей о самых извест­ных ОПГ девя­но­стых, и сего­дня речь пой­дёт о Мед­вед­ков­ской ОПГ.


Первые шаги Медведковских

В нача­ле 1990‑х годов быв­ший офи­цер КГБ Гри­го­рий Гуся­тин­ский вме­сте с дру­гом Андре­ем Пылё­вым и его млад­шим бра­том Оле­гом в сто­лич­ном рай­оне Мед­вед­ко­во орга­ни­зо­ва­ли свою бри­га­ду, в кото­рую вошли мест­ные спортс­ме­ны. Неза­дол­го до это­го Гуся­тин­ский был уво­лен из КГБ, так как в это вре­мя шли мас­со­вые сокра­ще­ния, и, недол­го про­си­дев без дела, решил, что толь­ко в кри­ми­наль­ном мире мож­но зара­бо­тать хоро­шие деньги.

С Андре­ем Пылё­вым Гуся­тин­ский позна­ко­мил­ся в спорт­за­ле, и вско­ре оба пар­ня поня­ли, что у них весь­ма похо­жие взгля­ды на жизнь. Андрей родил­ся в 1962 году в семье обыч­но­го завод­ско­го рабо­че­го и домо­хо­зяй­ки, успе­ха­ми в учё­бе не отли­чал­ся и после шко­лы не смог посту­пить в вуз. Когда отец пред­ло­жил ему тоже пой­ти рабо­тать на завод, Андрей отка­зал­ся, вме­сто это­го устро­ив­шись мяс­ни­ком в мест­ном гастрономе.

Млад­ший брат Андрея Олег с дет­ства меч­тал стать воен­ным, одна­ко в воз­расте 22 лет подрал­ся с дру­жин­ни­ком, в резуль­та­те чего полу­чил услов­ный срок. О воен­ной карье­ре пар­ню при­шлось забыть.

Как и во всех ОПГ, каж­дый из них обза­вёл­ся «вто­рым име­нем» — кри­ми­наль­ной клич­кой. Гуся­тин­ский стал «Гри­шей Север­ным» или «Гри­ней», Андрей — «Кар­ли­ком» за низ­кий рост, Олег — «Саны­чем».

Рядо­вы­ми участ­ни­ка­ми ново­ис­пе­чён­ной бан­ды ста­ли тре­ни­ро­вав­ши­е­ся в том же зале спортсмены.

Пре­ступ­ный путь мед­вед­ков­ские нача­ли с кры­ше­ва­ния мест­ных биз­не­сме­нов. Одна­ко пер­во­на­чаль­но их никто не вос­при­ни­мал все­рьёз, и пла­тить им за яко­бы защи­ту от дру­гих рэке­ти­ров отка­зы­ва­лись. Поэто­му не обхо­ди­лось без насилия.

Несго­вор­чи­вых ком­мер­сан­тов выво­зи­ли в лес, где изби­ва­ли и пыта­ли до тех пор, пока те не согла­ша­лись пла­тить. Таким нехит­рым спо­со­бом лиде­ры Мед­вед­ков­ской ОПГ ско­ло­ти­ли себе пер­вый капи­тал и в ско­ром вре­ме­ни кон­тро­ли­ро­ва­ли тор­го­вые точ­ки на Покров­ском, Тушин­ском и Митин­ском рын­ках столицы.

Сле­ва напра­во: Сер­гей Буто­рин, Олег Пылев, Гри­го­рий Гуся­тин­ский. 1994 год

Инте­рес­но, что пер­вое вре­мя мед­вед­ков­ские дей­ство­ва­ли настоль­ко осто­рож­но, что мос­ков­ские опе­ра­тив­ни­ки до 1993 года даже не зна­ли об их суще­ство­ва­нии. Извест­но о них ста­ло лишь после того, как один из «кры­шу­е­мых» бан­ди­та­ми биз­не­сме­нов напи­сал заяв­ле­ние в мили­цию. Было даже воз­буж­де­но уго­лов­ное дело, одна­ко Гуся­тин­ский дал опе­ра­тив­ни­кам огром­ную взят­ку (назы­ва­лась циф­ра в мил­ли­он дол­ла­ров), после чего дело закрыли.

В том же 1993 году Мед­вед­ков­ская ОПГ вошла в состав более мощ­ной Оре­хов­ской груп­пи­ров­ки, но сохра­ни­ла авто­но­мию и кон­тро­ли­ру­е­мые объекты.

Обла­да­ю­щий рас­по­ла­га­ю­щей внеш­но­стью Гуся­тин­ский в дей­стви­тель­но­сти был жесто­ким, зло­па­мят­ным и мсти­тель­ным чело­ве­ком. Так, одна­жды он при­ка­зал убить сво­е­го бри­га­ди­ра Юрия Лукьян­чи­ко­ва (Афри­ка­нец) толь­ко за то, что тот отка­зал­ся под­но­сить чемо­да­ны его жене. Кил­лер мед­вед­ков­ских Алек­сей Шер­сто­би­тов так опи­сы­ва­ет этот инцидент:

«Слу­чи­лось так, что Гри­ша при­вёз из аэро­пор­та свою при­ле­тев­шую после отды­ха в тёп­лых стра­нах моло­дую супру­гу — барыш­ню, зна­ко­мую мно­гим, в том чис­ле, по сте­че­нию обсто­я­тельств, и бра­тьям Пылё­вым… Марию вез­ли с эскор­том, одна из машин кото­ро­го при­над­ле­жа­ла Юрке [Лукьян­чи­ко­ву], он подъ­е­хал к дому пер­вым, где была и его квар­ти­ра, и уже с кем-то раз­го­ва­ри­вал. Про­хо­дя мимо, мадам бро­си­ла, даже не пово­ра­чи­вая голо­вы: „чемо­дан­чи­ки под­не­си“… Разу­ме­ет­ся, чемо­да­ны оста­лись на месте, а вслед про­зву­ча­ло напо­ми­на­ние о преж­нем уровне жиз­ни и настой­чи­вая прось­ба не забы­вать­ся, мяг­ко гово­ря. В квар­ти­ре, где радост­ный супруг после дол­гой раз­лу­ки начал вор­ко­вать над супру­гой, его вме­сто любов­ных утех ждал скан­дал пря­мо с поро­га и „заме­ча­тель­ный“ вывод, из кото­ро­го муж дол­жен был понять, что не ува­жая и насме­ха­ясь над ней, то же самое про­ис­хо­дит и над ним. Наха­ла нуж­но наказать!».

Закон­чи­лась эта исто­рия тем, что тело­хра­ни­тель Гуся­тин­ско­го по при­ка­зу бос­са раз­ря­дил в голо­ву Афри­кан­ца целую обойму.

Андрей Пылёв, Сер­гей Ана­ньев­ский, Гри­го­рий Гуся­тин­ский и Сер­гей Буторин

Расправа с Гусятинским

После убий­ства в сен­тяб­ре 1994 года лиде­ра оре­хов­ских Силь­ве­ст­ра воз­глав­ля­е­мая им преж­де ОПГ рас­па­лась на несколь­ко неза­ви­си­мых банд, кото­рые тут же нача­ли враж­до­вать друг с дру­гом в борь­бе за наслед­ство погиб­ше­го гла­ва­ря. Мед­вед­ков­ская ОПГ в этом про­ти­во­сто­я­нии ста­ла на сто­ро­ну бри­га­ды Сер­гея Буто­ри­на, кото­рый дру­жил с лиде­ра­ми мед­вед­ков­ских. Не желая участ­во­вать в меж­до­усоб­ной войне,

Гуся­тин­ский реша­ет залечь на дно и пере­ждать неспо­кой­ные вре­ме­на в более без­опас­ном месте. Он уез­жа­ет в Киев с несколь­ки­ми наи­бо­лее вер­ны­ми людьми.

