Будённовский проспект. Спуск от Энгельса к Генеральской балке. 1954 год
В годы Великой Отечественной войны Ростов-на-Дону существенно пострадал от боевых действий: были разрушены многие предприятия, полностью или частично уничтожены 12 тысяч зданий. С 1944 года город начали восстанавливать. Помимо профессиональных строителей, в возведении и реконструкции зданий были заняты заключённые и немецкие военнопленные. Местные жители разбирали завалы и трудились на стройках в свободное от работы время.
Первой в 1949 году была отстроена набережная с прилегающими кварталами. В 1950‑х годах восстановили другие районы. Большой проблемой были оставшиеся со времени боёв мины и неразорвавшиеся боеприпасы, на которых в 1940—1950‑е годы подорвалось немало местных жителей. В частности, из-за этого левый берег Дона отстроили значительно позже остальной части города.
VATNIKSTAN публикует фотографии Ростова с 1950 по 1959 год. Многие из этих снимков сейчас являются уникальными, поскольку город активно перестраивался в последующие десятилетия — запечатлённые на фотографиях места сейчас имеют совершенно другой облик.
На набережной. 1950 годНа набережной. 1950 годНабережная в 1950‑х годахСпуск к набережной. 1952 годПерекрёсток Будённовского проспекта и улицы Энгельса (сейчас Большая Садовая улица). Сквер перед консерваторией имени Рахманинова. 1950 годГлавный железнодорожный вокзал. 1950 годРостовский инженерно-строительный институт (сейчас — Ростовский государственный строительный университет). 1950 годНа левом берегу Дона. 27 июля 1952 года, официальное открытие Волго-Донского каналаВид на улицу Западный разворот. Место будущей постройки Ростовского-на-Дону техникума кино и телевидения (сейчас — Ростовский-на-Дону филиал ВГИК СПО). 1953 годЗдание библиотеки РГУ (ныне ЮФУ). Особняк книгоиздателя Николая Парамонова. 1953 годКировский сквер (сейчас — Покровский сквер). 1953 годТерраса нечётной стороны спуска по Будённовскому проспекту. 1953 годБудённовский проспект. Спуск от Энгельса к Генеральской балке. 1954 годУлица Энгельса, гостиница «Московская». 1954 годНабережная. 1954 годВид на Ростов с левого берега Дона. 1954 годПерекрёсток Ворошиловского проспекта и улицы Энгельса, главный корпус Ростовского финансово-экономический института (РИНХ). 1955 годОблисполком (сейчас — Ростовский областной совет депутатов). 1955 годДворец пионеров (сейчас — Дворец творчества детей и молодёжи). 1955 годСоборная площадь. 1957 годРостовский цирк. 1957 годПарк имени Островского. 1959 годВид облисполкома со стороны парка Горького. 1959 годТерраса, Будённовский проспект. 1959 год
Чтобы читать все наши новые статьи без рекламы, подписывайтесь на платный телеграм-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делимся эксклюзивными материалами, знакомимся с историческими источниками и общаемся в комментариях. Стоимость подписки — 500 рублей в месяц.
Езетхан Алимарзаевна Уруймагова занимает одно из главных мест в осетинской литературе XX века. Творческий путь писательницы был сравнительно коротким, но плодотворным. Самое крупное и значительное произведение — неоконченная трилогия «Навстречу жизни» — рассказывает об изменении быта и революционных событиях в Осетии начала XX века. Уруймагова успела написать две части романа, которые стали основой осетинской литературы на русском языке.
Произведение Уруймаговой проникнуто духом классовой непримиримости, ненависти к «старому миру несправедливости и угнетения». Судьбы героев романа перекликаются с судьбами родственников Езетхан Алимарзаевны и самой писательницы, которая родилась в бедной крестьянской семье и смогла поступить в училище только после революции.
Автор телеграм-канала Kavkaz Ангелина Хасанова рассказывает, кто повлиял на творческое становление Уруймаговой, почему Езетхан Алимарзаевна решила писать на русском языке и что в романе «Навстречу жизни» не понравилось землякам писательницы.
Езетхан Уруймагова
Седьмая дочь в семье
Езетхан Уруймагова родилась 12 декабря 1905 года в селе Христиановское (ныне город Дигора). В семье бедного крестьянина Алимарзы Уруймагова росло шесть дочерей, поэтому появление ещё одной было воспринято как «сущее бедствие». «Если бы вместо семи безземельных дочерей я имел семь ишаков, я был бы богач», — грубовато шутил Уруймагов, ведь он один должен был прокормить девять человек.
Позже, будучи уже известной писательницей, в одном из писем мужу Езетхан Алимарзаевна с горечью рассказывала:
«…мои биографы требуют „неземных“ сведений о моём детстве, юношестве. Ну что мне им рассказать о детстве?.. Отец, сгорбившийся над сохой, мать вечно в слезах, полунищая семья. Я — седьмая дочь в семье. Женщина без земельного надела. „Земля“, „земля“ — вот слово, которое, мне кажется, слышала с колыбели. Это слово в страшных муках носилось в нашей семье и в других таких же семьях, как наша. Оно было живое, ощутимое. Я чувствовала это слово так осязаемо. Я писателем стала, потому что слово „земля“ слышалось мне повсюду».
Езетхан Алимарзаевна видела вокруг себя не только горе и страдания людей, но и другую сторону крестьянской жизни — оптимизм трудящегося человека. Вера в лучшую долю была заключена в богатом осетинском фольклоре: песнях, сказаниях, сказках. Народное творчество значительно повлияло на Уруймагову.
Большую роль в знакомстве Езетхан Алимарзаевны с родным фольклором сыграл отец. Литературовед Девлет Азаматович Гиреев знал об Уруймагове со слов писательницы:
«Он был неутомимым рассказчиком, великоленным знатоком осетинского фольклора, человеком, обладающим богатой памятью и фантазией. Его дети любили долгие зимние вечера, когда он рассказывал им волнующие сказки или, аккомпанируя себе на старинном народном инструменте, пел о подвигах нартских богатырей. Затаив дыхание, слушали девочки повествование о народных героях, рассказы о борьбе бедняков с алдарами (высшее сословие в Осетии. — VATNIKSTAN), о сражениях с чужеземными захватчиками…»
Не менее значительным было влияние на Езетхан дяди по отцу — Харитона Александровича Уруймагова. Харитон Александрович сыграл заметную роль в общественном просвещении Осетии: он работал учителем во многих сёлах, писал статьи для местных газет, занимался этнографией. Дядя часто брал племянницу в школу и познакомил Уруймагову с русской грамотой.
В 1916 году Харитон Уруймагов был арестован, Езетхан Алимарзаевна вернулась в родное село. Отец определил дочь в церковно-приходскую школу, которую она через год окончила.
Октябрьская революция сильно изменила жизнь горской бедноты. В одном из писем Езетхан Алимарзаевна вспоминала, что женщина-осетинка была выброшена огромным толчком «из тьмы к свету». Уруймагова поступила в Дигорское высшее начальное училище, куда до революции девушек не принимали. В 1921 году в Дигоре была создана комсомольская ячейка, и в числе первых трёх горянок в комсомол приняли Езетхан Алимарзаевну.
Осенью 1922 года Уруймагова переехала во Владикавказ, где в 1925 году окончила Окружную опытно-показательную школу при Горском педагогическом институте. В этом же году в школьном журнале «Æвзонг Ирыстон» («Юная Осетия») был опубликован рассказ Уруймаговой «1919 год. (Из дневника)», темой которого стали события Гражданской войны — оборона села Христиановского от банд Шкуро. Позже литературовед Замира Николаевна Суменова связывала этот «очень несовершенный, но искренний» рассказ с замыслом будущего романа «Осетины».
Встреча, изменившая жизнь
В 1929 году Уруймагова стала студенткой литературного отделения Горского педагогического института и параллельно работала фасовщицей в одной из аптек Владикавказа. Однажды в аптеку зашли трое молодых военных. Один из них сразу обратил внимание на Езетхан Алимарзаевну. Порфирий Константинович Скорняков был слушателем Артиллерийской академии РККА. Скорняков и Уруймагова познакомились, завязались отношения.
