«Четыре фильма конца 1980‑х». О молодёжных кинохитах перестройки

От
Владимир Козлов
-

В под­ка­сте «Всё идёт по пла­ну» писа­тель и режис­сёр Вла­ди­мир Коз­лов рас­ска­зы­ва­ет о жиз­ни в СССР, раз­ве­и­ва­ет мифы и опро­вер­га­ет фейки.

Сего­дня VATNIKSTAN пуб­ли­ку­ет тек­сто­вую вер­сию бонус­но­го выпус­ка о четы­рёх пере­стро­еч­ных филь­мах — дра­ме о грод­нен­ских «любе­рах», леген­дар­ной дра­ме Сер­гея Соло­вьё­ве, самой откро­вен­ной совет­ской лен­те и неуста­ре­ва­ю­щем бое­ви­ке с Вик­то­ром Цоем.

При­вет! Это — Вла­ди­мир Коз­лов с новым эпи­зо­дом под­ка­ста «Всё идёт по пла­ну». Начи­ная с это­го эпи­зо­да и до кон­ца лета будут выхо­дить несколь­ко более корот­кие чем обыч­но «бонус­ные» эпи­зо­ды подкаста.

В сего­дняш­нем эпи­зо­де я хотел бы пого­во­рить о несколь­ких филь­мах вре­мён пере­строй­ки, кото­рые в своё вре­мя про­из­ве­ли на меня впе­чат­ле­ние, попы­тать­ся вспом­нить обсто­я­тель­ства, при кото­рых я в пер­вый раз посмот­рел каж­дый из них, кон­текст, в кото­ром это про­изо­шло и свои пер­во­на­чаль­ные впе­чат­ле­ния. Плюс, я добав­лю ком­мен­та­рии, появив­ши­е­ся при после­ду­ю­щих просмотрах.

В вось­ми­де­ся­тые годы про­шло­го века в Моги­лё­ве, где я жил, новые филь­мы шли в трёх кино­те­ат­рах, и, начи­ная лет с деся­ти, я ста­рал­ся смот­реть прак­ти­че­ски все. Тому, как смот­ре­ли кино в позд­не­со­вет­ское вре­мя, посвя­щён один из про­шлых эпи­зо­дов под­ка­ста — он назы­ва­ет­ся «Из всех искусств для нас важ­ней­шим…».

Не повто­ряя того, о чем я рас­ска­зы­вал в нём, заме­чу, что боль­шин­ство совет­ских филь­мов, дей­ствие кото­рых про­ис­хо­ди­ло в насто­я­щее вре­мя, име­ли доволь­но мало обще­го с реаль­но­стью за сте­на­ми кинотеатров.

Но во вто­рой поло­вине вось­ми­де­ся­тых, на волне реформ под лозун­га­ми «пере­строй­ки» и «глас­но­сти», ситу­а­ция нача­ла менять­ся. Были запу­ще­ны, сня­ты и попа­ли в кино­те­ат­ры филь­мы, кото­рые ещё за несколь­ко лет до это­го слож­но себе было пред­ста­вить. В кино появи­лась узна­ва­е­мая реаль­ность и герои, с кото­ры­ми, гово­ря совре­мен­ным язы­ком, я мог себя идентифицировать.

Из все­го пото­ка пере­стро­еч­но­го кино я хочу пого­во­рить о четы­рёх услов­но «моло­дёж­ных» филь­мах. Они вышли на экран в 1988–1989-годах, и все их я посмот­рел, соот­вет­ствен­но, в 16–17 лет. Гово­рить об этих филь­мах я буду в том поряд­ке, в каком я их посмот­рел в пер­вый раз.

Нач­ну с филь­ма «Меня зовут Арле­ки­но». Сере­ди­на лета 1988 года. Моги­лёв­ский кино­те­атр «Роди­на» — «вто­рой по зна­че­нию» после «Октяб­ря». Полу­пу­стой зал — воз­мож­но, пото­му что лето и людям не до кино. Хотя, воз­мож­но, так было в Моги­лё­ве, а в дру­гих горо­дах СССР на него при­шли боль­ше людей: фильм, как я про­ве­рил в интер­не­те, собрал доста­точ­но боль­шую кассу.

Мне 16 лет. Я пере­шёл в деся­тый — выпуск­ной — класс. Рабо­чий посё­лок, где я живу с роди­те­ля­ми, — окра­ин­ный рай­он горо­да, не так уж силь­но отли­ча­ю­щий­ся от при­го­род­но­го посел­ка в Грод­нен­ском рай­оне, где живут герои «Арле­ки­но». И они все­го на пару лет стар­ше меня.

Полу­ча­ет­ся, что я дол­жен был бы лег­ко «иден­ти­фи­ци­ро­вать себя» с пар­ня­ми из филь­ма — тем более что филь­мов, сколь­ко-нибудь при­бли­жён­ных к реаль­но­сти, тогда выхо­ди­ло ещё очень мало.

Но иден­ти­фи­ка­ция сра­бо­та­ла лишь отча­сти. Да, они жили в той же реаль­но­сти, что и я, ходи­ли по ули­цам почти тако­го же горо­да. Чем-то они были похо­жи на ребят из мое­го рай­о­на, но в них было и мно­го фаль­ши, «кинош­но­сти» — я тогда это почув­ство­вал, хоть и не мог сформулировать.

Фальшь про­яви­лась и на уровне диа­ло­гов, и на уровне дета­лей: одеж­ды и при­чё­сок. Если ребя­та в Моги­лё­ве так не выгля­де­ли, то вряд ли мог­ли выгля­деть в Грод­но — все­го в 400 кило­мет­рах, поду­мал я.

Но боль­ше все­го не понра­вил­ся глав­ный герой, Арле­ки­но. Я ехид­но поду­мал, что такой «кли­ку­хи» у «основ­но­го паца­на» быть не мог­ло. «Арле­ки­но» — это, конеч­но, не «Петух», но где-то рядом. Вся рефлек­сия героя пока­за­лась неесте­ствен­ной — хотя сло­ва «рефлек­сия» я, конеч­но, не знал. Люди из этой сре­ды не рефлек­си­ру­ют — не обя­за­тель­но пото­му, что им не хва­та­ет умствен­ных спо­соб­но­стей (они у всех раз­ные), а пото­му что они при­вык­ли жить инстинктами.

При этом я поду­мал, что героя сде­ла­ли таким спе­ци­аль­но — ради «кинош­но­сти», пото­му что такие «пра­ви­ла игры».

Мно­го поз­же я обра­тил вни­ма­ние на то, что фильм был снят по пье­се Юрия Щеко­чи­хи­на о под­мос­ков­ных «любе­рах», и понял, поче­му орга­нич­но пере­не­сти это исто­рию из Под­мос­ко­вья в Грод­но у бело­рус­ско­го режис­сё­ра Вале­рия Рыба­ре­ва не полу­чи­лось — там про­сто не было «любе­ров». Или, по край­ней мере, их не было в том виде, что в Под­мос­ко­вье. В филь­ме ребят из при­го­ро­да, при­ез­жа­ю­щих в город на элек­трич­ке, назы­ва­ют «вагон­ка» — вро­де как «вагон­ная шпа­на». Воз­мож­но, это сло­во при­ду­ма­ли авто­ры филь­ма, как при­ду­ма­ли и самих этих грод­нен­ских «любе­ров».

Да, гоп­ни­ки с окра­ин нена­ви­де­ли воло­са­тых «нефор­ма­лов» и при слу­чае мог­ли постричь кого-нибудь из них — совсем как в филь­ме, здесь всё «схва­че­но» вер­но. Но вот в «соци­аль­ный кон­фликт» ребят из при­го­ро­да («бед­ных») и город­ских мажо­ров-фар­цов­щи­ков («бога­тых») я не пове­рил ни тогда, ни потом.

Зато, пере­смат­ри­вая фильм через мно­го лет, я обра­тил вни­ма­ние на инте­рес­ную доку­мен­таль­ную и полу­до­ку­мен­таль­ную фак­ту­ру. В 1988‑м в гла­за это не бро­си­лось: что-то подоб­ное я посто­ян­но видел вокруг себя. Но сего­дня эти кад­ры — любо­пыт­ный «доку­мент» реаль­но­сти, кото­рой уже нет: цыгане, иду­щие через желез­но­до­рож­ные пути и на ходу пою­щие пес­ни, мужи­ки на дре­зине, меро­при­я­тие с уча­сти­ем криш­на­и­тов и про­чих «нефор­ма­лов», безум­ный поэт Стась, чита­ю­щий сти­хи и тол­ка­ю­щий теле­ги, такой же безум­ный «поеда­тель стакана».

Сле­ду­ю­щий фильм — «Асса». В отли­чие от «Арле­ки­но», дей­ствие в нём про­ис­хо­дит не пря­мо сей­час, а в 1980 году, и на реа­ли­сти­че­ское отоб­ра­же­ние дей­стви­тель­но­сти он не пре­тен­ду­ет. И всё же, это один из глав­ных для меня филь­мов того времени.

Тогда, в нача­ле авгу­ста 1988-го, я попал на пре­мье­ру «Ассы» с кон­цер­том групп «Веж­ли­вый отказ» и «Али­би» и встре­чей с участ­ни­ка­ми съё­моч­ной груп­пы. В Москве пре­мье­ра «Ассы» состо­я­лась ещё в апре­ле, а к авгу­сту фильм дое­хал и до Могилёва.

Вооб­ще, моги­лёв­ских пока­зов «Ассы» было несколь­ко, и на вечер­них игра­ла толь­ко одна из двух групп. Но я — бла­го­да­ря стар­ше­му бра­ту — узнал, что на утрен­нем пока­зе высту­пят и «Али­би», и «Отказ», и поэто­му при­шёл имен­но на него.

Пом­ню несколь­ко мел­ких кон­фу­зов, свя­зан­ных с этой пре­мье­рой. Фронт­мен «Веж­ли­во­го отка­за» Роман Сус­лов, при­вет­ствуя ауди­то­рию, пере­пу­тал Моги­лёв с Гоме­лем, а какой-то безум­ный зри­тель после пока­за стал спо­рить с зам­ди­рек­то­ра кар­ти­ны (он и музы­кант «Отка­за» Дмит­рий Шуми­лов, сыг­рав­ший «негра Витю», были «участ­ни­ка­ми съё­моч­ной группы»):

«Вот вы гово­ри­те, что из филь­ма ниче­го не выре­за­ли, а я точ­но знаю, что в кон­це Борис Гре­бен­щи­ков пел пес­ню „Коз­лы“».

Поче­му-то он решил, что видео на эту пес­ню, пока­зан­ное неко­то­рое вре­мя назад, кажет­ся, в про­грам­ме «Взгляд» — финал «Ассы».

Но всё это, конеч­но, мело­чи по срав­не­нию со «сно­ся­щим баш­ню» воз­дей­стви­ем филь­ма на меня — моги­лёв­ско­го тиней­дже­ра, слу­ша­ю­ще­го почти исклю­чи­тель­но груп­пы Ленин­град­ско­го рок-клу­ба. Фильм понра­вил­ся на абсо­лют­но «нут­ря­ном» эмо­ци­о­наль­ном уровне: пес­ни, стран­ный герой со стран­ным про­зви­щем Бана­нан, реаль­ность, не похо­жая на то, что когда-либо видел в кино (и тем более в жизни).

Мно­го поз­же я поду­мал, что это, навер­но, был один из пер­вых совет­ских «пост­мо­дер­нист­ских» фильмов.

Конеч­но, вне кон­тек­ста кон­ца вось­ми­де­ся­тых «Асса» тако­го ярко­го впе­чат­ле­ния уже не про­из­во­дит. Бро­са­ет­ся в гла­за, насколь­ко не скле­и­ва­ет­ся пер­во­на­чаль­ный «детек­тив­ный» сце­на­рий с музы­каль­но-кон­тр­куль­тур­ным анту­ра­жем, добав­лен­ным позже.

Думаю, режис­сёр Сер­гей Соло­вьёв не слиш­ком пони­мал рок-анде­гра­унд, но чув­ство­вал его неор­ди­нар­ность и энер­ге­ти­ку и пото­му вста­вил в фильм в ущерб прав­до­по­до­бию, сюже­ту и все­му остальному.

Сего­дня «Асса» кажет­ся слиш­ком сум­бур­ной — хотя сум­бур­ной и стран­ной была и эпо­ха, в кото­рую фильм был снят и выпущен.

При­мер­но через месяц после «Ассы» я посмот­рел ещё один гром­кий фильм того года — «Малень­кая Вера». Пом­ню, как после заня­тий на УПК — учеб­но-про­из­вод­ствен­ном ком­би­на­те, — куда я ходил раз в неде­лю обу­чать­ся про­фес­сии сле­са­ря, я под­хо­жу к рас­по­ло­жен­но­му непо­да­лё­ку само­му боль­шо­му кино­те­ат­ру Моги­лё­ва — «Октяб­рю». Такой длин­ной оче­ре­ди в кино я ещё не видел: она начи­на­ет­ся в кас­сах, выхо­дит на ули­цу и оги­ба­ет угол кино­те­ат­ра. Фильм, на кото­рый так ломят­ся, — «Малень­кая Вера». В тот день я на фильм так и не попал, посмот­рел его через несколь­ко дней — когда оче­ре­ди несколь­ко уменьшились.

Такой инте­рес к филь­му был свя­зан с «эро­ти­че­ски­ми сце­на­ми» — тогда в совет­ском кино ещё ред­ки­ми. Смут­но при­по­ми­наю пури­тан­ские газет­ные ста­тьи, в кото­рых фильм руга­ют за эту самую «эро­ти­ку».

С сего­дняш­них пози­ций та «эро­ти­ка» кажет­ся мини­маль­ной: сце­на сек­са глав­ных геро­ев, очень невин­но сня­тая, и несколь­ко кад­ров, в кото­рых Вера в испол­не­нии Ната­льи Него­ды пока­за­на в раз­ной сте­пе­ни обнажённости.

Тогда, в 1988‑м, глав­ным впе­чат­ле­ни­ем от филь­ма ста­ли не эти сце­ны. Ско­рей бро­си­лось в гла­за, насколь­ко реаль­ность филь­ма близ­ка реаль­но­сти, в кото­рой я жил сам. Пока­зан­ный в филь­ме про­ле­тар­ский быт инду­стри­аль­но­го Мари­у­по­ля (тогда ещё Жда­но­ва) не так уж силь­но отли­чал­ся от про­ле­тар­ско­го быта инду­стри­аль­но­го Могилёва.

До это­го в совет­ском кино я подоб­но­го не видел: если в нём и при­сут­ство­вал реа­лизм, то «соци­а­ли­сти­че­ский», а не «соци­аль­ный», позд­нее пре­зри­тель­но назван­ный «чер­ну­хой».

Герои тоже были вполне узна­ва­е­мы­ми — осо­бен­но Вера, да и ребя­та, с кото­ры­ми она обща­ет­ся — жда­нов­ские гопники.

Понра­ви­лась сце­на в мили­ции: Вера при­шла дать лож­ные пока­за­ния, что­бы выго­ро­дить отца, а в той же самой ком­на­те допра­ши­ва­ют её зна­ко­мо­го гоп­ни­ка. Посре­ди допро­са гоп­ник обо­ра­чи­ва­ет­ся к Вере и спра­ши­ва­ет фами­лию како­го-то паца­на, кото­ро­го он зна­ет толь­ко по «кли­ку­хе».

Вопро­сы к сюже­ту воз­ник­ли у меня лишь при сле­ду­ю­щем про­смот­ре — уже в совсем дру­гую эпо­ху. Глав­ный вопрос: даже если пове­рить в «чув­ства» меж­ду Верой и Сер­ге­ем, вне­зап­но воз­ник­шие с обе­их сто­рон, непо­нят­но, зачем Сер­гею было пере­ез­жать к роди­те­лям Веры, тупым про­ле­та­ри­ям, из сво­ей обща­ги, где он летом пре­крас­но жил один в ком­на­те? А ведь основ­ной кон­фликт филь­ма воз­ник имен­но бла­го­да­ря это­му пере­ез­ду, ина­че его про­сто не было бы.

Но в любом слу­чае, «Малень­кая Вера» — вполне досто­вер­ный «доку­мент» позд­не­со­вет­ской реальности.

И послед­ний фильм, о кото­ром хочу здесь пого­во­рить подроб­но — «Игла» режис­сё­ра Раши­да Нуг­ма­но­ва с Вик­то­ром Цоем в глав­ной роли.

Конец мар­та 1989 года. Весен­ние кани­ку­лы в выпуск­ном клас­се шко­лы. Новый, открыв­ший­ся все­го месяц назад моги­лёв­ский кино­те­атр «Вет­разь». Зал на утрен­нем сеан­се полон: уже мно­го меся­цев сре­ди глав­ных хитов мест­ных киос­ков зву­ко­за­пи­си (вме­сте с «Раз­лу­кой» Нау­ти­лу­са Пом­пи­ли­уса и несколь­ки­ми аль­бо­ма­ми «Лас­ко­во­го мая») — аль­бом «Кино» «Груп­па кро­ви», и моло­дёжь при­мер­но мое­го воз­рас­та при­шла посмот­реть на Цоя и послу­шать пес­ни «Кино».

Для меня «Кино» тоже была одной из глав­ных групп, вме­сте с «Аква­ри­умом», «ДДТ» и «Али­сой». У меня ещё не было маг­ни­то­фо­на, толь­ко про­иг­ры­ва­тель, и я слу­шал толь­ко то, что к тому вре­ме­ни вышло на пла­стин­ках: аль­бом «Ночь», пес­ню «Хочу пере­мен» на саунд­тре­ке «Ассы», миньон с четырь­мя пес­ня­ми из «Началь­ни­ка Камчатки».

Фильм — как и «Асса» за пол­го­да до это­го — «снёс баш­ню». Хотя ска­зать, что ниче­го подоб­но­го не видел, я не мог: уже была «Асса». С геро­ем Цоя, Моро, — зага­доч­ным, стран­ным, цинич­ным — я ско­рее мог себя иден­ти­фи­ци­ро­вать, чем со стран­ным Бана­на­ном, к тому же жив­шим в дру­гом времени.

Анти­нар­ко­ти­че­ский посыл «Иглы» был мне не то что­бы непо­ня­тен, но, ско­рей, не бли­зок: к сча­стью, тогда я про­сто физи­че­ски был далёк от наркотиков.

Вышед­ший в 2010 году «реми­кс» «Иглы» я посмот­рел ско­рее с недо­уме­ни­ем: зачем вооб­ще это нуж­но было делать? В чём фильм за про­шед­шие два­дцать с лиш­ним лет уста­рел? И те, кому он в своё вре­мя понра­вил­ся, ещё дол­го будут его пересматривать.

Аргу­мент о том, что в таком виде «Игла» будет луч­ше вос­при­ня­та моло­ды­ми зри­те­ля­ми, я тоже не при­нял. Моло­дые ребя­та, кото­рые любят «Кино», посмот­рят фильм таким, какой есть, а тем, кому «Кино» до фона­ря, он не нужен ника­кой — ни «ори­ги­наль­ный», ни «реми­кс».

Под­пи­сы­вай­тесь на «Всё идёт по пла­ну» на «Apple Podcasts», «Яндекс.Музыке» и дру­гих плат­фор­мах, где слу­ша­е­те под­ка­сты, а так­же полу­чи­те доступ к допол­ни­тель­но­му кон­тен­ту на «Патре­оне».

Читай­те так­же «„К морю и солн­цу!“. О лет­нем отды­хе в СССР». 

Советская мультипликация. Анатолий Савченко

От
Екатерина Ерёмкина
-

За всю жизнь он рабо­тал толь­ко в одном месте — сту­дии «Союз­мульт­фильм». Скром­ный, доб­рый чело­век, боль­ше все­го любив­ший рисо­вать. Об Ана­то­лии Михай­ло­ви­че Савчен­ко — худож­ни­ке-поста­нов­щи­ке мульт­филь­мов «Малыш и Карлсон», «Воз­вра­ще­ние блуд­но­го попу­гая» и дру­гих леген­дар­ных хитов в нашей статье.

Ана­то­лий Михай­ло­вич Савченко

Как всё начиналось?