Тем вре­ме­нем сре­ди остав­ших­ся в Москве мед­вед­ков­ских зре­ет заго­вор с целью устра­не­ния жесто­ко­го лиде­ра, кото­рый часто пере­хо­дил все гра­ни разумного.

Воз­гла­ви­ли его бра­тья Пылё­вы, кото­рые наби­ра­ли всё боль­ший авто­ри­тет. Поняв, что рас­клад сил изме­нил­ся, к заго­во­ру Пылё­вых при­со­еди­нил­ся и штат­ный кил­лер мед­вед­ков­ских Алек­сей Шер­сто­би­тов (Лёша Сол­дат), кото­ро­го ещё недав­но Гуся­тин­ский счи­тал луч­шим дру­гом. Вер­дикт Пылё­вых был одно­зна­чен — смерт­ный приговор.

Выпол­няя это реше­ние, Шер­сто­би­тов в янва­ре 1995 года при­е­хал в Киев, узнал место житель­ства Гуся­тин­ско­го, рас­по­ло­жил­ся с вин­тов­кой на кры­ше сосед­не­го зда­ния и через окно про­из­вёл выстрел. Гуся­тин­ский был серьёз­но ранен, спу­стя несколь­ко дней его добьют в больнице.

Так вся пол­но­та вла­сти в Мед­вед­ков­ской ОПГ пере­шла к Андрею и Оле­гу Пылёвым.

Моги­ла Гри­го­рия Гусятинского

Деградация

После убий­ства Гуся­тин­ско­го Мед­вед­ков­ская ОПГ посте­пен­но ста­ла дегра­ди­ро­вать. Мно­гие участ­ни­ки бан­ды нача­ли зло­упо­треб­лять алко­го­лем и нар­ко­ти­ка­ми. Пер­во­на­чаль­но упо­треб­ле­ние нар­ко­ти­ков лиде­ры поощ­ря­ли, ведь зави­си­мы­ми людь­ми лег­че управ­лять. Одна­ко вско­ре ста­ло ясно, что име­ю­щий тяжё­лую зави­си­мость нар­ко­ман при попа­да­нии к опе­ра­тив­ни­кам за оче­ред­ную дозу готов будет сдать всех подельников.

И с нар­ко­ма­на­ми нача­ли расправляться.

Их выво­зи­ли в лес, где уби­ва­ли и зака­пы­ва­ли, дру­гих спу­стя мно­го вре­ме­ни нахо­ди­ли в водо­ё­мах, а неко­то­рых — даже на мусор­ных свал­ках. Так, в 1997 году мед­вед­ков­ские изба­ви­лись от тела быв­ше­го сорат­ни­ка по клич­ке Рома-Москва, кото­рый имел тяжё­лую геро­и­но­вую зави­си­мость. Подоб­ны­ми рас­пра­ва­ми все­гда руко­во­дил Олег Пылёв.

Не пре­кра­ща­лась и борь­ба за власть в пре­ступ­ной груп­пи­ров­ке. Вско­ре после убий­ства Гуся­тин­ско­го его место попы­тал­ся занять лидер Лиа­но­зов­ской бан­ды Юрий Бачу­рин (Уса­тый). Он наде­ял­ся рас­пра­вить­ся с бра­тья­ми Пылё­вы­ми при помо­щи оре­хов­ско­го авто­ри­те­та Сер­гея Ана­ньев­ско­го. Одна­ко Ана­ньев­ский сохра­нил вер­ность Пылё­вым, и Бачу­рин во вре­мя «дру­же­ской» встре­чи в бане был жесто­ко убит вме­сте со сво­им телохранителем.


Алексей Шерстобитов, он же Лёша Солдат

Алек­сей Шер­сто­би­тов по клич­ке Лёша Сол­дат — штат­ный кил­лер Мед­вед­ков­ской ОПГ и нико­гда не вхо­дил в чис­ло лиде­ров бан­ды. Одна­ко его извест­ность и упо­ми­на­е­мость о нём в СМИ бла­го­да­ря совер­шен­ным им гром­ким убий­ствам была не мень­ше, чем у бра­тьев Пылё­вых. Поэто­му и рас­ска­зать о Шер­сто­би­то­ве сто­ит отдельно.
Буду­щий кил­лер родил­ся в 1967 году в семье кад­ро­во­го офи­це­ра. После шко­лы он посту­па­ет в воен­ное учи­ли­ще, желая пой­ти по сто­пам отца. Во вре­мя учё­бы Шер­сто­би­тов даже задер­жал опас­но­го пре­ступ­ни­ка, за что был удо­сто­ен орде­на «За лич­ное мужество».

Алек­сей Шер­сто­би­тов в 1990‑е годы

После окон­ча­ния в 1989 году воен­но­го учи­ли­ща Шер­сто­би­тов слу­жил желез­но­до­рож­ным инспек­то­ром при МВД. В 1992 году, когда в армии и всех воин­ских струк­ту­рах шла пол­ная дегра­да­ция, Шер­сто­би­тов уволь­ня­ет­ся. Он про­бу­ет начать биз­нес, но неудач­но. Потом устра­и­ва­ет­ся част­ным охран­ни­ком. Спу­стя при­мер­но год в спорт­за­ле в Мед­вед­ко­во он зна­ко­мит­ся с Гри­го­ри­ем Гуся­тин­ским, кото­рый пред­ла­га­ет Шер­сто­би­то­ву более высо­ко­опла­чи­ва­е­мую рабо­ту в под­кон­троль­ном Мед­вед­ков­ской ОПГ ЧОПе. Тот не раз­ду­мы­вая согла­ша­ет­ся. А вско­ре Шер­сто­би­то­ву пору­ча­ют и пер­вые убийства.

Своё пер­вое дело Шер­сто­би­тов про­ва­лил: быв­ший собро­вец, на кото­ро­го посту­пил заказ, в резуль­та­те выстре­ла отде­лал­ся лишь ране­ни­ем. Одна­ко вско­ре дела кил­ле­ра пошли удач­нее. Пер­вым Лёша Сол­дат, как его теперь ста­ли назы­вать, лик­ви­ди­ро­вал вышед­ше­го из пови­но­ве­ния мед­вед­ков­ско­го авто­ри­те­та по клич­ке Удав. В апре­ле 1994 года Шер­сто­би­тов уби­ва­ет уже более весо­мую в кри­ми­наль­ном мире фигу­ру — Ота­ри Кван­т­ри­шви­ли, устра­не­ние кото­ро­го было зака­за­но самим Силь­ве­стром. Далее этот кро­ва­вый спи­сок попол­нил Гуся­тин­ский, бла­го­да­ря кото­ро­му Шер­сто­би­тов и стал киллером.

После рас­пра­вы с Гуся­тин­ским зар­пла­та Лёши Сол­да­та уве­ли­чи­ва­ет­ся с 2500 до 5000 дол­ла­ров в месяц. При­чём, кон­так­ти­ро­вал Шер­сто­би­тов толь­ко с бра­тья­ми Пылё­вы­ми и Сер­ге­ем Буто­ри­ным, кото­рые выда­ва­ли ему день­ги и новые зада­ния, тогда как рядо­вые бан­ди­ты даже не зна­ли Шер­сто­би­то­ва в лицо.

