В рос­сий­ском кино­про­ка­те стар­то­ва­ла пре­мье­ра филь­ма «Про­рок. Исто­рия Алек­сандра Пуш­ки­на» Фелик­са Ума­ро­ва с потен­ци­аль­ным оска­ро­нос­цем Юрой Бори­со­вым в глав­ной роли. По тако­му слу­чаю не лиш­ним будет вспом­нить, что тра­ди­ции сни­мать бай­о­пи­ки о солн­це рус­ской поэ­зии вот уже более ста лет — нача­ли ещё во вре­ме­на доре­во­лю­ци­он­но­го кино и про­дол­жа­ют по сию пору. Разу­ме­ет­ся, в каж­дой кар­тине свой Пуш­кин — в зави­си­мо­сти от эпо­хи, в кото­рую роди­лась лента.

VATNIKSTAN при­гла­ша­ет в путе­ше­ствие по кине­ма­то­гра­фи­че­ской пуш­ки­ни­ане — с 1910‑х по 2020‑е годы.

«Жизнь и смерть Пушкина» (1910). Реж. Василий Гончаров

«Пер­вый рус­ский режис­сёр» — так гово­рил о себе Васи­лий Михай­ло­вич Гон­ча­ров и, в общем, имел на это пол­ное пра­во: от сня­той им в 1908 году кар­ти­ны «Пони­зо­вая воль­ни­ца» (дру­гое назва­ние — «Стень­ка Разин») при­ня­то отсчи­ты­вать исто­рию кине­ма­то­гра­фа Рос­сий­ской импе­рии. В 1911 году Гон­ча­ров создал пер­вый оте­че­ствен­ный пол­но­мет­раж­ный фильм — «Обо­ро­ну Сева­сто­по­ля», а в 1910 году — пер­вый фильм об Алек­сан­дре Сер­ге­е­ви­че Пушкине.

Зри­те­лям пред­ла­га­ет­ся пяти­ми­нут­ная немая корот­ко­мет­раж­ка, кото­рая иллю­стри­ру­ет жизнь поэта в несколь­ких кад­рах, сня­тых общим пла­ном: Пуш­кин в лицее, Пуш­кин на экза­мене, Пуш­кин с дру­зья­ми, Пуш­кин с импе­ра­то­ром, Пуш­кин на дуэ­ли, Пуш­кин уми­ра­ет. Как под­счи­тал кто-то из ком­мен­та­то­ров в Сети, по семь с поло­ви­ной лет на минуту.

При­ме­ча­тель­но, что кри­ти­ки нача­ла XX века фильм Гон­ча­ро­ва раз­гро­ми­ли. Кино­вед Алек­сандр Ива­нов рас­ска­зы­ва­ет:

«Юно­го Сашу играл тол­стый актёр с при­кле­ен­ным носом и бакен­бар­да­ми „под Пуш­ки­на“. Появ­ля­ясь при дво­ре, поэт угод­ли­во кла­нял­ся вель­мо­жам без раз­бо­ра чинов и воз­рас­та. В гостях у Пуш­ки­на 1830 года мож­но видеть рядом с ним уже уби­то­го Алек­сандра Гри­бо­едо­ва и Нико­лая Гого­ля, с кото­рым поэт ещё не был зна­ком. Посе­ще­ние Пуш­ки­ным, с порт­фе­лем под мыш­кой, госу­да­ря Нико­лая I закан­чи­ва­лось поце­лу­я­ми рук монарха.

Убо­гость тех­ни­че­ских средств, декла­ра­тив­ное неве­же­ство, исто­ри­че­ская ложь — всё это созда­ло филь­му самую дур­ную репу­та­цию на десят­ки лет. „На ред­кость пош­лое и лжи­вое дей­ство, мара­ю­щее гря­зью наше­го вели­ко­го сооте­че­ствен­ни­ка“. Так писа­ли об этой лен­те и до, и после 1917 года».

