Сто лет назад не ста­ло Вла­ди­ми­ра Лени­на — рево­лю­ци­о­не­ру, одно­му из клю­че­вых поли­ти­ков ХХ века и обще­со­юз­но­му «дедуш­ке» было все­го 53 года. VATNIKSTAN рас­ска­зы­ва­ет, как сорат­ни­ки и стра­на про­ща­лись с Вла­ди­ми­ром Ильи­чом, когда и поче­му появи­лась идея мав­зо­лея, а так­же с чего начал­ся культ Ленина.

---

21 янва­ря 1924 года в поне­дель­ник в 18:50 в под­мос­ков­ных Гор­ках в воз­расте 53 лет умер Вла­ди­мир Ильич Улья­нов (Ленин), созда­тель Совет­ско­го Сою­за и пред­се­да­тель Сове­та народ­ных комис­са­ров Совет­ско­го Сою­за, лидер боль­ше­ви­ков и III Интер­на­ци­о­на­ла. Моло­дое совет­ское госу­дар­ство и пар­тия боль­ше­ви­ков пере­жи­ли силь­ней­шее эмо­ци­о­наль­ное потрясение.

Ленин болел дав­но и тяже­ло. Бюл­ле­те­ни о состо­я­нии здо­ро­вья гла­вы Совет­ско­го Сою­за пуб­ли­ко­ва­лись с мар­та 1923 года. В мае Вла­ди­мир Ильич с наи­бо­лее близ­ки­ми пере­брал­ся в Гор­ки. Офи­ци­аль­ные сооб­ще­ния заве­ря­ли, что Ленин идёт на поправку.

Хоть для пар­тий­но­го руко­вод­ства состо­я­ние вождя не было сек­ре­том, никто все­рьёз в пар­тии к смер­ти Вла­ди­ми­ра Ильи­ча не гото­вил­ся. Боль­ше­ви­ки в крат­чай­шие сро­ки выра­бо­та­ли цере­мо­ни­ал про­ща­ния со сво­им лиде­ром, извест­ным по все­му миру поли­ти­ком и осно­ва­те­лем рушив­ше­го ста­рые устои госу­дар­ства. Сфор­ми­ро­вал­ся новый канон пани­хи­ды, тра­у­ра и граж­дан­ско­го увековечивания.

Утра­та глав­но­го поли­ти­че­ско­го авто­ри­те­та гро­зи­ла ста­биль­но­сти создан­но­го в 1922 году Совет­ско­го Сою­за. Боль­ше­ви­ки долж­ны были под­твер­ждать леги­тим­ность вла­сти. Похо­ро­ны вождя обост­ри­ли внут­ри­пар­тий­ную борь­бу в РКП(б). В тече­ние мороз­ной январ­ской неде­ли, во вре­мя про­ща­ния с Лени­ным, опре­де­ля­лось, каким будет буду­щее Совет­ско­го Союза.

---

Первая реакция

Мария Ильи­нич­на Улья­но­ва, сест­ра Лени­на, позво­ни­ла Нико­лаю Буха­ри­ну и сооб­щи­ла о печаль­ном изве­стии. Бли­жай­шие сорат­ни­ки сра­зу напра­ви­лись в Гор­ки. В под­мос­ков­ную рези­ден­цию поеха­ли на авто­са­нях Гри­го­рий Зино­вьев, Нико­лай Буха­рин, Иосиф Ста­лин, Миха­ил Кали­нин, Лев Каме­нев, Миха­ил Том­ский. Затем на спе­ци­аль­ном поез­де из двух ваго­нов при­е­ха­ли быв­ший Управ­де­ла­ми пра­ви­тель­ства РСФСР Вла­ди­мир Бонч-Бру­е­вич, нар­ком здра­во­охра­не­ния Нико­ла­ем Семаш­ко, сест­ра и брат Лени­на — Анна Ильи­нич­на и Дмит­рий Ильич, вра­чи, обслу­жи­ва­ю­щий персонал.

Семаш­ко уже обсуж­дал вопро­сы баль­за­ми­ро­ва­ния тела. Обра­зо­ва­лась вра­чеб­ная комис­сия по сохра­не­нию тела до похо­рон. Вра­чи про­ве­ли вскры­тие, впо­след­ствии опуб­ли­ко­ва­ли подроб­ный отчёт о состо­я­нии здо­ро­вья умер­ше­го. Баль­за­ми­ро­ва­ние тела реши­ли сде­лать сро­ком на шесть дней.

В ночь на 22 янва­ря экс­трен­но созва­ли пле­нум ЦК РКП(б). Засе­да­ние нача­лось в два часа ночи. По сло­вам Зино­вье­ва, собрав­ши­е­ся 50 боль­ше­ви­ков почти час в гро­бо­вой тишине жда­ли воз­вра­ще­ния това­ри­щей из Горок. [1]

Пле­нум назна­чил дату похо­рон на суб­бо­ту, 26 янва­ря, на Крас­ной пло­ща­ди и учре­дил оформ­лен­ную поз­же через пре­зи­ди­ум ЦИК СССР комис­сию по орга­ни­за­ции похо­рон Лени­на во гла­ве с Фелик­сом Дзер­жин­ским, в кото­рую так­же вошли Ену­кид­зе, Моло­тов, Бонч-Бру­е­вич, Мура­лов и ещё несколь­ко боль­ше­ви­ков. Тело долж­ны были доста­вить в сре­ду, 23 янва­ря, чтоб до похо­рон жела­ю­щие мог­ли попро­щать­ся с Лени­ным в Доме Советов.

Руко­вод­ство пар­тии опре­де­ли­ло, как инфор­ми­ро­вать стра­ну: мест­ные пар­тий­ные орга­ни­за­ции сра­зу изве­сти­ли с помо­щью теле­гра­фа. Смерть Лени­на сов­па­ла с рабо­той XI Все­рос­сий­ско­го съез­да Сове­тов. Миха­ил Кали­нин, пред­се­да­тель ЦИК, объ­явил скорб­ную весть съез­ду, на собра­ни­ях рай­он­ных пар­тий­ных орга­ни­за­ций сооб­щи­ли к часу дня, а к двум выпу­сти­ли инфор­ма­ци­он­ный бюл­ле­тень для широ­ких масс.