Лёша Сол­дат отли­чал­ся тща­тель­ным под­хо­дом к каж­до­му ново­му зака­зу. Он деталь­но изу­чал пере­дви­же­ния и охра­ну жерт­вы, изу­чал мест­ность, на дело шёл, обла­чив­шись в парик, исполь­зо­вал так­же наклад­ные усы и боро­ду. Слу­ча­лось, что пред­ва­ри­тель­но Шер­сто­би­тов даже соби­рал окур­ки на ули­це, кото­рые рас­сы­пал на месте пре­ступ­ле­ния. Такие нехит­рые дей­ствия вели след­ствие по лож­но­му следу.

Шер­сто­би­тов ста­рал­ся при­дер­жи­вать­ся офи­цер­ско­го кодек­са чести и не уби­вать жен­щин, детей и заве­до­мо неви­нов­ных людей.

В основ­ном его жерт­ва­ми ста­но­ви­лись бан­ди­ты, авто­ри­те­ты и свя­зан­ные с кри­ми­на­лом биз­не­сме­ны. Одна­ко вре­ме­на­ми слу­ча­лось и обрат­ное. Так, в 1994 году Силь­вестр зака­зал убий­ство вора в законе Андрея Иса­е­ва по клич­ке Рос­пись. Шер­сто­би­тов зами­ни­ро­вал его маши­ну, одна­ко взрыв про­изо­шёл немно­го рань­ше наме­чен­но­го вре­ме­ни, в резуль­та­те чего погиб­ла играв­шая побли­зо­сти девоч­ка. Сам Иса­ев был лишь ранен.

В дру­гой раз, в 1997 году, гото­вя поку­ше­ние на измай­лов­ских авто­ри­те­тов, Шер­сто­би­тов зами­ни­ро­вал кафе, в кото­ром те про­во­ди­ли пере­го­во­ры. Бом­ба была зало­же­на под сто­ли­ком, где обыч­но сиде­ли бан­ди­ты. Одна­ко в тот день они сели в дру­гом кон­це зала, и в резуль­та­те взры­ва погиб­ла слу­чай­ная посе­ти­тель­ни­ца кафе и несколь­ко чело­век полу­чи­ли серьёз­ные ранения.

В нача­ле 2000‑х годов Шер­сто­би­тов посте­пен­но отхо­дит от пре­ступ­ной дея­тель­но­сти, не теряя, впро­чем, всех свя­зей с кри­ми­на­лом. Истра­тив кил­лер­ские сбе­ре­же­ния, он рабо­тал обыч­ным шту­ка­ту­ром. Дол­гое вре­мя опе­ра­тив­ни­кам была извест­на толь­ко клич­ка Шер­сто­би­то­ва, ни его име­ни, ни даже как он выгля­дит, никто не знал. Име­лись даже серьёз­ные сомне­ния о том, один ли это чело­век, Лёша Сол­дат, или же под этим про­зви­щем скры­ва­ет­ся целая бан­да киллеров.

Сдал Шер­сто­би­то­ва аре­сто­ван­ный Олег Пылёв, рас­ска­зав­ший след­ствию всю био­гра­фию кил­ле­ра. Одна­ко и это не помог­ло аре­сто­вать неуло­ви­мо­го Шер­сто­би­то­ва. Нако­нец, в 2005 году Андрей Коли­гов, один из лиде­ров Кур­ган­ской ОПГ, уже отбы­вав­ший к тому вре­ме­ни срок в тюрь­ме, рас­ска­зал, что некий кил­лер отбил у него девуш­ку. Имен­но через эту девуш­ку опе­ра­тив­ни­ки и вышли на Шер­сто­би­то­ва, кото­рый был аре­сто­ван в фев­ра­ле 2006 года, когда при­шёл в Бот­кин­скую боль­ни­цу наве­стить отца.

Шер­сто­би­тов в тюрьме

На суде Шер­сто­би­тов был при­знан винов­ным в убий­стве 12 чело­век и полу­чил 23 года лише­ния сво­бо­ды. Уже в тюрь­ме Алек­сей открыл у себя новый талант— начал писать кни­ги. На дан­ный момент, за 15 лет заклю­че­ния он напи­сал уже 12 книг. Часть из них име­ет авто­био­гра­фи­че­ский харак­тер, часть — худо­же­ствен­ная про­за на кри­ми­наль­ную тему. Все они изда­ны и непло­хо про­да­ют­ся. По одной из них в 2010 году был снят сери­ал «Бан­ды». В 2016 году, будучи в тюрь­ме, Шер­сто­би­тов даже женился.

Шер­сто­би­тов с женой Мари­ной в обра­зе аме­ри­кан­ско­го ганг­сте­ра. Тюрем­ное сва­деб­ное фото. 2016 год

В одном из интер­вью, кото­рые Шер­сто­би­тов охот­но даёт при­хо­дя­щим к нему жур­на­ли­стам, быв­ший кил­лер заявил, что на дан­ный момент ещё «духов­но не готов» вый­ти на сво­бо­ду. Оче­вид­но, он боит­ся, что после выхо­да из тюрь­мы кто-то из дру­зей уби­тых им людей может ото­мстить ему. А так, нахо­дясь в тюрь­ме, он в без­опас­но­сти и име­ет всё необ­хо­ди­мое, о чём толь­ко может меч­тать чело­век в его поло­же­нии. Кро­ме сво­бо­ды, разумеется.

Одно из интер­вью Шерстобитова


Разгром ОПГ. Аресты и сроки

В 1996 году союз­ник мед­вед­ков­ских Сер­гей Буто­рин (Ося) инсце­ни­ро­вал свою смерть и скрыл­ся в Испа­нии. В том же году туда пере­ехал и его друг Андрей Пылёв, посе­лив­шись вме­сте с семьёй неда­ле­ко от Буто­ри­на в при­го­ро­де Бар­се­ло­ны. Семь лет он жил без­за­бот­ной жиз­нью, ни в чём себе не отказывая.

На тяге к рос­ко­ши Пылёв-стар­ший как раз и про­ко­лол­ся. Дело в том, что он ездил на авто­мо­би­ле «Mercedes Gelaendewagen», цено­вая кате­го­рия кото­ро­го начи­на­ет­ся от 200 тысяч дол­ла­ров. Жите­ли Испа­нии на таких авто­мо­би­лях ездят очень ред­ко. Один испан­ский офи­цер поли­ции даже ска­зал сво­им рос­сий­ским коллегам:

«У нас на таких „тан­ках“ рас­ка­ты­ва­ют толь­ко рус­ские, так что най­дём быстро».

Андрей Пылев на суде

В 2003 году Пылё­ва-стар­ше­го аре­сто­ва­ла в его особ­ня­ке испан­ская поли­ция, после чего выда­ла рос­сий­ско­му пра­во­су­дию. В Рос­сии суд дока­зал 12 убийств, орга­ни­зо­ван­ных Пылё­вым-стар­шим, в резуль­та­те чего он полу­чил 25 лет лише­ния свободы.

Его млад­ший брат Олег оста­вал­ся в Москве до 1998 года. В том году нача­лись мас­со­вые аре­сты мед­вед­ков­ских и, спа­са­ясь от воз­мож­но­го задер­жа­ния, Пылёв-млад­ший бежал в Одес­су. Там он начал свой биз­нес и в то же вре­мя нала­дил свя­зи с мест­ной «брат­вой». Одна­ко спу­стя несколь­ко лет его лич­ность рас­кры­ли одес­ские опе­ра­тив­ни­ки. В сен­тяб­ре 2002 года Олег был аре­сто­ван и вско­ре выдан Рос­сии. На суде дока­за­ли 20 убийств, совер­шён­ных Пылёвым-младшим.