Слу­чай­но или нет, но посмот­реть на туч­но­го «Сашу» у нас с вами сего­дня не полу­чит­ся: циф­ро­вая копия кар­ти­ны, доступ­ная онлайн, мель­ком пока­зы­ва­ет поэта в дет­стве, а затем сра­зу сле­ду­ет сце­на, в кото­рой лице­и­сты игра­ют в снеж­ки. Зато сохра­нил­ся финаль­ный эпи­зод: перед смер­тью Пуш­кин полу­ча­ет пись­мо от Нико­лая I, целу­ет его и испус­ка­ет дух. Выгля­дит доволь­но крин­жо­во: такой вот монар­хи­че­ский реализм.

«Поэт и царь» (1927). Реж. Владимир Гардин, Евгений Червяков

Иное дело с пер­вым совет­ским филь­мом о Пуш­кине, где пись­мо импе­ра­то­ра явно не окры­ля­ет, а доби­ва­ет Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча. Да и вооб­ще вся лен­та стро­ит­ся на про­ти­во­сто­я­нии с царём — сюжет начи­на­ет­ся с жела­ния Нико­лая поуха­жи­вать за женой поэта, Ната­льей Гон­ча­ро­вой, а кон­ча­ет­ся мон­та­жом, в кото­ром госу­дарь и Дан­тес сли­ва­ют­ся в одно уса­тое зло­дей­ское лицо.

Хотя кар­ти­на была на мно­же­ство поряд­ков совер­шен­нее пред­ше­ствен­ни­цы, кри­ти­кам «Поэт и царь» опять не уго­дил. Кино­вед Нико­лай Ефи­мов в ста­тье 1967 года пишет:

«В. Гар­ди­ну и Е. Чер­вя­ко­ву пред­сто­я­ло впер­вые порвать с тра­ди­ци­я­ми бур­жу­аз­но­го био­гра­фи­че­ско­го филь­ма. Они насы­ти­ли свой сце­на­рий соци­аль­ны­ми моти­ви­ров­ка­ми, под­черк­ну­ли глу­бо­кий кон­фликт, суще­ству­ю­щий меж­ду Пуш­ки­ным и цар­ским режи­мом. Они отте­ни­ли граж­дан­скую, тиран­обор­че­скую линию в судь­бе вели­ко­го наци­о­наль­но­го поэта. Этим они про­ло­жи­ли доро­гу не толь­ко дру­гим пуш­кин­ским филь­мам, но и ана­ло­гич­ным кино­про­из­ве­де­ни­ям из жиз­ни заме­ча­тель­ных людей, кото­рые и теперь у нас снимаются.

При всём этом уже в сце­на­рии они сохра­ни­ли (к сожа­ле­нию) тот харак­тер­ный для бур­жу­аз­но­го кино мотив, кото­рый не мог не сни­зить худо­же­ствен­но­го уров­ня все­го филь­ма. Это мотив при­двор­но­го адюль­те­ра. <…> Мы, конеч­но, зна­ем из исто­ри­че­ских доку­мен­тов и о двор­цо­вых шаш­нях Нико­лая I, и о его уха­жи­ва­ни­ях за Ната­льей Нико­ла­ев­ной. Но мы зна­ем так­же, что Пуш­кин при дво­ре всё рав­но был обре­чён, даже в том слу­чае, если б его жена не была пер­вой кра­са­ви­цей Рос­сии. При­двор­ная интри­га вокруг её име­ни велась не столь откро­вен­но и гру­бо, как это пред­став­ле­но в филь­ме. <…> Адюль­тер, про­ник­ший на совет­ский экран, сни­жал, опош­лял образ вели­ко­го поэта и его близких».