C детства Езетхан Алимарзаевна была засватана за сверстника, и в течение нескольких лет семья жениха платила калым Уруймаговым. Друзья Скорнякова решили помочь влюблённым и украли невесту. После этого в казарму приехали несколько джигитов в бурках и с кинжалами, которые хотели забрать Уруймагову. Однако товарищи Порфирия Константиновича закрыли собой влюблённых. В конфликт вмешалось начальство Скорнякова. Порфирий Константинович с сослуживцами получили дисциплинарные взыскания. Скорняков выплачивал материальный ущерб за калым семье жениха.
В 1932 году Езетхан Алимарзаевна окончила институт и вместе с мужем уехала в Санкт-Петербург.
«Осетины»
Ежедневные домашние хлопоты оставляли мало времени для творчества. К тому же близкие посмеивались над странной страстью Езетхан Алимарзаевны писать, да ещё и по-русски. Однако именно в это время Уруймагова окончательно решила посвятить себя литературному труду.
У Езетхан Алимарзаевны появилась идея романа-эпопеи, который должен был отразить исторические события в Осетии начала XX века: революцию, Гражданскую войну, утверждение советской власти и осуществление социалистических преобразований в 1920–1930‑е годы. Помимо этого, Уруймагова поставила задачу показать в романе характерные типажи дореволюционного общества Осетии: бедных, но бесстрашных крестьян, злых помещиков, казаков. Реализация замысла требовала от начинающего автора большого желания и кропотливого труда. Домашние заботы отнимали много сил и времени у Езетхан Алимарзаевны, работа над произведением растянулась на годы.
Зимой 1934 года Уруймагова познакомилась с писателем Николаем Семёновичем Тихоновым, который прочитал отрывки романа и стал
для Езетхан Алимарзаевны другом и наставником. В одном из писем Тихонов оценил произведение Уруймаговой:
«Я прочёл Ваш роман, не отрываясь. Вот моё мнение. Из Вас выйдет настоящий прозаик, реалист с хорошим глазом, добрый мастер. Уже одно то, что Вы справились с целой толпой разнообразных героев, свидетельствует о врождённом чувстве композиции; смелые сцены, где Вы не боитесь впасть в мелодраму или в гиньоль, сдержаны тактом и только кое-где требуют редакторской правки. Осетинский быт начала XХ века представлен подробно, занимательно, серьёзно. Женщины очень удались Вам… С другой стороны, неизгладимая природная красота, та, о которой старик Толстой писал в „Казаках“ („А горы…“) <…> у Вас является эпическим фоном».
Тихонов рекомендовал Уруймаговой обратиться к писателю Юрию Николаевичу Либединскому как к литературному редактору. Встреча произошла весной 1941 года, когда основная работа над «Осетинами» была закончена.
Либединского удивил своеобразный русский язык Уруймаговой:
«Русский словарь и совершенно своеобразный синтаксис — всё, казалось, было не на месте… Но скоро я забыл обо всём, поглощённый яркими картинами, встававшими передо мной. Не только душа писателя, как это бывает при чтении всякой талантливой книги, — душа целого народа, доселе незнакомого, открывалась передо мной. Жизнь древнего народа, сохранившего в обычаях и быте нравы первобытной старины, но уже испытывающего на себе действие неумолимых законов капитализма, народа, у которого в сравнении с соседними горскими народами с особенной резкостью сказалось разделение на богатых и бедных, вставал передо мной. И я радовался, и восхищался, и хорошо, по-дружески, завидовал…»
После некоторых изменений Николай Тихонов и Юрий Либединский договорились о публикации романа в издательстве «Советский писатель». Планы нарушила война.
В начале Великой Отечественной войны Уруймагова переехала в Осетию, а потом в Азербайджан. В Баку Езетхан Алимарзаевна работала в детском доме, преподавала русский язык в железнодорожной школе, писала для красноармейской газеты «На страже». В том же году Уруймагова вступила в КПСС.
После войны Езетхан Уруймагова обратилась к Юрию Либединскому. В письме от 4 октября 1945 года она спрашивала у Юрия Николаевича, не осталась ли у него рукопись романа:
«Перед войной я виделась с Вами последний раз на квартире, кажется, родственников Вашей жены. Вы обещали мне тогда (это был май 1941 года) поработать над моей рукописью. Теперь я молю провидение только об одном — чтобы рукопись моя случайно сохранилась. Если действительно рукопись сохранилась, то прошу Вас, дорогой Юрий Николаевич, не поленитесь мне ответить, если она цела, то сообщу Вам адрес, по которому можно передать в Москве».
5 января 1946 года Либединский ответил:
«Должен с самого начала этого письма Вас огорчить: рукописи Вашей нет ни у меня, ни в издательстве. Мне кажется, память Вам изменяет: по-моему, увезли рукопись с собой, чтобы её дорабатывать… Если же Вы правы, и память изменяет мне, а не Вам, и рукопись действительно оказалась перед войной у меня, то положение с ней совсем печально: значит, она погибла вместе с нашей библиотекой и значительным количеством моих рукописей, остававшихся на даче в Переделкино, где во время войны мы отсутствовали».
Либединский советовал Уруймаговой не отчаиваться и уверял, что писательница сможет восстановить рукопись.
Езетхан Алимарзаевна напряжённо трудилась над романом. В 1948 году вышла первая часть трилогии «Осетины». Книга рассказывала о борьбе крестьян с помещиками в 1901–1906 годах и стала первым русскоязычным произведением писательницы-осетинки.
Многие критики упрекали Езетхан Алимарзаевну в том, что она пишет по-русски. В одном из писем Уруймагова призналась:
«Я сделала всё, что могла, для того, чтобы принадлежать тому народу, из которого я вышла, вне которого я, как писатель, ничего не буду значить, без любви которого я не мыслю себя писателем. Я люблю Осетию, я от плоти и крови этого народа… Я не тщеславна, но горжусь, что овладела языком, на котором писали Пушкин, Толстой, Ленин…»
Став признанной писательницей, Уруймагова в одном из публичных выступлений перед литературной общественностью Северной Осетии призывала:
«Нужно постоянно учиться правильно говорить и писать по-русски.. Знание русского языка мне не помешало знать и любить осетинский язык…»
В 1951 году вышло переиздание романа в значительно доработанном виде и под новым названием. Первое наименование романа, «Осетины», Уруймагова изменила под влиянием общественности. Из двенадцати новых вариантов Езетхан Алимарзаевна выбрала «Навстречу жизни» — название показалось шире, ярче, полнее, многозначнее.
Позже Николай Тихонов написал:
«Роман вышел в Осетии и в Москве. Но он назывался уже не „Осетины“, а „Навстречу жизни“. Сознаюсь, первое название мне больше нравилось. В нём не было нарочитости, оно просто обозначало самое главное, о чём хотел сказать человек, всю жизнь мечтавший донести правду о своём народе до широкого мира».
Особый интерес к творчеству Уруймаговой проявили на малой родине — в Дигоре. Здесь состоялась одна из первых и самая многолюдная встреча с читателями. Писательнице пришлось нелегко. Езетхан Алимарзаевну хвалили те, кто считал себя родственниками положительных героев. Однако на собрание пришли и предполагаемые родственники отрицательных героев, которые требовали от писательницы ответа.
Уруймагова пыталась объяснить негодующим односельчанам: герои в произведении вымышленные, совпадения с характерами и поступками некогда реально живших людей случайны. Тем не менее читатели отказывались воспринимать действующих лиц романа как литературных персонажей.
Смерть
Напряжённая учёба и тяжёлый быт в голодные годы подорвали силы писательницы: Езетхан Алимарзаевна заболела туберкулёзом лёгких. Прогрессирующая болезнь оставляла всё меньше надежд, что удастся реализовать первоначальный замысел романа-эпопеи в трёх книгах.
В 1950 году Уруймагова писала дочери:
«Не хочется пока умирать. Ведь ещё ничего не сделано, а сил ещё так много, творческие возможности неиссякаемые, вот и хочу жить, чтоб оправдать свою жизнь».
