Юрий Нику­лин — уни­каль­ное явле­ние в совет­ской исто­рии. Вос­пи­тан­ный в интел­ли­гент­ной семье и про­жив­ший счаст­ли­вое и увле­ка­тель­ное дет­ство, а затем про­шед­ший гор­ни­ло вой­ны, Юрий Вла­ди­ми­ро­вич всту­пил во взрос­лую жизнь воз­му­жав­шим юно­шей с тяжё­лым жиз­нен­ным бага­жом. Муд­рость и опыт, полу­чен­ные им в юные годы, огра­ди­ли моло­до­го чело­ве­ка от мно­гих оши­бок, а любовь к роди­те­лям и вер­ные дру­зья помог­ли пере­жить сер­деч­ные испы­та­ния. Дет­ская меч­та и роди­тель­ское бла­го­сло­ве­ние опре­де­ли­ли его путь — он про­дол­жил дина­стию арти­стов и стал кло­уном.

В этой ста­тье мы про­дол­жим рас­сказ о ста­нов­ле­нии вели­ко­го арти­ста, а так­же об уди­ви­тель­ной встре­че, бла­го­да­ря кото­рой, яркой вспыш­кой, подоб­но сверх­но­вой звез­де, роди­лась счаст­ли­вая цир­ко­вая семья.

Юрий Никулин и «Копыто судьбы»

«— Ого! Оби­дел­ся — На что? — Рев­ну­ет… Ты холо­стяк, а я жена­тый. У меня семья, Мух­тар. Чело­ве­ку без семьи живёт­ся так себе. Как соба­ке ему живёт­ся, понял?»[simple_tooltip content=‘к/ф «Ко мне, Мухтар»’]*[/simple_tooltip].

Непре­взой­дён­ный талант и тру­до­лю­бие, чув­ство юмо­ра и неве­ро­ят­ный опти­мизм Юрия радо­ва­ли зри­те­лей и вдох­нов­ля­ли его учи­те­лей и кол­лег по рам­пе. Очень быст­ро он стал попу­ляр­ным. Мно­гие зри­те­ли с вос­тор­гом встре­ча­ли дуэт Нику­ли­на и Шуйдина.

Каран­даш гово­рил, что в парт­нё­рах все­гда долж­но быть какое-то про­ти­во­ре­чие, долж­на быть раз­ни­ца и в харак­те­рах, и во внеш­нем рисун­ке тоже. Юрий тра­ди­ци­он­но пред­ста­вал в обра­зе флег­ма­тич­но­го и груст­но­го Юри­ка, и в его гла­зах ино­гда мож­но было раз­гля­деть печать оди­но­че­ства. Но эту грусть тут же «рас­тря­сал» Миха­ил Шуй­дин сво­и­ми выход­ка­ми — так было и на мане­же, под хохот зри­те­лей, и за кули­са­ми — под шум и суе­ту, льви­ное рыча­ние и веч­ный запах све­же­го сена и наво­за, под ругань Миха­и­ла Румян­це­ва — Карандаша.

C Шуй­ди­ным Нику­лин и позна­ко­мил­ся бла­го­да­ря Каран­да­шу. Миха­и­лу при­хо­ди­лось тяже­ло — он тра­тил два часа на доро­гу в одну сто­ро­ну, полу­чал уче­ни­че­скую зар­пла­ту, при­хо­дил в цирк со сво­и­ми соба­ка­ми, кото­рых тут же при­вя­зы­вал. «Шуй­дин у нас парень серьёз­ный!» — любил при­го­ва­ри­вать Каран­даш. Тан­кист, уни­что­жив­ший несколь­ко немец­ких тан­ков и не раз горев­ший в сво­ём, Миха­ил пря­тал ожо­ги под сло­ем гри­ма. Им было о чём пого­во­рить с Юрием.

Что­бы кло­ун сме­шил и весе­лил людей, он дол­жен быть весё­лым в душе. Без­услов­но, образ на сцене может быть каким угод­но — груст­ным или весё­лым, тра­гич­ным или комич­ным — но за этим обра­зом все­гда сто­ит лич­ность, душа, и в зави­си­мо­сти от того, в каком настро­е­нии она пре­бы­ва­ет, это состо­я­ние пере­да­ёт­ся и зри­те­лю. Был ли Юрий счаст­лив? В плане твор­че­ской само­ре­а­ли­за­ции — без­услов­но, да. Он про­дол­жал отцов­скую дина­стию, и сооте­че­ствен­ни­ки, едва зави­дев его поход­ку, радо­ва­лись как дети, про­си­ли автограф.