Не оце­ни­ли совре­мен­ни­ки и то, что в филь­ме мно­го вре­ме­ни отво­дит­ся «вели­ко­свет­ским балам». Что ж, эти сце­ны дей­стви­тель­но тор­мо­зят дей­ствие, зато любо­пыт­ны с исто­ри­че­ской точ­ки зре­ния — и как иллю­стра­ция к собы­ти­ям к XIX века, и как при­мер того, каки­ми в пер­вые годы совет­ско­го кино мог­ли быть мас­штаб­ные костю­ми­ро­ван­ные съёмки.

Отдель­но хочет­ся выде­лить двор­цо­вый мас­ка­рад: тол­па в пуга­ю­щих костю­мах, в том чис­ле кари­ка­тур­ный двой­ник Пуш­ки­на, в какой-то момент окру­жа­ет героя. Выгля­дит жут­ко­ва­то, как в филь­ме ужа­сов, и про­из­во­дит соот­вет­ству­ю­щее впечатление.

«Юность поэта» (1937). Реж. Абрам Народицкий

В отли­чие от пред­ше­ствен­ни­ков, режис­сёр Наро­диц­кий заду­мал сде­лать кино о Пуш­кине весё­лым и жиз­не­ра­дост­ным, что побу­ди­ло его обра­тить­ся к лицей­ским годам поэта. Сюжет выдер­жан в духе 1930‑х: наш герой чита­ет воль­но­дум­ные сти­хи, дер­зит дво­ря­нам, пред­по­чи­тая про­во­дить вре­мя с про­сты­ми людь­ми — в общем, дела­ет всё, что­бы через сто с лиш­ним лет строч­ка «дру­зья мои, пре­кра­сен наш союз» ассо­ци­и­ро­ва­лась у неко­то­рых с воз­ник­но­ве­ни­ем Сою­за ССР.

Нико­лай Ефи­мов посчи­тал сце­на­рий «Юно­сти…», напи­сан­ный Алек­сан­дром Сло­ним­ским, боль­шой удачей:

«В уда­че „Юно­сти поэта“ преж­де все­го боль­шую роль сыг­рал сце­на­рий. Автор его — извест­ный пуш­ки­нист А. Л. Сло­ним­ский — знал эпо­ху в её подроб­но­стях. <…> Эру­ди­ция авто­ра поз­во­ли­ла ему создать ряд фигур вымыш­лен­ных, но типич­ных для сво­е­го вре­ме­ни, — это, в част­но­сти, гувер­нёр Мей­ер, отстав­ной сол­дат Фома, слу­жа­щий в лицее и т. д. Осо­бен­но хоро­шо исполь­зо­ва­на в сце­на­рии лек­си­ка нача­ла XIX столетия».

Наравне с дра­ма­тур­ги­ей Ефи­мов отме­ча­ет поэ­ти­че­скую атмосферу:

«Нам пред­став­ля­ет­ся, что самой силь­ной сто­ро­ной это­го лири­че­ско­го пуш­кин­ско­го филь­ма явля­ет­ся созда­ние той поэ­ти­че­ской атмо­сфе­ры, кото­рой так не хва­та­ло в ста­рых поста­нов­ках. Не обя­за­тель­но, что­бы в пуш­кин­ских кар­ти­нах без кон­ца чита­лись сти­хи, дабы дока­зать, что глав­ное дей­ству­ю­щее лицо — поэт. Гораз­до труд­нее и увле­ка­тель­нее насы­щать фильм моти­ва­ми, пита­ю­щи­ми его поэзию».

Одна­ко, если смот­реть кар­ти­ну из сего­дняш­не­го дня, пред­став­ля­ет­ся, что самый яркий эле­мент про­из­ве­де­ния, без кото­ро­го оно, веро­ят­но, не сло­жи­лось бы, — актёр­ская рабо­та мос­ков­ско­го школь­ни­ка Вален­ти­на Литов­ско­го, сыг­рав­ше­го моло­до­го Пуш­ки­на. Живой и непо­сред­ствен­ный, совер­шен­но не похо­жий на тра­ди­ци­он­ных пер­со­на­жей аги­та­ци­он­но­го кино ста­лин­ской поры, Литов­ский оди­на­ко­во хорош и в коми­че­ских, и в лири­че­ских сценах.