На вечер созы­вал­ся пре­зи­ди­ум Все­со­юз­но­го съез­да Сове­та для выра­бот­ки воз­зва­ния. Пору­чи­ли про­во­дить вне­оче­ред­ные тра­ур­ные собра­ния, посвя­щён­ные лич­но­сти Лени­на. Более подроб­ные инфор­ма­ци­он­ные бюл­ле­те­ни с воз­зва­ни­ем ЦК пар­тии и пре­зи­ди­у­ма съез­да вышли в среду.

Комис­сия по орга­ни­за­ции про­ве­ла пер­вое собра­ние сра­зу после окон­ча­ния пле­ну­ма ЦК — в четы­ре часа утра. Пред­се­да­тель­ство­вал, так же как и на сле­ду­ю­щем, Авель Ену­кид­зе. Все­го 22 янва­ря 1924 года комис­сия про­ве­ла три собра­ния. Реша­ли тех­ни­че­ские задачи:

«1. Зака­зать цин­ко­вый гроб. 2. Моги­лу вырыть перед моги­лой т. Сверд­ло­ва. 3. Гроб нести на руках и вез­ти на лафе­те. 4. Воз­ло­жить на гроб вен­ки: от ЦК РКП, от XI Съез­да Сове­тов, от Пре­зи­ди­у­ма ЦИК СССР, от Сов­нар­ко­ма Сою­за ССР».

В ЦК обсуж­да­ли достав­ку тела на Паве­лец­кий в Моск­ву и убран­ство ваго­нов. Выра­бо­та­ли марш­рут сле­до­ва­ния тра­ур­ной про­цес­сии с гро­бом до Дома Сове­тов. Затем обсуж­да­ли поря­док про­цес­сий и деле­га­ций, досту­пе дипло­ма­тов и так далее. Комис­сия кон­цен­три­ро­ва­лась на тех­ни­че­ских вопро­сах. [2]

В шесть утра мос­ков­ское радио пере­да­ло все­му миру пра­ви­тель­ствен­ное сооб­ще­ние о смер­ти Вла­ди­ми­ра Ильи­ча Ленина.

22 янва­ря (9 янва­ря) — день годов­щи­ны «Кро­ва­во­го вос­кре­се­нья», рас­стре­ла рабо­чей демон­стра­ции Гапо­на в Санкт-Петер­бур­ге в 1905 году. Это была чти­мая дата для совет­ской вла­сти. Когда Кали­нин попро­сил собрав­ших­ся под­нять­ся в Боль­шом теат­ре, где засе­дал Все­рос­сий­ский съезд Сове­тов, депу­та­там каза­лось, что после­ду­ет мину­та мол­ча­ния в память о жерт­вах «Кро­ва­во­го вос­кре­се­нья». Кали­нин зачи­тал бюл­ле­тень о смер­ти Лени­на и пре­рвал засе­да­ние съезда.

21 янва­ря вла­сти объ­яви­ли день тра­у­ра пост­фак­тум и нача­ло тра­ур­но­го меся­ца в Совет­ском Сою­зе. Созы­вал­ся вне­оче­ред­ной Все­со­юз­ный съезд Сове­тов на 26 янва­ря. К вече­ру появи­лись экс­трен­ные выпус­ки газет.

---

Склеп у красного некрополя

Хоро­нить Вла­ди­ми­ра Ильи­ча на Крас­ной пло­ща­ди было есте­ствен­ным реше­ни­ем. У Крем­лёв­ской сте­ны сфор­ми­ро­вал­ся некро­поль. В октяб­ре 1917 года, после Октябрь­ской рево­лю­ции, в тече­ние неде­ли у Крем­ля и в самом Крем­ле про­ис­хо­ди­ли бои меж­ду сто­рон­ни­ка­ми совет­ской вла­сти и юнке­ра­ми, под­дер­жи­ва­ю­щи­ми Вре­мен­ное пра­ви­тель­ство. Кремль был един­ствен­ным местом, кото­рое уда­лось удер­жи­вать вос­став­шим юнке­рам. Погиб­ших защит­ни­ков совет­ской вла­сти похо­ро­ни­ли в брат­ской моги­ле там же. Мне­ние было таким:

«Здесь в этом свя­щен­ном месте, в самом свя­щен­ном по всей Рос­сии, похо­ро­ним мы наших свя­тых. Здесь, где нахо­дят­ся моги­лы царей, будет поко­ить­ся наш царь — народ» [3].

В 1918 году в Крем­лёв­ской стене были погре­бе­ны жерт­вы пра­во­э­се­ров­ско­го тер­ро­ра, погиб­шие в янва­ре в резуль­та­те взры­ва на мест­ном парт­со­бра­нии в Доро­го­мило­ве. После воз­вра­ще­ния сто­ли­цы в Моск­ву у Крем­ля ста­ли хоро­нить вид­ных госу­дар­ствен­ных и пар­тий­ных дея­те­лей, а так­же заслу­жен­ных пред­ста­ви­те­лей меж­ду­на­род­но­го рабо­че­го дви­же­ния, вхо­див­ших в III Интернационал.

В 1919 год похо­ро­ни­ли погиб­ших в резуль­та­те дру­го­го тер­ак­та — взры­ва в мос­ков­ском коми­те­те боль­ше­ви­ков в Леон­тьев­ском пере­ул­ке. 18 мар­та 1919 года в Крем­лёв­ской стене погре­бён близ­кий сорат­ник Лени­на Яков Сверд­лов. В некро­по­ле на Крас­ной пло­ща­ди к 1924 году поко­и­лись аме­ри­кан­ский жур­на­лист Джон Рид, боль­ше­ви­ки Инес­са Арманд, Вац­лав Воров­ский, Фёдор Артём (Сер­ге­ев), Вадим Под­бель­ский и другие.