Олег Пылев на суде

Итог судеб­но­го засе­да­ния был вполне пред­ска­зу­е­мым: пожиз­нен­ный срок. Услы­шав при­го­вор, осуж­дён­ный ответил:

«Да, они мёрт­вые, а вы счи­та­е­те, что это были маль­чи­ки из песоч­ни­цы? Они бан­ди­ты и уби­ли их такие же бандиты».

На этом исто­рия Мед­вед­ков­ской ОПГ фак­ти­че­ски и закончилась.


Читай­те так­же «Солн­цев­ская ОПГ: от мос­ков­ских окра­ин к меж­ду­на­род­ным масштабам». 

«Я живу на улице Ленина…». О топонимике и нейминге в СССР

Кинотеатр «Октябрь» в Ярославле. 1976–1978 гг. Фото Ю.А.Пичугина, А.С.Скворцова, Ю.Г.Сластинина. Источник: pastvu.com/p/217672

В под­ка­сте «Всё идёт по пла­ну» писа­тель и режис­сёр Вла­ди­мир Коз­лов рас­ска­зы­ва­ет о жиз­ни в СССР, раз­ве­и­ва­ет мифы и опро­вер­га­ет фейки.

Сего­дня VATNIKSTAN пуб­ли­ку­ет тек­сто­вую вер­сию выпус­ка о совет­ских гео­гра­фи­че­ских и про­чих назва­ни­ях — как в раз­ные годы хоте­ли пере­име­но­вать Моск­ву, как Мак­сим Горь­кий объ­яс­нял про­ис­хож­де­ние попу­ляр­но­го наиме­но­ва­ния «Дина­мо» и какой совет­ский авто­мо­биль пер­вым полу­чил ори­ги­наль­ное название.

Трол­лей­бус №2 марш­ру­та «Вок­зал — пло­щадь Ста­ли­на» пово­ра­чи­ва­ет на Кре­ща­тик с ули­цы Лени­на. 1940–1950‑е гг.

При­вет! Это — Вла­ди­мир Коз­лов с новым эпи­зо­дом под­ка­ста «Всё идёт по плану».

Сего­дня я хочу пого­во­рить о назва­ни­ях совет­ских вре­мен — от назва­ний улиц, пло­ща­дей и горо­дов до марок авто­мо­би­лей и про­чих брен­дов совет­ской эпохи.

На пер­вый взгляд, это мел­кие дета­ли, но они во мно­гом харак­те­ри­зу­ют то время.

Несмот­ря на огром­ную тер­ри­то­рию, мно­гие эле­мен­ты жиз­ни в Совет­ском Сою­зе были мак­си­маль­но уни­фи­ци­ро­ва­ны. В каж­дом горо­де от Бре­ста до Вла­ди­во­сто­ка были Ленин­ские, Совет­ские и Ком­му­ни­сти­че­ские ули­цы, люди пили «Жигу­лёв­ское» и «Мар­тов­ское» пиво, слу­ша­ли музы­ку на маг­ни­то­фо­нах «Вес­на», сни­ма­ли на фото­ап­па­ра­ты «Зенит»…

В назва­ни­ях совет­ских вре­мён мно­го сим­во­лич­но­го: и все­об­щая уни­фи­ка­ция, и убо­гость совет­ских това­ров, при­кры­ва­е­мая кра­си­вы­ми, но бес­смыс­лен­ны­ми сло­ва­ми, и ком­му­ни­сти­че­ская мифо­ло­гия — к кон­цу совет­ской эпо­хи став­шая совер­шен­но фальшивой.

Нач­ну с топо­ни­ми­ки — назва­ний улиц, пло­ща­дей, пере­ул­ков и даже целых пере­име­но­ван­ных городов.

А пере­име­но­ва­ния нача­лись сра­зу же после боль­ше­вист­ской рево­лю­ции 1917 года. Преж­де все­го, руко­вод­ству­ясь иде­ей «раз­ру­ше­ния ста­ро­го мира», боль­ше­ви­ки изба­ви­лись от назва­ний насе­лён­ных пунк­тов, свя­зан­ных с само­дер­жа­ви­ем — напри­мер, вклю­ча­ю­щих в себя импе­ра­тор­скую фами­лию или име­на кон­крет­ных царей. Уже в 1917 году Рома­нов-на-Муро­ме был пере­име­но­ван в Мур­манск, а Пав­ловск стал Слуц­ком в честь боль­ше­вич­ки Веры Слуц­кой. В бли­жай­шие годы Ека­те­ри­но­дар стал Крас­но­да­ром, Ека­те­рин­бург — Сверд­лов­ском, а Ново-Нико­ла­евск — Новосибирском.

Гат­чи­на в 1923 году была пере­име­но­ва­на в Троцк — в честь тогда ещё живо­го и здрав­ству­ю­ще­го Льва Троц­ко­го, на тот момент пред­се­да­те­ля Рево­лю­ци­он­но­го воен­но­го сове­та РСФСР. В 1928 году Ста­лин обви­нил Троц­ко­го в контр­ре­во­лю­ци­он­ной дея­тель­но­сти, тот был снят со всех постов и отправ­лен в ссыл­ку. Годом поз­же Троцк пере­име­но­ва­ли в Крас­но­гвар­дейск, а в 1944 году Гат­чине — как, кста­ти, и Пав­лов­ску, вер­ну­ли исто­ри­че­ские имена.

Круп­ная вол­на пере­име­но­ва­ний про­шла по СССР после смер­ти вождя боль­ше­ви­ков Лени­на в 1924 году. Пет­ро­град стал Ленин­гра­дом, а так­же име­нем Лени­на были назва­ны десят­ки насе­лён­ных пунк­тов в раз­ных частях Совет­ско­го Сою­за, не гово­ря уже об ули­цах, пло­ща­дях, заво­дах, фаб­ри­ках и библиотеках.

Ком­му­ни­сти­че­ским вождям явно нра­ви­лась идея уве­ко­ве­чи­ва­ния сво­их имён в назва­ни­ях горо­дов — при­чём не толь­ко после смер­ти, но и при жиз­ни. В том же 1924 году Юзов­ка (сей­час это — Донецк) была пере­име­но­ва­на в Ста­лин, в 1929‑м — в Ста­ли­но (с «о» на кон­це). В кон­це 1920‑х — нача­ле 1930‑х годов Цхин­вал стал назы­вать­ся Ста­ли­ни­ри (или Ста­ли­нир), Душан­бе пре­вра­ти­лось в Ста­ли­на­бад, а Ново­куз­нецк — в Сталинск.

Имя Ста­ли­на из всех этих назва­ний убра­ли в 1961 году.

Рас­смат­ри­ва­лись и вари­ан­ты пере­име­но­ва­ния Моск­вы — сна­ча­ла, после смер­ти Лени­на, в «Ильич», потом, на волне куль­та лич­но­сти Ста­ли­на — в Ста­ли­но­дар. После его смер­ти в 1953 году шла речь не толь­ко о пере­име­но­ва­нии Моск­вы в Ста­ли­но­дар или Ста­лин, но даже и Гру­зии — в Ста­лин­скую ССР, а все­го Совет­ско­го Сою­за — в Союз Соци­а­ли­сти­че­ских Ста­лин­ских Рес­пуб­лик. К сча­стью, ни одна из этих абсурд­ных идей не была реализована.