Увы, эта роль оста­лась для юно­ши един­ствен­ной: в 1941 году Вален­тин погиб на войне.

«Глинка» (1946). Реж. Лео Арнштам

Хотя в бай­о­пи­ке о ком­по­зи­то­ре Миха­и­ле Глин­ке экран­но­го вре­ме­ни для Пуш­ки­на выде­ле­но не так мно­го, он всё вре­мя при­сут­ству­ет в филь­ме незри­мо как рав­но­прав­ный пер­со­наж. Глин­ка то жаж­дет его вни­ма­ния, то горю­ет о его ухо­де, то сочи­ня­ет музы­ку на его сти­хи — в общем, «наше всё» и для выда­ю­ще­го­ся ком­по­зи­то­ра непре­ре­ка­е­мый авторитет.

Вос­хож­де­ние Миха­и­ла Ива­но­ви­ча к зени­ту сла­вы начи­на­ет­ся с того, что Алек­сандр Сер­ге­е­вич целу­ет его в голо­ву. Раз­молв­ка с женой? Это пото­му, что рав­но­душ­ная супру­га про­игно­ри­ро­ва­ла изве­стие о гибе­ли Пуш­ки­на. Новая влюб­лён­ность? В кого, если не в Ека­те­ри­ну Керн — дочь той самой Анны Керн, кото­рая, по леген­де, «я пом­ню чуд­ное мгновенье».

Роль поэта Арн­штам дове­рил арти­сту Пет­ру Алей­ни­ко­ву, извест­но­му рядом ярких коми­че­ских обра­зов. По мне­нию Ефи­мо­ва, эту рабо­ту нель­зя назвать удачной:

«Пуш­кин в ложе <…> пора­жа­ет сво­ей порт­рет­но­стью. Он пока­зан в харак­тер­ной для поэта позе. К сожа­ле­нию, зри­тель не при­нял его [Алей­ни­ко­ва] рабо­ты бла­го­да­ря курьёз­но­му сте­че­нию обсто­я­тельств. Пока Пуш­кин в ложе сидел непо­движ­но, он встре­чал­ся залом одоб­ри­тель­но. Но лишь толь­ко зри­те­ли узна­ва­ли, что Пуш­ки­на игра­ет П. Алей­ни­ков (их люби­мый артист!), в зале под­ни­мал­ся смех. Амплуа, в кото­ром обыч­но рабо­тал талант­ли­вый актёр, вызы­ва­ло эту роко­вую реак­цию, мешав­шую зри­те­лям смот­реть и оце­ни­вать неожи­дан­ную для него роль объективно».

Одна­ко у Алек­сандра Ива­но­ва иная информация:

«Одна из наи­бо­лее стран­ных спле­тен совет­ско­го кино — [буд­то] Алей­ни­ко­ва в роли Пуш­ки­на-де осви­ста­ли, оши­ка­ли и высме­я­ли. Я лич­но опро­сил более трид­ца­ти ныне здрав­ству­ю­щих зри­те­лей 1940‑х годов: было ли такое на самом деле? Ста­ри­ки еди­но­душ­но утвер­жда­ют — нет.

Более того, Пётр Мар­ты­но­вич играл поэта на ред­ком уровне лёг­ко­сти, создав воз­душ­ный, но не эфе­мер­ный образ гения. Веро­ят­но, имен­но это и не понра­ви­лось кому-то навер­ху. Пуш­кин неожи­дан­но появил­ся таким, каким его уже дав­но не писа­ли худож­ни­ки и лите­ра­то­ры совет­ской шко­лы. На экране мельк­ну­ла нот­ка под­лин­но­сти „той самой эпохи“.