Уже в 1948 году, на весен­них гастро­лях в Одес­се с «Каран­да­шом», 27-лет­ний Нику­лин полу­чил от одно­го ста­ро­го кло­у­на неожи­дан­ное пред­ло­же­ние: «Вот женишь­ся на моей доче­ри, я тебе кло­у­на­ду рас­ска­жу, назы­ва­ет­ся „Бра­то­вы шта­ны“. Никто её не зна­ет, очень смеш­ная». Юра поду­мал: «А может быть, и прав­да, женить­ся? Кло­у­на­ду узнаю».

Поду­мал-поду­мал, да и не сде­лал пред­ло­же­ние. Так и оста­лась кло­у­на­да «Бра­то­вы шта­ны» нико­му не известной.

18 декаб­ря 1949 года Нику­лин справ­лял день рож­де­ния. На 28-летие Юрия при­шли Борис Рома­нов (его пер­вый напар­ник по кло­у­на­де) с женой и Шура Ска­лы­га с неве­стой. О женить­бе Юрий не думал, но тут в дело вме­шал­ся Карандаш.

«Всё нача­лось с малень­кой, фено­ме­наль­но урод­ли­вой лошад­ки, кото­рая роди­лась на опыт­ной конюшне сель­ско­хо­зяй­ствен­ной ака­де­мии име­ни Тими­ря­зе­ва. Лошад­ку про­зва­ли Лапоть. О её рож­де­нии от кого-то узнал Каран­даш. Он решил посмот­реть лошад­ку-урод­ца. Мы поеха­ли с ним и уви­де­ли на конюшне стран­ное живот­ное — вытя­ну­тое, чуть раз­ду­тое туло­ви­ще на кри­вых корот­ких нож­ках. Такса-великан.

— Пред­став­ля­е­те, какой будет смех, когда я выве­ду её на манеж, — ска­зал нам Карандаш».

С боль­шим тру­дом Каран­даш уго­во­рил учё­ных, что­бы они раз­ре­ши­ли при­вез­ти её в цирк.

«После вели­ко­леп­но­го кон­но­го номе­ра на манеж выбе­жал Каран­даш и, щёлк­нув длин­ным кну­том, закри­чал фальцетом:

— А теперь дай­те мою лошадь!

На манеж выбе­жал Лапоть. Мы, арти­сты, сто­я­щие в боко­вых про­хо­дах, ожи­да­ли услы­шать друж­ный смех зри­те­лей, но по залу про­нёс­ся лишь гул удив­ле­ния. Чудо-лошадь бега­ла по кру­гу, кла­ня­лась, дава­ла ногу по тре­бо­ва­нию, но ни у кого это не вызы­ва­ло смеха».

Неожи­дан­но Каран­да­ша вызва­ли по делам, и он велел Нику­ли­ну при­смот­реть за девуш­ка­ми, кото­рый при­шли за лоша­дью в конюш­ню. Одна из них, по име­ни Таня, очень при­гля­ну­лась Юрию, и он при­гла­сил её на пред­став­ле­ние. К сча­стью, она согла­си­лась, и с вах­тё­ром повез­ло — он про­пу­стил Юрия и Таню в зри­тель­ный зал. Нику­лин поса­дил девуш­ку рядом с про­жек­то­ром, уго­во­рив осве­ти­те­ля, а сам побе­жал переодеваться.

«Это не было кло­ун­ским трю­ком. Про­сто про­изо­шёл несчаст­ный слу­чай. В тот самый момент, когда я убе­гал с мане­жа после „Сцен­ки на лоша­ди“, я слу­чай­но попал под ноги ска­чу­щей лоша­ди, кото­рую не суме­ли оста­но­вить. Все кру­гом рас­те­ря­лись, и толь­ко Каран­даш, рискуя жиз­нью, бро­сил­ся на помощь и выта­щил меня из-под копыт лошади».