А в 1957 году, вско­ре после ХХ съез­да Ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, на кото­ром был раз­вен­чан культ лич­но­сти Ста­ли­на, вышел Указ Пре­зи­ди­у­ма Вер­хов­но­го Сове­та СССР «Об упо­ря­до­че­нии дела при­сво­е­ния имён госу­дар­ствен­ных и обще­ствен­ных дея­те­лей адми­ни­стра­тив­но-тер­ри­то­ри­аль­ным еди­ни­цам, насе­лён­ным пунк­там, пред­при­я­ти­ям, учре­жде­ни­ям, орга­ни­за­ци­ям и дру­гим объ­ек­там». В соот­вет­ствии с этим ука­зом при­сво­е­ние горо­дам и дру­гим объ­ек­там имён обще­ствен­ных и поли­ти­че­ских дея­те­лей раз­ре­ша­лось толь­ко посмерт­но «для уве­ко­ве­чи­ва­ния памяти».

Кста­ти, таких посмерт­ных пере­име­но­ва­ний было не так уж мно­го: этой чести удо­сто­и­лись умер­шие в 1980‑е годы, один за дру­гим, три гене­раль­ных сек­ре­та­ря КПСС, Лео­нид Бреж­нев (в честь него в 1982 году Набе­реж­ные Чел­ны пере­име­но­ва­ли в Бреж­нев), Юрий Андро­пов (в 1984‑м Рыбинск стал Андро­по­вым) и Кон­стан­тин Чер­нен­ко (в 1985 году город Шары­по­во Крас­но­яр­ско­го края стал назы­вать­ся Чер­нен­ко). Так­же в честь мини­стра обо­ро­ны СССР Усти­но­ва в 1984 году Ижевск был пере­име­но­ван в Усти­нов. Но эти назва­ния дол­го не про­дер­жа­лись. Уже в 1987–1989 годах, на волне пере­стро­еч­ных реформ этим горо­дам вер­ну­ли исто­ри­че­ские назва­ния. Кста­ти, Рыбинск с 1946 по 1957 год назы­вал­ся Щер­ба­ков — в честь мало­из­вест­но­го ком­му­ни­сти­че­ско­го дея­те­ля Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча Щербакова.

Пока меня­ю­ща­я­ся поли­ти­че­ская конъ­юнк­ту­ра при­во­ди­ла то к пере­име­но­ва­ни­ям насе­лён­ных пунк­тов в честь ком­му­ни­сти­че­ских вождей, то к воз­вра­ще­нию исто­ри­че­ских назва­ний, имя Лени­на в совет­ской топо­ни­ми­ке оста­ва­лось незыб­ле­мым все шесть с поло­ви­ной деся­ти­ле­тий меж­ду его смер­тью и кру­ше­ни­ем ком­му­ни­сти­че­ской системы.

Глав­ной пло­ща­дью каж­до­го горо­да СССР была пло­щадь Лени­на — за немно­ги­ми исклю­че­ни­я­ми, и то отно­си­тель­ны­ми. Да, глав­ная пло­щадь Моск­вы и всей стра­ны — Крас­ная пло­щадь, но, посколь­ку на ней сто­ит мав­зо­лей Лени­на, то она как бы и пло­щадь Лени­на тоже. Точ­но так же было и в Ленин­гра­де, хоть пло­щадь Лени­на у Фин­лянд­ско­го вок­за­ла не была глав­ной, глав­ная — Двор­цо­вая — всё рав­но ассо­ци­и­ро­ва­лась с Лени­ным и Октябрь­ской революцией.

Пло­щадь име­ни Лени­на в Став­ро­по­ле. 1970‑е гг. Фото И. Пано­ва. Источ­ник: pastvu.com/p/205191

В Моги­лё­ве, где про­шло моё дет­ство, всё было мак­си­маль­но стан­дарт­но: пло­щадь Лени­на с памят­ни­ком вождю перед мас­сив­ным зда­ни­ем обл­ис­пол­ко­ма, постро­ен­ным перед Вто­рой миро­вой вой­ной. В совет­ское вре­мя зда­ние назы­ва­лось Домом сове­тов. Оно похо­же на Дом пра­ви­тель­ства в Мин­ске: его сде­ла­ли таким спе­ци­аль­но, в кон­це 1930‑х годов, до пак­та Моло­то­ва-Риббен­тро­па, рас­смат­ри­вал­ся вари­ант пере­но­са сто­ли­цы БССР из Мин­ска в Моги­лёв, и тогда в Доме сове­тов рас­по­ло­жи­лось бы руко­вод­ство республики.

С пло­ща­дью пере­се­ка­ет­ся цен­траль­ная ули­ца горо­да — Пер­во­май­ская (быв­ший Дне­пров­ский буль­вар), парал­лель­но ей идут Ленин­ская (быв­шая Боль­шая Садо­вая) и Пио­нер­ская (быв­шая Малая Садо­вая). Это — при­мер того, как в годы, после­до­вав­шие за боль­ше­вист­ской рево­лю­ци­ей, в топо­ни­ми­ку быв­шей цар­ской Рос­сии при­шла «рево­лю­ци­он­ная» тема. В горо­дах и посёл­ках появи­лись Ком­му­ни­сти­че­ские, Ком­со­моль­ские, Пио­нер­ские, Интер­на­ци­о­наль­ные ули­цы, а так­же назван­ные в честь Лени­на, Марк­са, Энгель­са и все­воз­мож­ных совет­ских ком­му­ни­сти­че­ских функционеров.

Ули­цы, назван­ные в честь наи­бо­лее «ней­траль­ных» из них — напри­мер, Сер­го Орджо­ни­кид­зе, 1‑го Народ­но­го комис­са­ра тяжё­лой про­мыш­лен­но­сти СССР, или Вале­ри­а­на Куй­бы­ше­ва, чьей послед­ней долж­но­стью была Пред­се­да­тель Комис­сии совет­ско­го кон­тро­ля при Сове­те народ­ных комис­са­ров СССР, сохра­ни­лись до сих пор.
Посте­пен­но ком­му­ни­сти­че­ская мифо­ло­гия обо­га­ща­лась новы­ми геро­я­ми, в честь кото­рых так­же назы­ва­ли ули­цы и проспекты.

Я вырос на ули­це Челюс­кин­цев — назван­ной в честь чле­нов экс­пе­ди­ции раз­дав­лен­но­го льда­ми в 1934 году ледо­ко­ла «Челюс­кин» (в свою оче­редь, кста­ти, назван­но­го в честь рус­ско­го море­пла­ва­те­ля XVIII века Семё­на Челюс­ки­на). Два меся­ца участ­ни­ки экс­пе­ди­ции оста­ва­лись на дрей­фу­ю­щей льдине, а потом были эва­ку­и­ро­ва­ны на само­лё­тах. Вско­ре во мно­гих совет­ских горо­дах появи­лись ули­цы Челюс­кин­цев, а в Мин­ске, напри­мер, даже Парк Челюс­кин­цев. Кста­ти, руко­во­ди­тель арк­ти­че­ской экс­пе­ди­ции на «Челюс­кине» про­фес­сор Отто Шмидт родил­ся в Моги­лё­ве и учил­ся в мест­ной муж­ской гим­на­зии. В честь него назван про­спект, а в раз­го­вор­ной речи и весь при­ле­га­ю­щий рай­он назы­ва­ли «Шмид­та».

Сле­ду­ю­щий боль­шой пласт совет­ской топо­ни­ми­ки свя­зан с Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ной: появи­лись ули­цы и пло­ща­ди Побе­ды, а так­же назван­ные в честь Зои Кос­мо­де­мьян­ской, моло­до­гвар­дей­цев и дру­гих геро­ев войны.