На том же „Мос­филь­ме“, пятью года­ми спу­стя, снят фильм под назва­ни­ем „Ком­по­зи­тор Глин­ка“ (1952). Ремейк в эпо­ху мало­кар­ти­нья ста­лин­ско­го фина­ла — уни­каль­ное явле­ние в тота­ли­тар­ном кине­ма­то­гра­фе. Осо­бен­но если поста­нов­ка дове­ре­на коме­дио­гра­фу Гри­го­рию Александрову.

На роль поэта он выбрал актё­ра Льва Дура­со­ва. Вот такой Пуш­кин — обез­ли­чен­ный — устро­ил всех: и мас­со­во­го совет­ско­го зри­те­ля, и мно­го­ты­сяч­ную армию пуш­ки­ни­стов, и лич­но това­ри­ща Сталина».

Впро­чем, утвер­ждать, что Иосиф Вис­са­ри­о­но­вич кате­го­ри­че­ски не при­нял «Глин­ку», было бы невер­но: в 1947 году фильм удо­сто­ил­ся Ста­лин­ской пре­мии II сте­пе­ни. К сло­ву, в том же году кар­ти­на Арн­шта­ма номи­ни­ро­ва­лась на «Золо­то­го льва» в Вене­ции, но награ­ду не получила.

«Разбудите Мухина» (1967). Реж. Яков Сегель

Сту­дент Саша Мухин изоб­рёл новый спо­соб учить­ся в уни­вер­си­те­те: во вре­мя лек­ций он спит, путе­ше­ствуя по теме заня­тия при помо­щи сно­ви­де­ний. Одна­жды его зано­сит в XIX век в гости к Пуш­ки­ну. Не рас­те­ряв­шись, Мухин пер­вым делом демон­стри­ру­ет поэту свои позна­ния, декла­ми­руя сти­хо­тво­ре­ние про неру­ко­твор­ный памят­ник. Алек­сандр Сер­ге­е­вич с удо­воль­стви­ем запи­сы­ва­ет — ока­зы­ва­ет­ся, «Памят­ни­ка» он ещё не сочи­нял. Про­ис­хо­дит пара­докс в духе филь­ма «Назад в буду­щее», где Чак Бер­ри «пишет» хит Johnny B. Goode, услы­шав его от при­быв­ше­го из буду­ще­го Мар­ти Мак­флая, кото­рый в свою оче­редь зна­ет его бла­го­да­ря Берри.

Разу­ме­ет­ся, как и вся­кий путе­ше­ствен­ник во вре­ме­ни, Мухин наде­ет­ся про­ве­сти вре­мя с поль­зой, а имен­но — испра­вить в буду­щее, сохра­нив Пуш­ки­ну жизнь. Одна­ко поэт про­тив. Меж­ду геро­я­ми про­ис­хо­дит сле­ду­ю­щий диалог:

«— Алек­сандр Сер­ге­е­вич, ну это же, согла­си­тесь, глу­по. Очень глу­по то, что вас убьют на дуэ­ли. У них же всё под­стро­е­но. Все эти, жал­кую тол­пою сто­я­щие у трона…

— Вот видишь. Как же мне посту­пить? Что вы ска­же­те обо мне, если я поступ­лю бла­го­ра­зум­но и стру­шу перед ними? А раз­ве ваши поэты, они все­гда посту­па­ют благоразумно?

— Так вы же Пуш­кин! Вы же не име­е­те пра­ва! <…> В 1861 году отме­нят кре­пост­ное пра­во. В 1917‑м ски­нут послед­не­го царя, будет Октябрь­ская рево­лю­ция и ваши сти­хи будут учить в шко­ле! Пока сво­бо­дою горим, пока серд­ца для чести живы!..

— Видишь. Видишь, как хоро­шо. А ты хочешь, что­бы я не ходил на дуэль».

Мухи­на в филь­ме игра­ет моло­дой Сер­гей Шаку­ров, а Пуш­ки­на — пре­иму­ще­ствен­но теат­раль­ный актёр и режис­сёр Алек­сандр Пале­ес. Его трак­тов­ка кажет­ся близ­кой к тому, как играл Алей­ни­ков в «Глин­ке»: герой обла­да­ет мяг­ким оба­я­ни­ем и — поче­му бы и нет? — немно­го забавен.