С января 1955 года, по свидетельству дочери, Уруймагова не вставала с постели. Езетхан Алимарзаевна не могла писать самостоятельно и диктовала последние страницы романа. Уруймагову в тяжёлом состоянии привезли в Орджоникидзе (Владикавказ), где 15 мая 1955 года она скончалась.
Память об Езетхан Уруймаговой
Езетхан Алимарзаевна не успела завершить труд, которому отдала много сил и энергии. Уже после смерти Уруймаговой, в 1956 году, вышла вторая часть романа «Навстречу жизни». Произведение охватывало события в Осетии 1907–1912 годов.
Николай Тихонов писал об Езетхан Уруймаговой:
«Если бы она так драматически не умерла, она бы создала ещё не одно произведение, которое было бы украшением советской литературы».
Кроме романа, были опубликованы два сборника рассказов Езетхан Алимарзаевны: «Самое родное», «Седьмой сын», «Знатная невеста», «Враги», «На восходе», а также драматические произведения «Знатная невеста», «Враги» и «На восходе».
Езетхан Уруймагова похоронена во Владикавказе в некрополе при Осетинской церкви, вблизи могилы основоположника осетинской литературы Коста Левановича Хетагурова.
Именем Езетхан Уруймаговой названа улица во Владикавказе. В Дигории, в восточной части Суганского хребта, есть вершина, названная пиком Уруймаговой.
Чтобы читать все наши новые статьи без рекламы, подписывайтесь на платный телеграм-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делимся эксклюзивными материалами, знакомимся с историческими источниками и общаемся в комментариях. Стоимость подписки — 500 рублей в месяц.
Андрей Андреевич Вознесенский — поэт-шестидесятник, чьё творчество проникнуто синкретизмом: в стихотворениях темы «чистого искусства» переплетаются с математическими и физическими образами, а текст иногда выстраивается в определённые геометрические формы. Причина такого подхода — архитектурное образование, полученное Вознесенским по совету Бориса Пастернака.
Навыки архитектора на протяжении всей жизни помогали Андрею Андреевичу экспериментировать с литературной формой. Поэт был наследником футуристов, которые самовыражались не только через содержание, но и с помощью архитектоники произведения.
Вершиной синкретического искусства Андрея Вознесенского стали видеомы. Под таким названием в 1992 году Вознесенский выпустил книгу, содержащую работы в жанре визуальной поэзии. Новую художественную форму Андрей Андреевич описал так:
«Видеомы — это „видео мы“. То есть мир, увиденный через видео. Ещё в древности библейские буквы проступили на стене: „мене, текел, фарес“. Это не все поняли, но это уже был видеознак Бога. И вот чем дольше живёшь, тем глубже вглядываешься, что такое сущность слова, образа».
В видеомах стихотворения сочетаются со шрифтовыми композициями, фотографиями, аппликациями, абстрактными изображениями и коллажами. Кроме традиционных визуальных эффектов, Вознесенский экспериментировал и с самим словом, украшая видеомы палиндромами и анаграммами. Всё это создало образ исключительного мироощущения поэта.
Основа видеомов — вечная литературная тема «невыразимого». Андрей Андреевич нашёл своё решение проблемы несовершенства слова. Невозможность высказать на бумаге то, что душе, восполняется в видеомах самобытной визуализацией аллегорий и аллюзий.
Многие видеомы посвящены авторскому пониманию и видению пути России в ХХ веке. Вознесенский исследовал его через судьбы выдающихся личностей, а также через собственный опыт.
VATNIKSTAN публикует самые знаковые видеомы Андрея Вознесенского, созданных в 1990–1992 годах.
Россiя — Poesia Снежинки веки засорили, а может, зрение прорезали? Я в начертании «Россiя» прочёл латинское Poesia — Пройдёт столетие болезное. Суперкомпьютерному сыну проступит в имени Poesia — Россiя…Век Пастернака — Паства — Парнас — Вертер… — Крест… КПСС права! — Стена — Партаппарат…Есенин и Айседора. В слове «берёза» проступает стон «Серёжа» — плач, предчувствие своего поэта. Сквозь «Есенин» просвечивает его весенняя, вешняя, повешенная судьбаОсы Осипа. Осы — излюбленный образ Осипа Мандельштама, погибшего в ГУЛАГеА. А. Ахматова В видеоме, посвящённом А. А. Ахматовой, я использовал фотографию, выполненную Ингой Морат. Подбирая с ней фотографии для новой фотокниги о России, я остолбенел. Я давно знал этот пейзаж и александровский вензельный мостик, но на этюде всё открылось по-новому! Уже кленовые листы На пруд слетают лебединый. И в сознании сами поплыли по водам три лебединых инициала автора «Белой стаи» — три «а» — два белых и чёрный…МаяковскийМемориал И. Баркова — камин в «Челси» Как сказывают, поэт скончался, залезши с головой в камин, выставив наружу своё голое завершение с воткнутым в него последним стихотворением. Изумлённые лакеи, крестясь, развернули последние стихи барина: «Жил грешно и умирал смешно»Неужто повезёт? Карты. Сукно. МелИгорь Северянин Будуарный лирик, король поэтов. Певец сирени. Вера — последняя любовь поэтаРаковина 60‑х. Фото, серебро, морская раковинаГумилёв Семьдесят лет стоит за плечами русской поэзии Август, роковой кровавый месяц, пробитый пулей,— ровно 70 лет назад, в августе 1921-го, расстреляли Николая ГумилёваСталин — Мандельштам — ТристияС. Прокофьев. Любовь к трём апельсинам Ныне нет красного флага над зелёной кофемолкой кремлёвского купола. Сейчас я бы не стал, конечно, трогать этого флага, но когда я лепил этот видеом, флаг был могуч и парящНабоков Сам же он, крупнейший мировой писатель, гордился более всего тем, что открыл вид бабочки, «неизвестную самочку, которая зовётся Nabokov’s Nimph в научной литературе»Портрет А. Гинсберга. Жжёная верёвка, наручники Портрет размером один метр на полтора. Я нарисовал, вернее, слепил его из жжёной верёвки с натуры в Филадельфии, куда Аллен приезжал читать английские переводы на моём вечере. Голубой фон воплощает любимый для Аллена небесный цветПортрет Артура Миллера. Дерево. МедьОскар Уайльд. Гуашь, стекло, цилиндр, атлас В видеоме моём фигурирует этот цилиндр денди, сшитый в театральной мастерской, и белая бабочка, закодированная в имени поэтаПлакат для журнала «Тайм» Плакат я нарисовал с натуры. Филадельфийская православная церковка св. Андрея имела синий купол со звёздами на нём, как и луковицы нашей Троице-Сергиевой лавры. Церковку ту в конце века возвели строители корабля «Варяг», который сооружался на местной верфи. Неужели — зародилась мысль — знаменитая филадельфийка Бетси Росс, сшившая первый американский флаг, была мистически, экстрасенсорно связана со звёздно-синими русскими куполами?Обложка для журнала «Огонёк» Замысел моего видеома был прост и благороден — поместить на обложку настоящее макияжное двойное раскладное зеркальце в форме восьмёрки, чтобы каждая читательница могла подправить перед ним под праздник свои губы и бровки, а то и судьбу подглядетьПруст. Картон, увеличительное стекло Пруст — в «Поисках утраченного времени» — соглядатай, зрачок, лупа психологических подробностей. Микроскопом он ищет следы времениЗаболоцкий А как в «Заболоцком», певце «Столбцов» и земноводных,— позвякивает над болотом «ЦК» — цепями заточения!РемаркПрощание с ХХ векомПамяти А. Меня Приход посреди России. Афганцы. Маковок синь. И девушка вслед литургии вздохнула: «А. Мень… Аминь…»РахманиновРаскольников
Чтобы читать все наши новые статьи без рекламы, подписывайтесь на платный телеграм-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делимся эксклюзивными материалами, знакомимся с историческими источниками и общаемся в комментариях. Стоимость подписки — 500 рублей в месяц.