Ули­ца Зои и Алек­сандра Кос­мо­де­мьян­ских в Москве. 1988 год. Фото С. Ерма­ко­ва. Источ­ник: pastvu.com/p/25272

С нача­ла 1960‑х годов раз­ви­ва­лась ещё одна тема не толь­ко топо­ни­ми­ки, но и в целом совет­ско­го ней­мин­га (упо­треб­лю здесь этот совре­мен­ный тер­мин за неиме­ни­ем луч­ше­го): кос­ми­че­ская. В раз­лич­ных назва­ни­ях актив­но при­сут­ству­ют раке­ты, спут­ни­ки, кос­мос, а так­же фами­лия пер­во­го кос­мо­нав­та Юрия Гага­ри­на. По все­му Совет­ско­му Сою­зу появ­ля­ют­ся ули­цы, про­спек­ты, буль­ва­ры и пло­ща­ди Гага­ри­на, кино­те­ат­ры «Кос­мос» и «Спут­ник», начи­на­ет­ся выпуск пыле­со­сов «Раке­та».

В резуль­та­те к вось­ми­де­ся­тым годам про­шло­го века топо­ни­ми­ка типич­но­го совет­ско­го горо­да пред­став­ля­ла собой микс из «ком­му­ни­сти­че­ской», «воен­ной» и «кос­ми­че­ской» тем, а так­же «инду­стри­аль­ной»: ули­цы и пере­ул­ки Маши­но­стро­и­те­лей, Мотор­ные, Рабо­чие, Инду­стри­аль­ные и тому подобные.

«Инду­стри­аль­ная» тема актив­но при­сут­ство­ва­ла в назва­ни­ях улиц на Рабо­чем посел­ке, где я жил: Авто­мо­биль­ная ули­ца, Трак­тор­ная, Мотор­ная, Завод­ская, Тек­стиль­ный и 2‑й Тек­стиль­ный пере­ул­ки. В этом какая-то логи­ка, навер­но, была: непо­да­ле­ку нахо­дил­ся мото­ро­ре­монт­ный завод и ещё несколь­ко пред­при­я­тий, и мно­гие жите­ли посёл­ка на них работали.

Но най­ти логи­ку в том, поче­му осталь­ные ули­цы рай­о­на назы­ва­лись име­нем тех или иных людей, уже невозможно.

Здесь обра­зу­ет­ся какой-то безум­ный вине­грет, в кото­ром и про­ле­тар­ский писа­тель Мак­сим Горь­кий (ули­ца его име­ни про­хо­ди­ла рядом со шко­лой, где я учил­ся), и лёт­чик-герой Нико­лай Гастел­ло, и Олег Коше­вой, пар­ти­зан-ком­со­мо­лец, участ­ник уве­ко­ве­чен­ной в одно­имён­ном романе Алек­сандра Фаде­е­ва «Моло­дой гвар­дии», и укра­ин­ский писа­тель и дея­тель соци­а­ли­сти­че­ско­го дви­же­ния Иван Фран­ко, и совер­шен­но мне не извест­ные люди с фами­ли­я­ми Жбан­ков и Успенский.

Подоб­ный топо­ни­ми­че­ский вине­грет при­сут­ство­вал и в дру­гих рай­о­нах горо­да: непо­да­ле­ку друг от дру­га ули­цы Стро­и­те­лей, Кос­мо­нав­тов, Кон­стан­ти­на Засло­но­ва (бело­рус­ский герой-пар­ти­зан), Лаза­рен­ко (не пом­ню, кто это и гуг­лить на стал), пере­улок Сак­ко и Ван­цет­ти (участ­ни­ки дви­же­ния за пра­ва рабо­чих, рабо­чие-анар­хи­сты, выход­цы из Ита­лии, про­жи­вав­шие и каз­нён­ные в США в 1927 году).

Или ещё один рай­он, Зад­не­про­вье: Пуш­кин­ский про­спект (Пуш­кин вро­де бы когда-то про­ез­жал через город, и там сто­ит памят­ник ему), ули­ца Габров­ская (Бол­гар­ское Габро­во — побра­тим Моги­лё­ва), ули­цы Мов­чан­ско­го, Фати­на и Залуц­ко­го (нико­гда не знал, кто это такие).

Все эти назва­ния сохра­ни­лись до сих пор. Точ­но так же сохра­ни­лась эта ком­му­ни­сти­че­ская топо­ни­ми­ка во мно­гих дру­гих насе­лён­ных пунк­тах Рос­сии и Беларуси.

Не изба­вив­шись от назва­ний улиц и пло­ща­дей ком­му­ни­сти­че­ской эры, не убрав памят­ни­ки Лени­ну, мы живём в какой-то фаль­ши. Идею о том, что это — часть нашей исто­рии и пото­му долж­на сохра­нять­ся, я не при­ни­маю. Пом­нить исто­рию мож­но и нуж­но, но зачем в сего­дняш­ней реаль­но­сти нам вся­кие Ком­му­ни­сти­че­ские и Ком­со­моль­ские ули­цы и памят­ни­ки ком­му­ни­сти­че­ско­му вождю, кото­ро­го боль­шая часть тех, кто родил­ся после рас­па­да СССР, вооб­ще не знает?

Кста­ти, ком­му­ни­сти­че­ская тема охва­ты­ва­ла не толь­ко про­спек­ты и ули­цы, но, напри­мер, и кино­те­ат­ры. Поче­му-то люби­ли назы­вать их «Октябрь». Так назы­вал­ся круп­ней­ший кино­те­атр Моги­лё­ва, откры­тый в 1969 году — с пан­но в корич­не­во-беже­вых тонах на тему октябрь­ской рево­лю­ции на фаса­де. Так же назы­ва­ет­ся один из круп­ней­ших кино­те­ат­ров Моск­вы на Новом Арба­те и один из глав­ных кино­те­ат­ров Минска.

Кино­те­атр «Октябрь» в Яро­слав­ле. 1976–1978 гг. Фото Ю. А. Пичу­ги­на, А. С. Сквор­цо­ва, Ю. Г. Сла­сти­ни­на. Источ­ник: pastvu.com/p/217672

В назва­ни­ях моги­лёв­ских гости­ниц фан­та­зии не про­яви­ли. Круп­ней­шая гости­ни­ца — открыв­ша­я­ся в 1972 году — назы­ва­ет­ся «Моги­лёв», а вто­рая по зна­че­нию на сере­ди­ну вось­ми­де­ся­тых, уже не суще­ству­ю­щая, — «Днепр». Отдель­ных ресто­ра­нов в Моги­лё­ве дол­гое вре­мя не было, толь­ко при гости­ни­цах, и назы­ва­лись они так же, как и сами гости­ни­цы. В 1985 году была постро­е­на гости­ни­ца «Турист» с ресто­ра­ном под назва­ни­ем… не пом­ню, воз­мож­но, он был про­сто ресто­ра­ном без назва­ния, при гостинице.

Кста­ти, гости­ниц с назва­ни­ем «Турист» в СССР были десят­ки, и никто тогда не вос­при­ни­мал такое назы­ва­ние как слиш­ком уж банальное.

Во вто­рой поло­вине вось­ми­де­ся­тых в Моги­лё­ве появил­ся пер­вый отдель­но сто­я­щий — и доволь­но боль­шой — ресто­ран под назва­ни­ем «Ясень». Поче­му он был назван так — для меня загадка.

Инте­рес­но, что в ней­мин­ге совет­ских вре­мён очень часто исполь­зо­ва­лись назва­ния рек. Гости­ни­цу «Днепр» и одно­имён­ный ресто­ран я уже упо­мя­нул. В Мин­ске в 1980–1990‑е годы была гости­ни­ца «Свис­лочь» с одно­имён­ным ресто­ра­ном — назван­ная в честь про­те­ка­ю­щей в горо­де реки.