Вече­ром 23 янва­ря созда­ние усы­паль­ни­цы для Лени­на пору­чи­ли архи­тек­то­ру Алек­сею Щусе­ву. В ночь на 24 янва­ря Щусев осмот­рел Крас­ную пло­щадь и сде­лал пер­вые наброс­ки скле­па. За три дня долж­ны были соору­дить мемо­ри­ал, соче­тав­шей­ся со ста­рин­ны­ми сте­на­ми Крем­ля и зани­мав­ший цен­траль­ное место перед рево­лю­ци­он­ным некро­по­лем. Сро­ки были крат­чай­шие — похо­ро­ны наме­ти­ли на суб­бо­ту, 26 янва­ря, на 18:00, но из-за погод­ных усло­вий и народ­но­го ажи­о­та­жа пере­нес­ли на день — на вос­кре­се­нье, 27 янва­ря. Что­бы залить фун­да­мент зда­ния, при­хо­ди­лось дол­бить лома­ми лёд и взры­вать про­мёрз­шую зем­лю. Пер­вый склеп, ещё не полу­чив­ший наиме­но­ва­ние мав­зо­лея, был дере­вян­ным и уста­нав­ли­вал­ся на время.

---

Прощание с Лениным

23 янва­ря Лени­на при­вез­ли в Моск­ву. Гроб с телом попе­ре­мен­но нес­ли наи­бо­лее близ­кие сорат­ни­ки до стан­ции Гера­си­мо­во через живой кори­дор из жите­лей окрест­ных дере­вень, собрав­ших­ся про­стить­ся с Вла­ди­ми­ром Ильи­чом. Путь до желез­но­до­рож­ной стан­ции усы­па­ли ело­вы­ми вет­ка­ми. Уве­шан­ный крас­ны­ми и чёр­ны­ми полот­на­ми поезд в 13:00 при­был в Моск­ву. От Паве­лец­ко­го вок­за­ла до Дома Сою­зов на Боль­шой Дмит­ров­ке сорат­ни­ки нес­ли гроб в гран­ди­оз­ной мно­го­ты­сяч­ной тол­пе, «люд­ской реке». Вече­ром нача­лось про­ща­ние с вождём.

Поэт Мика­эль Гей­бель пере­дал атмо­сфе­ру скор­бя­щей очереди:

Слег­ка тес­нясь, толкаясь,
Мы плав­но к две­ри продвигались,
Туда, где с само­го утра
Наро­ды лавой всё стекались,
Чтоб в серд­це навсегда
Запе­чат­леть вели­кий лик
Осво­бо­ди­те­ля рабо­че­го труда?
Всем нам род­но­го Ильича.

«По чет­ве­ро в колонну
Становитесь,
Пле­чо к пле­чу тесней
Держитесь»,
Ско­ман­до­вал с крыль­ца распорядитель,
Поряд­ка дан­но­го блюститель.
И сра­зу все зашевелились,
Ста­ра­ясь ока­зать­ся впереди,
Чтоб рань­ше всех пройти,
Сни­мая шап­ки с головы.

В Доме Сою­зов под­го­то­ви­ли тра­ур­ную и тор­же­ствен­ную обста­нов­ку в Колон­ном зале. Гроб с телом Лени­на сто­ял на воз­вы­ше­нии в окру­же­нии пальм. У гро­ба, сме­няя друг дру­га, сто­ял почёт­ный кара­ул из наи­бо­лее вид­ных пар­тий­ных дея­те­лей, гос­слу­жа­щих, воен­ных и комсомольцев.

Автор пове­сти «Чапа­ев» писа­тель Дмит­рий Фур­ма­нов опи­сы­вал прощание:

«…Всё ярче огни — элек­три­че­ством залит зал, застав­лен­ный цве­та­ми. Посре­ди зала, на крас­ном — в крас­ном — лежит Ленин: лицо бело как бума­га, спо­кой­но, на нём ни мор­щин, ни стра­да­нья — оно дале­ко от тре­вог, оно напо­ми­на­ет спо­кой­стви­ем сво­им лицо спя­ще­го мла­ден­ца. Он, гово­рят, перед смер­тью не стра­дал — умер тихо, без корч, без судо­рог, без мук. Эта тихая смерть поло­жи­ла печать спо­кой­ствия и на доро­гое лицо. Как оно пре­крас­но, это лицо! Я знаю, что ещё пре­крас­ней оно пото­му, что — люби­мое, самое люби­мое, самое доро­гое. Я видел Ильи­ча послед­ний раз года два-три назад. Теперь, в гро­бу, он блед­ней, худей — осу­нул­ся вдвое, толь­ко череп — кру­той и глад­кий, — как тогда, оди­на­ков. Вот вижу со сту­пе­нек всё лицо, с закры­ты­ми гла­за­ми, потом бли­же и бли­же — вот одна впа­лая щека и ниже её чуточ­ная бород­ка. Бро­ви, слов­но при­кле­ен­ные, чет­ко отде­ля­ют­ся на блед­ном лице — так при жиз­ни они не высту­па­ли — теперь кажут­ся они гуще и черней…

Дви­жет­ся, дви­жет­ся чело­ве­че­ская цепоч­ка, сле­ва напра­во, вокруг изго­ло­вья, за гроб. Виден толь­ко череп… Бле­стит голой, широ­кой пока­то­стью… И даль­ше идём — сно­ва щека — дру­гая, левая… Идём и огля­ды­ва­ем­ся — каж­до­му ещё и ещё хоть один раз надо взгля­нуть на лицо, запе­чат­леть его в памя­ти, до кон­ца дней запом­нить. И сно­ва по крас­ным ков­рам идём, про­хо­да­ми, кори­до­ра­ми Дома Сою­зов — выхо­дом на Дмит­ров­ку. А у крыль­ца — тол­па: тысяч­ная, сто­ты­сяч­ная, до Твер­ской, по Дмит­ров­ке — вез­де она вол­ну­ет­ся, ждёт оче­ре­ди отдать послед­ний поклон покой­но­му вождю, люби­мо­му Ильичу».