Из цир­ка тут же позво­ни­ли дежур­но­му вра­чу в Скли­фо­сов­ско­го. На гла­зах у пере­пу­ган­ной Тани, окро­вав­лен­но­го Юрия увез­ли в больницу.

— Сроч­но при­ез­жай­те в цирк — артист попал под лошадь.
— Имя, фамилия?
— Юрий Никулин.
— Ах!

На дру­гом кон­це про­во­да была мама Юрия. К сча­стью, всё обо­шлось сло­ман­ной клю­чи­цей и сса­ди­на­ми на ноге и голо­ве. Уже на сле­ду­ю­щий день Таня при­шла наве­стить Юрия — про­шла сквозь кор­до­ны, хотя боль­ни­ца была закры­та на каран­тин. Девуш­ка успо­ко­и­лась, уго­сти­ла Юру пече­ньем, кото­рое сама испек­ла, рас­ска­за­ла о сво­их род­ствен­ни­ках. Когда же те узна­ли, что Таня встре­ча­ет­ся с кло­уном, то были вне себя, а одна даль­няя род­ствен­ни­ца даже вос­клик­ну­ла: «Какой ужас!». Нику­лин про­вёл в пала­те целый месяц. Каран­даш тоже при­шёл наве­стить его, успо­ко­ил. Заве­рил, что Шуй­дин спра­вит­ся без него.

Нику­лин решил ковать желе­зо, пока горя­чо и пошёл зна­ко­мить­ся с род­ны­ми Тани:

«Род­ствен­ни­ца, уви­дев меня, успо­ко­и­лась. Впо­след­ствии она при­зна­лась, что послед­ний раз виде­ла кло­у­на в бала­гане в 1911 году. Пья­ный Рыжий… поче­му-то без кон­ца кри­чал: „Уйюй“, полу­чал пощё­чи­ны и при этом падал лицом в опилки.
Через месяц после частых встреч, про­гу­лок, похо­дов в кино, в театр мы поня­ли, что любим друг дру­га, и через пол­го­да поженились».

Сва­дьба была скром­ная, тихая. Из гостей были толь­ко род­ные и два Юри­ных дру­га. Вско­ре Нику­лин пере­ехал в ком­му­наль­ную квар­ти­ру Татья­ны. Быт пол­но­стью лёг на пле­чи Татьяны.

Одна­жды Миха­ил Ива­но­вич и Юрий про­ду­мы­ва­ли кло­у­на­ду «Боль­шие дела малень­ко­го Пье­ра» о фран­цуз­ском маль­чи­ке, кото­рый раз­ве­ши­ва­ет листов­ки с голу­бем мира, а за ним охо­тят­ся поли­цей­ские, и он их вся­че­ски обду­ри­ва­ет. Никак не мог­ли най­ти маль­чи­ка, а гастро­ли были уже на носу. И тут маме Юрия при­шла в голо­ву мысль, а поче­му бы не попро­бо­вать Тане? Так Татья­на была запи­са­на уче­ни­цей и вошла в мир цир­ка, цыган­ский, с посто­ян­ны­ми гастролями.

Татья­на не сра­зу вышла на сце­ну — сна­ча­ла игра­ла роль под­сад­ной зри­тель­ни­цы, затем рабо­та­ла дрес­си­ров­щи­цей лоша­дей в Цир­ке на Цвет­ном. В вос­по­ми­на­ни­ях она писала:

«Мы были в Мон­ре­а­ле, Торон­то, пере­еха­ли в Нью-Йорк, Бостон, и когда закон­чи­лись наши гастро­ли, мы вышли на кры­шу, где нас ожи­дал само­лёт, кото­рый пове­зёт нас домой, в Моск­ву… Мы все­гда были рядом. Цирк стал моим домом».

Никулин и Шуйдин уходят в свободное плавание

С Миха­и­лом Шуй­ди­ным у Нику­ли­на был дру­же­ский уго­вор — «если один из нас не сра­бо­та­ет­ся с Миха­и­лом Нико­ла­е­ви­чем, то уйдём вместе».

Как и сле­до­ва­ло ожи­дать, пер­вым под­нял бунт Миха­ил, кото­рый заявил сво­е­му учи­те­лю, что если ему не повы­сят тариф с уче­ни­че­ско­го, то ему при­дёт­ся уйти. Ска­зы­ва­лась и уста­лость от еже­днев­ной дол­гой доро­ги. Каран­даш в тот день был не в духе, и при­нял вызов. Вско­ре заяв­ле­ние об ухо­де уже лежа­ло на сто­ле люби­мо­го Учителя.