В честь рек поче­му-то часто назы­ва­ли и фут­боль­ные коман­ды. При­чем, посколь­ку одна река про­те­ка­ла через несколь­ко горо­дов, часто раз­ные коман­ды назы­ва­лись в честь одной реки. Моги­лёв­ский «Днепр» скром­но играл во вто­рой лиге чем­пи­о­на­та СССР, тогда как его дне­про­пет­ров­ский тёз­ка в 1980‑е годы был одной из силь­ней­ших команд выс­шей лиги и два­жды ста­но­вил­ся чем­пи­о­ном страны.

В совет­ское вре­мя были так­же рас­про­стра­не­ны коман­ды «спор­тив­ных обществ» — «Спар­так», «Дина­мо», «Локо­мо­тив», «Тор­пе­до», «Кры­лья Советов».
«Локо­мо­тив» — назва­ние доб­ро­воль­но­го спор­тив­но­го обще­ства проф­со­ю­за рабо­чих желез­но­до­рож­но­го транс­пор­та СССР, осно­ван­но­го в 1922 году — пожа­луй, самое очевидное.

Как, впро­чем, и назва­ние спор­тив­но­го обще­ства проф­со­ю­за работ­ни­ков авиа­про­мыш­лен­но­сти — «Кры­лья Советов».

Создан­ное в 1923 году спор­тив­ное обще­ство Госу­дар­ствен­но­го поли­ти­че­ско­го управ­ле­ния (ГПУ) при НКВД РСФСР было назва­но «Дина­мо». Связь с орга­на­ми внут­рен­них из назва­ния одно­знач­но не выте­ка­ет. По леген­де назва­ние пред­ло­жил Лео­нид Недо­лей-Гон­ча­рен­ко, началь­ник полит­от­де­ла ГПУ, когда-то рабо­тав­ший на заво­де элек­тро­ге­не­ра­то­ров «Дина­мо».

А потом писа­тель Мак­сим Горь­кий, избран­ный почёт­ным дина­мов­цем, все кра­си­во объяснил:

«Гре­че­ское сло­во „дина“ зна­чит сила, „дина­ми­ка“ — дви­же­ние, а „дина­мит“ — взрыв­ча­тое веще­ство. „Дина­мо“ — это сила в дви­же­нии, при­зван­ная взо­рвать и раз­ру­шить в прах и пыль всё ста­рое, гни­лое, все, что затруд­ня­ет рост ново­го, разум­но­го, чисто­го и свет­ло­го — рост про­ле­тар­ской соци­а­ли­сти­че­ской культуры».

Спор­тив­ное обще­ство пром­ко­опе­ра­ции «Спар­так», как счи­та­ет­ся, назва­но в честь рим­ско­го гла­ди­а­то­ра и лиде­ра повстан­цев Спар­та­ка. Хотя есть и дру­гие вер­сии про­ис­хож­де­ния назва­ния, вклю­чая чеш­ский спор­тив­ный клуб «Спар­та», суще­ству­ю­щий с 1893 года, и «Союз Спар­та­ка», марк­сист­ской орга­ни­за­ция в Гер­ма­нии нача­ла XX века, из кото­рой вышли буду­щие ком­му­ни­сти­че­ские лиде­ры Карл Либ­к­нехт и Роза Люксембург.

Спор­тив­ное обще­ство «Тор­пе­до» изна­чаль­но было свя­за­но с авто­мо­биль­ной про­мыш­лен­но­стью, а назва­ние — рас­про­стра­нён­ный тогда тип авто­мо­биль­но­го кузова.

От назва­ний спор­тив­ных команд перей­ду к дру­гим, с кото­ры­ми часто при­хо­ди­лось стал­ки­вать­ся в совет­ское вре­мя. Напри­мер, мага­зи­ны. Про­до­воль­ствен­ные, как пра­ви­ло, не назы­ва­ли — доста­точ­но было номе­ра: «Мага­зин № 5» или, напри­мер, «№ 62».

В отли­чие от про­до­воль­ствен­ных, книж­ные мага­зи­ны обя­за­тель­но как-то назы­ва­лись. При­чём, вспо­ми­ная моги­лёв­ские книж­ные, связь меж­ду назва­ни­ем и про­фи­лем мага­зи­на дале­ко не все­гда про­сле­жи­ва­лась. «Мысль» — окей, где кни­ги, там и мысль. «Асве­та» (по-бело­рус­ски — «про­све­ще­ние») — тоже понят­но. А вот, напри­мер, «Ранi­ца» («утро») или «Маяк» — где здесь связь с кни­га­ми и литературой?

Мага­зин «Кни­ги» в цен­тре Реуто­ва. 1957 год. Источ­ник: pastvu.com/p/466471

Поня­тия мар­ке­тинг в СССР не суще­ство­ва­ло, и, соот­вет­ствен­но, ни о каком ней­мин­ге как важ­ном ком­по­нен­те мар­ке­тин­га никто не знал. Но назва­ния това­рам, выпус­ка­е­мым соци­а­ли­сти­че­ской эко­но­ми­кой, давать было нуж­но. Такое впе­чат­ле­ние, что назва­ния эти дава­ли «от бал­ды», осо­бо не замо­ра­чи­ва­ясь — так в послед­ние деся­ти­ле­тия СССР в прин­ци­пе рабо­та­ла совет­ская экономика.

В резуль­та­те мно­гие назва­ния брен­дов совет­ских вре­мён зву­чат сего­дня хал­тур­но, как взя­тые «с потол­ка», ран­дом­ные — гово­ря совре­мен­ным языком.

Взять, напри­мер, назва­ния маг­ни­то­фо­нов. «Олимп», «Нота», «Аст­ра», «Юпи­тер», «Коме­та», «Вес­на», «Илеть» (это такая река), «Ростов», «Бела­русь».

Или назва­ния фото­ап­па­ра­тов. Такой же вине­грет: ФЭД («Феликс Эдмун­до­вич Дзер­жин­ский»), «Киев», «Зенит» (сло­во, может, как-то мож­но при­вя­зать к опти­ке, хотя и с боль­шой натяж­кой), «Зор­кий», «Сме­на».

Теле­ви­зо­ры «Рекорд», «Рубин» или «Гори­зонт». Радио­при­ем­ни­ки «Атмо­сфе­ра» или «Оке­ан» (послед­ний выпус­кал­ся на мин­ском заво­де «Гори­зонт», рас­по­ло­жен­ном дале­ко от всех океанов).

Вооб­ще, такое боль­шое коли­че­ство раз­ных марок, как у маг­ни­то­фо­нов и радио­при­ём­ни­ков, было ско­рее нети­пич­ным. При пла­но­вой эко­но­ми­ке и кон­тро­ле госу­дар­ства над все­ми сфе­ра­ми нор­мой был ско­рее «мини­ма­лизм» — но мини­ма­лизм нега­тив­ный, гра­ни­ча­щий с убо­го­стью и дефицитом.

Кол­ба­са — док­тор­ская, люби­тель­ская и чай­ная. Док­тор­ская, выпус­кав­ша­я­ся с 1936 года, пред­на­зна­ча­лась «боль­ным, подо­рвав­шим здо­ро­вье в резуль­та­те Граж­дан­ской вой­ны и цар­ско­го дес­по­тиз­ма». А вот чай­ная — несколь­ко стран­ное назва­ние для кол­ба­сы, не прав­да ли? — если верить инфор­ма­ции, най­ден­ной в интер­не­те, вооб­ще появи­лась еще в XIX веке и назы­ва­лась так из-за добав­ле­ния в неё… чай­ной пыли.