20 сентября 1977 года молодой журналист Дмитрий Свинцов засиделся в гостях у актёров Национального театра Карелии. В четыре часа утра Свинцов вместе с несколькими товарищами вышел на улицу подышать воздухом. На проспекте Карла Маркса Дмитрий посмотрел вверх:
«На небе вдруг неожиданно вспыхнула огромная яркая „звезда“, которая на 10 минут зависла над Петрозаводском. Некоторое время она меняла свои очертания от шара до треугольника, после чего двинулась в сторону Ивановских островов и исчезла. Увидев светящееся чудо, мы вмиг протрезвели, но о том, что это может быть НЛО, не подумали».
Так началась одна из самых известных историй о неопознанных летающих объектах в Советском Союзе, которая получила название «Петрозаводский феномен».
VATNIKSTAN рассказывает, какие таинственные следы на окнах оставили «пришельцы», почему очевидцы стеснялись рассказывать о встрече с НЛО и как учёные объяснили явление и лишили эту историю всякой недосказанности.
Источник: Stable Diffusion
Звёзды встретятся с Землёю расцветающей
1960‑е годы — время всеобщего увлечения космосом и всем, что с ним связано. В 1957 году СССР запустил первый искусственный спутник, а уже через четыре года первый человек отправился в космос. В это десятилетие автоматические станции выходили на орбиты других планет, космические технологии резко шагнули вперёд. Человечество научилось отправлять беспилотные аппараты на поверхности далёких небесных тел. В 1969 году американские астронавты покорили Луну.
Параллельно с освоением космоса исследователи из разных стран искали внеземную жизнь. В 1962 году из Центра дальней космической связи в Евпатории передали три сигнала: «Мир, «Ленин», «СССР». Хотя главной целью была проверка возможностей космической связи, учёные надеялись найти на контакт с другой цивилизацией.
Исследования и достижения в космосе сделали популярными научную фантастику в литературе и кино. «Москва — Кассиопея» и «Отроки во вселенной» Ричарда Викторова, «Тайна третьей планеты» Романа Качанова стали символами эпохи. В 1960–1970‑е годы многие советские мальчишки грезили о полётах к далёким звёздам и встречах с инопланетными существами.
Сведения об НЛО в Советском Союзе встречались и ранее. С конца 1950‑х годов это направление исследовал Юрий Фомин, который читал лекции в Московском планетарии. В 1960‑х тему разрабатывал доцент МАИ Феликс Зигель. Сведения не становились предметом общественных обсуждений: советские люди ещё не успели привыкнуть к ежегодным сообщениям о «летающих тарелках» или «огнях в небе». Если для американца, слышавшего тысячу сообщений о «первом контакте», свидетельства об НЛО были обыденным фоном, то советскому гражданину, не избалованному космическими сенсациями, любое непонятное атмосферное явление казалось невероятным.
Источник: Stable Diffusion
Сенсация сентября 1977 года
Утром 20 сентября необычное свечение в небе над Петрозаводском наблюдал не только Дмитрий Свинцов с товарищами. Через три дня в газете «Социалистическая индустрия» появилась заметка Николая Милова:
«Жители Петрозаводска явились свидетелями необычного явления природы. 20 сентября около четырёх часов утра на тёмном небосклоне вдруг вспыхнула огромная „звезда“, импульсивно посылавшая на землю снопы света. Эта „звезда“ медленно двигалась к Петрозаводску и, распластавшись над ним в виде медузы, повисла, осыпая город множеством тончайших лучевых струй, которые производили впечатление проливного дождя.
Через некоторое время лучевое свечение кончилось. „Медуза“ обернулась ярким полукругом и возобновила движение в сторону Онежского озера, горизонт которого окутывали серые облака. В этой пелене потом образовалась полукруглая промоина ярко-красного цвета к середине и белая по бокам. Это явление, по словам очевидцев, продолжалось 10–12 минут.
Директор Петрозаводской гидрометеорологической обсерватории Ю. Громов сказал корреспонденту ТАСС, что аналогов в природе работники метеослужбы Карелии ранее не наблюдали. Чем вызвано это явление, какова его природа, остаётся загадкой, ибо никаких резких отклонений в атмосфере не только за минувшие сутки, но и на подходе к ним не зарегистрировано постами наблюдений за погодой. Нам также известно, подчеркнул Ю. Громов, что никаких технических экспериментов в наших краях в данное время не проводилось. Однако отнести всё к разряду миражей тоже нельзя, потому что у этого необычного явления есть много очевидцев, показания которых во многом идентичны, хотя наблюдать за редким явлением, не оставившим за собой вещественных доказательств, им довелось из разных частей города».
Вслед за публикацией «Индустрии» в течение нескольких дней в газетах «Ленинская правда», «Правда», «Известия» появились статьи о странном атмосферном явлении. Большинство сообщений основывались на информации Милова.
Наблюдение явления. Рисунок В. Бархатова. Источник: lnfm1.sai.msu.ru
Только газета «Труд» сослалась на другие источники — финскую прессу. При этом издание заняло крайне скептическую позицию по отношению к природе явления:
«В ночь на вторник, 20 сентября, в 3 часа 6 минут по местному времени (4 часа 6 минут по московскому) небо над Хельсинки прорезала ослепительная вспышка. Светящееся тело пролетело над столицей в направлении к северу.
Газеты „Кансан уутисет“ и „Ууси Суоми“ в связи с этим поместили беседу с сотрудником геофизической обсерватории в Нурмиярви лицензиатом Матти Кивиненом. Он считает, что пролетевшее над Финляндией небесное тело является остатком ракеты-носителя или искусственного спутника Земли. Обычно, входя из космоса в плотные слои атмосферы, они сгорают или взрываются, поэтому случаи, подобные нынешнему, редки. Учёный добавил, что следует решительно отбросить обывательские толки о том, что это могла быть „летающая тарелка“ или корабль с инопланетянами».
Наблюдение явления. Рисунок В. Меньковой. Источник: lnfm1.sai.msu.ru
Обсуждения в прессе привели к тому, что инцидентом заинтересовались власти. Вскоре местные и московские учёные сформировали исследовательскую группу Академии наук СССР.
Расследование Академии наук
В группу исследователей вошли Лев Гиндилис, Дмитрий Меньков, Ирина Петровская и ещё несколько сотрудников местного отделения Академии наук. Группа собрала свидетельства очевидцев, всего удалось подготовить 85 описаний явления.
Французский уфолог Жан Валле в книге «Другие измерения. Хроника контактов с неведомой реальностью» на основе опыта сбора свидетельств об НЛО утверждает: по статистике, из десяти наблюдателей письменное описание даёт только один. Следовательно, можно предположить, что свидетелей «Петрозаводского феномена» было намного больше 85. Один из очевидцев, сторож зверосовхоза Сергей Потапов, описывал явление:
«Мы сразу увидели свечение в небе. Оно напоминало огромный раскрытый зонт, в центра которого очень ярко горела звезда. Зонт светился самыми различными цветами. Мне особенно запомнился красный и синий цвет. Видеть подобное при полярном сиянии (я родился и прожил в селе Ругозеро большую часть своей жизни) мне не доводилось».
Психолог Елена Андреева осмотрела девять случайно выбранных свидетелей из Петрозаводска. Эксперт сделала вывод:
«При рассказе о событии все стремились к объективности и точности. Совершенно не было никакой рисовки и какой бы то ни было склонности к выставлению себя напоказ. Наоборот, большинство свидетелей отвечали с известной долей робости, смущённые необычностью ситуации.
В полной психической нормальности свидетелей и в правдивости их ответов и показаний следует быть уверенными».
География наблюдений обширна. Кроме Петрозаводска, явление видели в 16 населённых пунктах Карелии, нескольких городах РСФСР, балтийских республиках СССР, Грузии, Алтае, Камчатке, Украине, Финляндии и Дании.
Карта свидетельств на северо-западе Европы. Источник: ufo-com.net
«20 сентября 1977 г. приблизительно с 3‑х до 6‑и часов моск. времени над территорией Финляндии, Ленинградской обл., Карелии и Прибалтики наблюдались сложные световые явления в атмосфере Земли: образование и движение ярких светящихся тел, окружённых протяжёнными оболочками и испускающих световые лучи причудливой формы. Оболочки трансформировались и рассеивались в течении 10–15 мин. Кроме того, наблюдалось более длительное свечение, видимое в большинстве случаев в северо-восточной части горизонта. Область наиболее интенсивного свечения, вероятно, располагалась в районе Петрозаводска».