«Когда Миша вышел из ком­на­ты, Каран­даш, нерв­но поти­рая руки, обра­тил­ся ко мне:
— Ниче­го, Нику­лин, мы най­дём дру­го­го партнёра.
Весь вспо­тев от вол­не­ния и зажав­шись, я с тру­дом выдавил:
— Миха­ил Нико­ла­е­вич, если Миша… то и я тоже.
— Что? Что тоже?! — удив­лён­но под­няв бро­ви, спро­сил Миха­ил Николаевич.
— Уйду…
— Ну и, пожа­луй­ста, уходите…»

По вос­по­ми­на­ни­ям Нику­ли­на, раз­рыв с Каран­да­шом тяже­ло ему дал­ся, но надо было идти впе­рёд, раз­ви­вать­ся дальше.

«Мне даже пред­ста­ви­лась кар­тин­ка: сидит в гар­де­роб­ной оди­но­кий малень­кий чело­век, бро­шен­ный уче­ни­ка­ми, в кото­рых он вло­жил столь­ко сил. Рядом с ним толь­ко вер­ные дру­зья — соба­ки Кляк­са и Пушок. А он гру­стит, не зная, что же теперь ему делать».

Одна­ко, в дей­стви­тель­но­сти Каран­даш быст­ро обза­вёл­ся новы­ми бла­го­дар­ны­ми уче­ни­ка­ми, а вот Нику­ли­ну с Шуй­ди­ным при­шлось поба­рах­тать­ся. И всё же Юрий Вла­ди­ми­ро­вич все­гда с боль­шой теп­ло­той вспо­ми­нал годы твор­че­ско­го сою­за с Карандашом:

«Мы бла­го­дар­ны ему за его шко­лу. Мы позна­ли пре­муд­ро­сти коче­вой цир­ко­вой жиз­ни. Мы научи­лись серьёз­но и береж­но отно­сить­ся к каж­до­му най­ден­но­му смеш­но­му трю­ку, уме­нию исполь­зо­вать его в нуж­ный момент. В Каран­да­ше лег­ко ужи­ва­лись мяг­кость и твёр­дость харак­те­ра, береж­ли­вость и неожи­дан­ная щед­рость. Мно­гие арти­сты бра­ли в долг у Миха­и­ла Нико­ла­е­ви­ча и неко­то­рые дол­ги не возвращали…».

С вос­хи­ще­ни­ем отзы­вал­ся Нику­лин о рабо­то­спо­соб­но­сти Каран­да­ша, его вынос­ли­во­сти, дис­ци­плине и неве­ро­ят­ной силе, как физи­че­ской, так и волевой.

Поз­же Нику­лин не раз пере­се­кал­ся с Каран­да­шом на пере­пу­тье твор­че­ских марш­ру­тов. Миха­ил Нико­ла­е­вич шут­ли­во гово­рил Юрию:

— Зна­ешь, что, ты не забыл, с тебя ведь причитается.
— За что, Миха­ил Николаевич?
— Ну как же? — И он начи­на­ет пере­чис­лять, заги­бая паль­цы на руке: пер­вых, я тебя женил…

К кон­цу 1950‑х годов Нику­лин и Шуй­дин чув­ство­ва­ли себя уже настоль­ко уве­рен­но в кло­у­на­де, что реши­ли поэкс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с лири­ко-роман­ти­че­ски­ми репри­за­ми. Кло­у­на­да «Розы и шипы» вызва­ла целый букет эмо­ций и быст­ро полю­би­лась зри­те­лям. Это и не уди­ви­тель­но, ведь девуш­ка, кото­рой Нику­лин дарит цве­ты — Таня.