Роди­на Ана­то­лия Михай­ло­ви­ча — Ново­чер­касск — город в Ростов­ской обла­сти, сто­ли­ца Дон­ско­го каза­че­ства. Буду­щий муль­ти­пли­ка­тор родил­ся здесь 30 июня 1924 года. В его семье цари­ла атмо­сфе­ра твор­че­ства. Отец, по про­фес­сии фар­ма­цевт, в сво­бод­ное вре­мя писал мас­лом кар­ти­ны. Малень­кий Ана­то­лий за ним повто­рял. В одном из ред­ких интер­вью он рассказывает:

«Как каран­даш дер­жать стал, так и рисо­вать начал».

Мама под­дер­жи­ва­ла ребёнка.

С ани­ма­ци­ей маль­чик позна­ко­мил­ся слу­чай­но: в 1930‑е годы уви­дел мульт­филь­мы перед кино­по­ка­зом. После это­го думать о чём-то дру­гом он не мог — все мыс­ли зани­ма­ли нари­со­ван­ные герои. В худо­же­ствен­ную шко­лу Савчен­ко не ходил, тво­рил самостоятельно.

25 июля 1942 года немец­кие вой­ска окку­пи­ро­ва­ли Ново­чер­касск. 17-лет­ний Ана­то­лий ушёл на вой­ну, слу­жил в пехо­те. Поз­же он делился:

«Страш­но было… Нераз­бе­ри­ха полнейшая».

Савчен­ко слу­жил до 1947 года — пять лет. Это вре­мя он про­вёл без пол­но­цен­но­го погру­же­ния в рисование.

После демо­би­ли­за­ции Ана­то­лий Михай­ло­вич, не теряя вре­ме­ни, уехал в Моск­ву. В пла­нах — поступ­ле­ние во ВГИК. На курс муль­ти­пли­ка­то­ров, кото­рым заве­до­вал Иван Пет­ро­вич Ива­нов-Вано, тогда взя­ли все­го трёх чело­век. В их чис­ле ока­зал­ся Савчен­ко. Он полу­чил мак­си­маль­ные бал­лы за рису­нок, ком­по­зи­цию и живо­пись, хотя ужас­но боял­ся — пре­тен­ден­ты на его место каза­лись опыт­нее. Зани­мал­ся Савчен­ко хоро­шо, уда­ва­лось всё! По его мне­нию, это свя­за­но с любо­вью к рабо­те, а глав­ным учи­те­лем худож­ник назы­вал любо­пыт­ство. Жил он в то вре­мя на Цвет­ном буль­ва­ре у тёть, пол­но­стью посвя­тив себя университету.

Настав­ни­ком для Ана­то­лия Михай­ло­ви­ча в сту­ден­че­ские годы стал Ана­то­лий Пан­те­лей­мо­но­вич Сазо­нов — один из кино­ху­дож­ни­ков, пода­рив­ших совет­ским детям лен­ту «Кра­де­ное солнце».

Ана­то­лий Пан­те­лей­мо­но­вич Сазонов
Кадр из мульт­филь­ма «Кра­де­ное солн­це». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1944 год

На началь­ных эта­пах Савчен­ко под­ра­жал худо­же­ствен­но­му сти­лю дру­гу Сазо­но­ва — Евге­нию Тихо­но­ви­чу Мигу­но­ву. Его рабо­ты и сей­час при­вле­ка­ют мини­ма­ли­стич­но­стью и иронией.

Иллю­стра­ция Евге­ния Тихо­но­ви­ча Мигунова

В 1953 году худож­ник окон­чил ВГИК и по рас­пре­де­ле­нию попал в «Союз­мульт­фильм».

В «Союзмультфильме»

Эта сту­дия — един­ствен­ное место рабо­ты Ана­то­лия Михай­ло­ви­ча. Его вряд ли мож­но назвать карье­ри­стом, важ­ным был для него сам про­цесс тру­да. В деко­ра­тор­ском цеху его назы­ва­ли «Толя-лапоч­ка», на ошиб­ки он все­гда ука­зы­вал спо­кой­но, веж­ли­во, ста­ра­ясь нико­го не задеть. Кол­ле­гам не зави­до­вал, а искренне радо­вал­ся их успе­хам. Имен­но так и про­шли 37 лет в «Союз­мульт­филь­ме» — спо­кой­но, свет­ло. В отли­чие от мно­гих худож­ни­ков, при­шед­ших на сту­дию, Савчен­ко не стал режис­сё­ром, пото­му что не хотел отвле­кать­ся от люби­мо­го дела — рисования.

Пер­вый твор­че­ский пери­од — сотруд­ни­че­ство с Ива­ном Пет­ро­ви­чем Ива­но­вым-Вано, у кото­ро­го Ана­то­лий Михай­ло­вич учил­ся. Извест­ный режис­сёр позвал начи­на­ю­ще­го худож­ни­ка-поста­нов­щи­ка делать «Лес­ной кон­церт» — мульт­фильм по бас­ням Сер­гея Михал­ко­ва с тан­це­валь­ны­ми и музы­каль­ны­ми сце­на­ми меж­ду. Савчен­ко согласился.

Кадр из мульт­филь­ма «Лес­ной кон­церт». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1953 год

Сле­ду­ю­щим появил­ся про­слав­лен­ный «Мой­до­дыр» — поучи­тель­ная рабо­та для детей о поль­зе гигиены.

На этом сов­мест­ная рабо­та Ива­но­ва-Вано и худож­ни­ка завер­ши­лась. Ана­то­лий Михай­ло­вич поз­же отме­тил, что не гнал­ся за «гран­ди­оз­ны­ми» сюже­та­ми и боль­ши­ми полот­на­ми, как Иван Пет­ро­вич, поэто­му и пере­шёл в груп­пу Бори­са Сте­пан­це­ва и Евге­ния Райковского.

В твор­че­ском сою­зе с режис­сё­ром Сте­пан­це­вым худож­ник создал боль­шин­ство сво­их мульт­филь­мов. Борис Пет­ро­вич любил экс­пе­ри­мен­ты, но почти все­гда пора­бо­тать вме­сте пред­ла­гал Ана­то­лию Михай­ло­ви­чу, всё дело в его «доб­рых пер­со­на­жах». Доб­ро­та вооб­ще основ­ное и обя­за­тель­ное в твор­че­стве Савченко.

Борис Пав­ло­вич Степанцев

Они нача­ли с серии мульт­филь­мов про Мур­зил­ку — исто­рий о жур­на­ли­сте, кото­рый раз­об­ла­ча­ет ложь и учит пио­не­ров хорошему.

Кадр из мульт­филь­ма «При­клю­че­ния Мур­зил­ки». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1956 год
Кадр из мульт­филь­ма «Опять двой­ка». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1957 год
Кадр из мульт­филь­ма «Мур­зил­ка на спут­ни­ке». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1960 год

В этих мульт­филь­мах зри­тель уже может заме­тить неко­то­рые осо­бен­но­сти худо­же­ствен­но­го сти­ля Савчен­ко: мяг­кие линии, эмо­ци­о­наль­ную мими­ку геро­ев и их выра­зи­тель­ные глаза.

Важ­ной ста­но­вит­ся рабо­та «Петух и крас­ки» про пти­цу, кото­рую забы­ли рас­кра­сить. Здесь впер­вые появ­ля­ет­ся ещё одна отли­чи­тель­ная деталь сти­ля Ана­то­лия Михай­ло­ви­ча — нечёт­кий, едва наме­чен­ный фон.

Кадр из мульт­филь­ма «Петух и крас­ки». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1964 год

После «Вовки в Три­де­вя­том цар­стве» худож­ник бук­валь­но проснул­ся зна­ме­ни­тым. Его мане­ре рисо­вать нача­ли под­ра­жать, но повто­рить, конеч­но, ни у кого не получалось.

Сте­пан­цев и Савчен­ко же несмот­ря на успех обра­ща­ют­ся к более серьёз­ным, взрос­лым мульт­филь­мам. Выхо­дит «Окно» — меч­та о люб­ви оди­но­ко­го чело­ве­ка и разо­ча­ро­ва­ние в её реаль­ном вопло­ще­нии под музы­ку Сер­гея Прокофьева.

Сле­ду­ю­щей появ­ля­ет­ся «Пес­ня о соко­ле» по одно­имён­но­му про­из­ве­де­нию Мак­си­ма Горь­ко­го. При созда­нии при­ме­ня­лась тех­ни­ка рисо­ва­ния по стек­лу — новый опыт для Ана­то­лия Михайловича.

Кадр из мульт­филь­ма «Песнь о соко­ле». Сту­дия «Союзмультфильм».1967 год

Впе­ре­ди — воз­вра­ще­ние в дет­скую ани­ма­цию и созда­ние леген­дар­ных лент.

«Скрип­ка пио­не­ра» — мрач­ный, пуга­ю­щий мульт­фильм о подви­ге ребён­ка во вре­мя вой­ны зри­те­ли уви­дят в 1971 году. В нём вопло­щён тре­вож­ный страх, испы­тан­ный худож­ни­ком во вре­ме­на службы.

Кадр из мульт­филь­ма «Скрип­ка пио­не­ра». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1971 год

В 1973 году — «Щел­кун­чик», сов­ме­ща­ю­щий в себе как моти­вы ори­ги­наль­ной сказ­ки Гоф­ма­на и бале­та Пет­ра Чай­ков­ско­го, так и режис­сёр­скую интер­пре­та­цию. Мульт­фильм пол­но­стью музы­каль­ный, в нём не про­из­но­сит­ся ни одно­го сло­ва, но это не поме­ша­ло детям его полю­бить. После пре­мье­ры «Щел­кун­чик» будут пока­зы­вать каж­дое 31 декаб­ря. Для худож­ни­ка его созда­ние ста­ло насто­я­щим испы­та­ни­ем из-за боль­шо­го хро­но­мет­ра­жа и коли­че­ства персонажей.

Кадр из мульт­филь­ма «Щел­кун­чик». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1973 год

Обра­тят­ся Савчен­ко и Сте­пан­цев и к Кор­нею Чуков­ско­му, и в 1976 году сде­ла­ют «Муху-Цоко­ту­ху» — инте­рес­ную с точ­ки зре­ния цве­то­вой пере­да­чи сюжета.

Кадр из мульт­филь­ма «Муха-Цоко­ту­ха». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1976 год

Не обой­дут сто­ро­ной и восточ­ные моти­вы. Яркое тому дока­за­тель­ство — «Поче­му ослик заупря­мил­ся» 1979 года. Ана­то­лий Михай­ло­вич в нём при помо­щи оран­же­во­го фона и сти­ля про­ри­сов­ки мастер­ски пере­дал жар­кую пого­ду и сахар­ный вкус арбуза.

Кадр из мульт­филь­ма «Поче­му ослик заупря­мил­ся?». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1979 год

Попро­бу­ет свои силы Савчен­ко и в кине­ма­то­гра­фе — он нари­су­ет ани­ма­ци­он­ные встав­ки в филь­ме «Ассоль».

Кадр из филь­ма «Ассоль». Режис­сёр Борис Сте­пан­цев. 1982 год

«Малыш и Карлсон»

Три­ло­гия Аст­рид Линдгрен несколь­ко отли­ча­ет­ся от полу­чив­ше­го­ся мульт­филь­ма. В осно­ве совет­ской интер­пре­та­ции — оди­но­че­ство Малы­ша, в ори­ги­на­ле это­го нет — ребё­нок, наобо­рот, изба­ло­ван любо­вью роди­те­лей. Да и Карлсон в кни­ге ни разу не гово­рит о люб­ви к варенью.

Облик забав­но­го героя с про­пел­ле­ром — пол­но­стью фан­та­зия Савчен­ко. Он не читал кни­гу, перед ним был толь­ко сценарий.

Эскиз Малы­ша для мульт­филь­ма «Малыш и Карлсон»
Эскиз мамы и папы для мульт­филь­ма «Малыш и Карлсон»

Быст­ро нашли актри­су для озву­чи­ва­ния Малы­ша — ей ста­ла Кла­ра Румя­но­ва. Карлсон гово­рит голо­сом Васи­лия Лива­но­ва, и это чистая слу­чай­ность. Актёр захо­дил поиг­рать в шах­ма­ты и решил попро­бо­вать, под­ра­жая режис­сё­ру Гри­го­рию Роша­лю, его утвердили.

Муль­тик «Малыш и Карлсон» дела­ли с удо­воль­стви­ем, лег­ко. Зри­те­ли уви­де­ли забав­ную исто­рию друж­бы в 1968 году.

Кадр из мульт­филь­ма «Малыш и Карлсон». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1968 год. Источ­ник: kinopoisk.ru

Сле­ду­ю­щая часть — «Карлсон вер­нул­ся» на экра­нах появи­лась в 1970 году. Новый пер­со­наж — няня Фре­кен Бок — раз­го­ва­ри­ва­ет инто­на­ци­я­ми Фаи­ны Ранев­ской, кото­рая до это­го ни разу не рабо­та­ла с муль­ти­пли­ка­ци­ей. Позвать её пред­ло­жил Ана­то­лий Михайлович.

Кадр из мульт­филь­ма «Карлсон вер­нул­ся». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1970 год

Долж­на была быть и тре­тья часть, но режис­сёр Борис Сте­пан­цев увлёк­ся ины­ми про­ек­та­ми. Поэто­му она появи­лась в каче­стве диа­филь­ма. Фра­зы из двух вышед­ших кар­тин ушли в народ: «День варе­нья», «Ну я так не играю», «А у вас моло­ко убе­жа­ло», «Я сошла с ума, какая доса­да» и мно­гие дру­гие. Наград, поми­мо люб­ви совет­ских детей, рабо­та не полу­чи­ла. Высо­ко его оце­ни­ла и сама Аст­рид Линдгрен.

«Возвращение блудного Попугая»

Мульт­фильм состо­ит из трёх выпус­ков, пер­вый и тре­тий сре­жис­си­ро­вал Вален­тин Кара­ва­ев. Ему же при­над­ле­жит идея созда­ния. Как-то раз он шёл по ули­це и заме­тил стаю воро­бьёв, а в её цен­тре — попу­гая, кото­рый увле­чён­но о чём-то «бол­тал». Кара­ва­ев стал думать о том, как это про­изо­шло, рас­ска­зал Алек­сан­дру Кур­лянд­ско­му и вме­сте они напи­са­ли сце­на­рий. Худож­ни­ком всех трёх выпус­ков назна­чи­ли Савченко.

Кадр из мульт­филь­ма «Воз­вра­ще­ние блуд­но­го попу­гая (пер­вый выпуск)». Сту­дия «Союз­мульт­фильм». 1984 год

Сюжет их схож: сна­ча­ла Кеша ухо­дит от сво­е­го хозя­и­на Вовки, а в кон­це — возвращается.

По при­зна­нию Ана­то­лия Михай­ло­ви­ча, Кеша у него полу­чил­ся сра­зу. Эго­и­стич­ный, но хариз­ма­тич­ный пер­со­наж, впи­ты­ва­ю­щий в себя всё, что пока­зы­ва­ет­ся по теле­ви­зо­ру, вопло­ща­ет атмо­сфе­ру зака­та СССР. Он носит крос­сов­ки и зелё­ный хохо­лок, напо­ми­на­ю­щий иро­кез, смот­рит «Пет­ров­ку, 38», зави­ду­ет пле­е­ру сосед­ско­го кота, пьёт «джус, оран­джат» и паро­ди­ру­ет Юрия Антонова.

Савчен­ко вер­нёт­ся к Кеше в 2002 и 2005 годах в мульт­филь­мах «Утро попу­гая Кеши», «Кеша — рыбо­лов» и «Муже­ство попу­гая Кеши». Успех пер­вых эпи­зо­дов эти рабо­ты не повторят.

После «Союзмультфильма»

Основ­ной при­чи­ной ухо­да Ана­то­лий Михай­ло­вич на пен­сию ста­ло изме­не­ние рабо­ты сту­дии. Он рассказывал:

«Новые раз­го­во­ры пошли — день­ги, день­ги, день­ги… Это зна­чит всё — боль­ше ниче­го не будет. Так и случилось».

До послед­них дней Савчен­ко зани­мал­ся книж­ной иллю­стра­ци­ей, оча­ро­вы­вая всех совер­шен­но осо­бен­ны­ми пер­со­на­жа­ми. На вопро­сы о том, как успеш­но рисо­вать для юных зри­те­лей и чита­те­лей, он отвечал:

«При­ду­мать, как надо сде­лать рису­нок, что­бы он детям понра­вил­ся. Не тебе — это очень важ­но — а детям. Не себе пота­кать, не само­лю­бие тешить, а понять — что детям надо. А для это­го надо видеть то, что в детях есть, а во взрос­лых — к сожа­ле­нию, не всегда».

В нём это опре­де­лён­но было.

Ана­то­лий Михай­ло­вич Савчен­ко скон­чал­ся 18 авгу­ста 2011 года в сво­ей квартире.

Читай­те так­же «Совет­ская муль­ти­пли­ка­ция. Вяче­слав Котё­ноч­кин». 

Компьютерные приложения и тесты: как иностранцы изучают русский язык в РФ

От
Алексей Киреенко
-
Студенты Падуанского университета с сертификатами ТРКИ, 2017 год

Зна­ко­мить­ся с куль­ту­рой любой стра­ны про­ще все­го, когда зна­ешь её язык. Сего­дня, когда кон­фликт гло­ба­ли­за­ции с этни­за­ци­ей сто­ит осо­бо ост­ро, никто не ста­нет оспа­ри­вать солид­ный ста­тус рус­ско­го язы­ка на миро­вой арене. Область РКИ — так в сре­де фило­ло­гов назы­ва­ет­ся сфе­ра пре­по­да­ва­ния рус­ско­го язы­ка как ино­стран­но­го — доволь­но закры­тое от посто­рон­них глаз обра­зо­ва­ние. Мате­ри­а­лов, кото­рые были бы понят­ны непод­го­тов­лен­но­му чита­те­лю, мало.

VATNIKSTAN про­дол­жа­ет рас­ска­зы­вать о рас­про­стра­не­нии, опи­са­нии, пре­по­да­ва­нии и изу­че­нии рус­ско­го язы­ка как ино­стран­но­го. В пер­вой части мы рас­ска­за­ли о том, как ино­стран­цы учи­ли рус­ский до рево­лю­ции. Во вто­рой — как совет­ские линг­ви­сты корен­ным обра­зом изме­ни­ли под­ход к обу­че­нию рус­ско­му. Сего­дня в цен­тре вни­ма­ния 1990‑е годы и современность.

Из-за рас­па­да гло­баль­ной систе­мы соци­а­ли­сти­че­ских госу­дарств коли­че­ство учеб­ных про­грамм по рус­ско­му язы­ку сокра­ти­лось. Мно­гие стра­ны нача­ли про­во­дить укреп­ля­ю­щую поли­ти­ку в отно­ше­нии наци­о­наль­но­го язы­ка, в неко­то­рых госу­дар­ствах рус­ский язык полу­чил ста­тус ино­стран­но­го. Мно­гие пре­по­да­ва­те­ли рус­ско­го язы­ка сме­ни­ли спе­ци­а­ли­за­цию и пере­шли на дру­гие предметы.

Децен­тра­ли­за­ция науч­но-мето­ди­че­ской рабо­ты при­ве­ла к тому, что в ряде оте­че­ствен­ных вузов сфор­ми­ро­ва­лись мето­ди­че­ские шко­лы, само­сто­я­тель­но реша­ю­щие вопро­сы орга­ни­за­ции учеб­но­го про­цес­са и созда­ю­щие соб­ствен­ные учеб­ные пособия.

Изме­ни­лась и направ­лен­ность обу­че­ния. Если рань­ше основ­ной зада­чей мето­ди­ки было овла­де­ние язы­ком как сред­ством обще­ния, то теперь к нему доба­ви­лась и эко­но­ми­че­ская состав­ля­ю­щая — уве­ли­чи­лось коли­че­ство ино­стран­ных граж­дан, при­ез­жа­ю­щих с дело­вы­ми целями.