Несмотря на обширную географию явления, самое большое количество наблюдателей нашлось в столице Карелии. На происшествие обратили внимание разные люди:
«В Петрозаводске характер явления был выражен особенно ярко. Его наблюдали: находящиеся в это время на выезде бригады скорой помощи, дежурные сотрудники милиции, работники грузового порта, научный сотрудник института геологии Г. П. Сафронова, бывший лётчик В. И. Бархатов, другие жители города. Имеются обстоятельные сообщения очевидцев, заверенные директором Карельской гидрометеорологической обсерватории Ю. А. Громовым. Часть сообщений иллюстрируются рисунками».
Комиссия Академии наук не пришла к точным выводам. На страницах официальных документов не рассматривали версию о пришельцах, но по городу поползли слухи. Собеседники автора из Петрозаводска сообщили, что жители города широко обсуждали явление, часто версию о его инопланетном происхождении озвучивала молодёжь. Первую половину 1978 года феномен исследовали только местные учёные из Петрозаводского университета. Одним из них был сотрудник кафедры общей физики Андрей Мезенцев:
«Мы приступили к напряжённой работе в начале 1978 года. Суть работы была проста: с шаропилотным теодолитом на плече и с тетрадкой и ручкой в руках мы встречались с очевидцами явления на том месте, откуда они наблюдали его в сентябре».
Отчёт о проделанной работе представили в Москве на совещании президиума Академии наук в мае 1978 года. Общий вывод о природе свечения так и не был сделан. Большинство исследователей считали, что петрозаводчане и жители других городов наблюдали последствия пуска ракеты. Позднее Андрей Мезенцев писал:
«Были сопоставлены направление запуска спутника „Космос-955“ из Плесецка и направление на „облако-медузу“ из Петрозаводска, определённое по выполненным измерениям. Точка пересечения этих направлений определяет, где находилась ракета в момент наблюдения — почти над Архангельском, на высоте примерно двести километров, и очевидцы наблюдали её „в хвост“. Других версий нет. Техническая сторона явления изучена на все сто процентов».
Пришельцы сканируют карелов
В октябрьском отчёте комиссии указано, что явление, возможно, имело физические последствия — странные отверстия в оконных стёклах нескольких квартир.
«Имеются данные о физических воздействиях, возможно связанных с явлениями 20 сентября 1977 г. В Петрозаводске в квартире писателя и археолога А. Линевского (Октябрьский пр‑т, 70, кв. 94) обнаружены отверстия в стёклах наружной и внутренней оконной рамы. На наружном стекле отверстие почти круглой формы диаметром 5 см, на внутреннем — эллиптическое (горизонтальная ось — 9 см, вертикальная — 7 см). Квартира находится на 5‑м этаже, окна выходят в сторону Онежского озера. Никаких [посторонних] механических предметов или повреждений в квартире не обнаружено. Не обнаружено также следов [отпечатков] пальцев на стекле, рамах, стене. Скол стекла от внутренней рамы полностью сохранился, имеет слабые следы оплыва. Центры обоих отверстий лежат на линии, наклоненной под углом 30 градусов к горизонту. Учитывая положение светящегося объекта над Петрозаводском (СВ, примерно 30 градусов [над горизонтом]), допустимо предположить, что отверстия обусловлены воздействием этого объекта.
По сообщению А. П. Белова, аналогичные отверстия обнаружены ещё в 4‑х домах (в Петрозаводске), имеются углубления в кирпичных стенах. По расположению отверстий он определил положение источника; его высота получилась равной 13–14 км над поверхностью Земли.
Все эти данные нуждаются в тщательной проверке».
Исследователи насчитали по всему городу 16 таких отверстий. Некоторые жители Петрозаводска считали, что стёкла повредила аномально высокая температура.
Одно из поврежденных стёкол. Источник: astronet.ru
Сначала стёкла исследовал инженер-физик карельского отделения АН СССР Виктор Ковалевский, но для уточнения результатов он отправил их в Москву в АН СССР. Академики заказали экспертизу у Всесоюзного научно-исследовательского института МВД СССР. Во многостраничном отчёте ВНИИ МВД СССР после объёмного описания объектов исследования и предположений значилось:
«Для проверки практической возможности получения повреждений стекол, соответствующих исследуемым, были проведены эксперименты, состоящие в пробивании оконных стекол разной толщины (от 2 до 4 мм) стальными и свинцовыми шариками диаметром от 5 до 8 мм, выпущенными из рогатки».
Появление отверстий породило одну из самых известных городских легенд Петрозаводска — якобы пришельцы зависли над городом и просканировали окна некоторых квартир. Эту историю автору рассказал в детстве учитель труда, однако сразу наглядно показал, как такие отверстия делаются. В квартире родителей автора на одном из стёкол на лоджии тоже есть такое повреждение, которое появилось после выстрела из пневматического пистолета.
Последствия от выстрела из рогатки или пневматического оружия. Источник: pikabu.ru
«Наведённые мысли» и уфологи
Официальные документы утверждают только об одном возможном физическом воздействии явления — отверстиях в стёклах, но и оно было объяснено достаточно прозаично. Тем не менее, по мнению некоторых исследователей феномена, у него были и другие последствия.
По словам «отца» советской уфологии Феликса Зигеля, собеседники учёного заявляли: их разбудило «странное чувство тревоги» за несколько минут до наблюдения явления. У некоторых очевидцев тревога была настолько велика, что они сразу выбегали из квартир на улицу. Появление объекта в небе породило неизвестные «наведённые мысли» у неназванного водителя машины скорой помощи, его «охватило чувство страха и обречённости». Никаких официальных подтверждений данным словам на сегодняшний день нет. Даже если подобные свидетельства и были, их можно объяснить воспоминаниями Андреевой:
«Свидетели испытывали большой интерес и сильное волнение, иногда и тревогу — при виде столь необычного объекта, тем более, что большинство наблюдали его, когда уже было темно и улицы города пустынны. Пустынность и тишина в городе усиливали ощущение загадочности и способствовали ощущению тревоги. Но все свидетели чувствовали себя нормально и в этот, и в последующие дни, и прекрасно спали».
Что это было?
Первой версией был метеорит, но уже через несколько дней учёные отвергли это предположение. Других официальных версий не последовало, серьёзные исследования закончились.
Учёные предположили, что свечение породил запуск ракеты с космодрома Плесецк. Предполагаемую высоту в 13–14 километров объяснили невозможностью неподготовленного человека точно определить высоту наблюдаемого явления. Однако проверить версию было сложно: министерство обороны СССР не давало никакой информации о пусках с Плесецка — космодрома официально не существовало. Газеты публиковали новости о запусках спутников без указания места.
«Космическая медуза» над Сан-Диего после старта Falcon 9 в 2017 году. Источник: elementy.ru
В 1980‑х было точно установлено, что 20 сентября 1977 года в 4:01 по московскому времени с космодрома Плесецк стартовала ракета «Восток-2М», которая несла на себе спутник «Космос-955» — именно многопудовый след из продуктов горения ракеты наблюдали жители Карелии. Подобные явления впоследствии назвали «космическими медузами», и они часто возникают при запуске ракет.
След в небе после космического запуска. Источник: ufo-com.net
Наследие феномена
В 1978 году в СССР была создана программа по исследованию НЛО, их изучали военные и учёные АН СССР независимо друг от друга. Программа действовала 13 лет, но практически все сообщения, полученные от наблюдателей, довольно скоро находили объяснение.
Во время перестройки и в 1990‑е годы появилось большое количество общественных организаций уфологов, которые пытались изучать «Петрозаводский феномен». Исследователи не дали единой версии, объясняющей явление.