За четы­ре дня в Доме Сове­тов, где выстав­ля­лось тело, побы­ва­ло от полу­мил­ли­о­на до мил­ли­о­на чело­век. Толь­ко в почёт­ном карау­ле у гро­ба Лени­на участ­во­ва­ло десять тысяч человек.

В сто­ли­цу устре­ми­лось так мно­го людей, что в тече­ние дня закон­чи­лись биле­ты по всем направ­ле­ни­ям желез­ных дорог в Моск­ву. 23 янва­ря, на сле­ду­ю­щий день после появ­ле­ния экс­трен­ных выпус­ков о смер­ти вождя, не вышли газеты.

Тра­ур ширил­ся по всей по стране. Про­хо­ди­ли собра­ния и митин­ги, на кото­рых чти­ли память умер­ше­го. Рабо­та на пред­при­я­ти­ях в тече­ние неде­ли почти пре­кра­ти­лась. В обще­ствен­ных орга­ни­за­ци­ях появ­ля­лись ком­на­ты и угол­ки Лени­на, в окнах выве­ши­ва­лись порт­ре­ты вождя.

Не оста­лись в сто­роне от смер­ти Лени­на и офи­ци­аль­ные рели­гии, несмот­ря на ате­и­сти­че­ское миро­воз­зре­ние Вла­ди­ми­ра Ильи­ча. Рус­ская пра­во­слав­ная цер­ковь всю неде­лю слу­жи­ла пани­хи­ду по вождю.

«Свя­щен­ный Синод Рус­ской пра­во­слав­ной церк­ви выра­жа­ет искрен­нее сожа­ле­ние по слу­чаю смер­ти вели­ко­го осво­бо­ди­те­ля наше­го наро­да из цар­ства вели­ко­го наси­лия и гнё­та на пути пол­ной сво­бо­ды и само­устро­е­ния. Да живёт же непре­рыв­но в серд­цах остав­ших­ся свет­лый образ вели­ко­го бор­ца и стра­даль­ца за сво­бо­ду угне­тён­ных, за идеи все­об­ще­го под­лин­но­го брат­ства и ярко све­тит всем в борь­бе за дости­же­ние пол­но­го сча­стья людей на зем­ле. Мы зна­ем, что его креп­ко любил народ… Гря­ду­щие века да не загла­дят в памя­ти народ­ной доро­гу к его моги­ле, колы­бе­ли сво­бо­ды все­го чело­ве­че­ства. Вели­кие покой­ни­ки часто в тече­ние веков гово­рят уму и серд­цу остав­ших­ся боль­ше живых. Да будет же и эта отныне без­молв­ная моги­ла неумол­ка­е­мой три­бу­ной из рода в род для тех, кто жела­ет себе сча­стья. Веч­ная память и веч­ный покой тво­ей мно­го­стра­даль­ной, доб­рой и хри­сти­ан­ской душе».

Пат­ри­арх Тихон пояснял:

«Вла­ди­мир Ильич Ленин не отлу­чён от пра­во­слав­ной церк­ви, и пото­му вся­кий веру­ю­щий име­ет пра­во и воз­мож­ность поми­нать его. Идей­но мы с Вла­ди­ми­ром Лени­ным, конеч­но, рас­хо­ди­лись, но я имею све­де­ния о нём как о чело­ве­ке доб­рей­шей и поис­ти­не хри­сти­ан­ской души».

Выра­жа­ли собо­лез­но­ва­ния и про­во­ди­ли поми­наль­ные служ­бы мусуль­мане, бап­ти­сты, като­ли­ки и пред­ста­ви­те­ли дру­гих рели­гий. [4]

---

Сохранить тело Ленина

Впер­вые про воз­мож­ное сохра­не­ние тела вождя Полит­бю­ро обсу­ди­ло позд­ней осе­нью 1923 года. Сооб­щив об ухуд­ша­ю­щем­ся здо­ро­вье Лени­на, Иосиф Ста­лин гово­рил, что нуж­но под­го­то­вить­ся к воз­мож­но­му печаль­но­му исхо­ду, и добавил:

«Неко­то­рые това­ри­щи пола­га­ют, что совре­мен­ная нау­ка име­ет воз­мож­ность с помо­щью баль­за­ми­ро­ва­ния надол­го сохра­нить тело усоп­ше­го, во вся­ком слу­чае, доста­точ­но дол­гое вре­мя, что­бы поз­во­лить наше­му созна­нию при­вык­нуть к мыс­ли, что Лени­на сре­ди нас всё-таки нет».

Ста­ли­на под­дер­жи­вал Кали­нин, кото­рый счи­тал, что Лени­на нель­зя похо­ро­нить как про­сто­го смерт­но­го. Идею забаль­за­ми­ро­вать тело рас­кри­ти­ко­ва­ли Троц­кий, Каме­нев и Буха­рин. Боль­ше к это­му раз­го­во­ру до кон­чи­ны Вла­ди­ми­ра Ильи­ча не воз­вра­ща­лись. [5]

Непо­сред­ствен­но после смер­ти не пред­по­ла­га­лось, что тело Лени­на будет сохра­не­но на века. Вла­ди­ми­ра Ильи­ча долж­ны были похо­ро­нить в отдель­но сто­я­щем скле­пе на Крас­ной пло­ща­ди. Врач Алек­сей Абри­ко­сов баль­за­ми­ро­вал тело с рас­чё­том, что через несколь­ко дней оно будет пре­да­но зем­ле. Одна­ко было отправ­ле­но мно­же­ство теле­грамм с при­зы­ва­ми сохра­нить тело Ильи­ча хотя бы ещё на неко­то­рое вре­мя. 23 янва­ря комис­сия о про­ве­де­нии похо­рон Лени­на обсуж­да­ла два вари­ан­та — с закры­тым заму­ро­ван­ным и откры­тым гробами.