С 1992 года из линг­ви­стов и мето­ди­стов созда­ют­ся рабо­чие груп­пы в МГУ (Г. А. Битех­ти­на, Л. П. Кло­бу­ко­ва), СПб­ГУ (К. А. Рого­ва) и РУДН (Т. М. Балы­хи­на) по под­го­тов­ке и внед­ре­нию сер­ти­фи­ка­ци­он­но­го тести­ро­ва­ния по рус­ско­му язы­ку как ино­стран­но­му. Науч­ное обос­но­ва­ние полу­ча­ет систе­ма под­го­тов­ки ино­стран­ных граж­дан в рос­сий­ских вузах по уров­ням вла­де­ния язы­ком — эле­мен­тар­ный, допо­ро­го­вый, поро­го­вый, пост­по­ро­го­вый, поро­го­вый про­дви­ну­тый и про­фес­си­о­наль­ный. Эта гра­да­ция соот­но­сит­ся с обще­ев­ро­пей­ской сту­пен­ча­той шка­лой и соот­вет­ству­ют обще­ев­ро­пей­ским ком­пе­тен­ци­ям вла­де­ния ино­стран­ным язы­ком — А1, А2, В1, В2, С1 и С2. Бла­го­да­ря ста­ра­ни­ям учё­ных были под­го­тов­ле­ны орга­ни­за­ци­он­ные и мето­ди­че­ские доку­мен­ты для созда­ния пер­вой в Рос­сии Госу­дар­ствен­ной систе­мы тести­ро­ва­ния по рус­ско­му язы­ку как ино­стран­но­му — ТРКИ (Test of Russian as a Foreign Language — TORFL).

С 1997 года рабо­та­ет Коор­ди­на­ци­он­ный совет цен­тров дову­зов­ской под­го­тов­ки ино­стран­ных граж­дан. Сотруд­ни­ки цен­тра раз­ра­бо­та­ли тре­бо­ва­ния к мини­маль­но­му уров­ню зна­ний выпуск­ни­ков под­го­то­ви­тель­ных факультетов.

С 1999 года тру­дит­ся Рос­сий­ское обще­ство пре­по­да­ва­те­лей рус­ско­го язы­ка и лите­ра­ту­ры — РОПРЯЛ. Его цель — коор­ди­на­ция дея­тель­но­сти и повы­ше­ние ква­ли­фи­ка­ции спе­ци­а­ли­стов, изу­ча­ю­щих, пре­по­да­ю­щих и рас­про­стра­ня­ю­щих рус­ский язык, рус­скую лите­ра­ту­ру и рус­скую куль­ту­ру. РОПРЯЛ кури­ру­ет жур­нал «Мир рус­ско­го сло­ва», кото­рый выхо­дит с 2000 года, и интер­нет-пор­тал «Рус­ское сло­во».

В эти же годы начи­на­ют выхо­дить стан­дар­ти­зи­ро­ван­ные учеб­ные кни­ги по уров­ням вла­де­ния язы­ком — «Рус­ский язык: 5 эле­мен­тов», «Поеха­ли! Рус­ский язык для взрос­лых», «Доро­га в Рос­сию», «Рус­ский язык: Пер­вые шаги».

Поеха­ли! Рус­ский язык для взрос­лых, базо­вый курс, 2009 год

Актив­ную роль в под­дер­жа­нии инте­ре­са ино­стран­ных уча­щих­ся к изу­че­нию рус­ско­го язы­ка в зару­беж­ных стра­нах про­дол­жа­ет играть МАПРЯЛ, о кото­рой мы писа­ли в про­шлом мате­ри­а­ле. Мно­го­чис­лен­ные кон­грес­сы, кон­фе­рен­ции, чей счёт пере­ва­лил за две сот­ни, сим­по­зи­у­мы, семи­на­ры, кон­кур­сы и олим­пи­а­ды Ассо­ци­а­ция про­во­дит по все­му миру.

Одно из самых пол­ных опи­са­ний линг­ви­сти­че­ских основ обу­че­ния ино­стран­цев рус­ской грам­ма­ти­ке — труд кол­лек­ти­ва авто­ров МГУ «Кни­га о грам­ма­ти­ке». В этой рабо­те даёт­ся опи­са­ние грам­ма­ти­че­ских явле­ний, выра­бо­тан­ное пре­по­да­ва­те­ля­ми рус­ско­го язы­ка как ино­стран­но­го и закре­пив­ше­е­ся в мно­го­лет­ней ауди­тор­ной прак­ти­ке. В кни­ге даёт­ся исчер­пы­ва­ю­щее опре­де­ле­ние грам­ма­ти­ки рус­ско­го язы­ка как иностранного:

«Грам­ма­ти­ка РКИ — это такое линг­ви­сти­че­ское опи­са­ние рус­ско­го язы­ка, его грам­ма­ти­че­ско­го строя, кото­рое име­ет целью рас­крыть струк­тур­ные и семан­ти­че­ские осо­бен­но­сти еди­ниц язы­ка и пра­ви­ла их функ­ци­о­ни­ро­ва­ния для ком­му­ни­ка­тив­ных целей, для целей обу­че­ния ино­стран­ных уча­щих­ся вла­де­нию рус­ским языком».

Осо­бую попу­ляр­ность полу­ча­ют иссле­до­ва­ния в обла­сти меж­куль­тур­ной ком­му­ни­ка­ции. В 2002 году выхо­дит кни­га «Рус­ское ком­му­ни­ка­тив­ное пове­де­ние», в ней впер­вые опре­де­ля­ют­ся основ­ные поня­тия нау­ки о пове­де­нии носи­те­лей раз­ных язы­ков. Нема­лый инте­рес вызва­ли науч­ные рабо­ты в обла­сти интер­пре­та­ции тек­ста. Про­бле­мам рабо­ты с тек­стом в ино­стран­ной ауди­то­рии посвя­ще­ны тру­ды, под­го­тов­лен­ные участ­ни­ка­ми иссле­до­ва­тель­ско­го семи­на­ра «Ана­лиз и интер­пре­та­ция тек­ста» К. А. Роговой.

Сто­ит отме­тить и неод­но­крат­но пере­из­дан­ную кни­гу «Рус­ский язык в текстах о фило­ло­гии» А. В. Велич­ко и Л. П. Юди­ной из МГУ. В кни­ге ино­стран­ным сту­ден­там на про­стых и понят­ных при­ме­рах пока­зы­ва­ют основ­ные прин­ци­пы рабо­ты с науч­ны­ми тек­ста­ми — полез­ное прак­ти­че­ское руко­вод­ство к напи­са­нию на рус­ском язы­ке ста­тей, докла­дов, кур­со­вых и диссертаций.

В кон­це 1990‑х годов полу­чи­ла раз­ви­тие тео­рия и прак­ти­ка язы­ко­во­го тести­ро­ва­ния. Были опи­са­ны шесть уров­ней вла­де­ния рус­ским язы­ком как ино­стран­ным, состав­ле­ны тре­бо­ва­ния к ком­му­ни­ка­тив­ной ком­пе­тен­ции, харак­тер­ной для каж­до­го уров­ня, раз­ра­бо­та­на про­це­ду­ра тести­ро­ва­ния, созда­ны типо­вые тесты. Важ­ней­шая зада­ча это­го про­цес­са — обес­пе­чить стан­дар­ти­за­цию целей овла­де­ния рус­ским язы­ком как ино­стран­ным в усло­ви­ях вари­а­тив­но­сти и мно­го­об­ра­зия спо­со­бов изу­че­ния язы­ка. Сер­ти­фи­ци­ро­ван­ное тести­ро­ва­ние поз­во­ля­ет опре­де­лить сте­пень сфор­ми­ро­ван­но­сти ком­му­ни­ка­тив­ной ком­пе­тен­ции ино­стран­ных граж­дан вне зави­си­мо­сти от вре­ме­ни и места их обучения.

С 1991 года в Мон­го­лии, Чехии, Сло­ва­кии, Сер­бии, Китае, Эсто­нии, Поль­ше и Румы­нии выхо­дят новые автор­ские мето­ди­ки пре­по­да­ва­ния рус­ско­го для школ и вузов. В жур­на­лах наци­о­наль­ных ассо­ци­а­ций пре­по­да­ва­те­лей рус­ско­го язы­ка и лите­ра­ту­ры изда­ют­ся про­филь­ные мате­ри­а­лы — на Укра­ине выхо­дит жур­нал «Рус­ский язык, лите­ра­ту­ра и куль­ту­ра в шко­ле и вузе», в Бело­рус­сии — «Рус­ский язык и лите­ра­ту­ра», в Сло­ва­кии — «Рус­ский язык в цен­тре Евро­пы», в США — «Russian Language Journal», в Австрии — «Mittelungen für Lehrer slawischer Fremdsprachen», в Бол­га­рии — «Бол­гар­ская руси­сти­ка», в Испа­нии — «Cuadernos de Rusística Española».

Доро­га в Рос­сию, базо­вый уро­вень, 2009 год

В совре­мен­ной мето­ди­ке отсут­ству­ет еди­ный взгляд на сущ­ность целей обу­че­ния рус­ско­му язы­ку как ино­стран­но­му, что обу­слов­ле­но раз­лич­ны­ми исход­ны­ми пози­ци­я­ми мето­ди­стов и спе­ци­фи­кой кон­крет­ных систем обу­че­ния. Пора­жа­ет мно­го­об­ра­зие учеб­ни­ков и посо­бий, кото­рые в боль­шин­стве сво­ём не теря­ли свя­зи с изда­ни­я­ми преды­ду­ще­го периода.

Инте­рес­ны ито­ги децен­тра­ли­за­ции созда­ния учеб­ни­ков — мето­ди­че­ские шко­лы появи­лись в Бел­го­ро­де, Вол­го­гра­де, Воро­не­же, Иркут­ске и Тве­ри. Их дея­тель­ность в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни ори­ен­ти­ро­ва­на на жизнь в кон­крет­ном реги­оне. В учеб­ных посо­би­ях реа­ли­зу­ет­ся прин­цип кра­е­вед­че­ской направ­лен­но­сти обучения.

Видео­урок из кур­са «Russian for Tourism», Бол­га­рия, 2013 год

Изме­не­ние идео­ло­ги­че­ской направ­лен­но­сти учеб­ни­ков и учеб­ных посо­бий — отли­чи­тель­ная чер­та совре­мен­ных нара­бо­ток. В про­шлом мате­ри­а­ле под­чёр­ки­ва­лась идео­ло­ги­за­ция учеб­ни­ков в СССР — авто­ры про­па­ган­ди­ро­ва­ли соци­а­ли­сти­че­ский образ жиз­ни, опи­сы­ва­ли опыт реше­ния наци­о­наль­ных про­блем, разъ­яс­ня­ли пози­ции СССР на меж­ду­на­род­ной арене, рас­ска­зы­ва­ли о руко­во­дя­щей роли ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии в стране.

На VII кон­грес­се МАПРЯЛ в 1990 году в Москве было про­воз­гла­ше­но тре­бо­ва­ние деидео­ло­ги­за­ции учеб­но­го про­цес­са. Дело дохо­ди­ло до почти пол­но­го исчез­но­ве­ния пер­со­на­лий, собы­тий, поли­ти­че­ской сим­во­ли­ки и реа­лий совет­ской эпо­хи. В учеб­ни­ки мас­со­во ста­ли вклю­чать исто­ри­че­ские све­де­ния о собы­ти­ях доре­во­лю­ци­он­ной Рос­сии. К нача­лу 2000‑х годов к сба­лан­си­ро­ван­ным темам при­ба­ви­лись тек­сты о совре­мен­ной Рос­сии, о про­бле­мах совре­мен­ной молодёжи.

Для заня­тий с ино­стран­ца­ми были созда­ны учеб­ные видео­филь­мы. Почти часо­вой фильм 2011 года «Семь про­гу­лок по Москве» для вла­де­ю­щих рус­ским язы­ком на I сер­ти­фи­ка­ци­он­ном уровне (В1) состо­ит из семи сюже­тов — «Осно­ва­ние и исто­рия горо­да», «Кремль», «Музеи горо­да», «Архи­тек­ту­ра Моск­вы», «Выход­ные в Москве», «Дело­вая Москва», «Обра­зо­ва­ние в Москве». В печат­ное при­ло­же­ние вхо­дят пол­ный текст филь­ма, упраж­не­ния к каж­до­му из сюже­тов, а так­же сло­варь и тек­сты попу­ляр­ных сти­хов и песен о Москве.

Видео­урок из кур­са «A Little Bit of Russian» от теле­ка­на­ла «Russia Today», 2011 год

Актив­но раз­ви­ва­ет­ся про­стран­ство рус­ско­го язы­ка для ино­стран­цев в интер­не­те. Боль­шое коли­че­ство сай­тов, создан­ных при уни­вер­си­тет­ских орга­ни­за­ци­ях, не обнов­ля­лись с нача­ла 2010‑х годов и выгля­дят уста­рев­ши­ми. В англо­языч­ном сег­мен­те попу­ляр­но­го при­ло­же­ния для изу­че­ния язы­ков «Duolingo», кото­рое посто­ян­но обнов­ля­ет­ся, рус­ский язык изу­ча­ют более 3,5 мил­ли­о­на поль­зо­ва­те­лей. Зада­ния в при­ло­же­нии постро­е­ны по прин­ци­пу зву­ко­во­го и зри­тель­но­го запоминания.

Глав­ная стра­ни­ца сай­та «Russian on-line»

Дистан­ци­он­ный фор­мат обу­че­ния, кото­рый в наше неспо­кой­ное вре­мя уже игра­ет важ­ную роль, при­ме­ня­ет­ся и в сфе­ре РКИ. В послед­ний пери­од раз­ви­тия мето­ди­ки полу­чи­ли идеи лич­ност­но ори­ен­ти­ро­ван­но­го обу­че­ния. Актив­но раз­ви­ва­ют­ся муль­ти­ме­дий­ные форматы.

В послед­ние 20 лет про­изо­шёл пере­ход от еди­но­об­ра­зия к вари­а­тив­но­сти, пред­по­ла­га­ю­щий выбор пре­по­да­ва­те­лем мето­дов и средств обу­че­ния с учё­том инте­ре­сов и инди­ви­ду­аль­но-пси­хо­ло­ги­че­ских осо­бен­но­стей уча­щих­ся. Как и преж­де, мето­ди­ка будет раз­ви­вать­ся под вли­я­ни­ем линг­ви­сти­ки, пси­хо­ло­гии, педа­го­ги­ки и смеш­ных мето­ди­че­ских дис­ци­плин, а так­же прак­ти­ки пре­по­да­ва­ния. Изме­не­ния, про­ис­хо­дя­щие в систе­мах обра­зо­ва­ния в раз­ных стра­нах мира под вли­я­ни­ем про­цес­сов гло­ба­ли­за­ции, при­во­дят к боль­ше­му сбли­же­нию мето­ди­ки обу­че­ния рус­ско­му язы­ку как ино­стран­но­му с мето­ди­ка­ми пре­по­да­ва­ния дру­гих ино­стран­ных язы­ков. Хочет­ся верить, что меж­ду­на­род­ный обмен резуль­та­та­ми науч­ных иссле­до­ва­ний ста­нет толь­ко силь­нее, но что имен­но будет даль­ше — пока­жет практика.

Сту­ден­ты Паду­ан­ско­го уни­вер­си­те­та с сер­ти­фи­ка­та­ми ТРКИ, 2017 год

Читай­те так­же «„Рос­сия во мгле“: Гер­берт Уэллс в Совет­ской Рос­сии». 

У Великобритании и Франции были планы военных операций в СССР в 1939–1940 годах

От
Редакция VATNIKSTAN
-

Вели­ко­бри­та­ния и Фран­ция после под­пи­са­ния в авгу­сте 1939 года совет­ско-гер­ман­ско­го дого­во­ра о нена­па­де­нии (пак­та Моло­то­ва — Риббен­тро­па) раз­ра­ба­ты­ва­ли пла­ны воен­ных дей­ствий про­тив СССР. Об этом гово­рят архив­ные доку­мен­ты исто­ри­ко-доку­мен­таль­ной выстав­ки «Нака­нуне Вели­кой Оте­че­ствен­ной. 1 сен­тяб­ря 1939 — 22 июня 1941», откры­той 8 июля в Выста­воч­ном зале феде­раль­ных архи­вов в Москве. Инфор­ма­ция о пла­нах Вели­ко­бри­та­нии и Фран­ции посту­па­ла в СССР по раз­ве­ды­ва­тель­ным, дипло­ма­ти­че­ским и воен­ным каналам.

Пра­ви­тель­ства запад­ных дер­жав виде­ли потен­ци­ал в напа­де­нии на южные рубе­жи СССР, кото­рое пред­по­ла­га­лось совер­шить с тер­ри­то­рии Сирии при содей­ствии Тур­ции и Ира­на. Север­ное направ­ле­ние какое-то вре­мя так­же рас­смат­ри­ва­лось, посколь­ку в Север­ной Евро­пе эко­но­ми­че­ские инте­ре­сы име­ла и нацист­ская Гер­ма­ния, одна­ко после под­пи­са­ния мир­но­го дого­во­ра меж­ду СССР и Фин­лян­ди­ей, завер­шив­ше­го Зим­нюю вой­ну, южное направ­ле­ние ста­ло при­о­ри­тет­ным. Глав­ной целью опе­ра­ции в Совет­ском Закав­ка­зье был удар по неф­те­про­мыс­лам, что повлек­ло бы за собой серьёз­ный эко­но­ми­че­ский, а сле­до­ва­тель­но, и воен­ный урон СССР.

Неко­то­рые доку­мен­ты гово­рят и об уста­нов­ке на раз­ви­тие наци­о­на­ли­сти­че­ских и сепа­ра­тист­ских дви­же­ний на Кав­ка­зе. В мар­те 1940 года НКВД на осно­ва­нии дан­ных париж­ско­го рези­ден­та сооб­щал, что во фран­цуз­ском Гене­раль­ном шта­бе про­хо­ди­ла встре­ча с пред­ста­ви­те­ля­ми «гор­ской эми­гра­ции», где им было пред­ло­же­но «назвать абсо­лют­но надёж­ных людей» для дивер­си­он­ной рабо­ты на Кав­ка­зе; эми­гран­ты при этом заяв­ля­ли, что под­дер­жи­ва­ют идею при­со­еди­не­ния Даге­ста­на и Азер­бай­джа­на к Турции.

Дру­гой доку­мент, копия запис­ки началь­ни­ка Гене­раль­но­го шта­ба наци­о­наль­ной обо­ро­ны Фран­ции М. Гаме­ле­на, кро­ме атак на неф­те­на­лив­ные суда в Чёр­ном море и объ­ек­ты неф­тя­ной про­мыш­лен­но­сти Кав­ка­за, ука­зы­вал целью «вос­ста­ние сре­ди мусуль­ман­ско­го населения».

Доку­мен­ты выстав­ки доступ­ны для про­смот­ра на спе­ци­аль­ном сай­те Феде­раль­но­го архив­но­го агент­ства (Росар­хи­ва), они раз­де­ле­ны на тема­ти­че­ские бло­ки, сре­ди кото­рых есть и блок «Англо-фран­цуз­ские пла­ны напа­де­ния на СССР. Ноябрь 1939 — май 1940».

Выстав­ка рабо­та­ет с 8 июля по 5 сен­тяб­ря 2021 года, подроб­но­сти о ней читай­те на сай­те Росар­хи­ва.

«Колхида». «Левая группа». Гражданская война — не за горами

От
Сергей Петров
-
Яхта «Колхида»

Мы про­дол­жа­ем пуб­ли­ко­вать рас­ска­зы Сер­гея Пет­ро­ва о Вели­кой рус­ской рево­лю­ции на Дону. В про­шлый раз речь шла об ито­гах «судеб­но­го раз­би­ра­тель­ства» над стар­ши­ной Нико­ла­ем Голу­бо­вым, а сего­дня в цен­тре вни­ма­ния — засе­да­ние ново­го Обще­ка­за­чье­го съез­да осе­нью 1917 года.

Яхта «Кол­хи­да»

Она появи­лась на свет в 1898‑м, и её назва­ли «Тама­рой». Эле­гант­ную, осле­пи­тель­но-белую яхту с изящ­ны­ми бор­та­ми спу­сти­ли на воду в далё­ких север­ных морях. И в ком­па­нии авгу­стей­ших особ Дома Рома­но­вых «Тама­ра» отпра­ви­лась в дол­гое плавание.

Радост­но кри­ча­ли чай­ки над Атлан­ти­кой, отча­ян­но гуде­ли бри­тан­ские лай­не­ры в Индий­ском оке­ане. Гул напо­ми­нал стон, так обыч­но сто­нут люб­ве­обиль­ные и невос­пи­тан­ные муж­чи­ны, с горе­чью пони­мая, что про­хо­дя­щие мимо них кра­сот­ки — недосягаемы.