«Петрозаводский феномен», или «Петрозаводское диво», стал одним из первых широко известных случаев появления якобы НЛО над территорией СССР. Даже сегодня можно встретить людей верящих в то, что это был инопланетный корабль. История не прошла мимо телевизионщиков: в 2000–2010‑х годах вышло несколько сюжетов о феномене на разных каналах — естественно, на «Рен-ТВ» тоже.
Чтобы читать все наши новые статьи без рекламы, подписывайтесь на платный телеграм-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делимся эксклюзивными материалами, знакомимся с историческими источниками и общаемся в комментариях. Стоимость подписки — 500 рублей в месяц.
12 ноября, в воскресенье, в московской «Галерее 37А» писатель Сергей Петров презентует книгу «Донская утопия», выпущенную издательством проекта VATNIKSTAN.
Роман рассказывает о событиях на Дону в 1917–1918 годах и пробуждении революционного духа местного казачества. Главными героями произведения стали политические и военные деятели революционного времени: красный казак Николай Голубов, войсковой атаман Дона Алексей Каледин и его заместитель Митрофан Богаевский, главнокомандующий войсками Юга России Владимир Антонов-Овсеенко и другие.
Сергей Петров расскажет о книге и ответит на вопросы из зала.
Когда: 12 ноября, 18:00.
Где: Москва, улица Новогиреевская, дом 37А. Вход через арку.
На экране будут показаны уникальные архивные съёмки Дмитрия Александровича, со сцены прозвучат его стихи. Режиссёр Павел Артемьев представит театральное действие по пьесе Пригова «Катарсис, или Крах всего святого» с участием Елены
Плаксиной, Александра Весны и Дмитрия Пригова, сгенерированного нейросетью.
Выступят друзья Дмитрия Александровича: поэт Лев Рубинштейн, композитор Владимир Мартынов, издатель Ирина Прохорова, продюсер Дмитрий Ицкович и другие.
Когда: 9 ноября, 19:00.
Где: кинотеатр «КАРО 11 Октябрь». Москва, улица Новый Арбат, 24, зал 2.
Вход: от 800 рублей. Билет можно приобрести по ссылке.
Впервые усадьба в подмосковном селе Уполозы упоминается в документах 1584 года, тогда ей владели вотчинник Алексей Иванович Уполоцкий и конюх Осип Матвеев. В селе существовала церковь Михаила Архангела. Наименование «Архангельское» появилось в документах в 1646 году, когда имение принадлежало боярину Фёдору Ивановичу Шереметеву.
За несколько веков усадьбой владели разные княжеские роды: Одоевские, Черкасские, Голицыны, Юсуповы. Основы современной усадьбы заложил Николай Алексеевич Голицын. В 1780 году Николай Алексеевич приобрёл проект дворца авторства французского архитектора Жана-Жакоба Герна. Дворец и парк возле него начали строить в 1784 году.
В 1810 году усадьбу купил Николай Борисович Юсупов. Николай Борисович был знатоком искусства и собрал в залах Архангельского более 200 картин западноевропейской живописи XVII–XVIII веков. Также сохранилась коллекция русского фарфора и изделия Юсуповской фарфоровой мануфактуры, действовавшей в усадьбе в 1814–1839 годах. Библиотека Юсупова насчитывала более 16 тысяч томов. По всей усадьбе насчитывалось более 170 скульптур.
8 июня 1818 года в присутствии императора Александра I и прусского короля Фридриха-Вильгельма III в Архангельском был открыт театр, построенный по плану итальянского художника-декоратора Пьетро Гонзаго.
В усадьбе часто гостили известные люди, в том числе Александр Сергеевич Пушкин. В 1829 году Александр Сергеевич написал стихотворение «К вельможе», посвящённое Юсупову. В произведении поэт косвенно упомянул усадьбу в Архангельском:
К тебе явлюся я; увижу сей дворец,
Где циркуль зодчего, палитра и резец
Учёной прихоти твоей повиновались
И вдохновенные в волшебстве состязались.
<…>
Ступив за твой порог,
Я вдруг переношусь во дни Екатерины,
Книгохранилище, кумиры и картины,
И стройные сады свидетельствуют мне,
Что благосклонствуешь ты музам в тишине.
К столетию Пушкина, в 1899 году, Юсупов в парке заложил именную аллею. В 1903 году на аллее поставили памятник Пушкину, созданный скульптором Михаилом Дмитриевичем Кутыриным.
Род Юсуповых владел Архангельским вплоть до революции. После 1917 года княжеское семейство эмигрировало, а в усадьбе открыли музей-заповедник.
После Второй мировой войны до 1990‑х годов на территории усадьбы находилась база футбольной и хоккейной команд ЦСКА. В 1983 году в Архангельском проходили съёмки музыкального фильма «Весёлая вдова» — оперетты венгерского композитора Франца Легара. В кадрах видны интерьеры дворца.
«Архангельское» — образец русского классицизма, одна из самых крупных усадеб, которая прекрасно сохранилась до наших дней.
Чтобы читать все наши новые статьи без рекламы, подписывайтесь на платный телеграм-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делимся эксклюзивными материалами, знакомимся с историческими источниками и общаемся в комментариях. Стоимость подписки — 500 рублей в месяц.
В 1920 году Советская Россия заключила серию договоров с соседними странами, бывшими частями Российской империи. Если переговоры с Эстонией, Латвией и Литвой прошли относительно безболезненно, то мирная конференция с представителями Финляндии стала серьёзным испытанием для советской дипломатии. На протяжении четырёх месяцев в эстонском Тарту большевики спорили со финскими дипломатами о государственной границе и взаимных экономических претензиях. В итоге Москве пришлось пойти на уступки, которые были сделаны во многом из-за «человеческого фактора», по инициативе одного из советских переговорщиков.
Французский военачальник генерал Фердинанд Фош, комментируя условия Версальского мира, произнёс знаменитую фразу: «Это не мир, это перемирие на 20 лет!» Она хорошо подходит и к договору, заключённому между Москвой и Хельсинки 14 октября 1920 года.
Независимая Финляндия и Советская Россия
6 декабря 1917 года Сенат Финляндии под председательством Пера Эвинда Свинхувуда принял декларацию о независимости страны. Восемь веков иноземного (сначала шведского, затем российского) владычества подошли к концу. Через две недели Совет народных комиссаров признал независимость Суоми. Хельсинское правительство фактически первым признало легитимность власти большевиков.
Первое правительство независимой Финляндии. Декабрь 1917 года. Источник: commons.wikimedia.org
В первой половине 1918 года на территории Финляндии прошла гражданская война, в ходе которой Советская Россия активно поддерживала красное правительство. Ожесточённая, сопровождавшаяся террором бойня завершилась весной после захвата белыми всей территории страны. Красные финны бежали в Россию.
Началась первая советско-финляндская война. Националисты Суоми хотели воспользоваться слабостью Советской России и реализовать идею о «Великой Финляндии», которая включала в себя как минимум территорию Карелии и Кольского полуострова. Самые агрессивные планы касались почти всех финно-угорских областей России. После нескольких вторжений в Карелию и на Кольский полуостров к середине 1919 года финские добровольцы контролировали значительную часть Советской Карелии и угрожали непосредственно Петрозаводску.
Финские солдаты и жители Олонецкой Карелии. 1919 год. Источник: aminoapps.com
С лета 1919 года под ударами красноармейцев финны начали отступать. Зимой 1920 года закончилась интервенция союзников, Северная армия генерала Евгения Миллера эвакуировалась из Мурманска и Архангельска — буквально на её плечах в города вошли большевики. В результате наступления Красной армии финны смогли удержать за собой только Поросозерскую и Репольскую области.
Договор о дружбе с красными финнами и переговоры с белыми финнами
Стоит отметить, что ещё до 1920 года большевики заключили договор с Финляндией. Правда, речь шла о подписании международного акта с правительством её «красной» части — Советом народных уполномоченных. В разгар финской гражданской войны, 1 марта 1918 года, большевики подписали договор об укреплении дружбы и братства с красным финляндским правительством, по которому бывшей части Российской империи передавалась область Петсамо (Печенги) на побережье Баренцева моря — в обмен на форт Ино, защищавший Петроград с севера. Заключение первого в истории международного акта между двумя социалистическими государствами вызвало недовольство советских военно-морских специалистов и жителей Печенги. Первые сетовали на большое стратегическое значение региона для обороны русского северного побережья и упрекали большевиков, что те не проконсультировались с ними при принятии решения. Вторые пытались изменить ситуацию, посылая обращения правительству:
«Протестуем против насилия, учинённого над жителями западного Мурмана договором с Финляндией. Этим поступком вы попираете идею свободы самоопределения народов, разрываете вечную связь с Россией и отдаёте под власть народа, чуждого им обычаями и укладом жизни».