25 янва­ря Полит­бю­ро при­го­то­ви­ло про­ект поста­нов­ле­ния Пре­зи­ди­у­ма ЦИК СССР, утвер­ждён­но­го на сле­ду­ю­щих день:

«Идя навстре­чу жела­нию, заяв­лен­но­му мно­го­чис­лен­ны­ми деле­га­ци­я­ми и обра­ще­ни­я­ми в ЦИК Сою­за ССР и в целях предо­став­ле­ния всем жела­ю­щим, кото­рые не успе­ют при­быть в Моск­ву ко дню похо­рон, воз­мож­но­сти про­стить­ся с люби­мым вождём, Пре­зи­ди­ум Цен­траль­но­го Коми­те­та Сою­за ССР постановляет:

1. Гроб с телом Вла­ди­ми­ра Ильи­ча сохра­нить в скле­пе, сде­лав послед­ний доступ­ным для посещения.
2. Склеп соору­дить у Крем­лёв­ской сте­ны на Крас­ной пло­ща­ди сре­ди брат­ских могил бор­цов Октябрь­ской рево­лю­ции» [6].

Про­тив муми­фи­ка­ции Вла­ди­ми­ра Ильи­ча воз­ра­жа­ли его род­ствен­ни­ки — брат Дмит­рий Ильич, сёст­ры Анна и Мария Ильи­нич­на. Рез­ко нега­тив­но отре­а­ги­ро­ва­ла супру­га Надеж­да Кон­стан­ти­нов­на Круп­ская, кото­рую уго­во­ри­ли на баль­за­ми­ро­ва­ние в каче­стве вре­мен­ной меры. Впо­след­ствии в мему­а­рах, посвя­щён­ных мужу, она ни разу не затро­ну­ла тему похо­рон Вла­ди­ми­ра Ильича.

Тело Лени­на лежа­ло в тече­ние двух меся­цев, забаль­за­ми­ро­ван­ное на вре­мя про­ща­ния. Сохра­не­нию тела спо­соб­ство­ва­ла холод­ная пого­да, сто­яв­шая в Москве. В дере­вян­ном вре­мен­ном мав­зо­лее тем­пе­ра­ту­ра ред­ко повы­ша­лась выше нуля. В мар­те мав­зо­лей пере­стро­и­ли, а тело Вла­ди­ми­ра Ильи­ча отпра­ви­ли на повтор­ное, более осно­ва­тель­ное бальзамирование.

---

Во имя и именем Ленина

26 янва­ря 1924 года открыл­ся при­уро­чен­ный к смер­ти Лени­на II Все­со­юз­ный съезд Сове­тов. Откры­вал съезд Иосиф Ста­лин, гене­раль­ный сек­ре­тарь РКП(б) речью, вошед­шей в исто­рию как «Вели­кая клят­ва». Ста­лин рефре­ном повто­рял клят­ву выпол­нять заве­щан­ные Лени­ным запо­ве­ди. Напол­нен­ная рели­ги­оз­ной лек­си­кой и име­ю­щая чёт­кий ритм речь быв­ше­го семи­на­ри­ста напо­ми­на­ла литур­гию и име­ла огром­ный эффект. Ста­лин обе­щал выпол­нять заве­ты лиде­ра боль­ше­ви­ков «дер­жать высо­ко и хра­нить в чисто­те вели­кое зва­ние чле­на пар­тии»; «хра­нить един­ство пар­тии как зени­цу ока»; «хра­нить и укреп­лять дик­та­ту­ру про­ле­та­ри­а­та»; «укреп­лять все­ми сила­ми союз рабо­чих и кре­стьян»; «укреп­лять и рас­ши­рять союз [совет­ских] рес­пуб­лик»; «укреп­лять и рас­ши­рять союз тру­дя­щих­ся все­го мира — ком­му­ни­сти­че­ский интер­на­ци­о­нал».

В память о Ленине Съезд Сове­тов пере­име­но­вал Пет­ро­град в Ленин­град. Чуть менее деся­ти лет назад боль­ше­ви­ки про­ти­ви­лись пере­име­но­ва­нию Санкт-Петер­бур­га в Пет­ро­град и про­дол­жа­ли назы­вать мест­ный коми­тет Петер­бург­ским. Полу­чив изве­стие о кон­чине Лени­на, пет­ро­град­ские рабо­чие про­си­ли, что­бы Вла­ди­ми­ра Ильи­ча похо­ро­ни­ли в Пет­ро­гра­де, «колы­бе­ли трёх рево­лю­ций». Но реше­ние похо­ро­нить в сто­ли­це было бесповоротным.

Город­ские пар­тий­ные руко­во­ди­те­ли пред­ла­га­ли мест­ным пар­тий­ным орга­ни­за­ци­ям про­сить о пере­име­но­ва­нии Пет­ро­гра­да в город Лени­на. Прак­ти­ка изме­не­ний назва­ний насе­лён­ных пунк­тов на рево­лю­ци­он­ные уже суще­ство­ва­ла. Идею пере­име­но­вать город в честь Лени­на под­хва­тил воз­глав­ляв­ший Пет­ро­со­вет Гри­го­рий Зино­вьев. Съезд Сове­тов закре­пил идею Зино­вье­ва. При этом неко­то­рым рабо­чим не нра­ви­лось назва­ние «Ленин­град» и хоте­ли, что­бы их город име­но­вал­ся коро­че «Ленин»[7]. Вслед за Ленин­гра­дом на мест­ном уровне будут пере­име­но­ва­ны ули­цы и пло­ща­ди мно­гих городов.

Съезд пред­пи­сал уста­но­вить памят­ни­ки Лени­ну в Москве и сто­ли­цах совет­ских рес­пуб­лик, Харь­ко­ве, Тифли­се, Мин­ске, а так­же в Ленин­гра­де и Таш­кен­те. Инсти­ту­ту Лени­на пору­чи­ли гото­вить изда­ние пол­но­го собра­ние сочи­не­ний Вла­ди­ми­ра Ильи­ча и ещё силь­нее уве­ли­чить коли­че­ство пуб­ли­ка­ций ленин­ских про­из­ве­де­ний и био­гра­фи­че­ских работ о нём.