«Тама­ра» гуля­ла, где хоте­ла, мир при­ни­мал кра­са­ви­цу с радо­стью. Когда яхта воз­ник­ла в водах Ган­га, утрен­ний туман над вели­кой рекой рас­се­ял­ся рань­ше вре­ме­ни. Как толь­ко она появи­лась в Адри­а­ти­ке — стих шторм.

То были почти два­дцать лет без­мя­теж­ной жиз­ни — вели­че­ствен­ное и спо­кой­ное хож­де­ние по водам, зву­ки духо­во­го оркест­ра, звон бока­лов, дет­ский смех. Но, увы, наста­ло вре­мя взрос­леть. Жен­щи­ны в таких слу­ча­ях обыч­но меня­ют фами­лию, «Тама­ра» поме­ня­ла имя. Она ста­ла «Кол­хи­дой». Она обре­ла мощь и погруз­не­ла. Послед­нее объ­яс­ня­лось не столь­ко воз­рас­том, сколь­ко тяжё­лы­ми ору­ди­я­ми, появив­ши­ми­ся на её борту.

… Насту­пил 1914‑й. В Сара­е­во раз­да­лись роко­вые выстре­лы, и «Кол­хи­де» при­шлось уже не раз­вле­кать, а защи­щать тех, кому она при­над­ле­жа­ла. Рас­се­кая чуть вздёр­ну­тым носом вол­ны Чёр­но­го моря, бое­вая дама при­ня­лась выяс­нять отно­ше­ния с себе подоб­ны­ми. Осман­ские кра­са­ви­цы, что про­ти­во­сто­я­ли ей, или гиб­ли в этих пере­пал­ках или пред­по­чи­та­ли в них не всту­пать. Ей норо­ви­ли ото­мстить, конеч­но, стре­ляя с кораб­лей и бере­гов. «Кол­хи­да» раз­дра­жа­ла не толь­ко кра­со­той, но и болт­ли­во­стью — в её рас­по­ря­же­нии име­лась мощ­ная радио­стан­ция, раз­го­во­ры с дру­ги­ми суда­ми и сушей велись непре­рыв­но. И послед­стви­я­ми таких раз­го­во­ров были про­бо­и­ны в турец­ких бортах.

Своё ране­ние она, обе­ре­га­е­мая мор­ски­ми бога­ми, полу­чи­ла толь­ко в 1916‑м. При­шлось пере­сечь два моря, вой­ти в гир­ло Дона, бро­сить якорь в Ростов­ском пор­ту и пре­дать­ся вынуж­ден­но­му отдыху.

Всё вре­мя, как и пола­га­ет­ся устав­шей, боль­ной, но опе­ка­е­мой окру­жа­ю­щи­ми жен­щине, она про­во­ди­ла в без­де­лье и раз­го­во­рах с подру­га­ми, — бор­то­вая радио­стан­ция по-преж­не­му рабо­та­ла исправно.

Год спу­стя подру­га с Невы — «Авро­ра», при­сла­ла сиг­нал: в Пет­ро­гра­де про­изо­шла Октябрь­ская рево­лю­ция. «Кол­хи­да» не смог­ла удер­жать­ся в мол­ча­нии. Ростов­ча­нам о слу­чив­шем­ся она сооб­щи­ла первой.

2

Голу­бов под­нял ворот шине­ли и заша­гал из пор­та прочь. Ветер с Дона, поры­ви­стый, ноябрь­ский ветер, про­ни­зы­вал насквозь, но холод­но не было. Пись­мо от Марии, лежа­щее в кар­мане гим­на­стёр­ки, согре­ва­ло его, а весть от люби­мой, как извест­но, и в лютый мороз спо­соб­на сопер­ни­чать с жар­кой печью.

У них так и не полу­чи­лось встре­тить­ся за девять меся­цев раз­лу­ки, вре­мя точ­но про­бо­ва­ло их чув­ства на зуб. Что у неё, что у него — каж­дый день был напол­нен собы­ти­я­ми. У неё — уто­ми­тель­ный пере­езд из Кие­ва в Пет­ро­град, вне­зап­ная болезнь отца, у него…

Шуми­ха вокруг «Голу­бов­ско­го мяте­жа» стих­ла к октяб­рю. Поли­ти­че­ские кру­ги Ново­чер­кас­ска взвол­но­ва­ло дру­гое — про­ве­де­ние ново­го Обще­ка­за­чье­го съез­да. Как для кале­дин­цев, так и для их про­тив­ни­ков, это собы­тие мог­ло решить мно­гое. Пер­вые полу­ча­ли реаль­ный шанс спло­тить каза­чьи вой­ска от Куба­ни до Аму­ра под сво­им нача­лом и создать силу, про­тив кото­рой власть в Пет­ро­гра­де и пик­нуть бы не посме­ла. Вто­рые мог­ли най­ти новых сто­рон­ни­ков и дать осталь­ной Рос­сии сиг­нал: не все каза­ки — реак­ция, есть те, кто даль­ше готов отста­и­вать рево­лю­ци­он­ные ценности.

…23 октяб­ря 1917 года. Пер­вый день рабо­ты Съез­да. Днев­ное заседание.

Пред­се­да­те­лем избран Павел Михай­ло­вич Аге­ев. С три­бун зву­чат вос­тор­жен­ные речи в адрес Кале­ди­на, руга­ют Керен­ско­го, тре­бу­ют воен­но­го поряд­ка в стране и дове­де­ния вой­ны с Гер­ма­ни­ей до побед­но­го конца.

Сло­ва про­сит Голубов.

Аге­ев — «И не пытайтесь!»

Он объ­яс­ня­ет при­сут­ству­ю­щим, что Голу­бов — хули­ган, чело­век, по мет­ко­му заме­ча­нию Кале­ди­на, с мяг­кой голо­вой, и вооб­ще, его недав­но чуть не расказачили.

Офи­це­ры гогочут.

— Отще­пе­нец! — кри­чит кто-то. — Нам таких не надо!

Тогда к три­буне выхо­дит вер­ный това­рищ — хорун­жий Алек­сандр Автономов.

Алек­сандр Автономов

— Вы не даё­те сло­ва Голу­бо­ву, но это не озна­ча­ет, что наш блок будет молчать!

Физио­но­мию Аге­е­ва тро­га­ет ёрни­че­ская улыбка.

— Что ж, — высо­ко­мер­но раз­ре­ша­ет он, — валяй­те, хорунжий!

«Голу­бов­ский под­пе­ва­ла, — дума­ет Павел Михай­ло­вич, — вряд ли высту­пит ярче сво­е­го „патро­на“. Под­сле­по­ва­тый маль­чиш­ка, щенок. Артист дет­ско­го теат­ра в фор­ме каза­чье­го офицера».

Моло­дой худень­кий хорун­жий, зали­зан­ные, как у при­каз­чи­ка воло­сы, пря­мой про­бор, поправ­ля­ет на пере­но­си­це сво­ей малень­кие в позо­ло­чен­ной опра­ве очки и про­из­но­сит воз­му­ти­тель­ную речь.

Он гово­рит, что не могут зву­чать заяв­ле­ния о войне без учё­та мне­ния сол­дат и каза­ков. Народ — не бес­сло­вес­ное ста­до. Решая всё за народ, вы его пре­зи­ра­е­те. Каза­че­ство не долж­но отго­ра­жи­вать­ся Китай­ской сте­ной от осталь­ной Рос­сии. Мы не долж­ны изоб­ра­жать себя цве­том нации. С такой рито­ри­кой Рос­сия нас возненавидит.

— Хоти­те, что­бы казак сно­ва стал для рабо­че­го пуга­лом с нагай­кой? — сме­ло обра­ща­ет­ся Авто­но­мов к пред­се­да­тель­ству­ю­ще­му. — Не Вы ли, Павел Михай­ло­вич, в своё вре­мя высту­па­ли про­тив этого?

Аге­ев уча­щён­но хло­па­ет рес­ни­ца­ми. На Аге­е­ва жал­ко смот­реть. Маль­чиш­ка-хорун­жий зашёл с козы­рей, и неко­гда бра­вый вид пред­се­да­те­ля сме­ня­ет­ся кис­лой физиономией.

Когда-то ведь и он был бун­та­рём! В далё­ком 1906‑м, сту­дент Павел Аге­ев, подъ­е­са­ул Филипп Миро­нов и диа­кон Нико­лай Буры­кин, напи­са­ли обра­ще­ние в Госу­дар­ствен­ную Думу, про­те­стуя про­тив исполь­зо­ва­ния каза­ков для раз­го­на демон­стра­ций. За пись­мом после­до­ва­ло три меся­ца аре­ста. Аге­ев всё боль­ше про­ни­кал­ся иде­я­ми мень­ше­ви­ков. Со вре­ме­нем его само­го ста­ли назы­вать «дон­ским соци­а­ли­стом» или «соци­а­ли­стом с пикой». Но куда вдруг поде­вал­ся его «соци­а­лизм» в 1917‑м? Не далее как летом, высту­пая на Кре­стьян­ском съез­де Обла­сти, он отча­ян­но юлил и пред­ла­гал делить зем­лю отнюдь не по-соци­а­ли­сти­че­ски: «Зем­лёй могут вла­деть каза­ки и корен­ное кре­стьян­ство. Что же до „неко­рен­но­го“, пусть насла­жда­ют­ся воз­ду­хом воль­но­сти и зани­ма­ют­ся ремёс­ла­ми. Потом, как-нибудь, мы вер­нём­ся к это­му вопро­су…». Кре­стьян это заяв­ле­ние, мяг­ко гово­ря, покоробило.

…Речь Авто­но­мо­ва завер­ша­ет­ся гром­ким столк­но­ве­ни­ем двух волн — него­до­ва­ния и вос­тор­га. Одни кри­чат «измен­ник!» дру­гие — «долой Кале­ди­на» и «да здрав­ству­ет тру­до­вое каза­че­ство». Отку­да ни возь­мись, воз­ни­ка­ет еса­ул-орен­бур­жец Афа­на­сий Нага­ев (тот самый, что в авгу­сте рас­кри­ти­ко­вал выступ­ле­ние Кале­ди­на на Госу­дар­ствен­ном сове­ща­нии в Москве). Он при­вет­ству­ет «рево­лю­ци­он­ных дон­цов» от име­ни каза­чьей сек­ции Пет­ро­град­ско­го Сове­та. Сле­дом — двое кубан­цев. Один из них, кре­пыш с доб­ро­душ­ным лицом, пред­став­ля­ет­ся Нико­ла­ем Гумен­ным. Дру­гой, — взгляд сви­реп, усы обвис­лые, с ост­ры­ми кон­ца­ми, он назы­ва­ет себя «Иван Лукич Сорокин».

Иван Лукич Сорокин

3

Утром 26 октяб­ря к Аге­е­ву явил­ся посла­нец из Цен­траль­ной Рады. Крас­ный от вол­не­ния тол­стяк мял в руках кар­туз и сби­вал­ся с рус­ско­го на мову:

— В Пет­ро­гра­де — пере­во­рот боль­ше­ви­ков. Керен­ско­го чуть не затры­ма­лы. Съез­ду трэ­ба поки­нуть Кыев… Зараз вы тут — раз­дра­жа­ю­щий фактор …

Спас поло­же­ние Кале­дин. Полу­чив теле­грам­му Аге­е­ва, он пред­ло­жил всем деле­га­там пере­брать­ся в Новочеркасск.

…4 нояб­ря 1917-го Съезд про­дол­жа­ет свою рабо­ту в сто­ли­це дон­ско­го каза­че­ства. Боль­шин­ство деле­га­тов объ­яв­ля­ют власть в Пет­ро­гра­де неза­кон­ной. Им про­ти­во­сто­ит мень­шин­ство в лице Голу­бо­ва, Авто­но­мо­ва и их дру­зей. Они назы­ва­ют себя «левой группой».

Если совсем недав­но их ком­па­ния состо­я­ла все­го из семи-вось­ми чело­век, то сей­час коли­че­ство её участ­ни­ков уве­ли­чи­ва­ет­ся до вось­ми­де­ся­ти. «Левые» пишут анти­во­ен­ные воз­зва­ния, рас­пе­ча­ты­ва­ют их в типо­гра­фии и рас­про­стра­ня­ют по каза­чьим пол­кам. Пол­ки стре­ми­тель­но «раз­ла­га­ют­ся». В рядах про­стых каза­ков все чаще слы­шит­ся: «мы — за ней­тра­ли­тет!», «ни с кем вое­вать не жела­ем!», «по куреням!».

Выступ­ле­ния Авто­но­мо­ва зву­чат откро­вен­нее и реши­тель­нее преж­них. На одном из засе­да­ний он тре­бу­ет пере­вы­бо­ров Вой­ско­во­го пра­ви­тель­ства. Оно, по его убеж­де­нию, долж­но стать не Вой­ско­вым, а «соци­а­ли­сти­че­ским, с пер­со­наль­ным при­сут­стви­ем большевиков».

Кале­дин­щи­на отве­ча­ет про­па­ган­дой на про­па­ган­ду. На съез­де в адрес «левых» летят обви­не­ния: «ленин­цы», «шпи­о­ны», «люби­те­ли марок кай­зе­ра Виль­гель­ма». Газе­ты, обра­ща­ясь к Ата­ма­ну, вопи­ют: когда вы аре­сту­е­те этих него­дя­ев? Кале­дин молчит.
…В те же дни куда более гром­кие собы­тия про­ис­хо­дят в Ростове.

26 октяб­ря радист «Кол­хи­ды» полу­ча­ет сооб­ще­ние о рево­лю­ции, и через несколь­ко часов об этом узна­ет весь город. В Город­ском саду соби­ра­ет­ся боль­шой рево­лю­ци­он­ный митинг.

28 октяб­ря про­ис­хо­дит чрез­вы­чай­ное сове­ща­ние Ростов­ской город­ской Думы. Боль­шин­ством голо­сов выно­сит­ся реше­ние — «власть боль­ше­ви­ков для Росто­ва неприемлема».

В тот же день ситу­а­цию обсуж­да­ют в теат­ре «Марс» рабо­чие и боль­ше­ви­ки. Итог обсуж­де­ния — созда­ние Ростов­ско-Нахи­че­вань­ско­го Воен­но-рево­лю­ци­он­но­го коми­те­та под пред­се­да­тель­ством сту­ден­та-боль­ше­ви­ка Сер­гея Сыр­цо­ва. Воору­жён­ная под­держ­ка ВРК — мат­ро­сы «Кол­хи­ды», часть пехот­ных пол­ков и отря­ды рабо­чей Крас­ной гвар­дии, сфор­ми­ро­ван­ные ещё в сен­тяб­ре. Коми­тет при­зна­ёт толь­ко власть Сове­тов, и — ника­кой другой.

Реак­ция Кале­ди­на — 2 нояб­ря 1917 года Азов, Ростов и Таган­рог объ­яв­ля­ют­ся на «осад­ном поло­же­нии». В рас­по­ря­же­нии мест­но­го гар­ни­зо­на направ­ля­ют­ся две каза­чьи сот­ни с пуле­мё­та­ми, и город погру­жа­ет­ся в тре­вож­ную атмо­сфе­ру ожидания.

Оста­ва­лось толь­ко гадать: когда и с чьей сто­ро­ны раз­даст­ся пер­вый выстрел.

4

Грея руки в кар­ма­нах шине­ли и дымя папи­ро­сой, Голу­бов при­бли­жал­ся к Алек­сан­дров­ско­му саду. Он шёл по ули­цам Нахи­че­ва­ни, «Кол­хи­да» дав­но уже оста­лась поза­ди, кра­са­ви­ца-яхта дре­ма­ла, пока­чи­ва­ясь на дон­ских волнах.

Он шёл и думал, что 16 нояб­ря на кален­да­ре, и вот кото­рый день зати­шье, точ­но оста­но­ви­лось, умер­ло вре­мя. «Нет же, — успо­ка­и­вал себя он, — не умер­ло, при­та­и­лось в заса­де, огля­нуть­ся не успе­ешь, как рва­нёт галопом».

Алек­сан­дров­ский сад. Источ­ник: pastvu.ru

…Фор­маль­но в Ростов он при­е­хал по реше­нию «левой груп­пы». Его и под­по­ру­чи­ка Арна­у­то­ва напра­ви­ли нала­дить связь с Воен­но-рево­лю­ци­он­ным коми­те­том. Фак­ти­че­ски же — реше­ние было его. Мир­ная жизнь в Ново­чер­кас­ске, вся эта бес­смыс­лен­ная, по мне­нию Голу­бо­ва, пар­ла­мент­ская воз­ня, всё боль­ше утом­ля­ла, а душа… Душа тре­бо­ва­ла насто­я­ще­го дела.

ВРК при­нял их с радо­стью. Сол­да­ты, и рабо­чие нуж­да­лись в бое­вых коман­ди­рах, зна­то­ках воен­но­го дела, — пред­сто­я­ли улич­ные бои.

«С таки­ми ребя­та­ми зада­дим кон­тре жару!» — не скры­ва­ли сво­е­го лико­ва­ния и мат­ро­сы, при­ни­мая на сво­ей яхте каза­ков. — «Сдю­жим, брат­цы, а?!».

Лишь пред­се­да­тель ВРК Сыр­цов погля­ды­вал на Голу­бо­ва с недо­ве­ри­ем, ещё бы — казак, целый вой­ско­вой стар­ши­на! С какой он здесь ста­ти? Голу­бов пони­мал его. Казак в гла­зах сту­ден­та почти все­гда смот­рел­ся чудовищем.

…Он шагал по аллее, пиная палую лист­ву, вечер­ний туман засте­лил зем­лю. Метал­ся внут­ренне меж­ду насто­я­щим и про­шлым. Он вспо­ми­нал стро­ки из пись­ма Марии.

То были вос­тор­жен­ные стро­ки об «Авро­ре» и её зал­пе, о том, что «раз­ве­ял­ся из ство­ла пуш­ки дым и рас­тво­ри­лась во вре­ме­ни эпоха».

«У нас тоже появи­лась своя „Авро­ра“, Маша…»

Так он думал, вспо­ми­ная кра­си­вое лицо её, чёр­ные локо­ны, лас­ко­вый взгляд боль­ших глаз. Он уко­рял себя за то, что и попыт­ки не сде­лал, что­бы вырвать­ся в Пет­ро­град, хотя мог, конеч­но же мог, но рево­лю­ци­он­ный огонь, а быть может, про­сто тще­сла­вие — жела­ние пред­стать перед ней вели­кой, глав­ной фигу­рой рево­лю­ции на Дону, меша­ли осу­ще­ствить это.

«Поче­му же — тще­сла­вие? — попро­бо­вал оправ­дать себя Голу­бов. — Раз­ве не об этом меч­та­ли мы с ней? Раз­ве не на это она меня бла­го­слов­ля­ла в те далё­кие фев­раль­ские дни?».

«Пото­му что. Есть такой ответ — потому».

Так он и думал, шагая чуть ли не по пояс в тумане, шара­ха­ясь от кну­та к пря­ни­ку. Раз­мыш­лял, нахо­дил отве­ты и тут же терял их, сно­ва хва­тал их, как муху хва­та­ют на лету, и про­ис­хо­ди­ло это до тех пор, пока не хруст­ну­ла гром­ко вет­ка и не вышел из-за пла­та­на у ворот чело­век. Оде­тый в паль­то, «коте­лок» на голо­ве, в руке — трость, чело­век неспеш­но дви­нул­ся навстре­чу. При све­те пар­ко­во­го фона­ря блес­ну­ли стек­ляш­ки его пенсне.

— Ваша про­гул­ка окон­че­на, вой­ско­вой стар­ши­на, — при­вет­ли­во про­из­нёс он, оста­но­вив­шись, — вы арестованы.

Мгно­вен­но выныр­нув из пучи­ны раз­мыш­ле­ний, Голу­бов схва­тил­ся за кобу­ру и рез­ко обернулся.

За спи­ной, с пост­ны­ми лица­ми, сто­я­ли трое. Сквозь клу­бы тума­на в их руках про­смат­ри­ва­лись револьверы.

Читай­те так­же «Любовь и Голу­бов. Рас­сле­до­ва­ние Вой­ско­во­го Круга».