Договор не вступил в силу из-за Брестского мира и поражения красных финнов в гражданской войне. Впервые большевики и представители победившего в междоусобном конфликте финляндского правительства сели за стол переговоров при посредничестве Германии летом 1918 года в Берлине. Рейхсканцлер Георг фон Гертлинг заявил начальнику генерального штаба Паулю фон Гинденбургу:
«Наша политика должна состоять в том, чтобы достичь соглашения между русскими и финнами и склонить последних к тому, чтобы Ино оставить у России».
В обмен большевики предлагали передать Хельсинки Печенгу, то есть пойти на те же уступки, что были сделаны красному правительству. Немецкие посредники предполагали извлечь для себя определённые выгоды в передаче Финляндии части мурманского побережья — например, обустройство базы для подводных лодок.
Переговоры в Берлине не привели к результатам из-за огромных территориальных претензий финнов, которые требовали всю Карелию и Кольский полуостров. Глава советской делегации Вацлав Воровский в докладной записке наркому по иностранным делам Георгию Чичерину сообщал:
«Сейчас заключать Брестский мир с финнами абсолютно недопустимо, лучше остаться в теперешнем положении, даже идя на риск постоянных трений на Финском заливе и на сухопутной границе».
«Трудно вообразить себе более тяжёлую обстановку, чем та, в которой велись эти переговоры. Финны держали себя необычайно нагло, опираясь на сильный тогда ещё германский милитаризм».
Прощупывание почвы
11 ноября 1919 года советское правительство предложило начать мирные переговоры странам Балтии и Финляндии. Мнения получивших ноту разделились: Эстония села за стол переговоров с большевиками (безрезультатно), финский сейм большинством голосов отклонил инициативу. Это было связано с крайне неустойчивым положением Советской России, отбивавшейся от наступлений сил Антона Деникина и Николая Юденича.
Однако к рубежу 1919–1920 годов ситуация изменилась. Страны Антанты сворачивали интервенцию и сообщили пограничным с Советской Россией странам, что возможность ведения мирных переговоров с большевиками полностью является их прерогативой. В январе 1920 года на конференции стран Балтии, Польши и Финляндии, прошедшей в Хельсинки, провалилась активно продвигаемая финнами идея о создании антибольшевистского союза. Наступление красноармейцев в Карелии и на севере России вынуждало Суоми рассмотреть возможность урегулировать отношения с Москвой.
Первым с мирной инициативой фактически выступило финляндское правительство. 29 февраля 1920 года министр иностранных дел Эйно Рудольф Холсти отправил в Москву ноту, которая касалась достижения красноармейцами границ волостей Реполы и Поросозера. Завязался обмен телеграммами. В конце марта 1920 года финны указали предпочтительную демаркационную линию — де-факто это являлось предложением о начале переговоров, о чём Чичерин незамедлительно сообщил Ленину:
«ЦК должен теперь принципиально решить, принять ли с Финляндией такую линию (поторговаться ещё можно) или идти до границ 1914 г., вызывая войну».
ЦК решил использовать это предложение для «отрыва» Финляндии от Польши, при этом переговоры планировалось затягивать. В начале апреля стороны договорились провести встречу в Раяйоки (современный Белоостров).
Переговоры начались 12 апреля и продлились 12 дней. В них участвовали военные представители с обеих сторон. Встреча в Раяйоки стала «разведкой боем» перед настоящей мирной конференцией: обе стороны озвучили предложения относительно демаркационной линии, также затронули вопрос о принадлежности Печенги и судьбе остатков белых сил, отступивших на территорию Финляндии. Ещё во время переговоров военно-морской представитель советской делегации, бывший начальник Морского генерального штаба Евгений Беренс поделился с коллегами видением ситуации:
«Моё личное впечатление, что они перемирия хотят и пошли бы на уступки».
Советско-финляндская граница в Раяйоки. 1918 год. Источник: commons.wikimedia.org
24 апреля переговоры подошли к концу по советской инициативе. Дипломаты сослались на то, что финские предложения должен обсудить Революционный военный совет.
За столом переговоров
В последующие месяцы стороны готовились возобновить переговоры. 16 апреля в Финляндии сформировали комитет из представителей всех фракций сейма для выработки программы действий. 28 апреля Политбюро ЦК ВКП(б) постановило обсудить «уступки Финляндии» — создали комиссию, в которую вошли Владимир Ленин, Георгий Чичерин и нарком по делам национальностей Иосиф Сталин.
Одним из камней преткновения в отношениях Советской России и Финляндии был карельский вопрос. Для его решения большевики использовали проект финского коммуниста Эдварда Гюллинга, который предлагал создать автономную коммуну в составе РСФСР. Впервые о такой возможности Гюллинг заговорил ещё осенью 1919 года. По его проекту Карелия должна была стать «витриной» достижений социалистического строя для соседней Финляндии, одним из способов агитации. В мае 1920 года Гюллинг прибыл в Москву, и после встречи с Лениным началась работа по реализации плана. 8 июня была образована Карельская трудовая коммуна. Финская комиссия относительно Карелии решила отстаивать идею о проведении плебисцита с вопросом о будущей принадлежности этих территорий.
11 мая 1920 года Георгий Чичерин отправил в Финляндию ноту с предложением начать мирные переговоры. Причиной стало начавшееся наступление польской армии — с помощью дипломатии Москва рассчитывала обезопасить себя от возможного союза Варшавы и Хельсинки. Министр иностранных дел Холсти определил место и дату начала переговоров — эстонский Тарту, 10 июня.
Мирная конференция началась с небольшим опозданием — 12-го числа. Советскую делегацию возглавил секретарь исполкома Коминтерна Ян Берзин, помимо него в неё вошли ответственный руководитель РОСТА Платон Керженцев, член РВС армии Советской Латвии Николай Тихменёв и специалисты, среди которых был Беренс. Лидером финляндских переговорщиков стал Юхо Кусти Паасикиви, в его делегацию также вошли различные эксперты, курировавшие отдельные вопросы двусторонних отношений.
Справка:
Ян Берзин — советский дипломат, один из видных деятелей латвийского социалистического движения. В 1917 году участвовал в Октябрьской революции, позднее — комиссар народного образования Социалистической Латвии. В 1919 году — сотрудник Коминтерна, позднее занимал должности полномочного представителя в Финляндии и Австрии. В 1937 году арестован по делу Латышского национального центра. В 1938 году расстрелян вместе с венгерским коммунистом Белой Куном.
Платон Керженцев — советский дипломат и журналист, большевик с 1905 года. С 1912 по 1917 года — в эмиграции. После революции работал в «Известиях ВЦИК», затем — руководитель РОСТА. Активно работал в журналистской сфере, с 1938 года — заместитель редактора Большой советской энциклопедии. Скончался в 1940 году.
Юхо Кусти Паасикиви — финляндский государственный деятель. До революции — член «старофинской» партии, выступавшей против русификации, но легальным путём. В 1918 году — премьер-министр независимой Финляндии. В 1939 и 1940 году возглавлял финляндскую делегацию на переговорах с Советским Союзом. Подписал Московский мирный договор 1940 года. В 1944 году — премьер министр Финляндии, инициатор восстановления добрососедских отношений с СССР. В 1946–1956 годы — президент Финляндии. В 1954 году награждён орденом Ленина. Скончался в 1956 году.