---

Похороны 27 января

Из закрыв­ше­го­ся в пол­ночь для посе­ще­ния Дома Сою­за вынес­ли все вен­ки и цве­ты к семи утра и с поло­ви­ны вось­мо­го ста­ли соби­рать­ся задей­ство­ван­ные в цере­мо­нии похо­рон Лени­на лица, бли­жай­шие род­ствен­ни­ки и дру­зья Лени­на, выс­шие пар­тий­ные и госу­дар­ствен­ные чины.

Цере­мо­ния нача­лась в 8:00 в Колон­ном зале Дома Сове­тов. Попе­ре­мен­но сме­ня­ли друг дру­га почёт­ные кара­у­лы, состо­я­щие из выс­ших долж­ност­ных лиц. Перед выно­сом гро­ба оркестр играл тра­ур­ный марш и тре­тью сим­фо­нию Бет­хо­ве­на, тра­ур­ный марш Шопе­на и затем про­ле­тар­ский гимн «Интер­на­ци­о­нал». В 9:00 по коман­де «Смир­но» зна­мё­на были при­спу­ще­ны, а Ста­лин и Зино­вьев вме­сте с шестью рабо­чи­ми вынес­ли гроб на запо­ло­нён­ную скорб­ны­ми людь­ми Боль­шую Дмит­ров­ку. Ста­ли­на и Зино­вье­ва вско­ре сме­ни­ли Каме­нев и Кали­нин. Про­цес­сия дви­ну­лась через пло­щадь Сверд­ло­ва (Теат­раль­ную) на Крас­ную площадь.

В 9:43 гроб поло­жи­ли на помост перед усы­паль­ни­цей. Начал­ся тра­ур­ный митинг, речь про­из­нёс при­е­хав­ший из Пет­ро­гра­да Гри­го­рий Евдо­ки­мов, заме­сти­тель Зино­вье­ва по линии Пет­ро­со­ве­та. Выбор пал на Евдо­ки­мо­ва, пото­му что он обла­дал неве­ро­ят­но зыч­ным голосом.

«…Вели­кан мыс­ли, воли и дела умер.

Сот­ни мил­ли­о­нов рабо­чих, кре­стьян и коло­ни­аль­ных рабов опла­ки­ва­ют смерть могу­че­го Вождя… Со всех кон­цов мира летят вол­ны печа­ли, тра­у­ра, гне­ва. Вра­ги… неволь­но скло­ня­ют свои зна­мё­на. Все поня­ли, что зака­ти­лась яркая звез­да чело­ве­че­ства. Из гро­ба сво­е­го Ленин встал перед миром во весь свой гигант­ский рост…

Вождём… основ­ных масс чело­ве­че­ства… был Ленин. Он имел все клю­чи к душам самой отста­лой части рабо­чих и кре­стьян. Про­ни­кая в самую серд­це­ви­ну чело­ве­че­ских пла­стов, он будил их само­со­зна­ние, их клас­со­вый инстинкт…

Мы поте­ря­ли в Ленине глав­но­го капи­та­на наше­го кораб­ля. Эта поте­ря неза­ме­ни­ма, ибо во всем мире не быва­ло такой свет­лой голо­вы, тако­го гро­мад­но­го опы­та, такой непре­клон­ной воли, какие были у Ленина.
Но… сот­ни тысяч уче­ни­ков Вла­ди­ми­ра Ильи­ча креп­ко дер­жат вели­кое зна­мя, мил­ли­о­ны спла­чи­ва­ют­ся вокруг них. И даже физи­че­ской смер­тью сво­ей отда­ёт Ленин свой послед­ний при­каз: Про­ле­та­рии всех стран, соеди­няй­тесь!» [8].

Затем про­шёл неболь­шой тра­ур­ный парад, состо­яв­ше­го из кава­ле­рий­ско­го отря­да и отря­да артил­ле­рий­ских запря­жек, кото­рые про­нес­лись на пол­ном ходу. После это­го в тече­ние шести часов скор­бя­щие про­ща­лись с Ильичом.

«Прав­да» писала:

«Пер­вой дви­жет­ся замоск­во­рец­кая колон­на — за ней — Крас­ная Прес­ня, и так без кон­ца и без счё­та. Мно­гие колон­ны про­хо­дят пло­щадь во гла­ве с оркест­ра­ми. Вре­мя от вре­ме­ни в рядах демон­стран­тов раз­да­ют­ся исте­ри­че­ские вопли жен­щин. Слыш­ны рыда­ния и в рядах, окру­жа­ю­щих тес­ным коль­цом место похорон».

27 янва­ря 1924 года были бес­пре­це­дент­ные моро­зы. Стол­бик тер­мо­мет­ра опу­стил­ся на уро­вень минус 35 гра­ду­сов. В этой свя­зи детям было запре­ще­но участ­во­вать в похо­ро­нах Лени­на. Собрав­ши­е­ся про­стить­ся в ожи­да­нии оче­ре­ди взой­ти на Крас­ную пло­щадь гре­лись перед кострами.

В 15:55 зна­мё­на ЦК и Комин­тер­на убра­ли с гро­ба. На Спас­ской башне Крем­ля часы про­би­ли четы­ре раза, и вслед за этим вызво­ни­ли тра­ур­ный марш. Были про­из­ве­де­ны ору­дий­ные зал­пы. Одно­вре­мен­но в тече­ние трёх минут выли фаб­рич­ные сире­ны, паро­воз­ные и паро­ход­ные свист­ки. Ста­лин, Зино­вьев, Каме­нев, Моло­тов, Буха­рин, Том­ский, Руд­зу­так и Дзер­жин­ский под­ня­ли гроб и в 16:00 опу­сти­ли в под­го­тов­лен­ный склеп. В этот момент вся­кое дви­же­ние в Совет­ском Сою­зе было оста­нов­ле­но на пять минут. Поез­да и кораб­ли оста­нав­ли­ва­лись в пути, что­бы почтить память вождя. Ров­но в 16:00 по радио и по всем теле­граф­ным агент­ствам Совет­ско­го Сою­за пере­да­ли сигнал:

«Встань­те, това­ри­щи, Ильи­ча опус­ка­ют в могилу!»