Из-за ремонта Феодосийской галереи Айвазовского часть его картин перевезли в Севастополь

От
Редакция VATNIKSTAN
-

Музей геро­и­че­ской обо­ро­ны и осво­бож­де­ния Сева­сто­по­ля в сво­ём фили­а­ле, Куль­тур­но-выста­воч­ном цен­тре, открыл выстав­ку «Айва­зов­ский в Сева­сто­по­ле». Кос­вен­но она ста­ла воз­мож­ной из-за ремон­та Фео­до­сий­ской кар­тин­ной гале­реи име­ни Айва­зов­ско­го, кото­рая не будет доступ­на для посе­ще­ния до сле­ду­ю­ще­го года.

На выстав­ке пред­став­ле­ны шесть поло­тен: «Авто­порт­рет», «Вход в Сева­сто­поль­скую бух­ту», «Чер­но­мор­ский флот до Крым­ской вой­ны на фео­до­сий­ском рей­де», «Корабль „12 апо­сто­лов“», «Мала­хов кур­ган» и «Обо­ро­на Сева­сто­по­ля». Их объ­еди­ня­ет сева­сто­поль­ская тема­ти­ка. Кро­ме это­го, выстав­ка, заняв­шая три зала, на при­ме­ре архив­ных доку­мен­тов, карт, лич­ных вещей худож­ни­ка и дру­гих экс­по­на­тов рас­ска­зы­ва­ет о свя­зях Айва­зов­ско­го с воен­но-мор­ским фло­том Рос­сии, геро­я­ми Крым­ской вой­ны и визи­тах живо­пис­ца в Сева­сто­поль во вре­мя войны.

Музей отме­ча­ет, что ука­зан­ные кар­ти­ны Ива­на Айва­зов­ско­го впер­вые ока­за­лись выстав­ле­ны в их музее, так как ред­ко поки­да­ют род­ную Фео­до­сию. ТАСС цити­ру­ет пресс-служ­бу музея:

«Исклю­че­ни­я­ми ста­ли эва­ку­а­ция в годы Граж­дан­ской и Вели­кой Оте­че­ствен­ной войн, а так­же выста­воч­ные про­ек­ты в Рус­ском музее и Тре­тья­ков­ской гале­рее, посвя­щён­ные 200-летию художника».

Выстав­ка «Айва­зов­ский в Сева­сто­по­ле» рабо­та­ет с 5 июля по 31 октяб­ря это­го года.

Ранее VATNIKSTAN писал о 10 выда­ю­щих­ся кар­ти­нах Ива­на Айва­зов­ско­го.

Cамый лучший день для побега на Запад. Экспансия русской музыки в 1990‑е

От
Пётр Полещук
-

Девя­но­стые, пожа­луй, един­ствен­ное деся­ти­ле­тие, кото­рое не отме­ти­лось в исто­рии экс­пан­сии рус­ской поп-музы­ки чем-то значимым.

Во-пер­вых, всё ещё была све­жа в памя­ти неудач­ная попыт­ка экс­пор­та «гор­би-рока»: скан­дал с Гре­бен­щи­ко­вым на шоу Лет­тер­ма­на, твор­че­ская неуря­ди­ца меж­ду Мамо­но­вым и Брай­ном Ино и мно­гое другое.

Во-вто­рых, эко­но­ми­че­ский кол­лапс в раз­ва­лив­шем­ся Совет­ском Сою­зе поста­вил вопрос выжи­ва­ния реб­ром. «В девя­но­стых сто­ял вопрос не что слу­шать, а что кушать», — гово­рил Алек­сандр Куш­нир. Рус­ские арти­сты пере­ста­ли гре­зить о том, что их музы­ка может стать мас­со­во вос­тре­бо­ван­ной за пре­де­ла­ми род­ной стра­ны. Но так­же спра­вед­ли­во и то, что сло­жив­ша­я­ся ситу­а­ция моби­ли­зо­ва­ла отдель­ных арти­стов попро­бо­вать себя на Запа­де, авто­ном­но от попы­ток репре­зен­та­ции непо­сред­ствен­но «рус­ской куль­ту­ры», как это было во вре­мя Пере­строй­ки. «Лихие девя­но­стые», как неод­но­крат­но отме­ча­лось, были не толь­ко вре­ме­нем упад­ка, но и твор­че­ско­го подъ­ёма, когда сло­жи­лось впе­чат­ле­ние, что на руи­нах мож­но постро­ить всё что угодно.

Одна­ко отсут­ствие мас­со­во­го «палом­ни­че­ства» на Запад созда­ёт опре­де­лён­ную труд­ность: ника­ко­го внят­но­го нар­ра­ти­ва экс­пан­сии в 1990‑х годах не было, а от того и рас­сказ о геро­ях это­го деся­ти­ле­тия про­ис­хо­дит авто­ном­но друг от дру­га и, в отли­чие от преды­ду­щей части (как и после­ду­ю­щих), само­про­из­воль­но боль­ше похо­дит на ката­лог отдель­ных исто­рий, а в один ката­лог, надо пони­мать, все исто­рии поме­стить весь­ма сложно.

VATNIKSTAN про­дол­жа­ет цикл Пет­ра Поле­щу­ка об экс­пан­сии рус­ской поп-музы­ки на Запад: от «гор­би-рока» и евро­пей­ско­го про­ек­та нуле­вых до Pussy Riot, рус­ско­го рэпа и Новой рус­ской волны.

Жанна Агузарова в США: мечта о сотрудничестве с Принсем против работы таксисткой

Ходят леген­ды, что после того, как Агу­за­ро­ва устро­и­лась в театр Аллы Пуга­чё­вой, меж­ду дву­мя певи­ца­ми про­бе­жа­ла «чёр­ная кош­ка». Яко­бы пото­му Агу­за­ро­ва и поки­ну­ла не толь­ко театр, но и страну.

Но есть и более горь­ко-роман­тич­ная исто­рия. После встре­чи с Ником Пол­та­ра­ни­ном, став­шим впо­след­ствии граж­дан­ским мужем Агу­за­ро­вой, жизнь певи­цы изме­ни­лась кар­ди­наль­но. Сего­дня он — граж­да­нин США. Имен­но с ним в 1990 году певи­ца рва­ну­ла поко­рять Америку.

Пол­та­ра­нин говорил:

«Денег у нас пона­ча­лу было пол­но, поэто­му мы ни в чём себе не отка­зы­ва­ли. В Сан-Фран­цис­ко посе­ли­лись в одной из самых кру­тых гости­ниц горо­да. Сня­ли рос­кош­ный номер. Кушать ходи­ли в самые луч­шие ресто­ра­ны. Жан­на тогда серьёз­но заня­лась спор­том — пол­но­стью отка­за­лась от спирт­но­го и сига­рет. Каж­дое утро мы с ней натя­ги­ва­ли спор­тив­ное три­ко, крос­сов­ки и бега­ли по ули­цам Сан-Фран­цис­ко. Она хоте­ла начать новую жизнь, даже псев­до­ним себе там взя­ла — Ninetieth nineth, что озна­ча­ло „1990‑е“. А ещё Жан­на не уста­ва­ла повто­рять: „Теперь у нас всё будет хоро­шо“. Ей так хоте­лось верить в луч­шее. Но на чуж­бине всё ока­за­лось слож­нее, чем мы дума­ли. Это на родине Жан­ну счи­та­ли звез­дой, её пес­ни на ура про­хо­ди­ли на радио и теле­ви­де­нии. В Аме­ри­ке Агу­за­ро­ва была никем. В Кали­фор­нии мы обра­ти­лись к сотруд­ни­кам одной радио­стан­ции, пока­за­ли им пес­ню „Мне хоро­шо рядом с тобой“, испол­нен­ную Агу­за­ро­вой на англий­ском. Нам тут же дали от ворот пово­рот, объ­яс­ни­ли, если мы хотим, что­бы наши пес­ни зву­ча­ли на их радио, то нуж­но петь на чистом англий­ском язы­ке, без акцен­та. Есте­ствен­но, Жан­на не мог­ла так быст­ро изба­вить­ся от непра­виль­но­го про­из­но­ше­ния. В какой-то момент Агу­за­ро­ва поня­ла — Мадон­ной ей не стать! Фор­ту­на отвер­ну­лась от неё».

После пере­ез­да в Лос-Андже­лес дела у Агу­за­ро­вой тоже не шли: два года леген­да рус­ско­го-рока рабо­та­ла вока­лист­кой в ресто­ране, но уво­ли­лась из-за раз­но­гла­сий с дирек­то­ром. Пого­ва­ри­ва­ли, что в Аме­ри­ке она пере­би­ва­лась неболь­ши­ми гоно­ра­ра­ми за диджей-сеты и даже рабо­та­ла води­те­лем в Меж­ду­на­род­ном цен­тре знаменитостей.
Васи­лий Шумов, лидер груп­пы «Центр», говорил:

«Через зна­ко­мых я узнал, что в Лос-Андже­ле­се появи­лась Агу­за­ро­ва. Я решил с ней уви­деть­ся, мы же зна­ли друг дру­га ещё по мос­ков­ским кон­цер­там „Бра­во“. И мы ста­ли вре­мя от вре­ме­ни общать­ся. Как-то она спро­си­ла, чем я зани­ма­юсь, и я рас­ска­зал про запись аль­бо­ма „Тек­то­ни­ка“».

Шумов к тому вре­ме­ни собрал более-менее при­лич­ную соб­ствен­ную сту­дию, где и запи­сы­вал новую музы­ку. Он добавлял:

«Она захо­те­ла тоже при­нять уча­стие в этом. По ходу запи­си это­го аль­бо­ма, мы дума­ли, как бы запи­сать что-то её соб­ствен­ное. Вот толь­ко она сама пес­ни в то вре­мя не сочи­ня­ла, но рас­ска­за­ла, что ещё до „Бра­во“ ходи­ла на под­поль­ные кон­цер­ты „Цен­тра“ и ей нра­ви­лись неко­то­рые мои пес­ни, напри­мер, „Маль­чик в тен­нис­ных туф­лях“. При­шла идея запи­сать её аль­бом из моих песен, кото­рые ей нра­ви­лись, но сде­лать более элек­трон­ные аранжировки».

По его сло­вам, аль­бом полу­чил назва­ние Nineteen Ninetys, соот­вет­ству­ю­щее её псевдониму:

«Она даже на авто­от­вет­чи­ке так пред­став­ля­лась. Это что-то типа „90‑е“. И на облож­ке аль­бо­ма её рису­нок — она сама рисо­ва­ла каран­да­шом и реши­ла поме­стить на облож­ку свой автопортрет».

Шумов отме­чал, что люди до сих пор спра­ши­ва­ют, где мож­но купить этот диск, но в Рос­сии он офи­ци­аль­но не издавался.

Парал­лель­но с запи­сью, по сло­вам музы­кан­та, Агу­за­ро­ва высту­па­ла в рус­ском ресто­ра­на «Чёр­ное море» на ули­це Fairfax — как раз тот рай­он, где живут выход­цы из быв­ше­го СССР.

Вот что гово­рил Шумов:

«Вокруг неё кру­тил­ся какой-то аме­ри­кан­ский дея­тель, кото­рый хотел её при­об­щить к аме­ри­кан­ско­му шоу-биз­не­су. Я участ­во­вал в несколь­ких их встре­чах в каче­стве пере­вод­чи­ка и това­ри­ща из род­ной стра­ны — она на тот момент не очень зна­ла англий­ский. Могу ска­зать, что ему с ней было непро­сто общать­ся, мно­гим людям вооб­ще не осо­бо про­сто с ней общать­ся — у неё не самый лёг­кий харак­тер для обще­ния, а уж тем более с американцем».

Агу­за­ро­ва несколь­ко раз участ­во­ва­ла в аме­ри­кан­ских ТВ-шоу, где про­яв­ля­ла себя, надо ска­зать, экс­тра­ва­гант­но не мень­ше, чем у себя дома. Но так­же в её пуб­лич­ном пове­де­нии, все­гда обес­ку­ра­жи­ва­ю­щем собе­сед­ни­ка, про­сле­жи­ва­лась и оче­вид­но скво­зя­щая наивность.

Она гово­ри­ла:

«Я хочу полу­чить Грэм­ми, Оскар и Нобе­лев­скую премию».

В том же интер­вью она без како­го либо стес­не­ния, кото­рое все­гда ожи­да­ют от тури­стов, заяви­ла, что хочет рабо­тать с Прин­сем, кото­рый напи­сал для Шинейд О’Коннор хит «Nothing Compares 2U», тем самым сде­лав её звез­дой. Мимо­лёт­но упо­мя­ну­ла и Стин­га. Надо ли гово­рить, насколь­ко несу­раз­ной, но от того не менее геро­и­че­ской, выгля­де­ла такая попыт­ка заявить о себе на мел­ком ТВ-канале?

Как рас­ска­зы­вал Полтранин:

«В 1995 году она позво­ни­ла Иго­рю Нико­ла­е­ву, и тот ска­зал толь­ко одну фра­зу: „В Рос­сии сей­час хоро­шее вре­мя. При­ез­жай!“. Ока­за­лось, в Москве её жда­ли с рас­про­стёр­ты­ми объ­я­ти­я­ми. Тогда как Аме­ри­ка не оце­ни­ла ни голо­са, ни ими­джа, ни хариз­мы Жан­ны. И она в один миг при­ня­ла реше­ние вер­нуть­ся на роди­ну. В отли­чие от меня у неё все­гда был обрат­ный билет и откры­тая виза».

Fizzarum на Domino Records: не случившееся «русское вторжение»

Если имя Агу­за­ро­вой слож­но не встре­тить в любой лето­пи­си рус­ско­го рока (как и рус­ской музы­ки в целом), то груп­па Fizzarum — это тене­вые герои, но акцент всё-таки сле­ду­ет делать на вто­ром сло­ве. Имен­но Fizzarum мог­ли стать новой «рус­ской сен­са­ци­ей». Дескать, не полу­чи­лось с роком, точ­но полу­чит­ся с электроникой.

К кон­цу сто­ле­тия англий­ский лей­бл Domino, извест­ный преж­де тем, что выпус­кал все­воз­мож­ный лоу-фай в духе Pavement, пере­ква­ли­фи­ци­ро­вал­ся в лей­бл «заум­ной элек­трон­ной музы­ки» или попро­сту IDM. Год спу­стя за зна­ко­вым рели­зом груп­пы Mouse on Mars Domino выпус­ка­ет дебют­ный аль­бом петер­бург­ско­го трио Fizzarum «Monochrome Plural». Когда слу­ча­ет­ся подоб­ное (в те вре­ме­на доста­точ­но ред­ко), то жур­на­ли­сты ожи­да­е­мо под­ни­ма­ют вол­ну: так, Dazed & Confused раз­ра­зил­ся ста­тьёй, в кото­рой пред­ска­зы­вал оче­ред­ное «рус­ское втор­же­ние» — ата­ку рус­ских элек­трон­щи­ков на запад­ный рынок.

И хотя музы­каль­ные кри­ти­ки часто созда­ва­ли «бум» из ниче­го, но на момент 2000 года подоб­ная рито­ри­ка каза­лась спра­вед­ли­вой, ведь тогда же в Лон­доне появи­лось несколь­ко убе­ди­тель­ных дока­за­тельств, что в Рос­сии дела­ют акту­аль­ный элек­трон­ный звук и раз­ра­ба­ты­ва­ют мод­ную нишу IDM.

Как писал Денис Бояринов:

«Музы­ка Solar X, „Елоч­ных игру­шек“ (EU) и Fizzarum обе­ща­ла, что за пер­во­про­ход­ца­ми после­ду­ют дру­гие рус­ские элек­трон­щи­ки с кра­си­вы­ми мело­ди­я­ми в хруст­кой обёрт­ке футу­ри­сти­че­ско­го звука».

В чём-то Fizzarum ста­ли не толь­ко пер­во­про­ход­ца­ми рус­ской элек­тро­ни­ки в Вели­ко­бри­та­нии, но так­же и пред­вос­хи­ти­ли моду на гру­бую рус­скость, кото­рая потом ста­ла визит­ной кар­точ­кой «поко­ле­ния Руб­чин­ско­го». Вот как писа­ла газе­та The Guardian о внеш­но­сти группы:

«Чле­ны элек­трон­ных групп, как пра­ви­ло, блед­ные и худо­ща­вые — типаж пар­ней, избе­гав­ших фут­боль­но­го поля в шко­ле, оку­нув­ших­ся в мир ком­пью­те­ров, науч­ной фан­та­сти­ки и интел­лек­ту­аль­ных полё­тов вооб­ра­же­ния. Но Fizzarum похо­жи на при­спеш­ни­ков мафии: с их корот­ки­ми стриж­ка­ми, груз­ным тело­сло­же­ни­ем, напо­ми­на­ю­щем игро­ков рег­би, они не кажут­ся теми, кого оку­на­ют голо­вой в унитаз».

За пол­то­ра года до выпус­ка рели­за груп­па выпу­сти­ла син­гл на лей­б­ле Midlands City Center Offices. Его услы­шал Сти­вен Мак­Роб­би из шот­ланд­ской инди-груп­пы Pastels, кото­рый пере­дал его осно­ва­те­лю Domino Лоурен­су Бел­лу. Заин­три­го­ван­ный Белл напи­сал в Fizzarum, что­бы пред­ло­жить Domino выпу­стить сингл.

Будучи воз­буж­дён­ны­ми, участ­ни­ки груп­пы невер­но про­чи­та­ли пись­мо и поду­ма­ли, что им пред­ло­жи­ли кон­тракт на выпуск аль­бо­ма. У Лоурен­са не хва­ти­ло духу ска­зать им прав­ду, поэто­му жела­е­мое ста­ло реальностью.

Вот что поз­же гово­ри­ли они, в про­ме­жут­ке, когда на Domino уже был выпу­щен син­гл, а к выхо­ду гото­вил­ся аль­бом Monochrome Plural:

«Сдел­ка с бри­тан­ским лей­б­лом — это всё, чего мы когда-либо хотели».

Увы, но ново­го втор­же­ния не слу­чи­лось. Domino быст­ро взя­ли ори­ен­тир на гитар­ную рок-музы­ку и, как и Dazed and Confused, быст­ро сме­ни­ли при­о­ри­тет с футу­ри­сти­че­ских арти­стов на ретро­гра­дов вро­де Franz Ferdinand.

Тем не менее как тако­во­го сожа­ле­ния груп­па не испы­ты­ва­ла. Дмит­рий Дубов, участ­ник кол­лек­ти­ва, говорил:

«Для них мы были инте­рес­ны, пото­му что вдруг выяс­ни­лось, что рус­ские мед­ве­ди с бала­лай­ка­ми дела­ют умную элек­трон­ную музыку».

Это был оче­ред­ной тренд, о кото­ром мож­но было напи­сать в жур­на­лах, но в то же вре­мя и что-то новое». Не верит он и в то, что «втор­же­ние» смо­жет повто­рить новое поко­ле­ние рус­ских электронщиков:

«Наши музы­кан­ты копи­ру­ют запад­ных. Не толь­ко в элек­трон­ной музы­ке — вооб­ще. Мы пока не можем най­ти в сво­их кор­нях и пока­зать что-то незаимствованное».

В интер­вью жур­на­лу Igloo, при­уро­чен­но­му к выхо­ду дебю­та, груп­пу спро­си­ли: «Если бы музы­ку Fizzarum исполь­зо­ва­ли в каче­стве саунд­тре­ка к гол­ли­вуд­ско­му филь­му, каков был бы сюжет?». Участ­ни­ки отве­ти­ли, что это был бы науч­но-фан­та­сти­че­ский фильм о том, о чём никто нико­гда рань­ше не слы­шал, но это дей­стви­тель­но суще­ству­ет. При­мер­но так дело обсто­ит и с самой груп­пой — едва ли най­дёт­ся мно­го людей, пом­ня­щих эту забы­тую гла­ву в исто­рии экс­пан­сии рус­ской музы­ки. Тем не менее — вот она, самая насто­я­щая науч­ная фантастика.

Solar X: «русский Aphex Twin без танка», пропустивший Gagarin Party

Твор­че­ская био­гра­фия Рома­на Белав­ки­на в чём-то созвуч­на Fizzarum, с той лишь важ­ной раз­ни­цей, что к экс­порт­ной исто­рии его при­ло­жить доста­точ­но слож­но, но соблазнительно.