Первые шаги в большом кино

В кон­це 1959 года Нику­ли­ну посту­пи­ло пред­ло­же­ние от само­го Эль­да­ра Ряза­но­ва. По сюже­ту «Чело­ве­ка из ниот­ку­да» учё­ный-антро­по­лог слу­чай­но откры­ва­ет новое дикое пле­мя «Тапи» и хочет дока­зать науч­но­му сооб­ще­ству, что его пле­мя не выдум­ка. Он реша­ет взять с собой в Моск­ву одно­го из дика­рей, кото­ро­го и дол­жен был сыг­рать Никулин…

Пона­ча­лу, на роль взя­ли Иго­ря Ильин­ско­го, а Нику­ли­ну дали неболь­шую роль болель­щи­ка. В ходе съё­мок Ильин­ский и Нику­лин быст­ро подру­жи­лись. Спу­стя несколь­ко дней Игорь пред­ло­жил Юрию рабо­ту в Малом теат­ре. Нику­лин поин­те­ре­со­вал­ся гоно­ра­ром и отка­зал­ся. В теат­ре при­шлось бы начи­нать карье­ру сна­ча­ла, а в цир­ке пла­ти­ли в четы­ре раза боль­ше. К тому же у Юрия рос сын.

Про­ект «Чело­век из ниот­ку­да» был замо­ро­жен по поли­ти­че­ским сооб­ра­же­ни­ям: руко­вод­ство не оце­ни­ло при­ём, кото­рый исполь­зо­вал Ряза­нов — «юмор абсур­да». В ито­ге, роль Чуда­ка доста­лась Сер­гею Юрско­му, а учё­но­го сыг­рал Юрий Яко­влев. Нику­ли­ну дали эпи­зо­ди­че­скую роль милиционера.

«Капи­тан мили­ции вышел из маши­ны и дол­го меня рас­смат­ри­вал. Я был одет в мили­цей­скую фор­му, загри­ми­ро­ван. Потом он спро­сил у Ряза­но­ва: — У меня к вам, това­рищ режис­сёр, вопрос. Ска­жи­те, пожа­луй­ста, ну поче­му в кино, как пра­ви­ло, мили­ци­о­не­ров пока­зы­ва­ют иди­о­та­ми и дураками?..»

Фильм полу­чил­ся настоль­ко экс­цен­трич­ным и сме­лым, что его запре­ти­ли к пока­зу. Кар­ти­на вышла в про­кат лишь в 1988 году.

Нику­ли­на при­гла­ша­ли и в Театр Пуш­ки­на на роль стан­ци­он­но­го смот­ри­те­ля, но цирк Юрию уже дав­но стал род­ным домом. Одна­ко боль­шой экран по-преж­не­му манил…

Знакомство с Гайдаем

Нику­лин ворвал­ся в коме­дий­ный кине­ма­то­граф подоб­но метео­ру. В 1958 году он берёт­ся за роль пиро­тех­ни­ка в филь­ме «Девуш­ка с гита­рой» Алек­сандра Файн­цим­ме­ра. Успех оглу­ши­тель­ный. Затем игра­ет Васю Кляч­ки­на в «Непод­да­ю­щи­е­ся», вос­пи­ту­е­мо­го Про­шу в «Яша Топорков».

Мно­гие недо­уме­ва­ли, как Нику­ли­ну уда­ва­лось сов­ме­щать и без того пере­гру­жен­ную цир­ко­вую жизнь с не менее тре­бо­ва­тель­ной рабо­той в кино.

В мар­те 1960 года Юрий Нику­лин с Мос­ков­ским цир­ком в Рио-де-Жаней­ро. Гастро­ли про­шли с фан­та­сти­че­ским успе­хом. Юра посе­тил насто­я­щий бра­зиль­ский фут­бол, пода­рил жене на деся­ти­ле­тие сва­дьбы жем­чуж­ное ожерелье.

В 1961 году скан­даль­ный режис­сёр Лео­нид Гай­дай выхо­дил из пси­хо­ло­ги­че­ско­го кри­зи­са, вызван­но­го цен­зу­рой его филь­ма «Жених с того све­та». Бла­го­да­ря тако­му же экс­цен­трич­но­му режис­сё­ру и леген­дар­но­му дирек­то­ру Мос­филь­ма Ива­ну Пырье­ву, Гай­дай вер­нул­ся в кино и начал рабо­ту над коме­дий­ной кар­ти­ной «Пёс Бар­бос и необыч­ный кросс».