Одно­вре­мен­но с Моск­вой тра­ур­ные цере­мо­нии про­ис­хо­ди­ли по всем насе­лён­ным пунк­там Совет­ско­го Сою­за и во мно­гих горо­дах за рубе­жом. В ново­ис­пе­чён­ном Ленин­гра­де тра­ур­ная демон­стра­ция, собрав­шая 750 тысяч чело­век, на Мар­со­вом поле разо­жгла 53 кост­ра по коли­че­ству про­жи­тых Вла­ди­ми­ром Ильи­чом лет.

---

Отсутствующий Троцкий

Во вре­мя про­ща­ния и похо­рон не при­сут­ство­вал Лев Троц­кий, кото­рый вос­при­ни­мал­ся вто­рым лицом совет­ско­го госу­дар­ства. Троц­кий про­ти­во­сто­ял в Полит­бю­ро трой­ке Ста­ли­на — Зино­вье­ва — Каме­не­ва, груп­пи­руя вокруг себя внут­ри­пар­тий­ную оппо­зи­цию. Льва Троц­ко­го смерть Лени­на заста­ла на вок­за­ле Тифли­са (Тби­ли­си), отку­да Лев Дави­до­вич ехал в Суху­ми на отдых и лече­ние послед­ствий пнев­мо­нии, полу­чен­ной в кон­це 1923 года.

Иосиф Ста­лин отпра­вил шиф­ро­ван­ную телеграмму:

«Пере­дать тов. Троц­ко­му. 21 янва­ря в 6 часов 50 мин. ско­ро­по­стиж­но скон­чал­ся тов. Ленин. Смерть после­до­ва­ла от пара­ли­ча дыха­тель­но­го цен­тра. Похо­ро­ны в суб­бо­ту 26 января».

Троц­кий соеди­нил­ся пря­мым про­во­дом с пар­тий­ным руко­вод­ством. В ответ на запрос полу­чил депе­шу за под­пи­сью Сталина:

«Похо­ро­ны состо­ят­ся в суб­бо­ту, не успе­е­те при­быть вовре­мя. Полит­бю­ро счи­та­ет, что Вам, по состо­я­нию здо­ро­вья, необ­хо­ди­мо ехать в Сухум».

Впо­след­ствии из-за моро­зов похо­ро­ны пере­нес­ли на один день.

Троц­кий, отклик­нув­шись на смерть Лени­на речью и ста­тья­ми, про­дол­жил путь в Суху­ми, где нахо­дил­ся несколь­ко недель в подав­лен­ном и болез­нен­ном состоянии.

Отсут­ствие Льва Троц­ко­го вос­при­ня­ли нега­тив­но. Упрё­ки чув­ство­ва­лись даже от близ­ких род­ствен­ни­ков. Сооб­ще­ние Ста­ли­на с сове­том про­дол­жать лече­ние не носи­ло харак­тер при­ка­за, дата похо­рон была обо­зна­че­на акту­аль­ная (после­ду­ю­щие раз­го­во­ры о созна­тель­ном обмане с датой похо­рон пред­став­ля­ют­ся спе­ку­ля­ци­я­ми), Лев Дави­до­вич мог отпра­вить­ся в Москву.

Воз­вра­ще­ние рево­лю­ци­он­но­го сорат­ни­ка к гро­бу стар­ше­го това­ри­ща выгля­де­ла бы эффект­ным шагом в усло­ви­ях борь­бы за наслед­ство, его до послед­не­го ожи­да­ли на похо­ро­нах. Тех­ни­че­ски добрать­ся из Тби­ли­си в Моск­ву за несколь­ко дней было реа­ли­стич­но — и к 26 янва­ря, и к 27 янва­ря. На 26 янва­ря был назна­чен Все­со­юз­ный съезд Сове­тов, куда долж­ны были при­е­хать в крат­чай­ший срок деле­га­ты из более отда­лён­ных мест, неже­ли Тифлис. Пер­во­сте­пен­ным видит­ся неже­ла­ние само­го Льва Дави­до­ви­ча ехать в Москву.

Ана­стас Мико­ян в мему­а­рах воз­му­щал­ся отсут­стви­ем Троц­ко­го и при­во­дил воз­мож­ный марш­рут путешествия:

«По желез­ной доро­ге тогда он дей­стви­тель­но не мог вовре­мя успеть. Зато он мог исполь­зо­вать само­лёт. Ещё в 1923 г. нача­ли летать само­лё­ты граж­дан­ской авиа­ции. Тогда у нас рабо­та­ла так­же гер­ман­ская воз­душ­ная ком­па­ния „Люфт­ган­за“. В част­но­сти, её само­лё­ты были в Росто­ве. Он мог бы исполь­зо­вать и воен­ный само­лёт для тако­го экс­трен­но­го слу­чая — доле­теть на нём до Росто­ва или Харь­ко­ва, а отту­да поез­дом — и успеть».

По Совет­ско­му Сою­зу рас­про­стра­ня­лись слу­хи об аре­сте Троцкого.

Впо­след­ствии сам Лев Дави­до­вич назвал 1923–1924 годы клю­че­вым пери­о­дом в борь­бе за власть. Троц­кий при­знал, что реше­ние остать­ся в Гру­зии нега­тив­но ска­за­лось на его репутации.

---

«Ленинский призыв» в партию

Нака­нуне смер­ти Лени­на XIII кон­фе­рен­ция РКП(б) 19 янва­ря 1924 года утвер­ди­ла набор 100 тысяч новых чле­нов из чис­ла про­ле­та­ри­ев. [9] Через несколь­ко дней умер Ленин и набор полу­чил назва­ние «ленин­ско­го призыва».

В воз­зва­нии пле­ну­ма уже гово­ри­лось о том, что пар­тия — это «кол­лек­тив­ное вопло­ще­ние Лени­на». ЦК в экс­трен­ном воз­зва­нии от 22 янва­ря утверждал.