В нача­ле 90‑х мос­ков­ский сту­дент, актив­но зани­мав­ший­ся ушу, попал в авто­ка­та­стро­фу, кото­рая на два года зато­чи­ла его в квар­ти­ре (что ста­ло при­чи­ной про­пус­ка леген­дар­ной Gagarin Party). Одна­ко Роман, будучи зака­лён­ным спор­том чело­ве­ком, не впал в пани­ку и потра­тил вре­мя на изу­че­ние новых для себя тех­но­ло­гий — син­те­за­то­ра, ком­пью­тер­ных про­грамм и, как резуль­тат, вышел из затяж­ной реа­би­ли­та­ции музы­кан­том. Осталь­ное, как любят гово­рить, исто­рия. Впро­чем, в дан­ном слу­чае исто­рия не менее тене­вая, чем у Fizzarum.

Тене­вой, надо заме­тить, это исто­рия была и для совре­мен­ни­ков Рома­на, став­ше­го более извест­ным как Solar X. В 1995 году про­дви­ну­тая мос­ков­ская тусов­ка, начав­шая пости­гать куль­ту­ру рей­вов, не сра­зу обна­ру­жи­ла, что чело­век, кото­ро­го зару­беж­ная прес­са срав­ни­ва­ет с лиде­ром аван­гард­ной элек­тро­ни­ки Aphex Twin, их сооте­че­ствен­ник и вооб­ще чуть ли не сосед.

Роман воору­жил­ся ком­пью­те­ром, про­грамм­ным секвен­со­ром, зву­ко­вой кар­той и несколь­ки­ми совет­ски­ми син­те­за­то­ра­ми, выпу­стил в 1994 году кас­се­ту «Outre X Mer». Отпра­вив её дру­зьям по пере­пис­ке с фору­ма об ана­ло­го­вых син­те­за­то­рах, он выяс­нил, что мно­гие из них явля­ют­ся вид­ны­ми на запа­де музы­кан­та­ми или вла­дель­ца­ми лей­б­лов, и его музы­ка их заин­те­ре­со­ва­ла. Но и у себя на родине Solar X ока­зы­ва­ет­ся как нель­зя кста­ти. Solar X ожи­да­е­мо стал люби­мым геро­ем жур­на­ла «Птюч», дик­ту­ю­ще­го рейв-повест­ку сто­лич­ной богеме.

Несмот­ря на посто­ян­ные срав­не­ния с Aphex Twin (по сло­вам Белав­ки­на, кто-то даже назы­вал его «Aphex Twin из Рос­сии без тан­ка»), музы­ка Solar X ока­за­лась доста­точ­но уни­каль­ной, что­бы ей заин­те­ре­со­вал­ся и сам Ричард Д. Джеймс. Если удив­ле­ни­ем оте­че­ствен­ных рей­ве­ров было осо­зна­ние, что рус­ский Aphex Twin живёт под боком, то для само­го Белав­ки­на таким удив­ле­ни­ем ста­ло откры­тие, что при пере­ез­де в Бри­та­нию, сосе­дом само­го Рома­на стал уже насто­я­щий Ричард. Поз­же Белав­кин будет наве­ды­вать­ся к нему в гости и помо­гать раз­би­рать­ся с совет­ски­ми син­те­за­то­ра­ми, частью огром­ной кол­лек­ции, кото­рая напол­ня­ла трёх­этаж­ный дом Ричар­да Д. Джеймса.

В сере­дине 2000‑х годов Solar X исчез из элек­трон­ной музы­ки так же вне­зап­но, как и появил­ся. Пере­ехав в Лон­дон, Роман Белав­кин, парал­лель­но с музы­кой зани­мав­ший­ся вопро­са­ми искус­ствен­но­го интел­лек­та, решил скон­цен­три­ро­вать­ся на науч­ной дея­тель­но­сти. Но и музы­ку он, сла­ва богу, не забро­сил — кажет­ся, он и сам уди­вил­ся, когда в кон­це 2018 года тех­но-дива Нина Кра­виц пред­ло­жи­ла ему пере­из­дать аль­бом Solar X «X‑Rated» на саб­лей­б­ле трип Galaxiid.

Red Elvises: пост-горбирок

Мар­ке­тин­го­вая схе­ма «Пар­ка Горь­ко­го» при­шлась на руку рус­ско-аме­ри­кан­ской груп­пе с гово­ря­щим назва­ни­ем Red Elvises. Осно­ван­ная в 1995 году в Кали­фор­нии груп­па до сих пор игра­ет в жан­рах сёрф, фанк, рока­бил­ли, фолк и частич­но дис­ко. Назва­ни­ем кол­лек­тив обя­зан Элви­су Прес­ли и совет­ско­му про­шло­му участ­ни­ков. В 1980‑е годы «Крас­ные Элви­сы» игра­ли под име­нем «Лим­по­по» и ока­за­лись на гастро­лях в США, после кото­рых музы­кан­ты реши­ли эмигрировать.

Пона­ча­лу в США «Элви­сы» рабо­та­ли, по их соб­ствен­ным сло­вам, «арбат­ски­ми мат­рёш­ка­ми» и экс­плу­а­ти­ро­ва­ли рус­ское про­ис­хож­де­ние. «Клюк­ву», как пока­жут после­ду­ю­щие дека­ды, в Аме­ри­ке люби­ли все­гда. Воз­мож­но, в силу её экс­плу­а­та­ции или в силу соче­та­ния талан­та с уда­чей, груп­па повстре­ча­ла режис­сё­ра и сце­на­ри­ста Лэн­са Ман­джиа и Дже­ф­ри Фэлкона.

Встре­ча ока­за­лась судь­бо­нос­ной, пото­му что пара дель­цов шоу-биз­не­са сооб­щи­ла музы­кан­там, что соби­ра­ет­ся сни­мать кино и хоте­ла бы исполь­зо­вать музы­ку груп­пы в филь­ме. В резуль­та­те появил­ся «Шести­струн­ный саму­рай», в кото­ром «Элви­сы» испол­ни­ли неболь­шие роли, а Лэнс Ман­джиа снял для груп­пы два видео­кли­па на пес­ни «Boogie on the Beach» и «Love Pipe». Послед­ний был пока­зан на MTV в раз­ных стра­нах мира.

И хотя труд­но назвать исто­рию Red Elvises пол­но­цен­ной экс­пан­си­ей, но в 2005 году груп­па высту­пи­ла на кон­цер­те «Live 8» (потом­ка леген­дар­но­го Live AID, на этот раз про­ве­дён­но­го и в Рос­сии). Орга­ни­зо­ван­ная сэром Бобом Гел­до­фом, как акция-обра­ще­ние к лиде­рам «Боль­шой вось­мёр­ки» с при­зы­вом поза­быть нище­ту в исто­рии, «Live 8» насквозь про­пи­тан пафо­сом все­мир­но­го брат­ства, сест­рин­ства и отцов­ства (осо­бен­но отцов­ства: всё-таки, что акция в 1985‑м, что в 2005 году — это оче­вид­но импе­ри­а­ли­сти­че­ское спа­се­ние утопающих).

Нали­чие Red Elvises в лайн-апе тоже сим­во­лич­ное: груп­па, чей имидж пере­се­ка­ет наци­о­наль­ные гра­ни­цы — чем не мета­фо­ра вре­мён, кото­рые и сами по себе поза­бы­лись в истории?

«Оберманекен»: иммиграция — это новый стиль танца

В 1989 году глав­ная эстет­ская груп­па СССР, насле­ду­ю­щая стиль Боуи, Фер­ри и новых роман­ти­ков, отпра­ви­лась в США запи­сы­вать музы­ку для теле­ви­зи­он­но­го про­ек­та Public Television, а имен­но для филь­ма «Дру­гая сто­ро­на Рос­сии Горбачёва».

Про­ект делал­ся два меся­ца после чего груп­па ока­за­лась посре­ди Нью-Йор­ка с зара­бо­тан­ным гоно­ра­ром: золо­тая осень, Цен­траль­ный парк, летя­щие в сто­ро­ну Фло­ри­ды утки и место житель­ства в Даун­та­уне, где 24 часа в сут­ки кипит жизнь, рож­да­ют­ся и уми­ра­ют груп­пы. Почти Пуш­кин­ская в Петер­бур­ге, толь­ко выше и шире.

Там «Обер­ма­не­кен» вклю­ча­ет­ся в твор­че­скую жизнь и ста­но­вит­ся завсе­гда­та­ем леген­дар­но­го клу­ба CBGB. Дела у груп­пы шли как нель­зя луч­ше, что не повод удив­лять­ся: нали­чие баси­ста-япон­ца и чёр­но­го бара­бан­щи­ка было пря­мым след­стви­ем попу­ляр­но­сти Гор­ба­чё­ва, так что жите­ли Нью-Йор­ка счи­та­ли воз­мож­ность сыг­рать с рус­ски­ми если не за честь, то точ­но за куль­тур­но-поли­ти­че­скую миссию.

Как гово­рил участ­ник груп­пы Евге­ний Калачёв:

«„Зелё­ный аль­бом“ мы запи­сы­ва­ли так. Наш друг Лёха Сле­пак, име­ет бра­та, кото­рый был чле­ном пра­ви­тель­ства Моск­вы и явля­ет­ся гене­ра­лом МВД. Брат выде­лил Алек­сею огром­ную сум­му денег, что­бы тот запи­сал ему пла­стин­ку каких-то очень пло­хих блат­ных песен. А я в то вре­мя уже рабо­тал зву­ко­опе­ра­то­ром на сту­дии у Сюзан­ны Вега в Нью Йор­ке. Мы позна­ко­ми­лись с роди­те­ля­ми Сюзан­ны, и бла­го­да­ря ей меня взя­ли в штат на их сту­дию, где я запи­сы­вал вели­кое мно­же­ство групп. И вот, Лёша решил стать роке­ром. И эти гене­раль­ские день­ги пошли на наём уди­ви­тель­ных музы­кан­тов. Мы наня­ли бара­бан­щи­ков, басист­ку, и они сыг­ра­ли всё очень кру­то. Мы нашли кучу деву­шек с голо­са­ми и рас­пре­де­ли­ли их по голо­со­вым дан­ным для под­пе­вок: бэд гёр­лз и гуд гёр­лз. Так и сде­ла­ли этот аль­бом, кото­рый обо­шёл­ся тысяч в трид­цать дол­ла­ров, что по мер­кам Нью-Йор­ка недо­ро­го. В Аме­ри­ке я жил десять лет и мы там запи­са­ли несколь­ко аль­бо­мов в сту­дии на 5‑й Аве­ню. Жили мы с Машей в Ист-Вил­ла­д­же, эта квар­ти­ра суще­ству­ет до сих пор, там она и живёт, моя быв­шая жена и, конеч­но, есть и кантри-хаус» .

Аме­ри­ка дей­стви­тель­но откры­лась эта­кой рок-н-ролль­ной уто­пи­ей для «Обер­ма­не­ке­на» — вся­ко скром­нее, чем слу­чи­лось у Гре­бен­щи­ко­ва, зато без сожа­ле­ний. Одним из глав­ных собы­тий ста­ло сов­мест­ное выступ­ле­ние с Nirvana. Ника­ко­го жир­но­го фина­ла одна­ко нет: участ­ни­ки груп­пы друг за дру­гом вер­ну­лись в Рос­сию и про­дол­жи­ли сла­гать мифы о сво­ём пре­бы­ва­нии в Вави­лоне поп-куль­ту­ры, как напри­мер в гостях у Арте­мия Тро­иц­ко­го в небезыз­вест­ной про­грам­ме «Кафе Обломов».

Юрий Чернавский: Макс Мартин отечественной поп-музыки

Если в Совет­ском Сою­зе был свой Макс Мар­тин (прим. — швед­ский музы­каль­ный про­дю­сер), то, без сомне­ний, им был Юрий Чер­нав­ский. Исто­рия вза­и­мо­от­но­ше­ний глав­но­го архи­тек­то­ра попу­ляр­ной музы­ки СССР и позд­не­со­вет­ской Рос­сии с Аме­ри­кой нача­лась в 1985 году.

Тес­но сотруд­ни­чав­шая с ком­по­зи­то­ром Алла Пуга­чё­ва испол­ни­ла вме­сте с бэк-вока­ли­ста­ми зна­ме­ни­той швед­ской груп­пы «ABBA» пес­ни Чер­нав­ско­го «Superman» (англий­ский вари­ант «Робин­зо­на») и «Through the Eyes of a Child», впер­вые заняв­шие выс­шие места в запад­но­ев­ро­пей­ских хит-пара­дах. Пес­ню «Superman» в то вре­мя испол­ня­ли мно­гие запад­ные груп­пы, в том чис­ле груп­па «The Pinks» даже назва­ла новый аль­бом «Superman», а спу­стя мно­го лет извест­ный аме­ри­кан­ский шоумен и теле­ве­ду­щий Джим­ми Фэл­лон слу­шал эту пес­ню в эфи­ре сво­ей программы.

Но насто­я­щий роман с Аме­ри­кой начал­ся, когда Чер­нав­ский пере­ехал в Гол­ли­вуд в 1994 году. Там он создал сов­мест­ную ком­па­нию с уча­сти­ем сво­е­го 16-лет­не­го сына Дэй­мо­на (Дмит­рия) Чер­нав­ско­го — «LA 3D Motion», кото­рая на ком­пью­тер­ной гра­фи­ке с исполь­зо­ва­ни­ем высо­ких тех­но­ло­гий (CGI) в видео и кино­ин­ду­стрии США.

Талант­ли­вый чело­век, как извест­но, талант­лив во всём, в том чис­ле и в генах: в 1996 году, в день восем­на­дца­ти­ле­тия, сын Чер­нав­ско­го был удо­сто­ен пре­мии MTV Europe Music Awards за уча­стие в луч­шем музы­каль­ном видео­кли­пе года на теле­ка­на­ле MTV Евро­па «Get Down (You’re the One for Me)» с аме­ри­кан­ской груп­пой Backstreet Boys. Дэй­мон так­же рабо­тал над кли­па­ми для групп и испол­ни­те­лей ’N Sync, The Boys, Рода Стю­ар­та, Тупа­ка Шаку­ра, Dance Jam.

Экс­пан­сия? Вряд ли. Но точ­но хоро­ший контр­ар­гу­мент скеп­ти­кам, счи­та­ю­щим, что Рос­сия стра­на нерит­мич­ных людей. Впро­чем, это не зна­чит, что дело пере­шло от отца к сыну.

Как гово­рил в интер­вью Бори­су Бара­ба­но­ву сам Чернавский:

«Мой выбор места оби­та­ния — Гол­ли­вуд — не был слу­чай­ным. Мы рас­по­ло­жи­лись в уют­ном доме в Бевер­ли Хил­лз. Пер­вое вре­мя, забыв о музы­ке, я сам изу­чал про­грам­мы Softimage и Maya и натас­ки­вал Дэй­мо­на. Потом я осно­вал ком­па­нию „LA3D motion“, Дим­ка полез в самые глу­би­ны этих слож­ных про­грамм, и мне его было уже не догнать. Мы сде­ла­ли с деся­ток реклам­ных роли­ков. Когда я нашёл посто­ян­но­го кино­опе­ра­то­ра и режис­сё­ра, сем­на­дца­ти­лет­ний Дэй­мон уже был с ком­пью­те­ром „на ты“. Ребя­та отлич­но сра­бо­та­лись. Кли­пы „Get Down“ Backstreet Boys и „I want you back“ N’ Sync заня­ли пер­вые места на MTV в Лон­доне, потом были The Boys, Тупак Шакур, Род Стю­арт и дру­гие арти­сты. Наша коман­да рас­ши­ря­лась. Я постро­ил им солид­ную сту­дию в нашем доме в Бель-Эйр, а мои ребя­та уже полез­ли в кино и авто­мо­биль­ную рекла­му с ком­пью­тер­ным моде­ли­ро­ва­ни­ем и про­чи­ми при­моч­ка­ми, самую слож­ную и доро­гую в биз­не­се. Было сде­ла­но несколь­ко сотен работ».

К сча­стью, Юрий и сам про­дол­жа­ет зани­мать­ся музы­каль­ным биз­не­сом и рабо­та­ет с семьёй Джек­со­нов (да, той самой), запи­сы­ва­ет­ся со Сти­ви Ван­де­ром, сотруд­ни­ча­ет с ком­па­ни­я­ми Track Records, Pikosso Records, EMI, Sony и дру­ги­ми. Путе­ше­ству­ет и экс­пе­ри­мен­ти­ру­ет в обла­сти меж­ду­на­род­но­го шоу-биз­не­са с моло­ды­ми аме­ри­кан­ски­ми и евро­пей­ски­ми R&B и рэп-испол­ни­те­ля­ми, кино­ак­тё­ра­ми и режиссёрами.

Берт Тарасов продвигает русский андеграунд в Европе

В 1990‑е годы Берт (Олег) Тара­сов осе­да­ет в Евро­пе, полу­чая постав­ки огром­но­го коли­че­ства вини­ла, в част­но­сти, 900 копий пер­вой пла­стин­ки «Нож для Фрау Мюл­лер» («Синьо­ры Кра­ко­вя­ки»). Она была выпу­ще­на на фир­ме «Фили-рекордс», бла­го­да­ря архи­ва­ри­усу питер­ско­го Рок-Клу­ба Сер­гею Фир­со­ву, устро­ив­ше­му­ся туда про­дю­се­ром и про­дви­гав­ше­му имен­но этот аль­бом, как рабо­ту пер­спек­тив­ной груп­пы, совер­шив­шей пер­вый немец­кий тур в 16 кон­цер­тов, что по тем вре­ме­нам было впечатляюще.

Олег Берт

Основ­ная часть этих пла­сти­нок было раз­да­ре­на, но поло­ви­на про­да­ва­лась за день­ги. До сих пор на неко­то­рых интер­нет-аук­ци­о­нах этот винил появ­ля­ет­ся как куль­то­вый рари­тет, и цена на него колеб­лет­ся в рай­оне 48–50 долларов.

В резуль­та­те на оте­че­ствен­ном рын­ке из пяти­ты­сяч­но­го тира­жа рас­про­стра­ни­лось менее тыся­чи, а боль­шая часть доста­лась Евро­пе бла­го­да­ря дея­тель­но­сти Тарасова.

«Химера» турит по Европе

Глав­ная рус­ская анде­гра­унд­ная груп­па девя­но­стых в 1994 году запи­сы­ва­ет пар­ный аль­бом со швей­цар­ской анар­хо-панк груп­пой Steine Für Den Frieden, после чего был орга­ни­зо­ван сов­мест­ный тур по Евро­пе: Швей­ца­рии, Чехо­сло­ва­кии, Поль­ше, Гер­ма­нии. По завер­ше­нии тура был издан кон­церт­ный аль­бом «Nuihuli».

Эду­ард Стар­ков, лидер груп­пы «Химе­ра»

Black Russian издаются на Motown

В мае 1976 года Ната­лия Капу­сти­на, Сер­гей Капу­стин и Вла­ди­мир Шнай­дер­ман при­е­ха­ли в Нью-Йорк без денег и свя­зей. Они нашли днев­ную рабо­ту, а по вече­рам высту­па­ли по все­му горо­ду. В 1978 году они при­е­ха­ли в Гол­ли­вуд, где встре­ти­лись с гла­вой Motown’s Studio Operations Гаем Костой, кото­рый, в свою оче­редь, пред­ста­вил их осно­ва­те­лю Motown Records Бер­ри Горди.

Резуль­та­том встре­чи с Гор­ди ста­ло под­пи­са­ние кон­трак­та с лей­б­лом, и это был пер­вый слу­чай под­пи­са­ния кон­трак­та рус­ской груп­пы со столь круп­ным лей­б­лом в США.

В июне 1980 года груп­па, полу­чив­шая назва­ние Black Russian, выпу­сти­ла одно­имён­ный аль­бом в сти­ле ритм-н-блюз. Ната­лия Капу­сти­на в груп­пе и на аль­бо­ме полу­чи­ла имя Ната­ша Капу­стин, а её брат Вла­ди­мир Шнай­дер­ман — Вла­ди­мир Шнай­дер. Аль­бом был хоро­шо при­нят жур­на­лом Billboard, осо­бо выде­лив­шим пес­ни Mystified, Leave Me Now (поз­же была выпу­ще­на в виде сингла), Emptiness, New York City и Love’s Enough. Аль­бом не имел ком­мер­че­ско­го успе­ха, и груп­па Black Russian не полу­чи­ла про­дол­же­ния. Ната­ша и Сер­гей, у кото­рых в США родил­ся сын Робин, раз­ве­лись, и Ната­ша, вслед за бра­том, взя­ла себе псев­до­ним, обра­зо­ван­ный от деви­чьей фами­лии Шнай­дер­ман — Ната­ша Шнайдер.