Необ­хо­ди­мо было най­ти актё­ров для тро­и­цы «Трус-Бал­бес-Быва­лый». Пер­вым нашли Тру­са — Вицин согла­сил­ся почти сра­зу. Когда Нику­лин при­шёл на про­бы, Гай­дай сра­зу ска­зал: «Бал­бе­са боль­ше искать не надо». Звёз­ды сошлись! Оста­ва­лось най­ти «Быва­ло­го». О Евге­нии Мор­гу­но­ве Нику­лин часто слы­шал от сво­е­го дру­га Лёни Кук­со о том, что это очень инте­рес­ный эмо­ци­о­наль­ный чело­век, любит шут­ки и розыгрыши.

Съём­ки «Пса Бар­бо­са» были очень слож­ны­ми. Мно­го вре­ме­ни ушло на сце­ну с дина­ми­том. Осо­бен­но наму­ча­лись с псом Брё­хом, кото­рый всё вре­мя рычал на Мор­гу­но­ва, ронял дина­мит или убе­гал в лес. Очень при­го­ди­лись навы­ки Нику­ли­на испол­нять раз­лич­ные трюки.

Когда Тро­и­ца вновь встре­ти­лась в Сне­ги­рях на съём­ках «Само­гон­щи­ков», то Брёх зары­чал и окон­ча­тель­но отка­зал­ся сни­мать­ся. К тому же пёс поре­зал­ся о наст сне­га. При­шлось най­ти дру­го­го пса — Рек­са, кото­рый и вовсе убе­жал на несколь­ко дней, чуть не сорвав съёмки.

Но боль­ше все­го заста­ви­ла понерв­ни­чать Юрия сце­на со снеж­ным комом, кото­рый вре­за­ет­ся в сос­ну. Сни­ма­ли её так: Юру обле­пи­ли сне­гом и дали ука­за­ние под­прыг­нуть после взрыва.

«Бабах­ну­ло так, что мне вспом­нил­ся фронт. На секун­ду даже поте­рял созна­ние, оша­ле­ло встал и как бы изда­ле­ка услы­шал недо­воль­ный голос Гайдая:
— Ну что же ты не под­прыг­нул? Я же ска­зал: как взо­рвёт­ся, так снег раз­бра­сы­вай и выпры­ги­вай. Такой дубль испортил!
Пере­до мной воз­ник пиротехник:
— Това­рищ Нику­лин, изви­ни­те, я немнож­ко того… пере­ло­жил взрыв­чат­ки. Сей­час повторю.
Я разозлился:
— Убьё­те актё­ра во имя искусства!»

Вто­рая попыт­ка увен­ча­лась успехом.

В том же 1961 году Нику­лин полу­ча­ет от Льва Кули­джа­но­ва глав­ную роль в дра­ме «Когда дере­вья были боль­шие». Сце­на­рий чита­ли всё семьей, роди­те­лям он очень понра­вил­ся. Туне­ядец, пья­ни­ца и само­зва­нец, кото­рый к кон­цу филь­ма пре­об­ра­жа­ет­ся к новой жиз­ни — таких слож­ных ролей Юрию ещё не пред­ла­га­ли. Кули­джа­нов успо­ко­ил его:

«Умо­ляю вас, не играй­те. Толь­ко не играй­те! Будь­те самим собой. Счи­тай­те, что ваша фами­лия не Нику­лин, а Иорданов».

Но глав­ное, что мучи­ло пер­фек­ци­о­ни­ста Юрия в ноч­ных кош­ма­рах — как успеть снять­ся в серьёз­ном пол­но­мет­раж­ном кино и при этом успеть на гастро­ли в Англию на 50 дней. Ко все­об­щей радо­сти, дирек­ция филь­ма согла­си­лась на все усло­вия цир­ко­во­го начальства.

Вой­дя в образ Иор­да­но­ва, Нику­лин после съё­мок, ино­гда даже не пере­одев­шись, вынуж­ден был мчать­ся в цирк. Зама­зы­вал небри­тость тол­стым сло­ем гри­ма, с помо­щью анек­до­тов и песен пси­хо­ло­ги­че­ски пере­клю­чал­ся на клоуна.