«Ленин живёт в серд­це каж­до­го чест­но­го рабочего.
Ленин живёт в серд­це каж­до­го крестьянина-бедняка.
Ленин живёт сре­ди мил­ли­о­нов коло­ни­аль­ных рабов.
Ленин живёт в нена­ви­сти к лени­низ­му, ком­му­низ­му, боль­ше­виз­му в стане наших врагов».

Раз­вер­ну­лась мас­штаб­ная идео­ло­ги­че­ская кам­па­ния, при­зы­вав­шая всту­пить в пар­тию. Смерть гени­аль­но­го вождя мож­но иску­пить мас­со­вой все­на­род­ной рабо­той. Главред «Изве­стий» Юрий Стек­лов в бро­шю­ре «Моги­ла вождя», выпу­щен­ной в год смер­ти Вла­ди­ми­ра Ильи­ча, писал:

«… Ленин сде­лал всё, что доступ­но чело­ве­че­ским силам. И даже боль­ше. В своё вре­мя в над­гроб­ном сло­ве, про­из­не­сён­ном во вре­мя похо­рон Я. Сверд­ло­ва, Ленин ска­зал, что в Цен­траль­ном Коми­те­те покой­но­го Яко­ва Михай­ло­ви­ча мож­но заме­нить не одним лицом, а целой груп­пой. Что же нуж­но ска­зать о самом Ленине? Заме­нить его может заме­нить толь­ко гигант­ский кол­лек­тив — миро­вая ком­му­ни­сти­че­ская пар­тия. Да и то в целом ряде вопро­сов даже это­му кол­лек­тив­но­му гению труд­но будет решать слож­ные про­бле­мы так сво­бод­но и лег­ко, как это делал Вла­ди­мир Ильич».

Культ Лени­на начал фор­ми­ро­вать­ся после того, как ста­ло извест­но о болез­ни лиде­ра боль­ше­ви­ков. В тече­ние 1923 года выхо­дят сбор­ни­ки ста­тей о Ленине и сбор­ни­ки его тек­стов. После 21 янва­ря на про­тя­же­нии неде­ли вся пери­о­ди­че­ская печать писа­ла исклю­чи­тель­но о Ленине. При­во­ди­лись био­гра­фи­че­ские мате­ри­а­лы и пуб­ли­ко­ва­лись впе­чат­ле­ния от встреч с Лени­ным. В это вре­мя фор­ми­ру­ет­ся лени­ни­а­на, жанр лите­ра­ту­ры и искус­ства, повест­ву­ю­щий о жиз­ни Лени­на или осмыс­ля­ю­щий его образ.

При­зыв в пар­тию возы­мел эффект. Поток заяв­ле­ний пре­взо­шёл план в 100 тысяч чело­век. В фев­ра­ле 1924 года посту­пи­ло 130 тысяч заяв­ле­ний, а к 10 мар­та их было уже око­ло 204 тысяч. [10] «Ленин­ский при­зыв» уве­ли­чи­вал чис­ло сто­рон­ни­ков гене­раль­ной линии ЦК РКП(б). Набор кури­ро­ва­ла трой­ка Ста­лин — Зино­вьев — Каменев.

Скорб­ное собы­тие спо­соб­ство­ва­ло еди­не­нию вокруг РКП(б). Смерть Лени­на ста­ла горем для мил­ли­о­нов людей. Тра­ур был дей­стви­тель­но все­на­род­ным. Со смер­тью Лени­на изме­ни­лась кон­фи­гу­ра­ция вла­сти. Сере­ди­на 1920‑х отме­ча­ет­ся кол­лек­тив­ным госу­дар­ствен­ным управ­ле­ни­ем и рас­пре­де­ле­ни­ем реаль­ных власт­ных обя­зан­но­стей меж­ду несколь­ки­ми фигу­ра­ми. Умер­ший осно­ва­тель СССР и лидер боль­ше­ви­ков пре­вра­щал­ся в сакраль­ную фигу­ру. Обшир­ное насле­дие Лени­на ста­ло пред­ме­том изу­че­ния. Про­ща­ние с Лени­ным пере­тек­ло в став­шее тра­ди­ци­ей почи­та­ние его лич­но­сти. Власть ВКП(б), пред­став­ля­ет­ся, после смер­ти Лени­на толь­ко укрепилась.

---

Примечания

[1] Зино­вьев Г. Е. Шесть дней. [аль­бом о смер­ти Лени­на] Л., М.: 1925 — с. 8
[2] Справ­ка о доку­мен­тах, хра­ня­щих­ся в РЦХИДНИ, по вопро­су о захо­ро­не­нии В.И. Лени­на // Про­ме­тей № 2 М.: Роди­на, 2022. — с. 306
[3] Абра­мов А. С. У Крем­лёв­ской сте­ны. М.: Поли­т­из­дат, 1978 — с. 39
[4] Духо­вен­ство о кон­чине В. И. Лени­на // Изве­стия № 20 от 25.01.1924
[5] Тумар­кин Нина. Ленин жив! Культ Лени­на в Совет­ской Рос­сии. Спб.: 1997. — с. 159 — 160
[6] Справ­ка о доку­мен­тах, хра­ня­щих­ся в РЦХИДНИ, по вопро­су о захо­ро­не­нии В.И. Лени­на // Про­ме­тей № 2 М.: Роди­на, 2022. — с. 309
[7] Тумар­кин Нина. Ленин жив! Культ Лени­на в Совет­ской Рос­сии. Спб.: 1997. — с. 140
[8] Тумар­кин Нина. Ленин жив! Культ Лени­на в Совет­ской Рос­сии. Спб.: 1997. — с. 148
[9] Тумар­кин Нина. Ленин жив! Культ Лени­на в Совет­ской Рос­сии. Спб.: 1997. — с. 138
[10] Исто­рия КПСС Т.4 к.1 М.: 1970 — с. 317

---

Читай­те также: 

«Импе­ри­а­лизм, как выс­шая ста­дия капи­та­лиз­ма». Как созда­ва­лась клю­че­вая рабо­та Лени­на. 

Ленин в Крас­но­яр­ске: к 125-летию ссыл­ки в Шушен­ское.

«Коре­на­стый, в кеп­ке». Как оде­вал­ся Ленин.