«Последние дни» (1968). Реж. Александр Белинский

Алек­сандр Белин­ский — выда­ю­щий­ся режис­сёр ленин­град­ско­го теле­ви­де­ния, автор мно­же­ства экра­ни­за­ций рус­ской клас­си­ки. В 1968 году он обра­тил­ся к пье­се Миха­и­ла Бул­га­ко­ва «Алек­сандр Пуш­кин», в кото­рой сам поэт не при­сут­ству­ет на сцене, зато мы полу­ча­ем воз­мож­ность бли­же позна­ко­мить­ся с его окружением.

Лите­ра­ту­ро­вед Васи­лий Нови­ков утвер­жда­ет:

«Всё раз­ви­тие дра­ма­ти­че­ско­го дей­ствия в пье­се о Пуш­кине стро­ит­ся таким обра­зом, что­бы под­черк­нуть тра­ги­че­скую сущ­ность столк­но­ве­ния гения с обсто­я­тель­ства­ми. Бул­га­ков при­бе­га­ет к сме­ло­му при­ё­му. Он не пока­зы­ва­ет само­го Пуш­ки­на на сцене. Мель­ка­ет его тень в пер­вом дей­ствии, когда поэт, боль­ной, про­хо­дит через сто­ло­вую в свой каби­нет, да в кон­це пье­сы „груп­па людей“ про­но­сит „кого-то“ — смер­тель­но ранен­но­го на дуэ­ли Пуш­ки­на. Но само раз­ви­тие сквоз­но­го дей­ствия в пье­се, сцеп­ле­ние сцен — всё под­чи­не­но рас­кры­тию обра­за поэта, его лич­но­сти. Бул­га­ков искус­но стро­ит интри­гу, посте­пен­но раз­во­ра­чи­ва­ет кар­ти­ну заго­во­ра свет­ской чер­ни про­тив поэта, выво­дит, соб­ствен­но гово­ря, всех дей­ству­ю­щих лиц, веду­щих вой­ну про­тив Пуш­ки­на, — от мерз­ко­го шпи­ка Бит­ко­ва до Дубель­та, Бен­кен­дор­фа, Нико­лая I вклю­чи­тель­но. Через обсто­я­тель­ства дей­ствия, поступ­ки, мыс­ли пред­ста­ви­те­лей свет­ской чер­ни, нена­ви­дя­щих сво­бо­до­лю­би­во­го Пуш­ки­на, Бул­га­ков харак­те­ри­зу­ет сре­ду и поэта, дости­га­ет дра­ма­ти­че­ской выразительности».

Пожа­луй, эту лен­ту Белин­ско­го не отне­сёшь к его самым зна­чи­мым рабо­там. Ей не доста­ёт той образ­но­сти и зре­лищ­но­сти, что есть, напри­мер, в его же «Запис­ках сума­сшед­ше­го» (1968) — режис­сёр ско­рее иллю­стри­ру­ет Бул­га­ко­ва, чем вза­и­мо­дей­ству­ет с его тек­стом на пол­ную мощность.

Одна­ко и такая иллю­стра­ция заслу­жи­ва­ет вни­ма­ния, в том чис­ле за собран­ный поста­нов­щи­ком актёр­ский состав — сплошь ленин­град­ские теат­раль­ные звёз­ды тех лет. Тут и Олег Баси­ла­шви­ли (Нестор Куколь­ник), и Вла­ди­слав Стр­жель­чик (Нико­лай I), и Игорь Дмит­ри­ев (князь Пётр), и мно­гие другие.