Точ­но так же, напри­мер, и брен­дов алко­го­ля в СССР было крайне мало. В моги­лев­ских мага­зи­нах, пом­ню, я видел толь­ко два сор­та пива — жигу­лёв­ское (свет­лое) и мар­тов­ское (тём­ное). Назва­ние «Жигу­лёв­ско­го» (по име­ни пив­за­во­да в Сама­ре) при­ду­мал, как счи­та­ет­ся, сам Ана­стас Мико­ян — в то вре­мя народ­ный комис­сар пище­вой про­мыш­лен­но­сти СССР. Про­из­вод­ство это­го пива нача­лось в 1938 году. «Мар­тов­ское», как я узнал, вооб­ще не совет­ское назва­ние, а пере­вод с немец­ко­го: Märzenbier — так в Гер­ма­нии и в Австрии назы­ва­ли пиво, полу­чен­ное в резуль­та­те бро­же­ния дрож­жей ран­ней вес­ной, а в СССР в 1935 году раз­ра­бо­та­ли свою вер­сию тако­го пива.

minvoda.jpg

Осо­бо­го раз­но­об­ра­зия брен­дов вод­ки тоже не было: пом­ню пше­нич­ную, мос­ков­скую, рус­скую и сто­лич­ную. Шам­пан­ское было все­го одно — «совет­ское». Из вин пом­ню неза­тей­ли­во назван­ное «пло­до­во-ягод­ное», в оби­хо­де извест­ное как «чер­ни­ло», делав­ше­е­ся пона­ча­лу дей­стви­тель­но из пло­дов и ягод, а потом, уже в пост­со­вет­ское вре­мя, из спир­та, воды и сиро­па, а так­же азер­бай­джан­ский порт­вейн «Агдам» — назван­ный в честь одно­имён­но­го горо­да, кото­рый, как я узнал, погуг­лив, с 1993 года нахо­дил­ся под кон­тро­лем Нагор­но-Кара­бах­ской Рес­пуб­ли­ки, а в нояб­ре 2020 года, по ито­гам воору­жён­но­го кон­флик­та, был пере­дан Азербайджану.

Брен­дов авто­мо­би­лей в Совет­ском Сою­зе тоже было не слиш­ком мно­го. В пер­вые совет­ские деся­ти­ле­тия назва­ний у авто­мо­би­лей, выпус­кав­ших­ся в СССР, не было вооб­ще — толь­ко аббре­ви­а­ту­ра заво­да и номер моде­ли, напри­мер, ЗИС-101 (мос­ков­ский завод име­ни Ста­ли­на, поз­же пере­име­но­ван­ный в завод име­ни Лиха­чё­ва, соот­вет­ствен­но, поме­ня­лась и аббре­ви­а­ту­ра — ЗИЛ).

Пер­вым совет­ским лег­ко­вым авто­мо­би­лем, имев­шем назва­ние, ста­ла «Побе­да», с 1946 года выпус­кав­ша­я­ся на заво­де име­ни Моло­то­ва (позд­нее — Горь­ков­ский авто­мо­биль­ный завод, ГАЗ) и назван­ная так в честь побе­ды Совет­ско­го Сою­за в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне. Вооб­ще, ГАЗ ока­зал­ся самым «кре­а­тив­ным» в смыс­ле назва­ний моде­лей для сво­их лег­ко­вых автомобилей.

ГАЗ М‑20В «Побе­да». 1955 год

«Побе­ду» сме­ни­ла в 1956 году «Вол­га», ГАЗ-21. Назва­ние «Вол­га» воз­ник­ло доста­точ­но есте­ствен­но — город Горь­кий (поз­же ему вер­ну­ли исто­ри­че­ское назва­ние Ниж­ний Нов­го­род) сто­ит на этой реке. А что каса­ет­ся «Чай­ки», маши­ны «пред­ста­ви­тель­ско­го клас­са», то суще­ство­ва­ло два вари­ан­та назва­ния — «Чай­ка» и «Стре­ла», — и кон­струк­то­ры в ито­ге выбра­ли первый.

Кста­ти, назва­ние это не было исклю­чи­тель­но «авто­мо­биль­ным». Под этой мар­кой выпус­ка­лись и дру­гие това­ры, не имев­шие отно­ше­ния к Горь­ков­ско­му авто­за­во­ду — напри­мер, швей­ная маши­на и радиола.

На Мос­ков­ском и Запо­рож­ском авто­за­во­дах с назва­ни­я­ми осо­бо не замо­ра­чи­ва­лись. Мос­ков­ский завод мало­лит­раж­ных авто­мо­би­лей (МЗМА, позд­нее — АЗЛК, авто­за­вод име­ни Ленин­ско­го ком­со­мо­ла) назвал свой авто­мо­биль, постав­лен­ный на кон­вей­ер в 1947 году, «Моск­ви­чом», а начав­ший выпус­кать­ся в Запо­ро­жье в нача­ле 1960‑х годов буду­щий «позор совет­ско­го авто­про­ма» был назван «Запо­рож­цем».

Несколь­ко более слож­ным был про­цесс выбо­ра назва­ния для седа­на ВАЗ-2101, раз­ра­бо­тан­но­го на базе ита­льян­ско­го Фиа­та-124 и про­зван­но­го в наро­де «копей­кой» — его выпуск начал­ся в 1970 году на толь­ко что постро­ен­ном Волж­ском авто­мо­биль­ном заво­де в Тольятти.

Жур­нал «За рулём» объ­явил все­со­юз­ный кон­курс на луч­шее назва­ние авто­мо­би­ля. Из почти двух тысяч пред­ло­жен­ных вари­ан­тов в шорт-лист вошли «Вол­жа­нин», «Меч­та», «Друж­ба», «Жигу­ли» и «Лада». Редак­ция «За рулём» была про­тив гео­гра­фи­че­ских назва­ний, но руко­во­ди­те­ли Мини­стер­ства авто­мо­биль­ной про­мыш­лен­но­сти и Волж­ско­го авто­за­во­да выбра­ли имен­но «Жигу­ли» — так назы­ва­ет­ся воз­вы­шен­ность на пра­вом бере­гу Вол­ги. А назва­ние «Лада» была одоб­ре­но в каче­стве экспортного.

Инте­рес­но, что «Лада» ока­за­лась сре­ди тех немно­гих совет­ских брен­дов, кото­рые пере­жи­ли рас­пад СССР. Это доста­точ­но ней­траль­ное назва­ние, с нега­ти­вом совет­ской эпо­хи явно не ассо­ци­и­ру­ю­ще­е­ся, да и чего-то фор­маль­но-хал­тур­но­го, ран­дом­но­го в нём тоже нет.


Под­пи­сы­вай­тесь на «Всё идёт по пла­ну» на «Apple Podcasts»«Яндекс.Музыке» и дру­гих плат­фор­мах, где слу­ша­е­те под­ка­сты, а так­же полу­чи­те доступ к допол­ни­тель­ной инфор­ма­ции на «Патре­оне».


Читай­те так­же «„К морю и солн­цу!“. О лет­нем отды­хе в СССР». 

18 февраля в Царском селе откроют выставку с платьями фрейлин и платками крестьянок XIX века

Выставка объединит великокняжеские и фрейлинские платья поставщиков императорского Двора с крестьянскими платками и кокошниками XIX века мастериц Русского Севера.

26 февраля в московской галерее Île Thélème откроется выставка художника арефьевского круга Громова

В трёх залах галереи будут экспонироваться более 110 работ, среди которых живопись, графика в смешанной технике, а также станковая графика разных периодов.

19 февраля в кино состоится премьера фильма «Король и Шут. Навсегда»

Картина рассказывает историю Горшка и Князя, которые встречаются в сказочном мире и объединяются против колдуна Некроманта.