Советская делегация на мирных переговорах. Источник: commons.wikimedia.orgФинляндская делегация на мирных переговорах. Источник: commons.wikimedia.org
Мирные переговоры продлились четыре месяца и стали самым серьёзным испытанием для молодой советской дипломатии со времён Брестского мира. Это было связано с чрезвычайно широким спектром проблем, почти по каждой из которых на пленарных заседаниях и предметных комиссиях шли нещадные споры. Они касались принадлежности Карелии, статуса Печенги, вопроса безопасности Петрограда и связанной с ней демаркацией на водах Финского залива. Помимо этого, жаркие дискуссии велись в экономической сфере: они были посвящены проблеме имуществ двух стран, оставшихся на территории друг друга.
Первые недели дипломаты обсуждали территориальные проблемы. Советская делегация не собиралась уступать Печенгу Финляндии и твёрдо отстаивала мысль, что население Карелии уже «самоопределилось» благодаря созданию Карельской трудовой коммуны. Платон Керженцев в отчёте Георгию Чичерину описывал ход переговоров:
«Мы поставили дело таким образом, что вопрос территориальный не может, даже принципиально, разрешаться, покуда не будут выяснены принципиально вопросы экономического порядка».
Спустя почти месяц в работе конференции был сделан перерыв. Делегации отправились на консультации с правительствами. Ход дискуссий показал, что без территориальных уступок со стороны Советской России добиться положительного результата не удастся. Эту идею активно продвигали вернувшиеся из Эстонии в Москву дипломаты. 23 июля 1920 года Политбюро ЦК ВКП(б) согласился с доводами Берзина и Керженцева:
«Согласиться в принципе на предложенные нашей мирной делегацией условия с тем, однако, чтобы мы абсолютно выговорили себе возможность сухопутных сношений с Норвегией без всякого контроля и без права Финляндии оказывать какое бы то ни было противодействие в отношении проезда людей и провоза товаров».
Финская карикатура, посвящённая переговорам в Тарту. Источник: commons.wikimedia.org
Обсуждали переговоры и в Хельсинки. У членов финляндской делегации были разные взгляды на будущие условия мира: Паасикиви предлагал смягчить позицию, при этом добиваясь передачи Печенги. Фракции сейма не смогли выработать общую линию поведения, из-за чего роль третейского судьи взял на себя президент страны Каарло Юхо Стольберг. Он предложил продолжить переговоры и следить за международной обстановкой. Программой минимум финляндской делегации стало согласие на экономическое решение вопроса о Печенге (право на транзит, рыбную ловлю и другие) без непосредственной передачи.
Переговоры возобновились 28 июля. Стороны нащупали путь налаживания контакта. Им стал взаимный отказ от экономических претензий. Обсуждение же территориальных проблем вновь наталкивалось на принципиальность позиций обеих сторон. Недоумение у членов делегации возникло после предложения советских военных обменять Печенгу на участок территории на Карельском перешейке. Инициативу взял на себя Павел Керженцев, наметивший в ходе неформального общения с членами финляндской делегации контуры области на мурманском побережье, которая могла быть передана Суоми: «Мы отдаём Печенгу в границах меньших, чем в 1918 году». Взамен финны соглашались уступить волости Репола и Поросозеро и пойти на компромисс в вопросе границы на Финском заливе — в частности, речь шла о передаче островов Сескар и Лавенсари.
Однако в августе 1920 года внешнеполитическая ситуация изменилась не в пользу Советской России. Наступление на Польшу завершилось «чудом на Висле», после чего Красная армия отступала на Восток. Военное поражение сильно повлияло на настроение большевистской делегации в Тарту. Ян Берзин убеждал Георгия Чичерина в необходимости сделать большие уступки в Печенге, чем те, о которых договорился Платон Керженцев в личных беседах с финскими коллегами. Нарком по иностранным делам упорствовал, из-за чего глава советской делегации решил действовать через ответственного секретаря ЦК РКП (б) Николая Крестинского.
«Против мира в Финляндии страшная агитация, и переговоры сорвутся, если мы не сделаем этих, по существу весьма ничтожных уступок. В общей перспективе условия мира с Финляндией для нас гораздо выгоднее, чем по договорам с Эстонией, Латвией и Литвой».
Давление возымело эффект. 1 октября Политбюро разрешило Берзину идти на уступки. Чичерин попробовал оспорить это решение, однако советский дипломат уже сообщил о новых обстоятельствах за столом переговоров. Недоволен уступками был и военно-морской эксперт делегации Беренс. В письмах коллегам Евгений Андреевич жаловался, что во второй половине работы мирной конференции Берзин и Керженцев фактически с ним не советовались. Поведение Беренса раздражало Морской генеральный штаб. МГШ был против передачи мурманского побережья финнам, обосновывая это планами обустройства там морской базы и тем, что территориальная утрата поставит в беззащитное положение Мурманск в случае начала войны с Финляндией.
Инициатива Берзина и личное решение Ленина, согласившегося с доводами главы делегации, поставили точку в спорах. На протяжении последующих двух недель, добившись консенсуса по территориальным вопросам, стороны дорабатывали текст мирного договора. 14 октября 1920 года финляндские и советские дипломаты подписали документы.
Советско-финляндская граница после мирного договора. Источник: commons.wikimedia. org
«Позорный мир» или дипломатическое достижение?
23 октября на чрезвычайной сессии ВЦИК ратифицировал мирный договор с Финляндией. Берзин выступил с речью, в которой кратко рассказал о ходе переговоров, оценил передачу Печенги как «тяжёлую и неприятную», но необходимую, добавил, что финны фактически получили во владение «сплошную тундру и непроходимые болота». В Хельсинки ратификация мирного договора столкнулась с трудностями. Часть националистически настроенных депутатов была недовольна недостаточными приобретениями и пыталась сорвать окончательное принятие документа, однако большинство высказалось «за». В конце года стороны обменялись ратификационными грамотами.
В Советской России договор оценивали однозначно положительно, невзирая на территориальные уступки. Платон Керженцев в брошюре «Мир с Финляндией» делал упор на экономическую выгоду для Москвы от урегулирования отношений с Хельсинки:
«В общем приходится констатировать, что заключённый с Финляндией мир является, несмотря на некоторые вынужденные уступки, в достаточной степени для нас выгодным».
Ян Берзин и Юхо Кусти Паасикиви. Тарту, 1920 год. Источник: yle.fi
В Финляндии договор восприняли неоднозначно. Националисты, как уже отмечалось, критиковали его территориальные пункты и в прессе прямо называли этот международный акт «позорным». Финские коммунисты, эмигрировавшие в Советскую Россию после гражданской войны, считали, что соглашение с их идеологическими врагами носит временный характер. В частности, так характеризовал договор Отто Куусинен в письме Григорию Зиновьеву.
Тартуский мирный договор решил текущую задачу советской внешней политики — нормализацию отношений с северо-западными соседями, что, вкупе с аналогичными соглашениями со странами Балтии, было безусловным достижением. Однако в перспективе он создавал множество проблем.
Отношения Советской России и Финляндии на протяжении 20 лет были весьма напряжёнными, а первый кризис случился уже в следующем после подписания договора году, когда в Карелии разразилось народное восстание, поддержанное добровольцами с территории Финляндии. Помимо этого, обеспечение безопасности Петрограда также не было выполнено. Вновь этот вопрос Москва будет решать силовыми методами ценой больших потерь в 1939–1940 годах, в ходе Зимней войны.
Чтобы читать все наши новые статьи без рекламы, подписывайтесь на платный телеграм-канал VATNIKSTAN_vip. Там мы делимся эксклюзивными материалами, знакомимся с историческими источниками и общаемся в комментариях. Стоимость подписки — 500 рублей в месяц.
В воскресенье, 5 ноября, в московском Støy bar пройдёт Red Fest, посвященный 106-летию Октябрьской революции. Организаторы мероприятия приглашают пообщаться с товарищами, приобрести книги независимых издательств, послушать музыку и лекции, а также выпить пива и подискутировать.
Основатель VATNIKSTAN Сергей Лунёв прочитает лекцию «Легальная „Правда“. Большевистская газета в 1912–1914 годах», в которой расскажет о главном печатном издании коммунистической партии в довоенное время.
Дата: 5 ноября, с 12:00 и до победного. Лекция Сергея Лунёва запланирована на 19:00.