«Чудное мгновенье» (1976). Реж. Владимир Алеников

В те вре­ме­на, когда выпус­ки кино­жур­на­ла «Ера­лаш» напо­ми­на­ли не сквер­но сня­тые анек­до­ты, а искус­но постав­лен­ные малень­кие коме­дии, появи­лась эта корот­ко­мет­раж­ка. По сюже­ту, маль­чик Петя отка­зы­ва­ет­ся помо­гать бабуш­ке по хозяй­ству, а когда та инте­ре­су­ет­ся, кто ж в таком слу­чае за него будет чистить кар­тош­ку, уж не Пуш­кин ли, Петя отве­ча­ет, да, мол, имен­но Пуш­кин. Посу­ду вымо­ет Гоголь, а про­пы­ле­со­сит Лев Толстой.

Внук убе­га­ет играть в хок­кей, а вер­нув­шись, обна­ру­жи­ва­ет, что фан­та­зия ста­ла явью: клас­си­ки рус­ской лите­ра­ту­ры выпол­ня­ют его рабо­ту, не забы­вая обме­ни­вать­ся любезностями:

«— Дав­но хотел побла­го­да­рить вас, Алек­сандр Сер­ге­е­вич, за под­ска­зан­ные вам идеи „Реви­зо­ра“ и „Мёрт­вых душ“.

— Не сто­ит бла­го­дар­но­сти, какие, пра­во, пустяки.

— Но дол­жен вам заме­тить, что сего­дняш­няя ваша идея мытья посу­ды при помо­щи „Гиги­е­ны“ (чистя­щее сред­ство вре­мён СССР. — Г. К.) не менее гениальна».

Бабуш­ка сооб­ща­ет Пете, что в мага­зин «побе­жал Лер­мон­тов Миха­ил Юрье­вич», а Тол­стой не без сочув­ствия (и не без само­ци­ти­ро­ва­ния) заме­ча­ет: «Всё сме­ша­лось в доме тво­ём». Осо­знав, что его лень раз­ру­ши­ла про­стран­ствен­но-вре­мен­ной кон­ти­ну­ум, маль­чик пада­ет в обморок.

«Наследница по прямой» (1982). Реж. Сергей Соловьёв

13-лет­няя Женя настоль­ко увле­че­на Пуш­ки­ным, что верит, буд­то они с ним род­ня. Новый друг Воло­дя, внешне здо­ро­во напо­ми­на­ю­щий поэта, пыта­ет­ся раз­убе­дить девоч­ку в её фан­та­зи­ях и заста­вить повзрос­леть, но у него ниче­го не получается.

Вско­ре Жене пред­сто­ит удо­сто­ве­рить­ся в том, что Воло­дя — вовсе не совре­мен­ное вопло­ще­ние Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча, а самый обыч­ный «ариф­ме­тик». В это вре­мя тень поэта в испол­не­нии Сер­гея Шаку­ро­ва бро­дит по бере­гу моря, в кон­це кон­цов при­са­жи­ва­ясь рядом с поклон­ни­цей, что­бы вме­сте занять­ся её люби­мым делом — пога­дать на «Евге­нии Онегине».

Фильм выдер­жан в мрач­ных тонах: лицо Пуш­ки­на всё вре­мя погру­же­но в сумрак, нам виден лишь силу­эт — куд­ря­вая голо­ва, белый ворот рубаш­ки. Лер­мон­тов­ский белый парус уда­ля­ет­ся в чужие края, гром­ко пла­чет музы­ка ком­по­зи­то­ра Иса­а­ка Швар­ца. Финал «три­ло­гии о взрос­ле­нии» Сер­гея Соло­вьё­ва не обе­ща­ет во взрос­лой жиз­ни ниче­го радуж­но­го, одна­ко сооб­ща­ет: не изме­нить внут­рен­не­му ребён­ку — воз­мож­но. Вот толь­ко окру­жа­ю­щие будут счи­тать тебя сумасшедшим.