Мно­го при­ят­ных вос­по­ми­на­ний оста­ви­ла кино­экс­пе­ди­ция в Мамон­то­во под Ногин­ском, где и сни­ма­ли кар­ти­ну. Нику­лин взял всю семью — Таню, сына Мак­си­ма, тёщу Марию Пет­ров­ну. Он быст­ро стал душой ком­па­нии, кото­рая соби­ра­лась вокруг кастрюли с изу­ми­тель­ной кар­тош­кой, засы­пан­ной укро­пом и зелё­ным луком, с селё­доч­кой и раз­но­об­раз­ны­ми рыб­ны­ми кон­сер­ва­ми. Юра под гита­ру пел пес­ни Була­та Окуджавы.
Из вос­по­ми­на­ний Ната­льи Фокиной:

«Поми­мо Нику­ли­на и Инны Гулая тре­тьим цен­тром при­тя­же­ния был, конеч­но, Васи­лий Мака­ро­вич Шук­шин. Он жил в одном доме с Лео­ни­дом Куравле­вым, там-то и сло­жил­ся их твор­че­ский альянс».

Несмот­ря на дав­ле­ние со сто­ро­ны цен­зу­ры, фильм вышел на экра­ны стра­ны 26 мар­та 1962 года и про­шёл с боль­шим успехом.

В раз­гар кариб­ско­го кри­зи­са на Кубе 1962 года, Нику­лин и Шуй­дин высту­па­ют в зре­лищ­ной и куль­тур­но насы­щен­ной пан­то­ми­ме «Кар­на­вал на Кубе».

В том же 1962 Нику­лин вновь сотруд­ни­ча­ет с Гай­да­ем — сни­ма­ет­ся в ост­ро­сю­жет­ной коме­дии «Дело­вые люди». В 1964 году игра­ет прак­ти­че­ски само­го себя — поли­цей­ско­го-кино­ло­га в при­клю­чен­че­ской дра­ме «Ко мне, Мухтар».

В 1965 году Нику­лин вновь воз­вра­ща­ет­ся к обра­зу Бал­бе­са — в «Опе­ра­ция „Ы“ и дру­гие при­клю­че­ния Шури­ка». Затем, в теле­спек­так­ле «Голу­бой ого­нёк». В 1967 году — съём­ки в куль­то­вом филь­ме Гай­дая «Кав­каз­ская пленница».

Сно­ва при­го­ди­лись цир­ко­вые навы­ки Юрия — кас­ка­дёр­ство, уме­ние рабо­тать с рек­ви­зи­том, ста­вить слож­ные трю­ки. Чего сто­ит хотя бы сце­на с автомобилем.

В 1966 году Нику­ли­ну посту­па­ет необыч­ное пред­ло­же­ние от режис­сё­ра Андрея Тар­ков­ско­го — сыг­рать мона­ха Пат­ри­кея в тяжё­лой пси­хо­ло­ги­че­ской дра­ме «Андрей Руб­лёв» (изна­чаль­но «Стра­сти по Андрею»). Клю­че­вая сце­на с пыт­кой его героя, мона­ха Пат­ри­кея, полу­чи­лась живой и есте­ствен­ной не столь­ко бла­го­да­ря талан­ту Нику­ли­на, сколь­ко — из-за про­ли­той горя­щей соляр­ки с факе­ла ему на ноги.

После сце­ны, Тар­ков­ский вос­хи­щён­но похва­лил Юру за нату­раль­ные кри­ки, но, уви­дев обо­жжён­ные ноги бед­но­го арти­ста, всё понял без слов.

Спу­стя два года Юрию, в обра­зе уже стар­ше­го эко­но­ми­ста «Гипро­ры­бы», бин­ту­ют руку, закла­ды­вая под гипс… ну, вы сами дога­да­лись что! «Брил­ли­ан­то­вая рука» име­ла брил­ли­ан­то­вый успех у зри­те­лей и ста­ла миро­вым шедев­ром, филь­мом, без кото­ро­го не обхо­дил­ся ни один праздник.

Бал­бес и его дру­зья появи­лись и в «Семь ста­ри­ков и одна девуш­ка», но, по мне­нию актё­ра, это была не луч­шая идея.

Конец 1960‑х и нача­ло 1970‑х годов озна­ме­но­ва­лись рядом эпи­зо­ди­че­ских ролей. В 1971 году сам Эль­дар Ряза­нов пред­ло­жил Юрию роль сле­до­ва­те­ля Мячи­ко­ва в «Ста­ри­ках-раз­бой­ни­ках».