В 1987 году Ната­ша Шнай­дер и её вто­рой муж Алан Йохан­нес выпу­сти­ли соль­ный аль­бом Walk the Moon под лей­б­лом MCA Records. В 1990 году к ним при­со­еди­нил­ся бара­бан­щик Джек Айронс (экс-Red Hot Chili Peppers). Ново­об­ра­зо­ван­ная груп­па полу­чи­ла назва­ние Eleven и в том же году выпу­сти­ла дебют­ный аль­бом Awake in a Dream. Все­го Eleven выпу­сти­ла пять аль­бо­мов. Запись тре­тье­го аль­бо­ма Thunk в 1998 году про­хо­ди­ла без Айрон­са, кото­рый стал играть с груп­пой Pearl Jam, но к чет­вёр­то­му аль­бо­му 2000 года Avantgardedog он вернулся.

Шнай­дер и Йохан­нес участ­во­ва­ли вме­сте с Джо­шем Хом­ме и дру­ги­ми музы­кан­та­ми в седь­мом и вось­мом выпус­ках The Desert Sessions. В 1999 году они с Кри­сом Кор­нел­лом запи­сы­ва­ли и про­дю­си­ро­ва­ли пер­вый соль­ный аль­бом Кор­нел­ла Euphoria Morning. Аль­бом ока­зал­ся ком­мер­че­ски неуспеш­ным, хотя син­гл Can’t Change Me был номи­ни­ро­ван на Best Male Rock Vocal Performance в 2000 году на Grammy Awards.

В 2002 году Шнай­дер и Йохан­нес участ­во­ва­ли в запи­си аль­бо­ма Songs for the Deaf груп­пы Queens of the Stone Age, а в 2005 году при­со­еди­ни­лись к гастроль­но­му туру груп­пы для под­держ­ки аль­бо­ма Lullabies to Paralyze (Йохан­нес так­же участ­во­вал в напи­са­нии несколь­ких песен для это­го альбома).

«Мумий Тролль» записывает «Морскую» в Лондоне

Обос­но­вав­шись в Англии, Илья Лагу­тен­ко и Лео­нид Бур­ла­ков запи­сы­ва­ют в дешё­вой сту­дии глав­ный аль­бом в исто­рии «Мумий Трол­ля». Наме­рен­но пре­уве­ли­чен­ный миф о про­цес­се зву­ко­за­пи­си сде­лал своё дело — «Мор­ская» не толь­ко ста­но­вит­ся пла­стин­кой-флаг­ма­ном в новом рус­ском роке, но и озна­ме­но­вы­ва­ет наступ­ле­ние «вре­мён почи­ще», кото­рые в новом тыся­че­ле­тии пода­ри­ли новым оте­че­ствен­ным музы­кан­там надеж­ды на инте­гра­цию в Европу.

Илья Лагу­тен­ко и Али Маас, про­цесс запи­си аль­бо­ма (из лич­но­го архи­ва Лео­ни­да Бурлакова)

Как нача­лась исто­рия экс­пан­сии рус­ской поп-музы­ки, читай­те в пер­вой части цик­ла «Самый луч­ший день для побе­га на Запад».

«От „клешей“ до „пирамид“». О повседневной моде в позднем СССР

От
Владимир Козлов
-
Фарцовщики в СССР. Конец 1980- гг.

В под­ка­сте «Всё идёт по пла­ну» писа­тель и режис­сёр Вла­ди­мир Коз­лов рас­ска­зы­ва­ет о жиз­ни в СССР, раз­ве­и­ва­ет мифы и опро­вер­га­ет фейки.

Сего­дня VATNIKSTAN пуб­ли­ку­ет тек­сто­вую вер­сию бонус­но­го выпус­ка о повсе­днев­ной моде в позд­нем СССР — поче­му джин­сы счи­та­лись «кру­ты­ми», но не «мод­ны­ми», как и зачем под­рост­ки укра­ша­ли тело­грей­ки и сколь­ко сто­и­ли хоро­шие немец­кие туфли.

При­вет! Это — Вла­ди­мир Коз­лов с новым бонус­ным эпи­зо­дом под­ка­ста «Всё идёт по пла­ну». Сего­дня я буду гово­рить о моде совет­ских вре­мен — в том виде, как я её застал тиней­дже­ром на окра­ине бело­рус­ско­го Моги­лё­ва в кон­це вось­ми­де­ся­тых и нача­ле девяностых.

С сего­дняш­них пози­ций какие-то эле­мен­ты этой моды кажут­ся откро­вен­но кари­ка­тур­ны­ми, но что было, то было.

Глав­ный фак­тор, вли­яв­ший на моду совет­ских вре­мён — дефи­цит: как соб­ствен­но вещей, так и какой-либо инфор­ма­ции о том, как оде­вать­ся и так далее. В жур­на­лах — как пра­ви­ло, жен­ских — пуб­ли­ко­ва­лись фото моде­лей, демон­стри­ру­ю­щих какую-то одеж­ду, но всё это было крайне дале­ко от того, что реаль­но мож­но было купить в мага­зи­нах и, соот­вет­ствен­но, от того, во что оде­ва­лись люди. Раз­рыв меж­ду ярки­ми кар­тин­ка­ми в жур­на­лах и реаль­ной жиз­нью был при­мер­но таким же, как меж­ду кра­си­вы­ми лозун­га­ми о постро­е­нии соци­а­лиз­ма и общей убо­го­стью совет­ской жизни.

«Раз­го­вор». Фото­граф Все­во­лод Тара­се­вич. 1976 год. Источ­ник: russiainphoto.ru

Совет­ские мага­зи­ны одеж­ды про­из­во­ди­ли удру­ча­ю­щее впе­чат­ле­ние: меш­ко­ва­тые костю­мы в основ­ном раз­ных оттен­ков серо­го, скуч­ные рубаш­ки, кон­до­вые сви­те­ра. В жен­ских отде­лах я не бывал, но вряд ли ассор­ти­мент там был намно­го интереснее.

Боль­шин­ство людей — осо­бен­но, конеч­но, немо­ло­дых — оде­ва­лись откро­вен­но как попа­ло, поку­пая шмот­ки и обувь в этих самых сов­ко­вых мага­зи­нах и носи­ли их, пока вещи не при­хо­ди­ли в негод­ность, совер­шен­но не заду­мы­ва­ясь о том, как эта вещь на тебе выгля­дит и с чем соче­та­ет­ся. Услов­ная «мода» и, гово­ря, совре­мен­ным язы­ком, трен­ды инте­ре­со­ва­ли толь­ко моло­дых, и фор­ми­ро­ва­лась эта нефор­маль­ная мода в основ­ном сти­хий­но и часто при­чуд­ли­вым образом.

Пом­ню, когда мне было 14 лет и я учил­ся в вось­мом клас­се, паца­ны моей шко­лы вдруг нача­ли зака­зы­вать в швей­ном ате­лье брюки-«клеши» с шири­ной шта­ни­ны вни­зу от 26 сан­ти­мет­ров. Кто это при­ду­мал и поче­му — поня­тия не имею. Ясно, что это не было под­ра­жа­ни­ем како­му-нибудь попу­ляр­но­му пев­цу или спортс­ме­ну: те, кого пока­зы­ва­ли по теле­ви­зо­ру, и чьи фото­гра­фии пуб­ли­ко­ва­лись в газе­тах и жур­на­лах, «кле­ши» тогда не носили.

«Моло­дая пара — Валь­тер и Еле­на». Фото­граф Борис Смир­нов-Русец­кий. 1976–1978 годы. Источ­ник: russiainphoto.ru

При­чём «кле­ши» не были каким-то извра­ще­ни­ем имен­но дре­му­че­го, окра­ин­но­го Рабо­че­го посёл­ка: в таких же брю­ках я видел паца­нов сво­е­го воз­рас­та и в дру­гих рай­о­нах горо­да, вклю­чая центр.

Через год или око­ло того «кле­ши» из моды вышли, и на сме­ну им при­шли, напро­тив, заужен­ные кни­зу брю­ки с манжетами.

Инте­рес­но, что в мои тиней­джер­ские годы на Рабо­чем джин­сы не были частью сти­хий­ных мод­ных трен­дов. То есть, они зани­ма­ли неко­то­рое место в кон­сью­ме­рист­ской иерар­хии того вре­ме­ни, и, если у тебя были насто­я­щие фир­мен­ные джин­сы, это было вро­де как кру­то, но не то что­бы мод­но. Мож­но ска­зать, что у джин­сов к вось­ми­де­ся­тым годам осо­бый ста­тус — как у шта­нов доро­гих и недо­ступ­ных сво­бод­но в мага­зи­нах (я гово­рил об этом в эпи­зо­де «Оче­ре­ди, дефи­цит и плом­бир»). Но носи­ли их, в основ­ном, люди постар­ше — как пра­ви­ло, от 20 до 30 лет.

Сре­ди «трен­дов» же было мно­го откро­вен­но стран­но­го. Напри­мер, в какой-то момент — при­мер­но тогда, когда в моде были «кле­ши» — кто-то из «основ­ных» паца­нов решил, что «на Рабо­чем посёл­ке с пом­пон­чи­ка­ми не ходят», и сами «основ­ные» сорва­ли пом­пон­чи­ки со сво­их три­ко­таж­ных шапок — а тогда совет­ская про­мыш­лен­ность выпус­ка­ла толь­ко шап­ки с помпончиками.

Потом нача­лась «охо­та» на всех осталь­ных: паца­нам, кро­ме совсем уж «малых» про­сто сры­ва­ли с шапок пом­пон­чи­ки. ещё один дурац­кий тренд того вре­ме­ни — прав­да, очень крат­ко­вре­мен­ный — низ­ко, прак­ти­че­ски на гла­за, натя­ги­вать эти самые три­ко­таж­ные шап­ки. Пом­ню, как на это сре­а­ги­ро­ва­ла одна из учительниц:

«Вы без­дум­но копи­ру­е­те то, что на Запа­де. Там так носят шап­ки, что­бы пока­зать, что не хотят видеть все ужа­сы капи­та­лиз­ма. Но у нас ведь соци­а­лизм, и ужа­сов ника­ких нет!».

Не знаю, отку­да она взя­ла эту тео­рию — воз­мож­но, это были ука­за­ния из выше­сто­я­ще­го орга­на, РАЙОНО (рай­он­но­го отде­ла народ­но­го обра­зо­ва­ния), но допус­каю, что это был и соб­ствен­ный «кре­а­тив» учи­тель­ни­цы, вдох­нов­лён­ный деся­ти­ле­ти­я­ми транс­ли­ро­ва­ния уче­ни­кам вся­ких идео­ло­ги­че­ских штампов.

В какой-то момент — году в 1986‑м — паца­ны Рабо­че­го посёл­ка вдруг нача­ли носить зимой тело­грей­ки. В мест­ном пром­то­вар­ном их, насколь­ко я пом­ню, не про­да­ва­ли, но раз­да­ва­ли в каче­стве спец­одеж­ды на пред­при­я­ти­ях, и, навер­но, в каж­дом доме или квар­ти­ре Рабо­че­го их валя­лось по несколь­ко штук. Вряд ли такая мода объ­яс­ня­лась толь­ко лишь бед­но­стью: курт­ки совет­ско­го про­из­вод­ства сто­и­ли недо­ро­го, и в любой семье в прин­ци­пе их мог­ли купить детям. Ско­рее это всё же было реак­ци­ей на «кол­хоз­ность» того, что было доступ­но: носить что-то умыш­лен­но ещё более «кол­хоз­ное».

Тело­грей­ки «укра­ша­ли», нано­ся на них сза­ди через тра­фа­рет белой крас­кой над­пи­си вро­де AC/DC или HMR. При этом хеви-метал эти ребя­та не слу­ша­ли, но зага­доч­ные англий­ские бук­вы каза­лись им кру­ты­ми. Выгля­дел «зим­ний» при­кид того вре­ме­ни, конеч­но, комич­но. Пред­ставь­те себе пят­на­дца­ти-шест­на­дца­ти­лет­не­го тиней­дже­ра в три­ко­таж­ной шап­ке с ото­рван­ным пом­пон­чи­ком, тело­грей­ке с белы­ми бук­ва­ми AC/DC на спине и в «кле­шах».

Дефи­ци­том, кста­ти, были и обыч­ные спор­тив­ные шта­ны — кро­ме совсем уж позор­ных, шер­стя­ных, в кото­рых ходи­ли толь­ко мужи­ки. Но выяс­ни­лось, что спор­тив­ные брю­ки мож­но сшить в ате­лье из чёр­ной или синей «пла­щёв­ки», кото­рая сво­бод­но про­да­ва­лась в ГУМе. Более того, это поз­во­ля­ло при­ши­вать к шта­нам полос­ки-лам­па­сы раз­но­го цве­та и шири­ны, кото­рые обо­зна­ча­ли при­над­леж­ность к како­му-либо из враж­ду­ю­щих меж­ду собой рай­о­нов горо­да (о меж­рай­он­ной «дви­жу­хе» я рас­ска­зы­вал в эпи­зо­де «С како­го рай­о­на?»).

В 1988 году в ГУМ завез­ли запад­но­гер­ман­ские муж­ские туфли фир­мы Salamander — оче­вид­но, это было как-то свя­за­но с откры­ти­ем в том же году в Витеб­ске совет­ско-гер­ман­ско­го пред­при­я­тия «Бел­вест», выпус­кав­ше­го обувь на обо­ру­до­ва­нии и по тех­но­ло­гии Salamander. Отсто­яв пару часов в оче­ре­ди, мож­но было купить за 60 руб­лей — пол­зар­пла­ты инже­не­ра — насто­я­щие фир­мен­ные запад­но­гер­ман­ские туфли. Они высо­ко­го коти­ро­ва­лись и на Рабо­чем, и вооб­ще в Могилёве.

С раз­ви­ти­ем рыноч­ных отно­ше­ний мод­ные трен­ды ста­ли менее сти­хий­ны­ми и ирра­ци­о­наль­ны­ми, и опре­де­ля­лись уже не спро­сом, а пред­ло­же­ни­ем. Вес­ной 1990 года — я тогда учил­ся на пер­вом кур­се Моги­лёв­ско­го маши­но­стро­и­тель­но­го инсти­ту­та и общал­ся с более «про­дви­ну­ты­ми» в смыс­ле одеж­ды ребя­та­ми, чем паца­ны с Рабо­че­го посёл­ка — в моду вошли «пира­ми­ды» и «лако­сты».

Фар­цов­щи­ки в СССР. Конец 1980- гг.

«Пира­ми­ды» — свет­ло-голу­бые «варё­ные» джин­сы фир­мы Pyramid, широ­кие в бёд­рах и заужен­ные кни­зу. Погуг­лив, я узнал, что фир­ма эта — турец­кая. Нашёл я в интер­не­те и фото­гра­фии джин­сов этой фир­мы дру­гих цве­тов — не толь­ко свет­ло-голу­бые, как были, кста­ти, и у меня в 1990 году. За сво­и­ми я ездил с при­я­те­лем в город Пинск — там мож­но было купить их немно­го дешев­ле, чем в Моги­лё­ве, пото­му что попа­да­ли джин­сы, да и мно­гие дру­гие шмот­ки, в Бело­рус­сию через Поль­шу, а Пинск был бли­же к гра­ни­це. На рын­ке в Пин­ске мы купи­ли джин­сы по 250 руб­лей, стан­дарт­ная цена в Моги­лё­ве была 300.

«Лако­ста­ми» назы­ва­ли чёр­ные коф­ты с длин­ным рука­вом и крас­ны­ми и зелё­ны­ми гори­зон­таль­ны­ми полос­ка­ми — под­дел­ки (оче­вид­но, турец­кие) под извест­ный и сей­час фран­цуз­ский бренд Lacoste. Кро­ме них, пом­ню, были ещё фут­бол­ки с корот­ким рука­вом — тоже с нашивкой-крокодилом.

Уже при­мер­но через год, в 1991‑м, нача­лись мас­со­вые «ком­мер­че­ские поезд­ки» в Поль­шу, и отту­да мас­со­во хлы­ну­ли джин­сы Mavin, про­зван­ные «маль­ви­на­ми», и под­дель­ные чёр­ные фут­бол­ки с над­пи­ся­ми типа Chanel.

Эпо­ха дефи­ци­та закан­чи­ва­лась, начи­на­лась новая — с веще­вы­ми рын­ка­ми, «ком­ка­ми» и под­дел­ка­ми под все более или менее извест­ные бренды.

Под­пи­сы­вай­тесь на «Всё идёт по пла­ну» на «Apple Podcasts», «Яндекс.Музыке» и дру­гих плат­фор­мах, где слу­ша­е­те под­ка­сты, а так­же полу­чи­те доступ к допол­ни­тель­ной инфор­ма­ции на «Патре­оне».

Читай­те так­же «„Я живу на ули­це Лени­на…“. О топо­ни­ми­ке и ней­мин­ге в СССР». 

ФСБ рассекретила материалы о массовом убийстве нацистами жителей Сальска

От
Редакция VATNIKSTAN
-

В недав­но рас­сек­ре­чен­ных доку­мен­тах из архи­вов Феде­раль­ной служ­бы без­опас­но­сти Рос­сии нашлись след­ствен­ные мате­ри­а­лы о мас­со­вом убий­стве наци­ста­ми жите­лей горо­да Саль­ска Ростов­ской обла­сти в годы Вели­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны, сооб­ща­ет РИА Ново­сти. Сальск нахо­дил­ся под окку­па­ци­ей с 31 июля 1942-го по 21 янва­ря 1943 года.

Подроб­но­сти этих собы­тий опи­са­ны, напри­мер, в акте спе­ци­аль­ной комис­сии, состав­лен­ном спу­стя несколь­ко дней после осво­бож­де­ния города:

«Карье­ры кир­пич­но­го заво­да №1 были местом, где совер­ша­лись эти зло­де­я­ния. Фаши­сты еже­днев­но при­во­зи­ли сюда на маши­нах груп­пы граж­дан, неред­ко дохо­див­шие до более чем 100 чело­век, здесь их рас­стре­ли­ва­ли и сбра­сы­ва­ли в кот­ло­ван. Таких кот­ло­ва­нов, напол­нен­ных тру­па­ми рас­стре­лян­ных, насчи­ты­ва­ет­ся до 30».

Все­го в Саль­ске окку­пан­ты рас­стре­ля­ли более трёх тысяч чело­век. Еврей­ское и цыган­ское насе­ле­ние горо­да было пол­но­стью истреблено.

В каз­нях участ­во­ва­ла кара­тель­ная коман­да ЕК-12 СД, вхо­див­шая в состав в айн­затц­груп­пы D (айн­затц­груп­па­ми назы­ва­ли спе­ци­аль­но орга­ни­зо­ван­ные вое­ни­зи­ро­ван­ные под­раз­де­ле­ния Тре­тье­го рей­ха по про­ве­де­нию тер­ро­ра, чисток и рас­стре­лов). Сре­ди чле­нов коман­ды был кол­ла­бо­рант Иван Гвоз­дец­кий, сте­но­грам­мы допро­сов кото­ро­го сохра­ни­лись в архив­ных мате­ри­а­лах. Гвоз­дец­кий при­ни­мал уча­стие в мас­со­вых рас­стре­лах цыган, в том чис­ле детей.

По пока­за­ни­ям Гвоз­дец­ко­го, в айн­затц­груп­пу D вхо­ди­ла так назы­ва­е­мая «Кав­каз­ская рота», сфор­ми­ро­ван­ная из кол­ла­бо­ра­ци­о­ни­стов — выход­цев из кав­каз­ских рес­пуб­лик. В июне 1943 года, после ухо­да из Саль­ска, Гроз­дец­кий был зачис­лен в «Кав­каз­скую роту», кото­рая, в част­но­сти, была бро­ше­на на подав­ле­ние Вар­шав­ско­го восстания.

10 шедевров Ивана Айвазовского

От
Андрей Сарматов
-

За свою дол­гую жизнь Айва­зов­ский напи­сал более шести тысяч кар­тин, ока­зав колос­саль­ное вли­я­ние на раз­ви­тие миро­вой живописи.