«Лукоморье. Няня» (2000). Реж. Сергей Серёгин

Основ­ная труд­ность для режис­сё­ра, кото­рый берёт­ся делать о Пуш­кине мульт­фильм — удер­жать­ся и не исполь­зо­вать рисун­ки Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча, пото­му что это уже мно­го раз было, а раз так — чре­ва­то высо­ко­пар­ны­ми повто­ра­ми. Серё­ги­ну, к сча­стью, уда­лось: забыв о про­фи­лях и чер­ни­лах, он взял каран­да­ши и заста­вил их стан­це­вать брос­кую раз­но­цвет­ную фантазию.

Пуш­кин ска­чет на коне — его, слов­но вздор­ные насе­ко­мые, пре­сле­ду­ют бук­вы из сти­хо­тво­ре­ния про бурю, кото­рая мглою небо кро­ет. Поэт гонит их хво­ро­стин­кой — ему не до это­го: сей­час бы поозор­ни­чать, став одним из 33 бога­ты­рей, под­ме­нив № 32, кото­рый спря­тал­ся на вет­вях вме­сте с русалкой.

Это что каса­ет­ся Луко­мо­рья — а няня? А она нафан­та­зи­ро­ва­ла себе, буд­то, ски­нув пол­ве­ка, ста­ла моло­день­кой деви­цей, не то неве­стой, не то музой Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча. Моло­дые бега­ют друг за дру­гом, места­ми сли­ва­ясь в еди­ную фигу­ру. Глядь — девуш­ка уже в гро­бу хру­сталь­ном, а вокруг неё пля­шут раз­но­об­раз­ные пер­со­на­жи, рез­вясь в фольк­лор­но-сюр­ре­а­ли­сти­че­ском хороводе.

Глав­ное, что на про­тя­же­нии все­го мульт­филь­ма Пуш­кин с няней вме­сте пишут одну и ту же кни­гу, в кото­рой «Я» спер­ва пре­вра­ща­ет­ся в кавай­ное «НЯ», а затем и в ожи­да­е­мое «НЯНЯ». И пра­виль­но: кем был бы поэт без мира и без людей, кото­рые его вдохновляют?

«Гости из прошлого» (2020). Реж. Владимир Виноградов, Мария Кравченко

Дуэль Пуш­ки­на с Дан­те­сом — самая, по понят­ным при­чи­нам, извест­ная, но дале­ко не един­ствен­ная: все­го, по под­счё­там иссле­до­ва­те­лей, их в жиз­ни Алек­сандра Сер­ге­е­ви­ча было око­ло трёх десят­ков. С лёг­кой руки сце­на­ри­стов сери­а­ла «Гости из про­шло­го» к суще­ству­ю­ще­му переч­ню мож­но доба­вить ещё один поеди­нок: с юно­шей, при­быв­шим из XX века и оскор­бив­шим поэта по совер­шен­ной случайности.

Услы­шав в трак­ти­ре, как Алек­сандр Сер­ге­е­вич чита­ет сти­хи, Паша не сдер­жал­ся и выдал: «Ай да Пуш­кин, ай да сукин сын!» Оскорб­лён­ный поэт тут же потре­бо­вал сатис­фак­ции, кото­рая, к сча­стью, не состо­я­лась: Пуш­кин, обра­тив вни­ма­ние на стран­ное пове­де­ние моло­до­го чело­ве­ка, посчи­тал, что тот попро­сту дура­чок, а губить юро­ди­во­го — это уж нику­да не годится.

Точ­но так же мало куда годит­ся сери­аль­ный образ солн­ца рус­ской поэ­зии — слиш­ком уж усло­вен. Будем наде­ять­ся, что Юра Бори­сов в новом филь­ме спра­вил­ся лучше.

 Читай­те также:

— Восемь луч­ших экра­ни­за­ций Пуш­ки­на: мне­ние искус­ство­ве­да;

— Лошад­ки и рус­ская пусто­та: как сего­дня выгля­дит место послед­ней дуэ­ли Пуш­ки­на;

— Китч, ста­ро­мод­ный поп-арт и «Новый Пуш­кин».