Несмот­ря на непод­ра­жа­е­мую игру, Нику­лин кри­ти­че­ски отнёс­ся к роли — он счи­тал сво­е­го героя слиш­ком пря­мо­ли­ней­ным и скуч­ным. Инте­рес­но, что сце­ну ограб­ле­ния сни­ма­ли на глав­ной лест­ни­це жур­фа­ка МГУ и в пави­льо­нах «Мос­филь­ма».

В 1975 году Юрию Вла­ди­ми­ро­ви­чу при­шлось хоро­шень­ко вспом­нить суро­вые воен­ные буд­ни: он игра­ет само­го себя в обра­зе рядо­во­го Некра­со­ва в «Они сра­жа­лись за роди­ну», окон­ча­тель­но утвер­див своё амплуа раз­но­пла­но­во­го актёра.

Режис­сёр Сер­гей Бон­дар­чук подо­брал на роль фрон­то­ви­ков — Юрия Нику­ли­на, Васи­лия Шук­ши­на, Вяче­сла­ва Тихо­но­ва, Геор­гия Бур­ко­ва, Ива­на Лапи­ко­ва, Инно­кен­тия Смок­ту­нов­ско­го и Алек­сея Вани­на — без проб.

Про­из­вод­ство кар­ти­ны ста­ло для съё­моч­ной груп­пы тяже­лей­шим испы­та­ни­ем. Режис­сёр не жалел актё­ров — для того, что­бы вжить­ся в роль, они целы­ми дня­ми рыли око­пы, ходи­ли стро­ем в гим­на­стёр­ках, стре­ля­ли из насто­я­щих вин­то­вок. В баталь­ных сце­нах Андрея Ростоц­ко­го бук­валь­но «бро­си­ли под танк», а Вяче­сла­ва Тихо­но­ва окру­жи­ли рас­ка­лён­ны­ми угля­ми и рас­стре­ля­ли из холо­стых тан­ков, что­бы вызвать лёг­кую контузию.

В съём­ках участ­во­ва­ла бро­не­тех­ни­ка, само­лё­ты, было задей­ство­ва­но пять тонн тро­ти­ла. Мно­гие арти­сты подо­рва­ли здо­ро­вье на съём­ках, отдал свою жизнь ради искус­ства народ­ный артист Васи­лий Шук­шин — умер пря­мо на съё­моч­ной пло­щад­ке. Мало кто знал, что он и не хотел сни­мать­ся — буд­то пред­чув­ство­вал, соби­рал­ся запу­стить не менее лёг­кий фильм про Стень­ку Рази­на. Но в Гос­ки­но Васи­лию поста­ви­ли уль­ти­ма­тум: «Стень­ка Разин» толь­ко после съё­мок с Бондарчуком…

Спу­стя мно­гие годы Юрий Вла­ди­ми­ро­вич, уже дирек­тор Цир­ка на Цвет­ном буль­ва­ре, будет про­ха­жи­вать­ся под купо­лом, раз­да­вать ука­за­ния фин­ским рабо­чим и удо­вле­тво­рён­но скажет:

«Как всё-таки при­ят­но смот­реть, когда люди рабо­та­ют с любо­вью, когда от рабо­ты полу­ча­ют радость. Да, здесь будет насто­я­щий дво­рец… Какое сча­стье для зри­те­лей, для ребя­ти­шек. А для арти­стов! Какие тут будут репе­ти­ци­он­ные залы, гар­де­роб­ные. Ото­гре­ют­ся хоть люди, хоть пожи­вут по-чело­ве­че­ски, а то ведь наша цир­ко­вая жизнь коче­вая. Страш­но даже вспом­нить, сколь­ко каж­дый из нас натерпелся».

Супру­га Юрия, Татья­на напи­шет в воспоминаниях:

«Я про­жи­ла с Юрой очень и очень счаст­ли­вую жизнь. Были и труд­ные дни, и тяжё­лые. Это жизнь, и она нико­гда не быва­ет ров­ной. Но если бы мне пред­ло­жи­ли, то я бы с удо­воль­стви­ем про­жи­ла бы её с нача­ла, не меняя ни одно­го дня».

О дет­стве, моло­до­сти, уча­стии в Вели­кой Оте­че­ствен­ной войне и пер­вых годах карье­ры читай­те в пер­вом и вто­ром мате­ри­а­лах цикла.