Таким обра­зом, пред­став­лен­ные в этой ста­тье десять шедев­ров масте­ра явля­ют­ся лишь кап­лей в необъ­ят­ном море его твор­че­ства. Ведь как нетруд­но посчи­тать, ста­тей о 10 шедев­рах Айва­зов­ско­го мож­но напи­сать аж 600, рас­ска­зы­вая каж­дый раз о новых картинах.

Ниже мы рас­смот­рим 10 кар­тин Ива­на Айва­зов­ско­го на его люби­мую мор­скую тему. Сре­ди них есть и спо­кой­ное море, и бури, и мор­ские сражения.

Буря на море ночью (1849)

Эта кар­ти­на напи­са­на во вре­мя пре­бы­ва­ния Айва­зов­ско­го в Тур­ции. Рабо­та неод­но­крат­но появ­ля­лась на выстав­ках, но про­да­вать её худож­ник не захо­тел: до кон­ца жиз­ни «Буря на море ночью» так и оста­ва­лась в его лич­ной коллекции.

Кар­ти­на созда­ва­лась в два эта­па. Сна­ча­ла автор изоб­ра­зил корабль, потом море и окру­жа­ю­щий фон. Море на полотне как бы сли­ва­ет­ся с небом в одно целое, яркая луна лишь про­гля­ды­ва­ет из-за туч и осве­ща­ет неболь­шую часть моря. Воз­мож­но, её про­блеск озна­ча­ет ско­рый конец бури. Вол­ны полу­чи­лись объ­ём­ны­ми и пре­дель­но реа­ли­стич­ны­ми, так что у зри­те­ля воз­ни­ка­ет ощу­ще­ние, буд­то он сам нахо­дит­ся в гуще собы­тий где-то на сосед­нем корабле.

В насто­я­щее вре­мя кар­ти­на нахо­дит­ся в музее-запо­вед­ни­ке «Пав­ловск».

Гнев морей (1886)

Кар­ти­на изоб­ра­жа­ет раз­гар штор­ма, сопро­вож­да­ю­щий­ся рас­ка­та­ми мол­нии. Атмо­сфе­ра бури пере­да­на так реа­ли­стич­но, что зри­тель буд­то бы сам слы­шит шум моря и гро­хот грома.

Спа­са­ю­щи­е­ся от гне­ва сти­хии после кораб­ле­кру­ше­ния моря­ки в лод­ке из всех сил гре­бут по направ­ле­нию к бере­гу. Их в любой момент может бро­сить на ска­лы, но они не сда­ют­ся, всту­пив в нерав­ное про­ти­во­сто­я­ние с самой при­ро­дой. Воля к жиз­ни, про­дол­же­ние борь­бы несмот­ря ни на что, столк­но­ве­ние гне­ва при­ро­ды и силы воли чело­ве­ка — глав­ные идеи этой картины.

Айва­зов­ский в раз­ные годы неод­но­крат­но изоб­ра­жал на сво­их кар­ти­нах бурю. Фёдор Досто­ев­ский в одной из сво­их ста­тей так ото­звал­ся о ней:

«В его буре есть упо­е­ние, есть та веч­ная кра­со­та, кото­рая пора­жа­ет зри­те­ля в живой, насто­я­щей буре… в изоб­ра­же­нии бес­ко­неч­но­го раз­но­об­ра­зия бури ника­кой эффект не может казать­ся преувеличенным».

В XX веке кар­ти­на дол­гое вре­мя нахо­ди­лась в част­ной кол­лек­ции в Гер­ма­нии. В 2007 году она была про­да­на на аук­ци­оне «Сот­бис» в Лон­доне за 513 тысяч фун­тов стер­лин­гов (на тот момент — око­ло мил­ли­о­на долларов).

Радуга (1873)

«Раду­га» ста­ла свое­об­раз­ным отве­том худож­ни­ка на заяв­ле­ния кри­ти­ков о том, что его твор­че­ство уже несо­вре­мен­но. Кар­ти­на выпол­не­на в уме­рен­ной цве­то­вой гам­ме, что дела­ет её более реа­ли­стич­ной, а живо­пис­ное выпол­не­ние ста­ло совер­шен­но новым явле­ни­ем в рус­ской живо­пи­си 1870‑х годов. Не отка­зы­ва­ясь от преж­них пози­ций, Айва­зов­ский тем не менее под­верг их модер­ни­за­ции: на кар­тине более сдер­жан­ные и тон­ко раз­ра­бо­тан­ные оттен­ки вме­сто преж­них насы­щен­ных кра­сок. Перед­ний план кар­ти­ны отли­ча­ет­ся от зад­не­го эмо­ци­о­наль­ным и цве­то­вым настроением.

На кар­тине мы видим кораб­ле­кру­ше­ние и пыта­ю­щих­ся спа­стись на шлюп­ке моря­ков. Начав­ший тонуть корабль уже не спа­сти, а сама шлюп­ка с моря­ка­ми в любой момент может быть накры­та вол­ной, пере­вер­нуть­ся и лишить людей жиз­ни. Одна­ко сре­ди мор­ско­го хао­са моря­ки заме­ча­ют едва замет­ные про­блес­ки раду­ги, кото­рая озна­ча­ет ско­рый конец бури. Имен­но на раду­гу, как вест­ник спа­се­ния, направ­ле­ны взо­ры людей. И теперь они уже не сомне­ва­ют­ся, что смо­гут вер­нуть­ся домой живыми.

В насто­я­щее вре­мя «Раду­га» хра­нит­ся в Тре­тья­ков­ской галерее.

Чесменский бой в ночь с 25 на 26 июня 1770 года (1848)

Кар­ти­на «Чесмен­ский бой» изоб­ра­жа­ет мор­ское сра­же­ние в ходе рус­ско-турец­кой вой­ны 1768–1774 годов, кото­рое закон­чи­лось пол­ным раз­гро­мом вра­же­ско­го фло­та. На кар­тине изоб­ра­жён момент взры­ва оче­ред­но­го турец­ко­го кораб­ля и воз­вра­ще­ние шлюп­ки лей­те­нан­та Дмит­рия Ильи­на, кото­рый сво­им бран­де­ром и подо­рвал вра­же­ский корабль.

Кар­ти­на удач­но пере­да­ёт весь ужас боя. Гля­дя на неё, зри­тель буд­то бы сам слы­шит оглу­ши­тель­ный звук взры­ва и кри­ки тону­щих турец­ких моря­ков. Раз­ме­ры ори­ги­на­ла вну­ши­тель­ны: 193 × 183 см. Поэто­му, гля­дя на неё с близ­ко­го рас­сто­я­ния, зри­тель сам погру­жа­ет­ся в атмо­сфе­ру боя.

В насто­я­щее вре­мя эта рабо­та нахо­дит­ся в Кар­тин­ной гале­рее име­ни Айва­зов­ско­го в Феодосии.

Наваринский бой (1846)

Кар­ти­на по сво­е­му содер­жа­нию похо­жа на преды­ду­щую. На ней так­же мы видим круп­ное мор­ское сра­же­ние со взры­ва­ю­щи­ми­ся и горя­щи­ми кораб­ля­ми, зал­па­ми ору­дий и тону­щи­ми на облом­ках моря­ка­ми. Но есть и особенности.

Если све­де­ния о Чесмен­ском сра­же­нии 1770 года Айва­зов­ский мог изу­чать толь­ко по исто­ри­че­ским источ­ни­кам, то о сра­же­нии при Нава­рине, про­изо­шед­шем в 1827 году, он узна­вал уже в лич­ных бесе­дах с участ­ни­ка­ми боя. В допол­не­ние худож­ник посе­тил место собы­тия. Поэто­му в исто­ри­че­ской досто­вер­но­сти полот­на мож­но не сомневаться.

На кар­тине мы видим раз­гар сра­же­ния — взя­тие рус­ским фре­га­том «Азов» вра­же­ско­го кораб­ля на абор­даж. На перед­нем плане — облом­ки уни­что­жен­но­го турец­ко­го кораб­ля, на кото­рых пыта­ют­ся спа­стись выжив­шие моря­ки. Горя­щие на даль­нем плане кораб­ли и стол­бы дыма удач­но пере­да­ют атмо­сфе­ру сра­же­ния. Одна­ко, несмот­ря на хаос боя, тех­ни­ка напи­са­ния оста­ёт­ся чёт­кой и поз­во­ля­ет рас­смот­реть даже мел­кие детали.

Нава­рин­ская бит­ва ста­ла цен­траль­ным собы­ти­ем в исто­рии борь­бы Гре­ции за неза­ви­си­мость от Тур­ции. Объ­еди­нён­ный рус­ско-англо-фран­цуз­ский флот тогда нанёс сокру­ши­тель­ное пора­же­ние непри­я­те­лю, и уже спу­стя два года Гре­ция ста­ла неза­ви­си­мым госу­дар­ством — впер­вые со вре­мён Античности.

Кар­ти­на «Нава­рин­ский бой» хра­нит­ся в гале­рее воен­но-мор­ско­го учи­ли­ща име­ни Дзер­жин­ско­го в Петербурге.

Тонущий корабль (1854)

Эта кар­ти­на выпол­не­на в тра­гич­ных тонах, кото­рые застав­ля­ют зри­те­ля сопе­ре­жи­вать тер­пя­щим кру­ше­ние моря­кам. Корабль уже не в состо­я­нии про­ти­во­сто­ять огром­ным вол­нам и силь­но­му вет­ру, одна из его мачт ото­рва­лась, и суд­но вот-вот пере­вер­нёт­ся, похо­ро­нив в мор­ской пучине всех чле­нов экипажа.

Кар­ти­на выпол­не­на гра­фит­ны­ми и цвет­ны­ми каран­да­ша­ми. Един­ствен­ный цвет­ной эле­мент здесь — это флаг кораб­ля, кото­рый один сре­ди окру­жа­ю­щей серо­сти сим­во­ли­зи­ру­ет неболь­шой шанс коман­ды пере­жить опас­ную бурю.

В насто­я­щее вре­мя кар­ти­на нахо­дит­ся в Госу­дар­ствен­ном Рус­ском музее в Санкт-Петербурге.

Неаполитанский залив (1841)

В моло­до­сти Айва­зов­ский побы­вал в Ита­лии, где создал ряд поло­тен с мест­ны­ми пей­за­жа­ми. Эта кар­ти­на, как и боль­шин­ство дру­гих, созда­ва­лась по памя­ти. Она смог­ла впе­чат­лить евро­пей­цев и сде­ла­ла имя моло­до­го худож­ни­ка извест­ным, появ­ля­лась на евро­пей­ских выстав­ках и полу­чи­ла поло­жи­тель­ные отзы­вы дру­гих живописцев.

В после­ду­ю­щие годы худож­ник неод­но­крат­но воз­вра­щал­ся к теме неа­по­ли­тан­ских пей­за­жей и создал ещё несколь­ко поло­тен с похо­жи­ми назва­ни­я­ми. Так, Неа­по­ли­тан­ский залив изоб­ра­жал­ся Айва­зов­ским утром, днём и в лун­ную ночь с раз­ных ракур­сов. На несколь­ких рабо­тах был изоб­ра­жён вул­кан Везу­вий, кото­рый на даль­нем плане виден и здесь.

Рабо­тая над пей­за­жем, Айва­зов­ский исполь­зо­вал лишь синюю, жёл­тую и корич­не­вую крас­ки. Одна­ко бла­го­да­ря мастер­ству он смог создать мно­же­ство оттен­ков, в резуль­та­те чего кар­ти­на бук­валь­но «дышит» теп­лом и хоро­шей сол­неч­ной погодой.

В насто­я­щее вре­мя кар­ти­на хра­нит­ся в музее-запо­вед­ни­ке «Петер­гоф».

Бриг «Меркурий», атакуемый двумя турецкими судами (1892)

Полот­но изоб­ра­жа­ет мор­ской бой оди­но­ко­го бри­га «Мер­ку­рий» под коман­до­ва­ни­ем капи­тан-лей­те­нан­та Алек­сандра Казар­ско­го с дву­мя турец­ки­ми линей­ны­ми кораб­ля­ми у бере­гов Бос­фо­ра в мае 1829 года. «Мер­ку­рий» обла­дал все­го 18 ору­ди­я­ми, тогда как два турец­ких кораб­ля в сум­ме име­ли 184 ору­дия, то есть рас­по­ла­га­ли деся­ти­крат­ным преимуществом.

По всем зако­нам мор­ской так­ти­ки, у «Мер­ку­рия» не было ника­ких шан­сов на победу.

Одна­ко бла­го­да­ря сла­жен­ным дей­стви­ям эки­па­жа рус­ско­го кораб­ля ход боя сло­жил­ся ина­че: «Мер­ку­рий» нанёс турец­ким кораб­лям такие повре­жде­ния, что те вынуж­де­ны были вый­ти из боя. И хотя бриг выдер­жал не менее 300 попа­да­ний, поте­ри его эки­па­жа ока­за­лись мини­маль­ны: чет­ве­ро уби­тых и шесть ране­ных. Один турец­кий офи­цер впо­след­ствии так вспо­ми­нал это сражение:

«Корабль капу­дан-паши и наш откры­ли тогда силь­ный огонь. Дело неслы­хан­ное и неве­ро­ят­ное. Мы не мог­ли заста­вить его сдать­ся: он драл­ся, рети­ру­ясь и манев­ри­руя со всем искус­ством опыт­но­го воен­но­го капи­та­на, до того, что, стыд­но ска­зать, мы пре­кра­ти­ли сра­же­ние, и он со сла­вою про­дол­жал путь…

В про­дол­же­ние сра­же­ния коман­дир рус­ско­го фре­га­та гово­рил мне, что капи­тан сего бри­га нико­гда не сдаст­ся, и если он поте­ря­ет всю надеж­ду, то тогда взо­рвёт бриг свой на воз­дух. Еже­ли в вели­ких дея­ни­ях древ­них и наших вре­мён нахо­дят­ся подви­ги храб­ро­сти, то сей посту­пок дол­жен все оные помра­чить, и имя сего героя достой­но быть начер­та­но золо­ты­ми лите­ра­ми на хра­ме Сла­вы: он назы­ва­ет­ся капи­тан-лей­те­нант Казар­ский, а бриг — „Мер­ку­рий“».

Сей­час кар­ти­на хра­нит­ся в Фео­до­сий­ской кар­тин­ной гале­рее име­ни Айва­зов­ско­го. Её раз­мер состав­ля­ет 221 × 339 см.

Вид Константинополя и Босфора (1856)

Кар­ти­на «Вид Кон­стан­ти­но­по­ля и Бос­фо­ра» была напи­са­на Айва­зов­ским после посе­ще­ния Кон­стан­ти­но­по­ля. В турец­кой сто­ли­це худож­ник бывал неод­но­крат­но. Впо­след­ствии осман­ский сул­тан Абдул-Азиз, уви­дев про­из­ве­де­ние, при­шёл в вос­торг и в 1874 году при­гла­сил Ива­на Кон­стан­ти­но­ви­ча выпол­нить заказ ещё на десять кар­тин с вида­ми горо­да и Бос­фор­ско­го пролива.

В ито­ге Айва­зов­ский, подру­жив­ший­ся с сул­та­ном и жив­ший в его двор­це, напи­сал более 30 кар­тин с вида­ми турец­кой сто­ли­цы и про­ли­ва. Абдул-Азиз был настоль­ко дово­лен кар­ти­на­ми, что награ­дил Айва­зов­ско­го выс­шим турец­ким орде­ном «Осма­ние». Впо­след­ствии худож­ник полу­чил из рук сул­та­на ещё несколь­ко орде­нов. А в 1878 году мир­ное согла­ше­ние меж­ду Рос­си­ей и Тур­ци­ей (Сан-Сте­фан­ский мир) под­пи­са­ли в зале, укра­шен­ном кар­ти­на­ми Айва­зов­ско­го. Но когда в 1890‑е годы в Тур­ции нача­лись армян­ские погро­мы, худож­ник выбро­сил турец­кие орде­на в море и напи­сал уже сле­ду­ю­ще­му сул­та­ну, что точ­но так же тот может посту­пить и с его кар­ти­на­ми. К сча­стью, сул­тан это­му сове­ту не после­до­вал и все кар­ти­ны оста­лись целы.

Айва­зов­ский счи­тал Кон­стан­ти­но­поль одним из кра­си­вей­ших горо­дов мира. Если в боль­шин­стве дру­гих работ автор мастер­ски пока­зы­вал дви­же­ние, то здесь не менее талант­ли­во пока­за­на непо­движ­ность. Солн­це мед­лен­но вста­ёт над мече­тя­ми и дру­ги­ми город­ски­ми построй­ка­ми, кораб­ли сто­ят или мед­лен­но идут, люди ведут раз­ме­рен­ный восточ­ный образ жиз­ни, они нику­да не спе­шат. И подоб­ное поло­же­ние дел в турец­кой сто­ли­це дли­лось мно­гие века.

В 2012 году кар­ти­на «Вид Кон­стан­ти­но­по­ля и Бос­фо­ра» была про­да­на на аук­ци­оне «Сот­бис» в Лон­доне за 3,2 мил­ли­о­на фун­тов стер­лин­гов и сей­час нахо­дит­ся в част­ной кол­лек­ции. Её раз­мер — 124,5×195,5 см.

Девятый вал (1850)

«Девя­тый вал» — одна из самых извест­ных кар­тин Айва­зов­ско­го. Назва­ние вос­хо­дит к древ­не­му народ­но­му пове­рью, соглас­но кото­ро­му имен­но девя­тая по счё­ту вол­на во вре­мя штор­ма явля­ет­ся самой мощ­ной и опас­ной, а часто и роковой.

Кар­ти­на изоб­ра­жа­ет потер­пев­ших кру­ше­ние людей, спа­са­ю­щих­ся на облом­ке мач­ты после гибе­ли кораб­ля. Несмот­ря на то что берег дале­ко, а шторм ещё не пре­кра­тил­ся и надви­га­ет­ся оче­ред­ная вол­на, уце­пив­ши­е­ся за мач­ту герои кар­ти­ны не теря­ют надеж­ду на спа­се­ние. И про­блес­ки солн­ца пока­зы­ва­ют, что какой-то шанс у них всё же есть.

Раз­мер кар­ти­ны пора­жа­ет: 221 × 332 см.

Алек­сандр Айва­зов­ский, един­ствен­ный из вну­ков, нося­щий фами­лию зна­ме­ни­то­го деда, посвя­тил кар­тине такие сти­хо­твор­ные строки:

Реве­ло море… Вал седой
О ска­лы с шумом разбивался,
И с вет­ром вой его сливался,
Гро­зя несча­стьем и бедой.
Утих­ло море… Даль манила
Про­сто­ром, негой, тишиной…
Но и под стих­нув­шей волной
Таи­лась дрем­лю­щая сила…

Мы рас­смот­ре­ли лишь деся­ток кар­тин вели­ко­го худож­ни­ка. Конеч­но, у него есть и сот­ни дру­гих поло­тен, не менее талант­ли­вых, кото­рые мож­но раз­гля­ды­вать часа­ми. Но даже эта неболь­шая под­бор­ка, думаю, пока­зы­ва­ет мас­штаб гения Айва­зов­ско­го во всей его полноте.

О тай­нах семей­ной жиз­ни худож­ни­ка читай­те в ста­тье «Домаш­нее наси­лие, Айва­зов­ский и жан­дарм­ский под­пол­ков­ник Кноп».

1...143144145...219Страница 144 из 219

Новости

25 апреля в «Пивотеке 465» состоится лекция «Калмык, еврей, любовник Арманд. Семейные тайны Владимира Ленина»

Редакция VATNIKSTAN - 0
Лекцию проведёт автор VATNIKSTAN Виктор Кириллов.

22 апреля на Арбате откроется художественная выставка о Пушкине и его произведениях

Редакция VATNIKSTAN - 0
Экспозиция дает возможность проследить, как формировался художественный образ Пушкина и его времени в культуре XIX–XX веков

На выставке в Самаре представили древние клады от палеолита до XIX века

Редакция VATNIKSTAN - 0
Среди экспонатов — более 500 подлинных артефактов.
Telegram VKontakte Yandex Youtube
© 2024, VATNIKSTAN
Познавательный журнал о русскоязычной цивилизации